26 августа в Минске состоялся первый раунд многосторонних переговоров между странами-членами Таможенного союза, Украиной, а также представителями ЕС в лице еврокомиссара ЕС по внешней политике К.Эштон и еврокомиссара по энергетике Г.Эттингера. На повестке дня стояло несколько ключевых вопросов: во-первых, последствия Соглашения об ассоциации между Украиной и ЕС для стран Таможенного союза, во-вторых, газовые вопросы в треугольнике Россия-Украина-ЕС и в-третьих – попытка начала мирного урегулирования на юго-востоке Украины.

В отличие от всех предыдущих многосторонних встреч, к этой все участники подошли куда менее оптимистично, но, возможно, более реалистично. Скажем, еще накануне А.Меркель отмечала, что не ждет от встречи в Минске никаких особенных прорывов: «Конечно, в Минске прорыва ожидать не стоит, но если хочешь найти решение, то нужно говорить друг с другом». Аналогичное мнение озвучил и А.Лукашенко: «Скорее всего, колоссального прорыва ожидать не стоит. Но концептуально мы должны определиться, чтобы начать движение к миру». Такого же мнения были и эксперты.

Собственно, целью встречи было вообще начать диалог по урегулированию кризисных вопросов, желательно на самом высоком уровне, с участием президентов Украины и России. Причем, судя по заявлению президента Белоруссии, инициатором этой встречи был именно П.Порошенко: «Это было Ваше предложение собраться без всякого там навала, без бухты-барахты принимать решения после заключения Соглашения об ассоциации Украины с ЕС, разобраться в ситуации, которая на тот момент складывалась в экономике… Я был исполнителем. Я все сделал для того, чтобы довести до них вашу точку зрения, и вот - соответствующая реакция со стороны членов Таможенного союза», - заявил А.Лукашенко.

Несмотря на желание П.Порошенко превратить всю встречу только в обсуждение проблем юго-востока, все же первым для обсуждения стал вопрос об ассоциации ЕС и Украины. Как справедливо отметил В.Путин: «...по самым скромным оценкам, совокупный ущерб (от подписания Соглашения об ассоциации – Авт.) только для экономики России может составить 100 миллиардов рублей, это на первом этапе 3 миллиарда долларов… Потери будут, конечно, и в Белоруссии, и Казахстане. Россия в этой ситуации, конечно же, бездействовать не может. И мы просто вынуждены будем, я хочу это подчеркнуть, принять ответные меры, защитить свой рынок». Тем более что уже сейчас наблюдается серьезное падение экономического сотрудничества между Украиной и странами Таможенного союза, это подтвердил и П.Порошенко: «Уже сегодня, даже без всяких мероприятий наш торговый оборот с ТС упал на 30 %. Это не выгодно ни для Украины, ни для наших партнеров по ТС. И нельзя допустить дальнейшего ухудшения условий торговли».

При этом, как заявил российский президент, «с нами никто об этом (Соглашение об ассоциации – Авт.) никогда не разговаривал… Нам просто отказали на каком-то этапе, сказали: это не ваше дело… Мне кажется, что было бы вполне корректно открыто пообсуждать всё это. Ничего подобного мы, к сожалению, не видели. Но мы очень рассчитываем на сегодняшнюю встречу, что она будет откровенной и предметной».

Поэтому очередные заверения Киева, что «Соглашение об ассоциации не несет рисков соседям Украины», заявленные на встрече в Минске П.Порошенко и К.Эштон, стали голословными заверениями, не имеющими практического смысла.

По итогам встречи прогресс по этому вопросу был достигнут весьма относительный. Как заявил В.Путин по итогам двухсторонних переговоров с П.Порошенко: «Я не знаю, чем это закончится. Но в любом случае, у нас была возможность еще раз сформулировать наши обеспокоенности, и мы договорились о том, что мы интенсифицируем работу трехсторонней группы в составе Россия-Украина-ЕС и будем стараться до 12 сентября сформулировать, если сможем, предложения». До этого срока группа экспертов должна выработать проект решений, который снял бы обеспокоенности стран ТС от Соглашения об ассоциации.

