Иран и Россия добились единодушного согласия прикаспийских государств, в число которых также входят Азербайджан, Казахстан и Туркменистан, относительно недопустимости иностранного военного присутствия на Каспийском море, чем исключили любую возможность развёртывания в будущем в его бассейне сил НАТО.

В политической декларации, подписанной на IV Каспийском саммите в Астрахани 29 сентября президентами пяти прикаспийских государств, «закреплён один из основополагающих для обеспечения стабильности и безопасности принципов – право пребывания на Каспийском море имеют вооружённые силы исключительно прибрежных стран», сказано в заявлении президента России Владимира Путина по итогам встречи.

Его иранский коллега Хасан Роухани добавил к этому, что «среди всех прибрежных стран Каспийского моря имеется консенсус по вопросу о том, что они в состоянии обеспечить безопасность Каспийского моря, и вооружённые силы ни одного иностранного государства не должны входить в море», – цитирует слова Роухани государственное информационное агентство Ирана PressTV.

Данный акт имеет место на фоне напряжённости в дипломатических отношениях России и Ирана с западными странами и всё более ощутимой для них угрозы иностранного военного присутствия на Каспийском море.

«В том, чтобы военное присутствие западных стран в бассейне Каспийского моря оставалось под контролем, заинтересован как Иран, так и Россия, – сказал в интервью The Diplomat эксперт по внешней политике и автор книги «Закон и политика Каспийского моря» Бахман Диба. – В связи с текущими проблемами с такими бывшими советскими республиками как Украина и Грузия, Россия возобновила внешнюю политику, которая вызывает воспоминания об эпохе холодной войны. А иранский режим обеспокоен тем, что Запад может использовать прикаспийские страны с целью оказания давления на его ядерную программу»

В результате украинского кризиса серьёзно ухудшились отношения Запада с Москвой, обвиняемой в нарушении международного права и нарушении суверенитета Украины. После аннексии Крыма и военных действий на Восточной Украине США и Европа наложили на Россию множество санкций, что со времён распада СССР стало самой жёсткой мерой, принятой западными странами против Кремля.

А Иран тем временем занят деликатными переговорами с группой П5+1 (США, Россия, Китай, Британия, Франция плюс Германия), посвящённым его программе мирной ядерной энергии. После того, как Роухани вступил в должность в 2013 году, стороны вышли из тупика, в котором они преимущественно находились во время срока полномочий его предшественника, Махмуда Ахмадинеджада, а в ноябре 2013 года было заключено прорывное соглашение.

С другой стороны, бывшие советские республики в бассейне Каспийского моря, особенно Азербайджан, наращивают сотрудничество с США и Европой в сфере безопасности и энергетики. После обретения независимости в 1991 году Азербайджан, в силу своих огромных нефтегазовых богатств, выступил для Запада стратегическим партнёром благодаря трубопроводам Баку-Тбилиси-Джейхан и Баку-Тбилиси-Эрзурум, оба из которых находятся вне контроля Москвы.

Выступая в начале сентября на саммите НАТО в Уэльсе, президент Ильхам Алиев сказал, что его страна стала для альянса «надёжным» партнёром и наращивает усилия по обеспечению всё более широкой логистической поддержки операций НАТО в Афганистане. Более того, Азербайджан после 2002 года сам стал частью сил ISAF в Афганистане. Помимо этого, широко известно, что в связи с обострением кризиса на Украине официальные лица НАТО пытаются улучшить военное сотрудничество со странами «ближнего зарубежья» России (бывшими членами Советского Союза, по-прежнему находящимися в сфере влияния Москвы). Казахстан, казалось, зашёл даже ещё дальше в переговорах об открытии в северо-западном порту Актау военно-морской базы, обслуживающей потребности войск США и НАТО. В то же время, США играли активную роль в оказании Азербайджану, Казахстану и Туркменистану помощи в укреплении их обороны и даже развитии собственных военно-морских флотов.

Теперь решение закрыть Каспийское море для иностранного военного присутствия делает любой план в отношении военных баз НАТО очень маловероятным. У него также могут быть последствия и в сфере энергетической безопасности

«Россия резко против проекта транскаспийского газопровода из Туркменистана в Азербайджан и может пойти на угрозу применения военной силы, если эти две бывшие советские республики, несмотря ни на что, решат идти дальше, – сказал The Diplomat профессор советской и постсоветской истории Университета Индианы Дмитрий Шляпентох. – Но если бы на Каспии была  база НАТО, Россия могла бы со временем уступить и допустить проект».

Юридическая осуществимость проекта в конечном счёте зависит от исхода переговоров о правовом статусе Каспийского моря. В случае предоставления каждому прибрежному государству прав на воды у своих берегов, у Туркменистана и Азербайджана будут законные основания для строительства трубопровода и его соединения с Южным газовым коридором, проектом которого занимается правительство в Баку и его западные союзники, что кардинально усилило бы объединённую газоэкспортную мощь двух стран. Россия рассматривает транскаспийский трубопровод как серьёзную угрозу её монополии в поставках газа в Европу (Туркменистан является счастливым обладателем четверти газовых запасов мира и уже конкурирует с российским газом в Китае) и не будет так просто сдаваться. В попытке всё сгладить и выработать осуществимые альтернативы, Кремль, как было подтверждено Путиным на Каспийском саммите, обещает поддержку коридору Север-Юг, связывающему Западную и Северо-Западную Европу с Каспийским бассейном и Южной Азией, который в сравнении с рассматриваемым маршрутом позволит вдвое сократить транспортировочное расстояние. Коридор пройдёт по существующим искусственным каналам, которые соединяют Каспийское море с Чёрным и Балтийским, и будет под строгим контролем Москвы.

