Новая исламская идентичность на Западе

Социологический фон западноевропейского исламистского боевика вписывается в паттерн, характерный для радикальных леваков Европы в 70-х и 80-х (Rote Armee , Brigatta Rosso, и Action Directe). Их ячейки – амальгамы разочаровавшихся, получивших европейское образование, одиноких особей мужского рода

Природа мусульманского присутствия в Европе также меняется. Мусульмане более не являются “временными приглашенными рабочими”, но перманентной частью европейского ландшафта – также, как на протяжении многих столетий в юго-восточной Европе. Началась институилизация ислама в Европе – равно как и ре-исламизация европейских мусульман.

Проблема вербовки и возврата боевиков-террористов:
опыт Европы и перспективы России

В статье:
Как борются с возвращением экстремистов в Европу

Говорить о единой мусульманской общине в Европе, однако, было бы ошибкой. Даже внутри отдельных стран этническое разнообразие, сектансткие различия, расколы внутри общин, источниками которых являются социо-политические и генерационные противоречия, и неиерархическая природа самого ислама означают, что мусульмане на протяжении ближайших десятилетий будут скорее разобщены, чем объединены.

Также как европейские христиане и евреи, европейские мусульмане – не монолитная группа. Несмотря на это, мусульмане все чаще идентифицируют себя с исламом, нежели со страной происхождения своей семьи или тем европейским государством, на территории которого они проживают. Более того, этот феномен значительно ярче выражен среди молодых мусульман.

Некоторые этнические барьеры между мусульманами начинают утрачивать былое значение, в особенности, среди молодежи. Частично это объясняется возникновением когорты религиозных лидеров, не рассчитывающих на поддержку отдельных мусульманских государств, и использующих простой, понятный язык для того, чтобы говорить о проблемах молодых европейских мусульман. Молодые мусульмане куда более быстрыми темпами модернизируют и осваивают многие аспекты европейской социальной жизни, чем первые волны мусульманских иммигрантов.

Молодые мусульмане адаптируются к атрибутам европейских обществ, в которых они были рождены и растут: языку, социализации через школы, и, во многих случаях, к секуляристским перспективам страны, в которой они проживают. Тем не менее, в общем они не ощущают себя частью общества, не чувствуют, что и у них есть ставки в нем. И наоборот, даже многие мусульмане третьего поколения рассматриваются остальными членами общества в качестве иммигрантов и иностранцев.

В чем ложь утверждений, говорящих что
Ислам религия мира
в статье:

Почему ислам религия войны
Причины того что европейцы и жители Востока несовместимы
в статье:

Почему мусульмане агрессивны

Несмотря на это, пропорция мусульман с европейским гражданством стремительно растет. С все большим количеством мусульман, рождающихся в Европе, и с недавним облегчением процедуры натурализации в некоторых странах, в первую очередь в Германии, этот тренд будет только нарастать. Более ? мусульман Британии и Франции – уже граждане этих государств. В Германии эта пропорция -15-20%, из оставшихся 11% подали просьбы о предоставлении гражданства, и 48% намерены подать такие прошения (данные на 2001 год).

Эти цифры означают, что у Германии очень скоро появится 2,4 миллиона новых граждан – и избирателей. Такое же резкий приток может произойти в Италии. Там живет более миллиона мусульман, менее 10% имеют гражданство. Схожая обстановка в Испании, где также живет миллион мусульман. В странах Скандинавии, где, как правило, гражданство можно получить после пяти лет проживания на территории страны, доля граждан среди мусульман также может значительно вырасти с нынешних 15-30%.

Несмотря на описанные тренды в гражданстве, молодое поколение мусульман сопротивляется ассимиляции в секуляристское европейское общество более упорно, чем прежние поколения. Европейские мусульмане готовы интегрироваться и принимать европейские нормы, пока они считают это возможным – сохраняя при этом выраженную мусульманскую идентичность и мусульманские практики. Они боятся того, что ассимиляция, полное погружение в европейское общество полностью лишит их этой идентичности.

Тем не менее именно такую цену, с точки зрения этих молодых мусульман, европейские правительства и социум требуют за ассимиляцию. Последние исследования во Франции и Германии демонстрируют, что второе, и, в особенности, третье поколение мусульман интегрируется в европейское общество куда хуже, чем их родители.