Чуть больше однозначности было в вопросах газопоставок в ЕС, которые особенно сильно начали волновать Брюссель после заявлений Киева о том, что они могут перекрыть поставки в Европу. Сюда же можно отнести крайне неоднозначное предложение Киева Брюсселю покупать европейский газ прямо на украинско-российской границе. Стороны действительно обсудили газовую тематику, и, видимо, некоторый прогресс в этом вопросе есть, поскольку было решено продолжить консультации уже в ближайшее время в Москве: «Мы обсуждаем текущую ситуацию, которая сложилась с поставками газа, транзитом. А более подробно обсудим в Москве 29 августа», сказал министр энергетики РФ А. Новак.

Также на этой встрече будет обсуждаться проблема задолженности Украины за российский газ. Об этом говорил и президент РФ: «Мы - и я, и президент Украины, - считаем, что нужно восстановить диалог по энергетическим вопросам, по газовой энергетике. И хотя вопрос находится в глухом угле, договорились возобновить консультации».

Ожидаемо, что самым проблемным вопросом оказались переговоры по урегулированию украинского кризиса. Перед встречей и уже во время нее П.Порошенко неоднократно подчеркивал, что его прямой интерес на этих переговорах - это как раз поиск мирного урегулирования. На встрече с президентом Белоруссии он отметил: «Если сегодня нам с Вами и Вашими коллегами удастся достичь соглашения, которое принесет мир, это будет знаковым событием и в наших двухсторонних отношениях также». В своем же выступлении на самой встрече он был особо пафосен: «Сегодня в Минске, безусловно, решается судьба мира и судьба Европы. Именно так я оцениваю потенциал нашей встречи. Мы должны вместе найти единственно правильное решение, от которого зависит мир на континенте».

Правда с конкретными предложениями о том, как этого мира достичь, было у него явно похуже. Собственно, из конкретики можно отметить лишь очередной призыв к России поддержать его же план, озвученный еще в июне месяце: контроль над границей под присмотром ОБСЕ, освобождение заложников и т.д. Кроме того, он заявил, что готов к весьма гибкому диалогу: «...все заинтересованные стороны хотят выйти из конфликта и сохранить лицо. Я готов дискутировать относительно таких стратегий выхода».

Из этого фактически следует, что мирный план Порошенко по-прежнему сводится к плану капитуляции повстанцев Новороссии. Но это не ново и абсолютно не конструктивно. Фактически это попытка Киева продолжить разговор с повстанцами с позиции силы. А вся «гибкость» официального Киева сводится к неким внешним ритуалам и декорациям, чтобы «сохранить лицо» руководству Новороссии после его предполагаемой капитуляции, а не решить проблему по существу. Необходимо устранить причины кризиса на Востоке, а для этого следует вести речь о новом устройстве украинского государства. Но как раз об этом Порошенко не сказал ни слова.

По результатам переговоров процесс лишь частично сдвинулся с мертвой точки. П.Порошенко заявил, что «логика мирного плана была наконец поддержана всеми без исключения главами государств», правда непонятно к чему это привело в практическом смысле. Позиция РФ и ранее сводилась к необходимости мирного решения гражданского конфликта на Украине. Тем более что оценки президентом В.Путиным этих переговоров были весьма сдержанными. Например, относительно проблемы прекращения огня на Украине он отметил: «Нет, предметно не говорили про это. Мы, Россия, не можем говорить про какие-то условия прекращения огня. Мы можем только способствовать обстановке доверия. И про это мы говорили».

Пожалуй, из конкретики можно отметить несколько моментов.

Во-первых, стороны договорились как можно быстрее еще раз встретиться в формате контактной группы в Минске – этот формат встреч был признан сторонами полезными. Хотя бы в качестве переговорной площадки.

Во-вторых, были достигнуты некие предварительные договоренности по гуманитарным грузам из России: «...договорились о том, как мы будем взаимодействовать на этом треке. Сейчас не буду забегать вперед, но, в общем, определенные договоренности здесь у нас тоже есть. Посмотрим, как это сделать», - сообщил В.Путин.

В-третьих, по словам П.Порошенко, стороны готовы начать консультации пограничников, целью которых будет установление контроля на украинско-российской границе. Также, по его словам, «будет разработана на базе мирного плана дорожная карта, возможно – через трехстороннюю контактную группу проведем консультации, что бы как можно быстрее выйти на режим прекращения огня, который будет обеспечиваться представителями мониторинговой миссии ОБСЕ».

В целом же, как и ожидалось, Минск не стал революционным прорывом в вопросе мирного урегулирования украинской ситуации. Однако не исключено, что он действительно сможет стать тем первым шагом, который в перспективе приведет к деэскалации конфликта и решению хотя бы части проблем, которые возникли на юго-востоке Украины.

