Американская военная колонна скоро будет проезжать через чешскую территорию, из Балтии и Польши к месту постоянной дислокации в Баварии, Германия.

Это уже плохо. Чехи не должны были позволить проезд этой колонны. Провоцирование России и все более тесное сотрудничество с фашистской империей – это бесстыдные и трусливые действия.

Но они не были бы чехами, если бы не приложили сверхъестественные усилия, чтобы довести коллаборационизм с сегодняшними хозяевами до невероятного, комического, кафкианского уровня.

Несколько чешских групп используют социальные сети, чтобы заблаговременно организовать “горячий прием” американцам. Планы включают лотки с холодным пльзенским пивом, громкие приветствия, и “демонстрации солидарности” с американскими и другими НАТОвскими солдатами.

Запланированы несколько инициатив, самая громкая из которых “приветствие американской армии” (Vitani americke armady).

“Форум свободы”, организованный журналистом по имени Павел Сафр, заявляет: “В местах, где американская колонна будет проезжать, и где существует опасность постыдных действий про-российских экстремистов, будут построены посты. Мы называем их чех-посты (czechpoints), и они будут похожи на военные блок-посты (checkpoints). Там будут собираться чешские сторонники армии США и выражать поддержку нашим союзникам“.

Про-американские и про-НАТОвские элементы посылают предупреждение, что те, кто осмелится протестовать против присутствия американских войск на чешской территории, столкнутся с последствиями, включая физические нападения.

***

Это что, патологическое и жалкое пресмыкательство? Конечно, но оно не упало с неба.

У чехов долгая история гротескного коллаборационизма. Они также известны “запоздалым гневом” по отношению к тем, кому они верно служили в прошлом.

В новой истории, чехи были доверенными и надежными союзниками нацистской Германии. Солдат третьего рейха с энтузиазмом приветствовали чешские массы, размахивая свастиками, в Праге и других местах. Чешские рабочие, которые были среди самых квалифицированных в Европе, начали производить оружие для немецкой армии с первых дней оккупации. Немцы, в свою очередь, не трогали чешское население, и даже заставили местные банки списать его долги по ипотеке.

Во время второй мировой войны практически не было сопротивления нацистам, и убийство Рейхспротектора Райнхарда Гейдриха чешскими десантниками в 1942 году планировалось и организовывалось из Лондона.

Когда немцы собирали чешских евреев и отправляли их в концлагеря, чехи истребляли своих цыган, при полном одобрении немцев, но практически без их помощи. Немцы не потрудились поучаствовать. Они знали, что чехи расисты и лояльные любому хозяину, и они доверили чехам управлять собственными концлагерями для цыган, в частности, лагерем у деревни Лети (Lety).

За несколько дней до окончания войны, когда скорая победа союзников стала неизбежной, чехи начали свое “восстание”, и Советской армии пришлось ускорить наступление на Прагу. 150 000 советских солдат погибло при освобождении страны.

После войны чехи депортировали, буквально выбросили, миллионы немцев из пограничных районов. Бесчисленные женщины были изнасилованы, дома ограблены, люди убиты. Чем более бесстыдно чехи служили нацистам, тем более мстительны они были после войны!

Эти пустые села и города, откуда немцы были депортированы, впоследствии заселялись цыганами, которых насильно переселяли из Южной и Восточной Европы (поскольку “чешских цыган” после войны осталось мало).

Какая история! Но даже против тех несчастных цыган, которые умудрились выжить в войну, или тех, кого насильно переселили на границу холодной войны, скоро началась жестокая дискриминация, с унижениями и насильной “ассимиляцией”. Эта дискриминация, по сути чешский апартеид, продолжается до сих пор по всей стране.

Вокруг цыганских поселений даже построили стены. Большинство цыганских детей заставляют учиться в “специальных школах” для умственно отсталых.

Но вернемся к периоду после второй мировой. После войны коммунистическая партия пришла к власти, и жизнь как-то улучшилась. Многие чехи и словаки приняли новую систему с энтузиазмом, и Чехословакия, исторически один из Европейских лидеров в промышленности и науке, вступила на очень увлекательный путь. Она стала поддерживать угнетенные народы мира и требовать прекращения колониализма. Она давала стипендии десяткам тысяч студентов из Азии, Африки, и с Ближнего Востока. Она строила сталелитейные и сахарные заводы. Впервые в своей истории, чехи перестали быть эгоистами и встали на сторону угнетенных.

