Головокружительный кульбит, который совершили Греция и Евросоюз за истекшие двое суток, можно охарактеризовать лишь старым шахматным правилом: одинаковые ситуации преобразуются только в одинаковые ситуации. Если посмотреть внимательно на заключенные соглашения, то не изменилось совершенно ничего. Греция не вернула кредиторам 1,5 млрд евро, выплатить которые она была должна еще в июне, но при этом не объявила суверенный дефолт. ЕЦБ, Еврокомиссия и МВФ делают вид, что это просто технический сбой, который вот-вот будет устранен.

В свою очередь, Германии удалось предотвратить списание части долга, на чем настаивала Греция и, собственно говоря, из-за чего и был референдум. По ходу дела премьер Ципрас выкинул за борт министра финансов Варуфакиса и прямо проигнорировал итоги воскресного национального референдума, о чем и сказал в одном из своих последних интервью Варуфакис, что в стране совершен военный переворот, только не с помощью танков, а банков. В свою очередь, экстренный саммит еврозоны пообещал грекам за три года выделить еще 86 млрд евро. Т. е. закабалить их еще больше. К тем 390 млрд евро, что они уже набрали на данный момент. Вопрос: зачем было проводить референдум и голосовать грекам, если все остались при своих, а грекам после референдума все-таки навязали то, против чего они голосовали?

Что было раньше? Греческий долг достиг 234% ВВП. Ее экономика не только не имела перспектив роста, но и утратила способность долг хотя бы обслуживать. Вопрос уже в мае встал ребром: заплатить кредиторам или зарплаты и пенсии грекам? Правительство пыталось следовать рекомендациям «тройки» и сокращать госрасходы. Это привело к падению ВВП и росту безработицы до 35% (до 60% среди молодежи). Было очевидно: рекомендации ЕС не работают. Страна стремительно беднеет.

Что есть сейчас? Точно то же самое! ЕС удержал Грецию в еврозоне и даже как-то подвигнул Ципраса принять «европейские» условия. Включая самые неподъемные. Даже те, которым греки «охнули» на референдуме («охи» по-гречески означает «нет»). В частности, с 13 до 23% увеличивается НДС. В том числе на продукты питания и транспорт, что сразу ударит по безработным. Отмена льгот для островов ударит по их туристическим доходам, так как там почти все привозное, от еды до потребительских товаров. Сократятся размеры пенсионных выплат, отменяются льготы, пенсионный возраст повышается до 67 лет. Вводятся новые налоги, корпоративные и на роскошь. А самое главное, сохраняется норма на ограничение выдачи грекам наличных денег суммой 60 евро в день. Это при том, что более половины греческой торговли и сервиса не принимают карточки и работают только за наличные. Но иначе нельзя. Только за июнь население сняло со счетов более 5 млрд евро.

Даже если не вдаваться в тонкости, сейчас ситуация в Греции ни по одному из ключевых значащих факторов не отличается от того, что было до референдума. Экономика стагнирует. Можно сколько угодно повышать ставку налога, скажем, на прибыль, но если сама прибыль равна нулю, то и налоги больше денег не принесут. Антикризисные меры в целом дают именно такой результат. В магазинах еще как бы полно товаров, но уже видно, что оборот торговли снижается. Тем самым еще больше сокращая ВВП.

По оценкам экспертов, текущий год Греция закроет с падением от 5 до 20%. Это значит, даже если не изменить никаких других факторов, то размер греческого долга достигнет 250−270% ВВП. А если «тройка» даст еще 86 млрд евро (которые полностью уйдут на перекредитование, т. е. в реальный сектор экономики не попадут), то суммарные долги Греции легко пробьют и высоту в 300%. Если греческая экономика, имея 166 млрд евро ВВП, была не в состоянии обслуживать долг в 390 млрд, то каким образом она сумеет содержать долг в 476 млрд евро, при уменьшении ее ВВП до 132,8 млрд? Если критическую угрозу для всей еврозоны греческие долги составляли тогда, то сейчас они являются еще большей миной.

Словом, немалыми стараниями Греция и ЕС просто поменяли шило на мыло, а Ципрас, выступив с громкой инициативой референдума, оказался у разбитого корыта. И только по собственной инициативе — если бы он после референдума занял жесткую позицию, то сегодня все было бы иначе, и Греция не стояла на пороге народного бунта. Впрочем, даже якобы достигнутый компромисс пока является лишь пожеланиями. «Тройка» начнет вырабатывать порядок выделения упомянутых 86 млрд евро, только если в ближайшие 24 часа греческий парламент успеет принять обеспечивающие реформу законы. А с этим делом уже возникли трудности.

Часть депутатов от СИРИЗА публично заявили, что будут голосовать против Ципраса и тройки кредиторов. Стало быть, уверенного большинства у Ципраса уже нет. И времени на его получение за счет торговли с оппозицией — тоже. К тому же продолжают тикать часы «технических трудностей» зависших июньских долговых платежей. Правила позволяют тянуть резину не более тридцати суток, две недели из которых уже прошли. И в качестве вишенки на торте. 20 июля истекает срок погашения Грецией следующей порции долгов на 4,268 млрд евро, из которых 3,5 млрд — перед ЕЦБ.

