Новый лидер английских лейбористов Джереми Корбин подвергся первой атаке прессы. Корбина обвинили в оскорблении королевы и неуважении к погибшим в годы войны. Ненависть британского истеблишмента к идеям Корбина уже отмечена российским посольством в Лондоне. Это и понятно: взгляды Корбина крайне противоречат антироссийскому настрою других британских политиков.

Джереми Корбин не стал петь национальный гимн во время торжественной церемонии в соборе Святого Павла в Лондоне – она была посвящена годовщине «Битвы за Британию» во время Второй мировой и на ней присутствовали руководство правительства, военные и депутаты парламента.

Корбин был среди прочих – как лидер главной оппозиционной партии – но рот не открывал, просто стоял молча, в то время как другие пели гимн. Корбин – пацифист, социалист и противник монархии, поэтому не считает, что надо петь «Боже, храни королеву». Так что его отношение к монархии не новость, но пресса тут же обвинила Корбина в оскорблении королевы и в неуважении к памяти погибших, назвав его поведение «бесчестным» и заявив о «широком возмущении общественности».

Напали на Корбина и консерваторы, и часть лейбористов. А когда он ответил, что стоял «в уважительной тишине» и «отдал дань уважения памяти погибших и вспоминал о своей семье и ветеранах войны», его упрекнули еще и в том, что он «был одет в пиджак и штаны от разных костюмов, и верхняя пуговица его рубашки была расстегнута», хотя это неизменный стиль Корбина уже много десятилетий. Эти нападки на Корбина интересны только тем, что они стали первыми после его избрания главой лейбористов, потому что понятно, что теперь его будут клевать по любому поводу и просто так.

66-летний депутат парламента с левыми, социал-демократическими взглядами был провозглашен лидером главной оппозиционной партии Великобритании в субботу, когда были подведены итоги выборов. Еще два месяца назад победу Корбина никто не мог предсказать, но месяц назад он ушел в такой сильный отрыв от остальных претендентов, что остановить его не смогли ни кампания в прессе, ни заклинания бывших лидеров его собственной партии. Избирателей пугали развалом партии, тем, что она никогда не сможет вернуться к власти при таком радикальном лидере, но сотни тысяч зарегистрировавшихся лейбористов отдали голоса скромному депутату от одного из лондонских районов.

Лидер консерваторов и премьер-министр Джеймс Кэмерон не удержался от того, чтобы в воскресенье написать в своем «Твиттере», что «лейбористская партия теперь является угрозой нашей национальной и экономической безопасности, а также угрозой для безопасности вашей семьи». На этот твит, кстати, на следующий день ответило российское посольство в Лондоне, задавшись вопросом: «Просто вообразите, какие были бы заголовки в британской прессе, если бы российский президент назвал одну из ведущих оппозиционных партий угрозой национальной безопасности?». Запись посольства набрала 11 тысяч ретвитов – в шесть раз больше, чем твит самого Кэмерона. Но почему же так нервничает Кэмерон, ведь его партия всего четыре месяца назад выиграла выборы, обеспечив себе пять лет правления?

Потому что победа Корбина – это действительно революционное событие для английской политики. Бородатого вегетарианца считали чудаком и обзывали троцкистом (хотя он обычный левый социалист), и никто не ожидал его победы. Сдвиг влево крупнейшей и в прошлом действительно левой, по крайней мере, социал-демократической оппозиционной партии Великобритании означает серьезный вызов для английского правящего класса.

Лейбористы очень сильно поправели за последние тридцать-сорок лет, и их социалистический пафос казался безвозвратно ушедшим в прошлое. Со времен поражения на выборах в 1979 году, когда к власти пришла Маргарет Тэтчер, лейбористы вернулись к власти лишь на один, пускай и долгий, период – с 1997 по 2010-й. Но за тринадцать лет своего правления эта партия, оказавшаяся под властью «новых лейбористов» во главе с Тони Блэром, стала мало отличимой от консерваторов. Что в экономической политике, что в международной – Блэра не зря называли пуделем Джорджа Буша.

И теперь маятник качнулся не просто влево – он ушел так далеко, как не было уже много десятилетий. Отсюда и ненависть к Корбину что лейбористской, что консервативной элиты. Они так хорошо сблизились за это время, что консенсус по основным вопросам представлялся им само собой разумеющимся. Но неожиданно выяснилось, что значительной части общества совсем не нравится такое соглашательство за счет его интересов.