Чехословацкая Социалистическая Республика! Это звучало гордо. Ее вдруг стали уважать и восхищаться ею во всем мире!

Но было ли это сделано “добровольно”?

До и в течение 1968 года, во время так называемой “Пражской весны”, или “социализма с человеческим лицом”, направление, в котором двигалась страна, подверглось критике.

Советский Союз запаниковал, поверив, что Чехословакия может скоро уйти от его влияния. Советский Союз, при поддержке других Восточно-европейских стран, вторгся в Чехословакию.

Это была, наверное, самая бескровная оккупация в истории, с очень немногими жертвами, в основном в результате несчастных случаев. Но утверждается, что энтузиазм чехов и словаков был сломан, страна чувствовала себя униженной, сбившейся с пути, и неожиданно наводненной советскими войсками.

Что западная (и современная чешская) пропаганда не упоминает, так это то, что 1968 год не произошел вне исторического и политического контекста. Союзники – США, Франция, Советский Союз, и Британия, решили что Чехословакия будет в советской зоне влияния после войны. Это было решение не одного Советского Союза.

Британия и США совершили намного более жестокие преступления, чтобы удержать многие страны в своей сфере влияния.

Чтобы предотвратить выборы коммунистов в Западной Германии, Франции, Италии, Греции, и других странах, и уход этих стран из Западной сферы, после войны разведки Британии и США “использовали” нацистские кадры, которые запугивали, убивали, и пытали левых политиков и активистов.

Этим нацистским преступникам потом позволили уехать, некоторым с большим количеством награбленного у евреев золота в багаже. Им помогали сбежать в Южную Америку, в частности, в Парагвай, Аргентину, Чили, и другие страны. Я говорил с несколькими из них двадцать лет назад в Асунсьоне. Они не скрывали того, что сделали, и гордились этим.

Британия и США не смогли сломать хребет Западно-европейского левого движения, и коммунисты выигрывали выборы. Такой сценарий не устраивал Лондон и Вашингтон. Чтобы не допустить этого, проливали кровь. Самы ужасные репрессии шли в ход в Греции и Турции.

Террор, который западный блок использовал против левых, был намного ужаснее того, что Советский Союз делал в Венгрии и Чехословакии.

В определенный период именно Чехословакия предоставила политическое убежище многим западно-европейским диссидентам, особенно тем, которые бежали из Греции.

Но у западной и нынешней чешской пропаганды очень избирательная память!

***

После 1968 года многие чехи уехали на Запад. Границы оставались открытыми несколько месяцев после вторжения, еще одна “любезность” Советского Союза.

В оккупированной Чехословакии совершенно не было тех эксцессов, которые обычно происходят на территориях, которые Запад оккупирует, или где он организует переворот: эскадроны смерти, убивающие оппозицию, массовые изнасилования, жестокие пытки, исчезновения людей…

Но западная пропаганда взялась за работу практически сразу. 1968 год стал символом, призывом, анти-коммунистической догмой.

Чешское и словацкое население днем и ночью подвергали сильному промыванию мозгов через несколько специализирующихся на этом радиостанций, таких как радио Cвободная Европа, Голос Америки, и чешская и словацкая службы БиБиСи. Пропаганда также распространялсь по-немецки телевизионными станциями из Австрии и Западной Германии.

“Чем больше пропаганды распространял Запад, тем больше он обвинял чешские и словацкие СМИ в распространении лжи“, – объяснял Милан Кохаут (Milan Kohout) во время моего недавнего визита в Прагу. Известный артист и профессор философского факультета западно-богемского университета в Пльзени, Кохаут подписал “Хартию 77″, манифест ключевого диссидентского движения 70х и 80х, но потом начал критиковать Западный неолиберализм и империализм. “На самом деле, глядя назад, видишь, что чешские коммунистические СМИ были правы в том, что они писали о Западном, империализме, колониализме, и капитализме.”

Даже после оккупации 1968 года Москва позволяла гораздо более высокий уровень жизни в Чехословакии, чем он был в Советском Союзе, что было немыслимо в странах, колонизированных и оккупированных Западом.

Тем не менее, чехи были злы. Они мечтали о присоединении к Западу. Строительство эгалитарного и справедливого мира не было целью, к которой они стремились. Интернационализм был чуждой концепцией для европейцев, и чехи не были исключением.

