О реализуемых Фондом перспективных исследований (ФПИ) проектах, влиянии санкций, а также о перспективных образцах вооружения и боевой робототехники в интервью «Интерфаксу-АВН» рассказал заместитель генерального директора Фонда и председатель его научно-технического совета Виталий ДАВЫДОВ.

Заместитель гендиректора и председатель научно-технического совета Фонда перспективных исследований Виталий Давыдов: «Мы семимильными шагами идем к снижению необходимости присутствия человека на поле боя»

- Виталий Анатольевич, каковы предварительные итоги работы Фонда перспективных исследований в 2014 году?

- В текущем году были завершены мероприятия, связанные со становлением Фонда и организацией его эффективной деятельности. Обеспечено тесное взаимодействие Фонда с Военно-промышленной комиссией, заинтересованными федеральными органами исполнительной власти, организациями оборонно-промышленного комплекса, учреждениями Российской академии наук, ведущими техническими университетами, а также институтами инновационного развития. Апробировано использование новых форм организации и проведения научных исследований, организовано формирование специализированных лабораторий Фонда. Развернуты работы по широкому спектру прорывных научно-технических и технологических проектов.

На сегодняшний день Научно-техническим советом Фонда одобрено и рекомендовано к реализации около 40 проектов. По половине из них заключены договоры. Программой деятельности Фонда предусматривалось выйти в текущим году на 45 проектов. Мы готовы обеспечить достижение этих показателей. Однако конкретные объемы наших работ будут зависеть и от уровня финансирования Фонда в 2015-2017 годах.

- Каковы перспективы финансирования Фонда в будущем году, ожидается ли увеличение его объемов?

- Проектом федерального бюджета на 2015 год и плановый период 2016 и 2017 годов предусмотрено увеличение финансирования Фонда. Правда объемы ожидаемого финансирования ниже, чем в Программе его деятельности. Но это не помешает нам нарастить количество выполняемых проектов и расширить тематику исследований.

- Можете рассказать что-либо о тех проектах, которые сейчас реализуется и как они выбирались?

- Отбору проектов предшествует определение угроз, критически значимых для обороны и безопасности страны. Применительно к каждой угрозе выделяются пути и способы ее парирования, для которых формируются направления исследований и разработок, нацеленные на их реализацию. При этом отдельные из этих направлений могут совпадать для различных угроз.

Отбор проектов регламентируется соответствующим Положением. И начинается он с определения соответствия предлагаемой работы указанным направлениям исследований. Далее проводится научно-техническая и технико-экономическая экспертиза заявки, в которой участвуют комиссия Фонда, независимые эксперты и экспертные организации. При положительных результатах экспертизы предлагаемый проект выносится на рассмотрение научно-технического совета (НТС) Фонда. Проект, поддержанный НТС и одобренный попечительским советом Фонда, включается его правлением в Перечень проектов, реализуемых Фондом.

Следует отметить еще одно важное обстоятельство. Это относится к стремлению Фонда обеспечивать комплексное решение проблем, связанных с созданием перспективных образцов вооружения и военной техники, осуществлять тесную координацию целей и направленности мероприятий по выполняемым проектам.

Например, работы в области высокоточных малогабаритных средств поражения включают в себя целый ряд проектов, в рамках которых прорабатываются новые материалы, высокоэнергетические взрывчатые вещества и топлива. Учитывая, что применение таких средств должно будет осуществляться в условиях подавления глобальных навигационных систем, особое внимание уделяется разработке высокоточных инерциальных систем, в частности малогабаритного твердотельного волнового гироскопа, а также гироскопа на основе явления ядерного магнитного резонанса.

Другой пример комплексного проекта – проект «Защитник будущего». В настоящее время завершена работа над современным комплектом экипировки «Ратник». Но мы, с участием ЦНИИТОЧМАШ и ряда других организаций, в рамках указанного проекта уже приступили к работе над элементами будущего оснащения российских солдат.

Среди этих элементов принципиально новые материалы, которые обеспечат создание качественно новой бронезащиты, а также защиту от отравляющих веществ на более высоком уровне. В современном противогазе и защитном костюме можно эффективно вести боевые действия в течении нескольких часов. Мы хотим, чтобы это были сутки. Еще одно качество новых материалов – их высокая степень маскировки.