Встреча сама по себе не стала "поворотной", хотя со стороны Еврокомиссии и Киева была попытка изобразить ее таковой, а Меркель этому как могла противодействовала (анонсировав заранее отсутствие результатов). Ротшильдовцы из уходящей ЕК это тут же смекнули, так что ранее заявленный Баррозу так и не был включен в стартовый состав на встречу. (И наоборот, наихитрейший лис Назарбаев никогда не приехал бы на саммит со спорным успехом, тем более перед выборами 2015 года). Ну и Путин четко отыграл свою партию по натам... пардон, по нотам.

Еще раз поясню, лондонские и пролондонские политики в ЕС уже никаких собственных рычагов не имеют для влияния на Киев, поэтому: а) пришлось напрямую работать с Петей самим Ротшильдам, б) задействовать все каналы влияния в Москве, Минске и даже Астане для политического прикрытия этой сделки по Донбассу. Судя по анонсам и репликам со стороны Порошенки до встречи, пытались обставить дело так, будто Петя едет в Минск договариваться на равных с Путиным о вопросах войны и мира. Потому как заключать де факто капитуляцию на Донбассе с ополчением - ниже плинтуса, а вот с Россией - это даже возвышает нашего "хероя".

В этом же русле была развернута массированная информкампания в западных и укроСМИ перед встречей, когда сначала были вброшены фейковые в смысле бездоказательности новости о прорывах российских бронеколонн, якобы очевидцах обстрелов и вторжения русских Т-90, потом задействованы по планам западной пропаганды "пятоколонники" из российских СМИ, пытавшиеся изобразить доказательства про погибших на Украине "10 десантников", формируя мем. А потом те же самые "10 десантников" вдруг оказались "в плену" накануне саммита.

Ситуация с "пленными" - это разумеется целенаправленная подстава. При этом, разумеется, ни одна из украинских "спецслужб" на организацию такого не способна. Кто-то грешил на козни "партии войны" в самом Кремле - абсолютно исключено по психотипу российских спецслужб, которые пришлось бы вовлекать в интригу. Кроме того, заказ на провокацию был совсем с другой стороны, от ротшильдовцев, а у них позиции только в медведевском правительстве и банках, но не среди силовиков. Наиболее вероятна очередная подстава со стороны "ахметовских" боевиков (ходаковцев), которые могли не только сдать приближенным Гелетея место пересечения границы очередными добровольцами из числа де факто контрактников российской армии, формально, разумеется уволившихся. Они могли и сами их захватить и передать украм, поскольку такая провокация и вся инфоркампания западных СМИ была одним из условий сделки подкупа Пети ротшильдами.

Реакция российских властей была наиболее адекватной и снижающей накал в этой ситуации - признали таки пленных своими, но просто заблудившимися. Очевидная разновкусица в "униформе" пленных говорит о том, что они вовсе не были подразделением регулярных сил, а именно что добровольцами. Естественно, какая-то закулисная торговля между МО РФ и ВСУ сразу после захвата произошла для снижения остроты, иначе никто не мешал под камеры укроСМИ показать якобы захваченное оружие, боеприпасы, карты и так далее. Хотя наверняка этого не было, и все это добровольцы должны были получить на донецкой стороне границы.

Тем не менее, та часть информкампании, что рассчитана на украинскую публику, вполне сработала на укрепление "парадных" позиций Пети как "гетьмана", которого вынуждают сдавать позиции вовсе не "ватники", а российский спецназ во главе с Путиным. С учетом готовности Пети таки сдавать позиции и оставлять в котлах на добивание отряды нацистских штурмовиков, такое укрепление позиций Киева на пользу всем, кроме Днепра и "партии войны". Более того, именно и только продолжение оболванивающей пропаганды о российском вторжении на Юго-Востоке сохранет хоть какую-то управляемость в западной части и ставит под контроль бенин Уркаганат, особенно когда отступающие части ВСУ и НГ займут позиции возле Днепропетровска и Запорожья, а заодно и у Одессы, защищая ее от "российских агрессоров" с берегов Днестра.