Как сказал мне однажды мой дядя, убежденный коммунист и инженер, который строил предприятия в нескольких “развивающихся странах”, таких как Сирия, Ливай, и Ирак: “Среди нас были люди, чехи, которые верили в социальную справедливость и интернационализм, но большинство там работало ради денег. Помни, что по сути чехи – непредсказуемые расисты. На Ближнем Востоке, который я всегда любил, они строили промышленность, но ненавидели арабов. В то же время это не мешало им быть сутенерами собственных жен для местных клиентов.“

Многие чехи не только ненавидят саму идею Советского Союза, но и ненавидят русский народ. Несколько лет назад я слышал речи, полные ненависти к русским, даже от одного из редакторов прогрессивного интеллектуального журнала “A2″.

Расположенная в Азии и Европе, культурно смешанная и постоянно атакуемая Западом, Россия не является идеальным колонизатором для страны, одержимой идеей превосходства белой расы и величия “Европейской культуры”.

Русские воспринимаются как “низший”, азиатский народ, непригодный для управления Западной, Европейской, и потому цивилизованной страной, и эта мысль была очень откровенно выражена в романе Джозефа Скворецкого (Josef Skvorecky) “Трусы”.

***

После 1968 года русские солдаты не общались с местным населением; они по большей части оставались в казармах. Они не приставали и не насиловали чешских женщин, в отличие от чехов в первую мировую войну, когда их “легионы” оккупировали огромную часть Транс-Сибирской железной дороги, грабя, убивая, и насилуя в деревнях и городках вдоль дороги.

Но несмотря на свою ненависть, чехи были готовы делать то, что они всегда делали лучше всего: сотрудничать с оккупантами.

За исключением немногих подписавших “Хартию 77″, в стране практически не было оппозиции, заслуживающей упоминания. И чехи, и словаки устремлялись в разнообразные коллаборационистские клубы, включая “клуб Чехословацко-Советской дружбы”.

Сотни тысяч стали стукачами, сдавая друг друга секретной полиции. Они шпионили друг за другом, как во времена Австро-Венгерской империи, немецкой оккупации, как они делают и сейчас.

“Почему они так ненавидят русских?” – спросил я у Милана.

“Потому что они пресмыкались перед ними так активно” – ответил он. – “Стыдно вспомнить, как чехи вели себя, когда советские были боссами. Никто не требовал от них таких крайностей. Поскольку они не могут ненавидеть себя и насмехаться над собой, они теперь обвиняют во всем русских и коммунизм“.

***

Однажды я шел к Вышеградскому замку и видел, как иранец подошел к двум молодым женщинам с детскими колясками. Он был хорошо одет и улыбался, держа туристскую карту в руках. “Пожалуйста помогите мне найти Вышеград“, вежливо сказал он на неплохом английском.

Обе женщины отмахнулись от него, как от мухи или надоедливого комара.

Они оставили его стоять на дороге, очень обиженного, со слезами на глазах.

Я побежал к нему. Я показал ему, как пройти к замку. Он поблагодарил меня, потом спросил: “Почему они так со мной обошлись?“

“Хотите пре-редактированный ответ, или правду?” “Правду“, – настаивал он.

“Потому что они расистки“, – ответил я. “Потому что они думают, что вы мусульманин, что в этом обществе ужасно. Потому что они думают, что вы – араб, и они не видят разницы между арабами, персами, и пакистанцами. Они презирают любого темнокожего.“

“А вы чех?“, спросил он.

“Нет“, ответил я. “Моя мать наполовину китаянка, наполовину русская. Я имел несчастье провести здесь несколько лет в детстве. Когда я был маленьким мальчиком, они меня били, как собаку, после каждого класса. За то, что у меня “азиатская мать”, за то, что у меня “азиатские уши”, за то, что я родился в России. Как будто я мог выбирать, где родиться.”

Несомненно моя краткая биография улучшила его самочувствие. Мы пожали друг другу руки. Я обнял его и посоветовал держаться хорошо освещенных улиц, особенно когда стемнеет. Я побежал в свой отель, где у меня была встреча с издателем ‘Broken Books’, который недавно перевел и напечатал мою дискуссию с Ноамом Чомски (Noam Chomsky) “Западный терроризм: от Хиросимы до войны беспилотников”.

Питер, издатель, добавил по теме: “В Оломуке (Olomouc), городе, где я живу и преподаю, нет ни одного мусульманина, но все против ислама. В сельской местности люди почти ничего не знают о мире, но у всех есть незыблемые мнения. У студентов мозги промыты западной пропагандой, но они хоть что-то знают. Но в сельской местности полная катастрофа. Например, моя семья… Они никогда не видели мусульманина, но они ненавидят мусульман и ислам.”