Не обошли мы стороной и перспективное оружие. В частности, Фонд реализует проект, направленный на создание перспективного снайперского комплекса. Боец будущего должен уничтожать цели на дальности, не позволяющей противнику поразить его. Это расстояние на порядок большее, чем сегодня.

- Оптические системы позволяют работать на таких расстояниях?

- Работу на таких дальностях будут обеспечивать оптико-электронные средства. Они позволят не только обнаруживать цель и рассчитывать требуемые для ее поражения параметры наведения оружия, но и помогут произвести сам выстрел.

- По каким еще проектам сейчас ведутся работы в Фонде?

- Реализуется несколько проектов, связанных с созданием гиперзвуковых систем. Для них необходимо разработать материалы, обладающие повышенной жаропрочностью. При этом из указанных материалов нужно создать конструкционные элементы для гиперзвуковых летательных аппаратов. Задача тоже не из простых.

Фонд проводит исследования, направленные на разработку двигателей таких аппаратов. Здесь мы видим перспективы в использовании принципа детонационного горения. Идея не новая. В последнее время появились серьезные теоретические проработки и математические модели, которые позволили нам перейти к практической реализации процесса непрерывного детонационного горения. Надеемся, что это позволит добиться качественного роста характеристик также и ракетных двигателей.

Фондом ведутся разработки, направленные на создание новых средств мониторинга космической обстановки, повышение возможностей средств космической разведки. Речь идет не только о новых поколениях космических аппаратов, но и об изменении подходов к формированию их орбитальных группировок. Требуется предусмотреть возможность оперативного развертывания группировок малых космических аппаратов. При этом уничтожение или выход из строя нескольких из них не должны сказаться на функционировании и выполнении задач всей группировкой. Обычно такие системы строились на основе базовой платформы, но ее поражение приводило к выводу из строя всей системы. Нужно функцию базовой платформы распределить между всеми аппаратами. Работаем и над решением этой проблемы.

- В прошлом году DARPA представила миниатюрный инерциальный датчик. Способны ли мы изготовить конкурентоспособный аналог?

- Да, отечественная промышленность способна создать микроминиатюрный датчик с массой в десятки грамм, удовлетворяющий требованиям, предъявляемым со стороны разработчиков различных образцов перспективных вооружений.

- Вы упомянули о планах разработки группировок малых космических аппаратов. Как известно, в США давно разрабатывают концепцию развертывания над театром военных действий многофункциональной группировки микроспутников. Ведутся ли у нас аналогичные работы?

- Исследования возможности и способов оперативного развертывания «роя» малых, а главное, дешевых, космических аппаратов действительно проводятся. Оперативно обнаружить их выведение на орбиту и организовать их уничтожение или подавление будет не просто. К тому же стоимость противоспутниковых средств может оказаться намного дороже самих спутников.

- Недавно DARPA презентовала «умную пулю», которая умеет маневрировать. Есть у нас, чем ответить?

- По мере увеличения дальности стрельбы возможности стрелка по корректировке полета пули и ее наведению на цель снижаются. На больших расстояниях, а также в определенных погодных или тактических условиях пуля должна самостоятельно управлять своим полетом.

В Фонд поступил целый ряд предложений о создании подобной пули. Мы над ними работаем. Использовать применительно к этим проектам термин «пуля» можно лишь условно. Сложная конструкция, масса и габариты такой «пули» будущего возможно потребуют какого-то нового определения. Очевидно также, что поумневшая пуля недешево обойдется заказчикам.

- Сказались ли введенные против России санкции на работе ФПИ?

- На работе Фонда они никак не сказались. У Фонда при реализации проектов нет каких-либо ограничений по использованию зарубежной элементной базы, материалов, технологий, программного обеспечения. Наша задача сделать демонстратор, прототип, подтвердить реализуемость какой-то идеи. А дальше заказчик, в установленном порядке, проводя соответствующие опытно-конструкторские работы, должен решить, использовать ему зарубежные материалы или искать российские аналоги. Тем не менее, мы учитываем внешнеполитические реалии. Поэтому в ходе реализации проектов стараемся использовать в первую очередь отечественные материалы и технологии, а также технологии, имеющиеся у наших ближайших союзников, например, Белоруссии.

Что же касается использования материалов элементной базы и комплектующих из стран, принявших антироссийские санкции, то ни один исполнитель проектов Фонда не высказал нам беспокойства по данному вопросу.