И вдобавок ко всему это обнаружилось в очень непростое для Британии время: экономическое положение невнятное, отношения с Евросоюзом непонятные, нет уверенности даже в том, сохранится ли само Соединенное Королевство.

В тот же день, когда был избран Корбин, первый министр Шотландии и лидер Шотландской национальной партии (ШНП) Никола Стерджен заявила, что будущее региона станет одним из ключевых пунктов программы партии в преддверии выборов в местный парламент в 2016 году и сроки референдума о независимости станут известны в ближайшее время. Ее тут же обвинили в нарушении обещания, данного в прошлом году, когда сторонники независимости проиграли референдум – тогда Стерджен пообещала, что голосование будет проходить раз за поколение. В Лондоне считают, что следующий раз наступит не раньше чем через 20 лет, но лидер ШНП говорит, что обстоятельства изменились.

Ведь в следующем году пройдет референдум о выходе Великобритании из ЕС, и «если нас исключат из Европы против нашей воли, я не сомневаюсь, что население как минимум задумается о новом референдуме», говорит Стерджен. По ее словам, новое голосование может пройти через пять или десять лет, то есть появляется перспектива того, что референдум может пройти в 2020-м, когда состоятся и следующие общенациональные парламентские выборы. Конечно, если Великобритания выйдет из ЕС, а шансы на это после появления Корбина во главе лейбористов повышаются.

Он не является открытым сторонником выхода, скорее подчеркивает, что у него есть «серьезные вопросы» к ЕС, потому что он сомневается в том, что союз «действует в интересах простых работающих людей». Бывший лидер Партии независимости Соединенного Королевства – главной организации евроскептиков – Фарадж уже высказал надежду, что Корбин вместе с ним будет агитировать за выход из Евросоюза. И хотя новый теневой министр иностранных дел лейбористов Хилари Бенн уже сказал, что «мы намерены остаться в Евросоюзе, чтобы вместе бороться за лучшую Европу», понятно, что ситуация с референдумом по ЕС становится все более тяжелой.

Голосование инициировал Кэмерон, исходя из игры как с Брюсселем, так и с все большей частью избирателей, уходивших под знамена Партии независимости. Кэмерон хотел добиться усиления влияния Лондона на евроструктуры и одновременно перехватить симпатии евроскептиков. В итоге он рискует получить одновременно с голосованием по ЕС фактически и опрос по независимости Шотландии.

Если Великобритания выйдет из ЕС – что будет зависеть в том числе и от общей экономической ситуации – то она автоматически усилит позиции сторонников отделения Шотландии, и так опять набирающих популярность. Если останется – обеспечен рост влияния уже не только Партии независимости, но и лейбористов, если Корбину удастся стать в глазах избирателей защитником англичан от плохого ЕС в пользу «хорошего и обновленного союза».

При этом и внешнеполитические, и внутриполитические взгляды Корбина сейчас станут объектом для нападок его противников. Впрочем, сложно сказать, где проходит граница между его представлениями о внутренней и внешней политике, настолько у него, как у человека идейного, все взаимосвязано.

Корбин за национализацию, налоги для богатых, против НАТО и за помощь беженцам, против английской ядерной программы и за объединение Северной Ирландии с Ирландской Республикой, за ХАМАС и права различных меньшинств, за «общественную собственность на средства производства, распределения и обмена» и против конфронтации с Россией. Он настоящий, убежденный левый, но при этом, конечно, никакой не русофильски настроенный политик.

Он просто лишен русофобии и предвзятости, что уже является большой редкостью для английского истеблишмента, для которого презрение и опасение России являются едва ли не потомственной чертой. Столь же естественной, как и империализм и кастовая уверенность в своей избранности, которых пацифист Корбин, проваливший даже школьные экзамены, естественно, начисто лишен. «Я не восхищаюсь внешней политикой Путина и не поддерживаю ни ее, ни российскую или чью бы то ни было экспансию», – говорит Корбин, но английская элита видит в нем в первую очередь человека, который последовательно выступал против всех войн, которые развязывали США при неизменной поддержке британской элиты.