Что же касается международной информкампании, рассчитанной на европейскую общественность, то тут Путин не оставил ни Пете, ни его новым лондонским друзьям ни единого шанса. Во-первых, Путин пошел строго по повестке задач российской политики, учредив давно предлагавшийся механизм консультаций ЕС и ТС по правовому статусу экономики Украины. Не дал ни единого шанса перевести разговор на тему перемирия, якобы переговоров между Киевом и Москвой о войне и мире. "Это не наше дело, а сторон внутриукраинского конфликта". То есть позиция России такова - ну повоевали, повыпендривались, расшибли лоб и пообломали себе хилые рога, ну и Бог с ним, вернемся к нашим баранам. "О чем бишь мы?"

И самое главное, что Путин позиционировал себя и поставил Еврокомиссию в такую позицию, что речь шла о послевоенном урегулировании как уже практически свершившемся факте. Типа осталось только уладить формальности. То есть все что происходило в Минске свидетельствовало только об одном: "Петя слил", хотя формально ни одного слова на эту тему вслух не было произнесено.

Комментарии "всепропальщиков" о том, что Путин своим рукопожатием и согласием на двустороннюю встречу как-то легитимизировал Петю, признал его как главу всей Украины, разбиваются о четкую формулировку Путина перед встречей - о том, что силовое решение невозможно, и без учета мнения и интересов восточных регионов никак не обойтись. А это означает всего лишь признание Пети стороной конфликта и будущих переговоров контактной группы с участием ДНР и ЛНР, ну или, вполне возможно, уже единой делегации Новороссии.

Так что самый главный промежуточный итог Минской встречи - это де факто признание Киевом неизбежности замирения и роли России не как стороны конфликта, а как влиятельного арбитра - причем как между Киевом и Новороссией, так и между Берлином и Лондоном по поводу их сфер влияния на Украине, при полном самоустранении Вашингтона из данного кризиса. При этом влияние Москвы определяется ровно тем, о чем шла речь на саммите - экономическими вопросами, готовностью и самое главное способностью России их решать вместе со всеми сторонами, не забывая строго о собственных интересах. Молчание Порошенко после встречи с Путиным - знак согласия.

Киевская миссия немецкого канцлера Ангелы Меркель была вовсе не легка. Накануне своей поездки Меркель подверглась давлению со стороны президента США Барака Обамы. Совершенно очевидно, что Соединённые Штаты чувствуют себя исключёнными из миротворческих усилий. Вашингтон незамедлительно осудил решение Кремля обойти американскую тактику проволочек в Совете Безопасности ООН и начать доставку гуманитарных грузов на Восточную Украину, как «акт нарушения международного права» и риторически потребовал, чтобы конвой вернулся в Россию (хотя к тому времени он и так уже  вернулся).

Тем не менее, Меркель продолжила действовать. Её намерение посетить Киев 23 августа,  в конце концов, было весьма символично. Она публично обратила внимание, что канцлер Германии посетил Украину в годовщину такого знакового события, что показало, насколько всё изменилось за 75 лет после пакта Молотова-Риббентропа о ненападении от 23 августа 1939 года.

Москву устроят итоги поездки Меркель. Она полностью одобрила переговоры в Минске между президентом России Владимиром Путиным и его украинским коллегой Петром Порошенко; она подчеркнула необходимость прекращения огня на востоке Украины; самое главное, она призвала к конституционным изменениям на Украине, чтобы обеспечить автономию для Восточной Украины. В этом взгляды Москвы и Берлина совпадают.

Замечания главы ЕС по внешней политике Кэтрин Эштон также очень своевременны и чрезвычайно значимы – она намеревалась уведомить Порошенко в минских переговорах, о том, что Украина нуждается в «хороших отношениях с российскими соседями».

Декорации минских переговоров выглядят многообещающими. Конечно же, никакого «прорыва» не ожидается, как и предостерегала Меркель, но прекращение огня на Восточной Украине возможно, что устраивает Россию. Меркель постоянно говорила о необходимости перемирия.

Порошенко, постоянно побуждаемый вице-президентом США Джо Байденом  проводить военные операции на Восточной Украине, к настоящему времени также осознаёт, что конфликт становится слишком кровавым, и что в его политических интересах провести парламентские выборы в октябре в спокойной обстановке. В целом, по сообщениям, всё  довольно тонко сбалансировано.

И всё же остаётся немало вопросов. Откажутся ли Соединённые Штаты от подрыва минского процесса? Очевидно, оставшись в стороне от происходящего, в роли наблюдателя, США теряют лицо. С другой стороны, такое крайнее разочарование – их трудности, и тут может помочь коррекция курса.