- В связи с ситуацией на Украине и рядом «цветных» революций, произошедших в мире в последнее время, не стоит ли внести в список угроз для России так называемые «гибридные войны»?

- То, что происходит сейчас на Украине, вписывается в сформированный Фондом перечень угроз, критически значимых для обороны и безопасности страны. Поэтому нет необходимости вводить какую-то новую угрозу.

Если же говорить об уроках украинского кризиса, то они во многом связываются с проблемами информационного противодействия, обеспечением устойчивости работы Интернета, контроля ситуации, происходящей в социальных сетях. У нас есть несколько проектов, связанных с этой областью.

- Могут ли заявки на выполнение работ в ФПИ подавать участники из стран Евразийского экономического союза, Организации Договора о коллективной безопасности?

- В порядке отбора проектов Фонда отмечено, что заявителями не могут выступать некоммерческие объединения, являющиеся иностранными агентами, а также физические лица, не имеющие российского гражданства. Других ограничений нет.

Пока в Фонд поступили только два проекта от иностранных заявителей. Обе заявки не прошли отбор, поэтому проектов с иностранным участием у нас в работе пока не имеется. Но Фонд открыт для партнерства.

- Сотрудничает ли в какой-то мере ФПИ с DARPA?

- Никаких официальных контактов с DARPA у нас не было. Мы, конечно же, следим за теми работами, информация о которых появляется в СМИ. Не сомневаюсь, что и сотрудники DARPA также смотрят за нашими проектами. Теоретически мы могли бы найти точки соприкосновения. Например, в области медико-биологических исследований или борьбы с астероидной угрозой. Но это только теоретически.

- Каковы перспективы сотрудничества Фонда со странами БРИКС?

- Думаю, что в перспективе Фонд будет сотрудничать с зарубежными партнерами, поскольку создание перспективной техники требует проведения очень широкого фронта исследований. Охватить все направления одна страна практически не в состоянии. Исследования становятся все более дорогостоящими и разноплановыми. Поэтому взаимодействие с зарубежными партнерами неизбежно, но только с теми, на кого мы можем положиться, и кто не преподнесет нам потом каких-то сюрпризов. В этом плане представители стран БРИКС являются наиболее перспективными участниками проектов Фонда.

- Какие работы ведутся Фондом по направлению освоения Арктики?

- Исследования в этом направлении связаны не столько с оборонными аспектами, сколько с перспективами освоения полезных ископаемых. Противоборство в данном регионе мира будут вестись вокруг его природных богатств. Ключевой задачей в Арктике является обеспечение доступа к полезным ископаемым, прежде всего, углеводородам. Для достижения данной цели предстоит решить целый ряд задач по обнаружению, добыче, транспортировке ископаемых, работе подо льдами, защите инфраструктуры. На это и направлены исследования Фонда.

- Каким способом предлагается защищать буровые установки, транспортную сеть? Есть информация, что с помощью неких «роботов- акул»?

- Фонд не разрабатывает «роботов-акул», но ведет проекты, связанные с подводной робототехникой и автономными средствами, способными обеспечивать охрану инфраструктурных объектов, контроль акватории, обнаружение и сопровождение потенциального противника, а в будущем, при необходимости, и его уничтожение. Размещаться вся эта перспективная техника может как на донной поверхности, так и на борту специализированных подводных аппаратов.

- Как вы оцениваете результаты прошедших недавно в Красноармейске выставки и конференции по перспективам развития роботизированных комплексов и комплексов с беспилотными летательными аппаратами?

- Выставка была подготовлена довольно оперативно и стала, так сказать, первой пробой пера. Она позволила нащупать ключевые направления развития робототехники. В конференции приняло участие большинство организаций, занимающихся вопросами робототехники в России. Результаты работ, представленных на выставке, убедительно свидетельствуют о необходимости унификации и выработки единых требований к робототехническим изделиям. Сегодня каждый разработчик делает свою продукцию так, как сам себе ее представляет. Нет даже единых критериев ее отбора.

При подготовке к конференции были выработаны несколько типовых упражнений, которые нужно было выполнить представленным образцам продукции. Это позволило отсечь массу слабых проектов.

По итогам конференции принято решение о присвоении ей статуса ежегодной. Думаю, через год можно будет увидеть уже качественно другую картину. В ходе конференции ее участники также пришли к выводу о целесообразности создания единого центра робототехники, который координировал бы усилия всех разработчиков.