Понятно, что Корбина будут пытаться всячески дискредитировать и при невозможности как-то запятнать его личность будут бить по его взглядам, пытаясь представить его опасным радикалом, угрожающим «старой доброй Англии». Которой, впрочем, давно уже нет, а вот понять, что же есть, как раз и поможет наблюдение за тем, как будет складываться политическое будущее Корбина в качестве лидера оппозиции, а потом, если все сложится, и самого необычного британского премьер-министра.

Но пока что Корбин сформировал свое теневое правительство – так полагается по традиции, к тому же большая часть действовавшего до сих пор лейбористского «кабинета» не захотела работать с новым лидером. Проигрыш его оппонентов был разгромным – Корбин в ходе голосования набрал 60 процентов голосов членов партии, но при формировании нового кабинета он включил в его состав пришедшего вторым Эндрю Бёрнема, 45-летнего бывшего министра культуры и здравоохранения в последнем лейбористском правительстве Гордона Брауна. Бёрнем, в отличие от Корбина, типичный представитель лейбористской «машины», уже видел себя лидером партии, но теперь ограничится постом теневого министра внутренних дел.

На посту главы МИДа Корбин видит Хилари Бенна – представителя известной английской политической династии: депутатами парламента были его прадед, дед и отец. При этом отец нового «министра» Энтони Веджвуд Бенн занимал посты министра в лейбористских правительствах в 60-е и 70-е годы, а в начале семидесятых в течение года даже возглавлял лейбористскую партию, находившуюся тогда в оппозиции. Но главное, он был фактическим лидером левого крыла лейбористской партии в 70-х – 90-х годах, человеком, под влиянием которого, несомненно, находился и начинавший тогда политическую карьеру Корбин. Под тем, что написал, опираясь на свой многолетний опыт работы в правительстве, Энтони Бенн, вполне может подписаться сейчас и Корбин:

«Как министр, я ощутил власть промышленников и банкиров в моменты, когда они пробивали себе путь при помощи самых открытых форм экономического давления, даже шантажа, в отношении лейбористского правительства... Эти уроки привели меня к выводу, что Великобританией только поверхностно управляют члены парламента и избиратели, которые выбирают их. Парламентская демократия, по правде, процесс едва ли больший, чем просто средство обеспечения периодического изменения в руководстве, которому просто позволяют осуществлять контроль над системой, которая остается в целом невредимой. Если британские люди когда-либо начнут спрашивать себя, какой властью они действительно обладают при нашей политической системе, то они будут поражены, когда обнаружат, как мала их власть».

Энтони Бенн умер в прошлом году, а его сын, которому сейчас 61 год, еще в нулевые успел побывать министром в правительствах Блэра и Брауна, а последние годы входил в теневой кабинет. Хилари Бенн, как и Корбин, вегетарианец, но в отличие от незаконченного высшего образования у нового лидера лейбористов, у Бенна есть диплом университета Сассекса, где он изучал русский язык, культуру и историю России и стран Восточной Европы.

Теневым министром обороны, как пишет сайт телеканала Sky News, Корбин хотел видеть Криса Брайанта, отвечавшего в предыдущем «кабинете» за культуру и СМИ. Но потом Корбин передумал – после того, как Брайант настаивал на получасовом разговоре с ним о том, «что будет, если нам придется вторгнуться в Россию». По сведениям обозревателя Sky News, «Корбин оказался к такому разговору не готов». Интересно, что имеющий сан священника англиканской церкви открытый гей Брайант (известный своими пристрастиями к публикации откровенных фотографий в соцсетях) в конце нулевых в качестве парламентского заместителя главы министерства иностранных дел курировал отношения в том числе и с Россией.

В итоге новым «министром обороны» стала бывший теневой министр транспорта Мария Игл. 54-летняя депутат парламента занимала посты заместителя министра в правительствах Блэра, но она известна меньше, чем ее сестра-двойняшка Анжела, также получившая назначение в «правительстве Корбина». Анжела стала теневым министром по делам бизнеса, но широкую известность она получила еще в 1997 году, когда стала первой женщиной в британском парламенте, открыто объявившей себя лесбиянкой (сейчас открытых гомосексуалистов и лесбиянок в парламенте Великобритании уже 27 человек, что ставит Вестминстер на первое место среди всех мировых парламентов).