Большинство экспертов сходятся во мнении, что три предположения, на которых строилась американская политика, оказались бредовыми – что Путин окажется «в изоляции» и поддастся западному диктату; что санкции ужаснут Кремль и заставят его просить пощады; и что украинские военные возьмут под контроль Восточную Украину.

Самое печальное то, что Соединённые Штаты так ничего и не добились, во имя «демократии» свергнув избранного правительства Виктора Януковича. Один набор ненавистных олигархов был сменён другим, не менее отталкивающим. Проще говоря, олигархи продолжают распоряжаться на Украине, и на этот раз Запад отказывается расхлёбывать заварившуюся кашу.

Вне всякого сомнения, в череде политических неудач Барака Обамы Украина выделяется как одна из самых причудливых. Но в то же время, если копнуть поглубже, ответственность за это несёт то не столько сам Обама, сколько, возможно, дуэт из экс-президента Билла Клинтона и его знаменитой «русской руки» (и приятеля со времён Оксфорда) Строба Тэлбота, по-царски разбазаривших бесконечные возможности для создания гармоничного миропорядка в эпоху, сменившую холодную войну.

Известный академик и русский филолог из Чикагского университета профессор Джон Мирсхаймера в последнем номере журнала Foreign Affairs написал блестящее эссе под названием «Почему украинский кризис –  ошибка Запада: Либеральные заблуждения, которые вызвал Путин», обрисовав, почему с исторической точки зрения и непосредственно в украинском контексте политическая клика Клинтона-Тэлбота в Белом доме должна нести ответственность за сегодняшний кризис.

Мирсхаймер цитирует не кого-нибудь, а культовую фигуру советской эпохи, учёного и дипломата Джорджа Кеннана, предупреждавшего о катастрофически «блестящей» идее Тэлботта подтолкнуть расширение НАТО на восток:

«Я думаю, что понемногу русские станут реагировать на это очень негативно, что повлияет на их политику. Я думаю, это – трагическая ошибка. Для этого вообще не было никаких причин. Никто никому не угрожал».

Сегодня вопрос сводится к тому, есть ли у Обамы желание, политический капитал (или характер), чтобы настроить свою волю на странный союз между неоконсерваторами и либералами в вашингтонских политических кругах, и для восстановления основных связей с  Россией. Мирсхаймер пишет:

«Тем не менее, существует решение украинского кризиса, – хотя это потребует от Запада совершенно иначе думать об этой стране. США и их союзники должны отказаться от своего плана «вестернизации» Украины, а вместо этого стремиться сделать её нейтральным буфером между НАТО и Россией, сродни положению Австрии ... Это не будет означать, что будущее украинское правительство должно было бы быть про-российским или анти-НАТОвским. Напротив, целью должна стать суверенная Украина, которая не входит в ни российский, ни в западный лагерь. Для достижения этой цели США и их союзники должны публично отказаться от расширения НАТО на Грузию и на Украину ... И Запад должен существенно ограничить попытки социальной инженерии внутри Украины. Пора положить конец западной поддержке для очередной оранжевой революции».

Это может показаться разумным и вполне осуществимым, но выглядит обманчиво простым, и, может быть поэтому, остаётся немыслимым, поскольку вопрос о расширении НАТО также включает в себя будущее трансатлантического партнёрства и ведущую роль в нём в 21 веке Соединённых Штатов.

Безусловно, Меркель балансирует на грани. В телефонном разговоре с Обамой как раз перед поездкой в Киеве она не сказала ни слова о поддержке переговоров в Минске. Напротив, Обама, казалось, попытался подбодрить её.

Тем не менее, Обама преимущественно прагматичен. Он отнюдь не «рыцарь» холодной войны вроде Тэлботта. По словам Патрика Кокберна из Independent, Обама позволил американской разведке передавать данные сирийскому режиму для военных операций против группировки «Исламское Государство Ирака и Леванта». По странному совпадению, Соединённые Штаты, видимо, использовали каналы немецкой разведки, чтобы обратиться к сирийскому режиму.

http://www.fondsk.ru/news/2014/08/28/k-pervym-itogam-peregovorov-v-minske-29192.html

http://oohoo.livejournal.com/177689.html

http://polismi.ru/politika/geografiya-i-politesy/704-tonko-sbalansirovannye-peregovory-po-ukraine-v-minske.html