«Терпеть не могу немглийский!» - эту фразу можно услышать в Германии все чаще. Denglisсh – так называют немцы безудержное использование в немецком языке англицизмов, прозрачно намекая на противоестественное смешение немецкого (Deutsch) и английского (Englisсh) языков. Засорение немецкого языка английскими словами – процесс не новый, и даже вполне естественный. Особенно, если вспомнить, что английские слова обычно короче, чем немецкие, да и понятен английский язык большинству иностранцев – именно поэтому в аэропорту указатель на место проката машин будет выполнен, скорее всего, только на одном языке, английском, и вместо Fahrzeuganmietung появится простое Car Rental.

Разумеется, типичный немец не имеет ничего против того, чтобы называть билет не Fahrkarte, а Ticket, да и программа поощрения частолетающих пассажиров компании Lufthansa называется Miles & More, а не Meilen und Mehr. Но где-то проходит та граница, за которой начинает наливаться кровью лицо не только немецкого языкового пуриста, но и вполне открытого к миру гражданина.

Самая забавная группа немецких англицизмов – это слова, которые звучат как английские, но при этом их в настоящем английском языке нет. Ни один англичанин не поймёт, что такое Handy – а именно так немцы называют мобильный телефон. В английском мобильник называется cell phone или mobile phone, но немцы тут англоамериканцев перещеголяли. Офисный проектор, транслирующий на стену презентацию в PowerPoint, в Германии называется Beamer – ещё одно псевдоанглийское слово, которого в настоящем английском нет (там он называется projector).

Кто находится у власти в Германии
и объяснение поведения этих людей
в статье
Нравы германской элиты и тайные пружины политики
А также в статье
Болотное дело в Германии

Неплохо получилось со словосочетанием Home Office – если в настоящем британском английском это министерство внутренних дел, то в немецком английском языке фраза «моя подружка работает в Home Office» означает куда более банальный факт: подруга работает не в офисе, а на дому.

Но комичнее всего дело обстоит с использованием немцами слова body bag в значении «рюкзак» - в то время как в настоящем английском body bag означает пластиковый мешок для упаковки трупов, который используют полицейские и военные. В этом смысле объявление в немецком детском магазине, что сегодня родители могут купить для своих детей body bags со скидкой, выглядит как триумф немецкой языковой наивности.

Немглийский язык преследует немцев даже в самых простых бытовых ситуациях. Например, в моем «фольксвагене», произведённом в Германии и для немецкого же рынка, все надписи на приборной панели и рычажках, и кнопках выполнены только на английском языке. Для меня это не проблема – но, честное слово, подумали производители о немецком дедушке, который в семьдесят лет купил себе очередную машину, и теперь пытается разобраться, что такое cruise control on?

Или вот ещё – зачем называть проектную группу в немецком министерстве Task-Force, а совещание Meeting? А именно так назывались вплоть до 2010 года проектные группы в министерстве транспорта Германии. Пока туда не пришёл баварец Петер Рамзауэр и не запретил бессмысленное использование англицизмов.

Ещё Джордж Оруэлл в своём эссе про английский язык писал: тот факт, что на английском говорить легко, означает также, что на нем легко говорить с ошибками. Немцы пошли дальше – и начали перенимать английские ругательства, благо те кратки и выразительны. В самом деле – самое расхожее немецкое ругательство – Scheiße! – означает не больше и не меньше чем «дерьмо».

Неудивительно, что первым английским ругательством, внесённым в немецкий толковый словарь Duden, стало слово Shitstorm. Интернет-термин, чей аналог по-русски звучит как «срач» или «г*вносрач» был даже произнесён однажды канцлером Ангелой Меркель. Журналисты спросили канцлера, не хотела ли бы она введения лицензии на пользование интернетом, наподобие водительских прав, на что канцлер ответила: «Да, но я не буду развивать тему, потому что иначе завтра начнётся shitstorm».

Впрочем, история использования иностранных слов вместо немецких насчитывает в Германии несколько веков. Ещё король Фридрих II назвал свой загородный дворец под Берлином не Sanssouci – а Ohne Sorge, как звучало бы название «без забот» по-немецки. Городская резиденция Гогенцоллернов в Берлине называлась Monbijou, то есть «моё сокровище» по-французски, а одна из центральных площадей Берлина до сих пор носит имя Gendarmenmarkt – в честь полка королевской гвардии, который, как легко догадаться, называлась полком Gens d'armes.

Именно эти названия сейчас кажутся в Берлине вполне органичными и историческими, а название центрального офиса немецких железных дорог Deutsche Bahn - Bahn Tower – царапает глаз своей нарочитой английскостью. Однако кто знает – может, через два века английские топонимы будут смотреться в Берлине естественно, а возмущаться немецкие пуристы будут псевдокитайскими неологизмами.

http://www.euromag.ru/euroblogs/126/31875.html