При этом Корбина еще и критикуют за то, что в его кабинете мало женщин, хотя кроме близняшек Игл у него есть еще и признанная пять лет назад «самой сексуальной» среди депутатов парламента Люсиана Бергер. 34-летняя иудейка и борец с антисемитизмом получила специально учрежденный Корбиным пост «министра по вопросам психического здоровья». «Я очень рад тому, что мы создали специальную должность, связанную с вопросами психического здоровья – проблемой, которой я интересуюсь уже давно», – сказал новый лидер лейбористов.

Действительно, ситуация, в которой Корбин внезапно оказался поперек интересов всей английской политической системы, да к тому же и бросил вызов атлантической солидарности и англосаксонскому империализму как таковому, может стоить ему не только душевного здоровья, но и физического. Хотя давно уже никому в старых английских партиях не удавалось опереться напрямую на избирателей, чтобы побороть партийную машину, а у Корбина получилось. И теперь все будет зависеть от того, сумеет ли он сохранить и повести за собой партию, или ее разорвут на части, чтобы не дать шансов красному Джереми прийти к власти и начать воплощать свои взгляды в жизнь.

Комментарий:

Национализация и налоги на богатых - это их внутреннее дело. Нас оно волнует мало. Только в той части, в которой эти национализации могут сказаться на нынешних механизмах международной торговли. Не стоит забывать, что львиная доля торгов по сырью, в частности - металлом, в том числе ценообразование по золоту, осуществляется на лондонских площадках.

Против НАТО - для нас это хорошо. Альянс давно утратил свой первоначальный оборонительный смысл и превратился в инструмент агрессии и проводника американской внешней политики в мире и в Европе. Его ослабление пойдет на пользу всем. Миру. Европе. Нам.

Против английской ядерной программы - плохо. В первую очередь для самой Великобритании. По мере естественного снижения собственной добычи, неизбежно начнется рост зависимости страны от внешних источников энергоносителей. Британцы вряд ли согласятся безропотно с этим мириться. Отказ от собственной ядерной программы в конечном счете означает неизбежное закрытие всех британских проектов в области ядерной энергетики. Тем самым зависимость страны от импорта энергоносителей лишь еще больше увеличивается. См. пример Германии.

Это значит повышение непредсказуемости и противоречивости британской внешней политики. Чисто экономически Британию будет затягивать в сферу политического притяжения основных поставщиков. А крупнейшим из них является Россия - она же главный геополитический противник Британии на протяжении нескольких сотен лет. Таким образом в будущем от британской внешней политики стоит ожидать прогрессирующего раздвоения личности и роста противоречивости и непоследовательности ее позиций.

За объединение Северной Ирландии с Ирландской Республикой - в целом это тоже их внутреннее дело. Правда, подобное решение может заметно активизировать шотландский сепаратизм, а значит поставить под угрозу целостность всего британского государства.

За ХАМАС - это плохо. Это очень плохо. Не только для Израиля, Палестины или Ближнего Востока, но для внутриевропейской безопасности тоже. В Европе давно проблемы с культурной и религиозной самоидентификацией. Поддержка радикалов ХАМАС означает подспудное признание правоты не только их политических или религиозных взглядов, но и их стратегии, основанной на терроре. Это конечно не Хесболла, но тоже далеко не белые и пушистые ребята.

За права различных меньшинств - плохо. Любая нация или страна, претендующая на лидирующие позиции в мире, неизбежно вынуждена продвигать на прочие регионы свои взгляды на то, как должен быть устроен "правильный и справедливый мир". Культура является одним их важных, основополагающих, элементов таких взглядов. Во что выливается это вот "за права различных меньшинств" мы можем наглядно убедиться на примере нынешних европейских реалий. Таким образом, обострение культурного конфлитка между нами и британцами можно уверенно прогнозировать уже сейчас.

За «общественную собственность на средства производства, распределения и обмена» - это их внутреннее дело, потому нам мало интересно. Тем более что за красивым лозунгом пока не стоит никакой внятной и последовательной теоретической базы. Стало быть в реальности он означает лишь банальное "отобрать и поделить". Против конфронтации с Россией - для нас это хорошо. Однако противоречивость и непоследовательность вышеперечисленных пунктов не позволяет ожидать серьезного улучшения российско-британских отношений. Разве что позиция Великобритании в целом станет несколько менее русофобской.

Словом, политически он в чем-то сильно смахивает на Ципраса.

http://www.vz.ru/politics/2015/9/16/767275.print.html

http://alex-leshy.livejournal.com/605885.html