***

Чехи ждали, чтобы начать свою “бархатную революцию” до самого конца. Как всегда, сначала они убедились, что нет никакого риска. Тогда они вышли на улицы больших городов, звеня ключами и требуя “свободы”. К тому времени все уже кончилось в Советском Союзе и большинстве стран Восточного блока.

Вашингтон и НАТО обманули Горбачева, и непростая группа социалистических стран рассыпалась в результате давления и обмана Запада. Именно благодаря этой группе фашизм был побежден, и колониалиальная система развалилась.

Западная Европа и Северная Америка – страны, которые веками грабили весь мир, убив сотни миллионов невинных на всех континентах – орали: “Победа свободы и демократии. Берлинская стена пала!“

У Запада были серьезные причины праздновать. Восточный блок – последний серьезный противник, который им не позволял осуществить тотальный контроль над всей планетой, разваливался под напором западной пропаганды, диссидентских движений, финансируемых из Вашингтона и Лондона, и обученных Западом афганских моджахедов.

С этого момента начинается непрерывная кровавая баня, к полному удовольствию неоколониалистов, праздник без ограничений и противников: в Ираке и Афганистане, Пакистане, Пелестине, Кашмире, Папуа, Демократической Республике Конго, Сирии, Сомали, Судане, Мали, на Украине; всюду, где Империя была готова грабить и экспериментировать на людях.

В последующие годы, в результате коллапса “Восточного блока” десятки миллионов погибли, жертвы Западного террора, не сдерживаемого противником.

“Мы вернулись! Мы – европейцы! Мы хотим быть частью Империи, правой рукой угнетателей! Спасите нас от этих сумасшедших, которые мечтают о лучшем мире. Мы хотим большие дома и лучшие машины, кто бы за них ни платил. Мы хотим быть с новыми хозяевами, настоящими хозяевами мира – Империей!“

Вскоре десятки тысяч западных либералов наводнили Прагу. Секс был легко доступен, и пиво было дешево. Это было все, что имело значение. Прага была синонимом бессчетных связей на одну ночь и полуночного блевания на улицах после бессчетных кружек пива.

***

После бархатной революции чехи прогнулись больше, чем когда-либо в прошлом, даже больше, чем во времена нацистской оккупации. Они стали служить Империи изо всех сил.

Чешские политики стали атаковать и высмеивать Кубу и Китай; они поддержали нападения на Ирак и Афганистан. Они вступили в НАТО и посылали войска всюду, куда Империя решала направить террор.

Чехословакия распалась. Промышленный гигант, который снабжал значительную часть развивающегося мира технологией, и строил заводы и электростанции, исчез вскоре после бархатной революции в процессе постыдного “бархатного развода”. Появились два государства – Чешская и Словацкая Республики. Людей никто не спрашивал, все было сделано в тайне от них и очень быстро – неконституционная, недемократическая операция националистических политиков.

Тем временем Вацлав Гавел, чешский президент, любимец западных либералов, был слишком занят, получая овации в Вашингтоне, катаясь на велосипеде с религиозным фанатиком и бывшим агентом ЦРУ далай-ламой, прославляя “Западные ценности” и поддерживая американские агрессии и акты терроризма. Происходя из одной из богатейших семей Праги, Гавел получил в результате “реституции” многочисленные владения своей семьи, буквально выбрасывая сотни людей на улицу.

Ох уж эта реституция: чешские аристократы и церковь отнимающие дома и крартиры у бедных по всей стране. Семьи чешских бизнесменов и буржуазии, возвращаясь и расхватывая все, что можно: грабеж и настоящая конрреволюция!

Потом появились “законы о люстрации”, о том, что все, кто был коллаборационистом в Советский период не могут работать в правительстве. И это на пике чешского коллаборационизма с Империей, с фашистским Западом! Какой стыд, Чешская Республика, какой позор!

Вычищая коммунистов, новые хозяева начали распродавать чешскую промышленность, которая когда-то была сильнейшей на Земле. Западные компании начали скупать все, заводы по производству ядерных реакторов и электровозов, чтобы все разрушить и избавиться от конкурентов. Сименс превратил производство локомотивов в выпуск вагонов. LET перестал делать самолеты, Фольксваген купил огромный завод по производству автомобилей Шкода. Промышленность страны вскоре опустилась до уровня “макиладор”.

Кампания приватизации была быстрой и непрозрачной. Цель была ясна: создать новую буржуазию как можно быстрее, за счет чешского населения, и перераспределить богатства – из социалистической собственности в частную.