Отношение к нациям и возможен ли национализм в исламе:
Ислам о национализме

Воспринимаемые в качестве проявлений дискриминации проблемы с занятостью, жильем и религиозными практиками понуждают многих мусульман второго и третьего поколения видеть ислам в качестве главного знака своей идентичности. И действительно, безработица среди мусульман в два раза выше, чем среди не-мусульман, и хуже, чем среди не-мусульманских иммигрантов. Мусульманские достижения в области образования и приобретения профессиональных навыков, как правило, низки, и участие мусульманских женщин в трудовой жизни – минимально.

В этой обстановке возможности для продвижения ограничены, а предрассудки против мусульман – сильны. Все описанные факторы являются причиной изоляции – и герметизации мусульманских общин в Европе. Поэтому никого не должен удивлять тот факт, что, например во Франции мусульманская идентификация с исламом в 2001 была куда сильнее, чем в 1994 и в 1989. С 1994 по 2001 количество тех, кто определяет себя в качестве “верующих и практикующих мусульман” увеличилось на 25%.

Стратегические последствия

Европейские эксперты по контр-терроризму предполагают, что от одного до двух процентов мусульманского населения – то есть от 250 тысяч до 500 тысяч индивидов, вовлечены в тот или иной вид экстремистской активности. Какая доля из этих мусульман готова совершать или поддержать террористические акты на данный момент неясно. Главное здесь даже не то, что юридическая атмосфера и само расположение Европы предлагают удобную платформу, с которой могут оперировать террористы. Сама “химия” столкновения мусульман с Европой подталкивает людей определенного типа к тому, что они становятся потенциальными кандидатами вербовки в террористические сети.

Угонщики 9/11 не просто базировались в Европе. Они были арабами, чьи взгляды радикально трансформировались их опытом жизни в Европе. Из примерно 660 заключенных в Гуантанамо, граждан 42 государств, 20 были гражданами шести европейских государств, и такое же количество являются постоянными резидентами (для сравнения, только двое были американскими гражданами). Общее количество заключенных в Гуантанамо, имеющих отношение к Европе куда больше, чем можно было бы ожидать – и это указывает на то. что нечто в европейской атмосфере подталкивает мусульман к терроризму. В этой связи следует отметить, что с момента 9/11 в Европе арестовано в 20 раз больше подозреваемых в терроризме, чем в США.

По данным германских и французских экспертов, лишь незначительная доля исламских террористов была пассионарными фанатиками до их прибытия из мусульманских стран в Европу. Куда большая группа была завербована из массы молодых людей, многие из них – представители среднего класса, испытавших в Европе культурный шок, и после этого быстро радикализоввшихся, превратившихся в “возродившихся в вере” исламистов.

Отношение к собственности иноверцев в Исламе в статье:
Собственность неверных в исламе

Не принятые в качестве интегральной части европейского общества, и в то же время испытывающие отвращение к секуляризму и индивидуализму, некоторые индивиды мусульманского происхождения, в особенности столкнувшись с большим личным кризисом, находят солидарность, смысл жизни, и направление в радикальных исламистских группах, которые заняты активным поиском именно таких людей.

Очень немногие из радикализованных мусульман возвращаются на родину для войны против правительства. Вместо этого, молодые люди отправляются на джихад в Афганистан, Боснию или Чечню Французский исследователь Оливер Рой отметил, что социологический фон западноевропейского исламистского боевика вписывается в паттерн, характерный для радикальных леваков Европы в 70-х и 80-х (Rote Armee , Brigatta Rosso, и Action Directe). Их ячейки – амальгамы разочаровавшихся, получивших европейское образование, одиноких особей мужского рода (зачастую с университетским техническим или научным образованием) или же отбросы рабочего класса ( часто – принявшие ислам в тюрьме) с общей, маргинальной культурой.

Их жизнь не имеет ничего общего с борьбой против специфического ближневосточного правительства, или, за исключением саудов и йеменцев, с традиционным религиозным образованием. Также не идет речь о ячейках, связанных со специфическими спецслужбами ближневосточных государств или радикальных движений. Скорее, речь идет о рекрутах, контролируемых и управляемых исламистскими группами, преследующими свою собственную глобальную агенду.

Источник:http://postskriptum.org/2016/09/18/savage-2/

Опубликовано 20 Сен 2016 в 12:00. Рубрика: Международные дела. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.