- Как известно, Фонд работает над проектом «Аватар» – дистанционным управлением роботом с помощью движений оператора. Расскажите об этой системе поподробнее.

- Текущий этап работ с антропоморфными роботами связан прежде всего с потребностями МЧС. Для этого ведомства важно обеспечить возможность работы в условиях агрессивной окружающей среды без риска для человека. Основная задача – предоставить оператору возможность управлять робототехнической системой привычными движениями. Мы не ставим себе задачу создать прототип конкретного робота. Цель – создать робототехническую платформу и соответствующую систему управления.

В последующем на этой базе мы можем делать специализированных роботов для решения определенных задач.

Важным преимуществом антропоморфных роботов является возможность использовать технику и инструменты, которыми располагает человек. Такой робот может работать обычной дрелью, управлять автомобилем.

- Или взять в руки автомат?

- У нас пока нет задачи, чтобы робот бегал по полю боя и стрелял. Наша задача «обкатать» на созданной платформе различные режимы ее работы. Рассчитываем, что к концу текущего года робот научится управлять определенными техническими системами. А в следующем году уже сможет приступить к испытаниям на полосе препятствий.

Пока управление антропоморфным роботом осуществляется несколькими операторами – один непосредственно управляет его движениями, другой – отвечает за программное обеспечение. В дальнейшем у робота должен быть один оператор. В перспективе нужно прийти к тому, чтобы оператор управлял «аватаром» мысленно, точно также, как мы даем команду своим рукам или глазам. Это перспективы на ближайшее десятилетие.

Если перенестись в будущее, когда данные проблемы уже будут решены, то действительно станет возможным применение роботов на поле боя. При этом один оператор будет управлять взводом роботов, которым будет присуща высокая автономность. Роботы смогут взаимодействовать между собой, распределять цели, комбинировать имеющееся у них вооружение.

Кстати, на демонстрационной площадке конференции уже были представлены прототипы таких роботов, которые распределяли между собой цели и имитировали их поражение разным оружием, учитывая при этом состояние друг друга.

- Мы не придем к тому, что показано в фильмах «Терминатор», когда придется создавать Фонд перспективных исследований противодействию роботам?

- Может быть... Мы семимильными шагами идем к ситуации, снижающей необходимость непосредственного присутствия человека на поле боя. Философия вооруженного противоборства становится иной. Если раньше человеческие потери были одним из факторов, подтверждающих превосходство одного из участников конфликта над другим, то о каких последствиях можно говорить, когда друг друга уничтожают роботы? Разве что об экономических потерях.

Меняется психологический фактор боевых действий. Чтобы выстрелить в человека нужно переступить через определенные моральные принципы, а если воевать будут роботы, то планка начала боевых действий может существенно понизиться.

- Ведется ли Фондом создание оружие на новых физических принципах?

- Прошло уже больше 30 лет с тех пор, когда оборонно-промышленный комплекс СССР начал активно работать над созданием оружия на новых физических принципах. Спровоцировано это было рейгановскими «Звездными войнами». Многие считают, что это была ловушка, чтобы втянуть Советский Союз в разорительную гонку вооружений.

Начатые тогда работы по лазерному, пучковому, СВЧ оружию в конечном итоге были и у нас, и на Западе переведены в поисковую стадию. Однако по мере развития новых технологий, а также создания прототипов такого оружия, интерес к нему начинает снова усиливаться. Фонд не ведет разработок образцов оружия на новых физических принципах прежде всего по причине их высокой стоимости. Нам просто «не потянуть» даже один проект в этой области. Однако у нас есть предложения по проектам, результаты которых могут быть использованы в интересах создания отдельных элементов оружия на новых физических принципах.

- Как вы считаете, каким будет основное направление развития оружия будущего?

- Для военных систем будущего большое значение будет иметь автономность. Вооружение, технику, запчасти и боеприпасы выгодно не привозить в район боевых действий, а производить на месте. Такую возможность обеспечит развитие цифрового производства, 3D-печати. Данное направление развития тесно увязано с переходом к шестому технологическому укладу и отражает возрастающую взаимосвязь вооружения и военной техники с инновационными технологиями.

http://www.militarynews.ru/story.asp?rid=2&nid=356247