Словом, греческое пике продолжается. Ничего не изменит даже передача в специальный международный фонд греческой госсобственности на 50 млрд евро. Как потому, что судьба самого фонда туманна, так и потому, что эти деньги на фоне общего размера долгов, что слону дробина. Кроме того, не будет большой сложностью предположить, что когда новые «антикризисные законы» заработают, то лишь ускорят усыхание греческой экономики. Денег на возврат долгов станет еще меньше. Тогда как самих долгов, наоборот, больше. Значит, и рванет сильнее. Заклепывание аварийных клапанов, конечно, уменьшает громкость свиста, но не снимает проблему критического перегрева самого котла.

Так что ранее озвученный прогноз по Греции о том, что её выход из еврозоны предопределен экономическими факторами такого масштаба, что компенсировать их невозможно никаким политическим давлением, — остается в силе. Денег в Греции нет, даже если всю страну выставить на торги. Посмотрим, как через неделю «тройка» будет объяснять невозврат Афинами уже четырех с хвостом миллиардов евро и что случится потом. Ничего еще не закончилось, господа. Совсем не закончилось. Все самое интересное еще только начинается. В прошлое воскресенье, 12 июля, Еврокомиссии удалось «не услышать» немецкое предложение насчет «временного вывода Греции из еврозоны». Но давайте подождем конца июля и послушаем, как в Берлине понравится не получить уже шесть миллиардов…

Комментарий:

Специально долго ничего не писал на эту тему, дабы не работать оракулом. Дело в том, что в моей книге 2012 года издания проблеме Греции уделено более, чем достаточное внимание. Первый этап греческого кризиса раскручивался в 2010-2011 годах, и одно это уже вызывало вопросы, ибо пик мирового кризиса пришелся на зиму 2008-2009 годов.  А в 2010-2011 годах раскручивать греческий кризис – это в точности «после драки кулаками». Сейчас мы наблюдали второе действие этого спектакля. А будет еще и третье, в 2018-2019 годах, когда истечет срок нынешнего соглашения на 83 млрд. евро.

Новое соглашение по греческим долгам внешне выглядит совсем неплохо. Греция, проведя референдум, выторговала себе послабление не на 28, а на 83 млрд. евро, и одновременно получила три года на мягкие, постепенные реформы, которые в идеале должны сделать страну полностью платежеспособной к 2019  году.   В реальности же это соглашение – полный паллиатив. Никаких великих достижений греческая экономика за этот срок не добьется, и 2019 году все вернется на круги своя. Но этот срок очень удобен для Еврокомиссии.

К тому моменту Юнкер, Оланд и Меркель покинут свои посты, и разгребать «греческое наследство» придется их преемникам. Единственное, что может спасти Грецию от дефолта и перехода на драхму в 2019 году – это заметная инфляция в еврозоне, хотя бы в 5-7 процентов.  Инфляционные доходы греческого бюджета и подешевевший евро существенно облегчат долговое бремя. И вероятность этого сценария достаточно велика, особенно если учесть текущий процесс серой эмиссии, которую в тихую проводит ЕЦБ (см. мой пост «Третий инфляционный цикл»).

В запасе у Греции остается главный козырь – выход из зоны евро и возврат к драхме. Но этот путь имеет одну особенность, принимать решение и начинать практические действия нужно в течение двух часов, иначе все греческие еврики успеют попрятаться по банкам вне греческой юрисдикции. Чуть-чуть арифметики. При ВВП Греции в 240 млрд. евро и монетизации хотя бы в 60% (скорее все выше, хотя точных данных ни у кого нет) при замене евро на драхму у греческого правительства есть теоритический  шанс скупить за бесплатные драхмы примерно 150 млрд. евро. А это половина госдолга, причем здесь и сейчас.  Смею предположить, что эта сумма даже больше, чем текущая котировка всего греческого долга.

Но, но. Но если нарушить правило американских генералов во Вьетнаме (от замысла операции до начала ее выполнения не больше двух часов), то  от нашей красивой арифметики останутся только металлические еврики, которые не принимают банкоматы при пополнении вкладов.  В гладком, стационарном режиме жизни реализовывать этот сценарий особой нужды, вроде бы, и нет. А к кризисному периоду греческие физики-юрики готовы уже давно.

Так что 10-20 млрд. евро, которые греческое правительство реально может получить при переходе на драхму, погоды не делают и долговую проблему не решают.  Вероятность этого сценария весьма мала. Что бы его реализовать, нужен длительный период хорошего роста экономики, нормальная монетизация ВВП и полная внезапность абсолютно для всех. Что, в свою очередь, предполагает наличие железобетонной политической воли.

Вот такой набор сценариев (ну кроме распродажи госимущества) имеется в распоряжении у греков. Теперь будем ждать 2018-2019 годов. Прогнозирую третью серию греческого кризиса примерно с тем же результатом, что и сейчас. Ведь для ЕЦБ греческий кризис – это один из лучших способов потягаться с США в гонке девальваций.

http://alex-leshy.livejournal.com/562116.html

http://cinecon.livejournal.com/19242.html