Представьте себе: десятилетиями народу говорили, что он строит социалистическую родину, где все принадлежит всем. Потом за несколько месяцев заводы, фермы, и компании оказались в руках новых капиталистов (которые оказались богатыми внезапно, без особых усилий), и потом были проданы иностранцам.

***

Прага тоже была продана и разорена. Когда-то один из красивейших и культурнейших городов мира, Прага теперь напоминает туристские курорты типа Паттаи, но среди архитектуры готической и барокко.

Улицы Праги полны безвкусных магазинов хрусталя, жалких сувенирных лавок, с несколькими “музеями пыток” (Европейцы любят наблюдать за пытками!). В старейшем оперном театре города, где состоялась премьера Дона Жуана Моцарта, теперь ставят британскую поп-пьесу. Знаменитая на весь мир Laterna Magica утратила артистизм и превратилась в ловушку для туристов. Музей Яна Саудека (Jan Saudek), который был одним из величайших Европейских фотографов, закрылся, и на его месте открылся салон тайского массажа.

Почти никто теперь не живет в старом городе. Реституция выбросила большинство семей и индивидуумов. Немногие оставшиеся не могут платить астрономические цены.

Я остановил старую женщину возле Старой Городской площади.

“Да, я все еще здесь живу“, объяснила она. “Но это чудо. Мне разрешили остаться в моей старой квартире. Это типа благотворительности. У меня нет никаких прав, и новый владелец может меня выгнать в любой момент. Почти никто здесь больше не живет. Здесь нет супермаркетов и ничего другого. Все приспособлено для туристов и компаний. Я езжу на метро за продуктами.”

То, чем гордилась социалистическая Прага – метро, Дворец Культуры, музеи, театры, кинотеатры – сейчас разрушается, покрывается графити, остается заброшенным, или закрывается.

Если ты говоришь по-чешски, ты получаешь отвратительный сервис. Я пытался в своем отеле, и меня просто игнорировали. Я перешел на английский, и получил лучшую комнату и ласковые улыбки. То же самое происходит в фашистской Индонезии, стране-колонии Запада. Я говорю на их языке, но для того, чтобы со мной обращались с уважением, я должен говорить по-английски.

Над всем этим председательствует Вацлав Гавел. Огромный его портрет висит на фасаде Национального Музея. На нем написано: “Гавел навсегда”. После смерти, главный чешский коллаборационист был произведен в святые.

***

Моника Хорени (Monika Horeni), редактор левой чешской газеты “Haló noviny”, подъитожила взаимодействие чехов с Империей:

“Во время так называемой Бархатной Революции экс-президент Вацлав Гавел, любимец американских политиков, обещал, что оба военных союза, Варшавский Договор и НАТО, прекратят свое существование. Он обещал мир без гонки вооружений и войн, что оказалось утопией. Наши граждане ему верили. Конечно, после того, как он и его люди захватили власть, обещания стали меньше – вдруг оказалось достаточным разрушить Варшавский Договор. НАТО сохранилось, и Чешская Республика в него вступила, в марте 1999, и политики даже не спросили об этом население.

Вацлав Гавел и другие заложили фундамент коллаборационизма Чешской Республики с США. Через несколько дней после вступления в НАТО Чехия участвовала в постыдных бомбардировках братской славянской страны, Югославии. Она разрешила самолетам НАТО пользоваться ее воздушным пространством. Мне стыдно, что моя страна поддерживает Соединенные Штаты, страну, которая несет ответственность за рост напряженности в мире, провокации, вторжения, за многие смерти по всему миру, а теперь еще и за создание Исламского Госидарства/ИГИЛ. Только Коммунистическая партия открыто заявила, что она требует, чтобы Чешская Республика вышла из НАТО.

Я смотрю на это так: те, кто защищает членство Чехии в НАТО и участие в его деятельности, разделяет ответственность за распространение конфликтов в мире. Ярким примером коллаборационизма является то, что все чешское правительство, все министры из правых сил и из Социал-Демпкратической партии, согласились на провокационный проезд военной колонны США через Чешскую Республику между 29 марта и 1 апреля.

К сожалению, часть чешского населения тоже коллаборационисты.

Ни один здравомыслящий человек не понимает, почему эти войска не едут по железной дороге, зачем нужен провокационный проезд через города. Это просто демонстрация силы, как американские представители это и описывают.

Для меня важно, сколько военных баз США имеют за границей – несколько сотен. А Россия: 2 или 3. Из этого очевидно, кто глобальный агрессор!”

***

Гуляя по Праге, я был глубоко подавлен. Я видел нищих на коленях перед Чешской полицией.

Я слышал о том, что бездомных отправляют на окраины.

Я был в плохом настроении, чувствовал бессилие и отсутствие оптимизма, куда бы я ни шел.

Страну ограбили, но люди аплодировали ворам.

“Это наверное единственная страна в мире, где студенты требуют введения платы за обучение“, сказал мой издатель.

Почему эта страна настолько испорчена? Откуда появился такой цинизм и отсутствие чувства собственного достоинства? Я не понимаю.

Много лет назад, во время югославской войны, я был в Чехии несколько месяцев. Тогда страна тоже вогнала меня в депрессию.

Тогда я пил каждую ночь с тогдашним Аргентинским послом в Чешской Республике, писателем и мыслителем, Абелем Позе (Abel Pose). Мы серьезно прошлись по посольским запасам вина, часто лежа на толстом ковре, обсуждая Кафку, Гешека, Западный империализм и колониализм.

Абель был лет на 30 старше меня, и тоже в депрессии: он потерял любимого сына. Я тоже многое потерял.

Тогда он рассказал мне об истории, которую он писал, истории, которая потом была опубликована, – Пражские тетради (Los Cuadernos de Praga):

Как аргентинский посол, он убедил чешские секретные службы открыть файлы о его великом соотечественнике, Эрнесто “Че” Геваре. Между его неудачей в Конго и последним боем в Боливии, где он погиб, “Че” провел несколько месяцев в Чехословакии. Больного, зараженного паразитами, его лечили чешские доктора, в то время одни из лучших в мире. Но чешские секретные службы не могли решить, как относиться к этому великому революционеру. Они “охраняли” его и одновременно шпионили за ним. Друг он или враг? Они считали его и тем, и другим.

Я был шокирован. Позе был тоже шокирован.

Чехи коллаборировали, изображали революционеров и сторонников освободительной борьбы во всем мире. Но в глубине души, они не были ни к чему привязаны, не были верны ничему.

“Я чувствовал, что меня предали”, сказал Позе. “Че приехал сюда. Он им верил, всем сердцем. Но им нельзя верить.”

***

Я попросил Милана Кохаута, большого артиста, бывшего друга Вацлава Гавела, и тоже диссидента, поставить короткую пьесу протеста в возмутительном “памятнике жертвам коммунизма” в Праге. Я назвал это место “памятником чешского коллаборационизма с Западным империализмом”.

Этот памятник расположен в двух минутах ходьбы от Дворца Юстиции. Впереди стоят камни. “Это был памятник советским солдатам, которые погибли, освобождая Прагу от нацистов в 1945 году”, объяснил Милан. “Там стоял старый советский танк. После бархатной революции, памятник осквернили – перекрасили танк в розовый цвет. Это было сделано официально. Потом, через несколько лет, танк убрали. Сейчас, как видишь, ничего нет. “Только” 150 тысяч солдат погибло, освобождая Прагу. Не заслуживает упоминания, правда?”

Мы идем к “памятнику жертвам коммунизма”. Это странное место, и бездарная скульптура: разлагающийся голый мужчина с полу-возбужденным пенисом. Прямо за монументом – стена из колючей проволоки. Она там не как символ, а просто защищает какую-то собственность.

Даже если верить этому пропагандистскому сооружению, количество жертв за весь период чешского коммунизма составляет 248 человек. Для сравнения, Западные атаки, по поводу которых нет монументов (на Западе): 2-3 миллиона убитых во время анти-коммунистического переворота в Индонезии, 8 миллионов в Демократической Республике Конго, около 8 миллионов в Индокитае.

Милан начал представление, предварительно разместив несколько символов западного потребительства: пустые коробки из-под сигарет, кофе, и прочий мусор.

Мы вызвали крики как поддержки, так и протеста.

После этого мы почувствовали себя чуть-чуть лучше.

Но военная колонна США должна была вот-вот войти в Чешскую Республику.

И страна висела в вакууме, бесцельно, распространяя токсичную пропаганду и ложь.

И я вдруг почувствовал невыразимую грусть, потому что по отношению к этой земле я чувствовал не только горечь и отвращение… Я чувствовал многое другое… Вдруг эта страна и я стояли друг против друга, по разные стороны баррикады, готовые к неизбежной схватке.

Источник: http://vk.cc/3MCAIw