Хотя сам Путин признал, что нерешённые вопросы ещё остаются, он оценил итоги астраханского саммита как прорыв в переговорах о правовом статусе Каспийского моря и ожидает, что окончательное соглашение будет заключено на следующем саммите в Казахстане в 2016 году. Хотя принципы делимитация бассейна по-прежнему находятся в состоянии неопределённости, по крайней мере, понятно, что над водами Каспия флаг НАТО поднят не будет, так как прибрежные государства ищут какие-то точки соприкосновения и хотят наконец-то найти способ раздела акватории.

Согласно многочисленным сообщениям, опубликованным в последнее время в разных источниках по поводу открывающегося в Астрахани 4-го Каспийского Саммита, чиновник Министерства иностранных дел России Игорь Братчиков заявил репортерам 22 сентября в Кремле о том, что Россия «поддерживает условия советско-иранского соглашения 1921 года». В соответствии с Соглашением Каспий рассматривается как озеро и делится на два сектора.

Позиция России в отношении правового режима Каспийского моря состоит в разделении площади морского дня на основе модифицированной медианной линии (ММЛ) и сохранении права на воды Каспия за всеми прибрежными странами. В соответствии с ММЛ, Россия и Азербайджан получают по двадцать процентов морского дна, Казахстан – тридцать процентов, Туркменистан – чуть менее семнадцати процентов и Иран – почти тринадцать процентов. России удалось убедить Азербайджан и Казахстан, и между ними уже подписано соглашение на основе российского предложения о разграничении морского дна северной части Каспийского моря между этими тремя странами.

Иран, при неустойчивой поддержке Туркменистана, не согласился с российской формулой и даже заявил о том, что считает соглашение России с Азербайджаном и Казахстаном о разделе морского дна юридически недействительным. Позиция Ирана сводится к разделению Каспия на основе равенства (около двадцати процентов для каждой из пяти прибрежных стран), причем эти секторы должны, с точки зрения Ирана, включать в равной степени территорию морского дна и акваторию Каспия.

Нет никаких сомнений, что вплоть до определения нового правового режима Каспийского моря, старый ражим, основанный на соглашениях 1921 и 1940 гг. между Россией и Ираном, является действительным. Однако, правительство Ирана еще в 1979 году объявило статьи 5 и 6 Соглашения 1921 года утратившими законную силу. Иранская сторона обосновывала свое решение тем, что поскольку указанные статьи касались тех русских, кто бежал из России после Октябрьской Революции в Иран, позднее они утратили свою актуальность. Эти статьи давали правительству Советской России  определенные права на интервенцию в Иран в случае, если иранские власти не смогут предотвратить угрозу, исходящую в отношении России от определенных источников (имелись в виду российские контрреволюционные силы, которых называли белыми) на территории Ирана. Правительство России так никогда и не подтвердило официально позицию Ирана по поводу аннулирования этих статей Соглашения 1921 года.

На основе Договора о дружбе между Ираном и СССР 1921 года, были восстановлены права Ирана на навигацию в Каспийском море, которых страна была лишена в соответствии с Туркманчайским договором между Персией и Российской империей 1828 года. Статьей 11 Соглашения 1921 года  предусмотрено, что обе стороны обладают равными правами навигации во всех частях Каспийского моря и не существует никаких ограничений в отношении судов под национальными флагами обеих стран.

Текст этой статьи совершенно ясен: «Принимая во внимание факт, что в соответствии с принципами, перечисленными в статье 8 настоящего договора, Туркманчайский договор от 10 февраля 1828 года, статья 8 которого лишала Иран права навигации в Каспийском море, является аннулированным, Высокие договаривающиеся Стороны признают, что в результате подписания настоящего договора обе страны получают равные права свободной навигации под национальными флагами в водах Каспийского моря».

На основе вышеупомянутой цитаты из заявления о новой позиции России, специалист по международному морскому праву Bahman Aghai Diba делает следующие выводы:

1. Каспийское море является с географической точки зрения озером и его статус в качестве озера не может основываться на каком-либо соглашении, включая договор от 1921 года.

2. Соглашение от 1921 года не делит Каспийское море на две части. Оно устанавливает свободную навигацию по всей акватории для Ирана и России как единственных на тот момент прибрежных стран. Позже, в 1940 году на основе этого соглашения было подписано новое, включающее пакет приложений, которым Каспий объявлен морем Ирана и России.

3. Требование Росси о разделении Каспия на две части на указанных условиях означает его разделение на Северное Каспийское море и Южное Каспийское море (ничего подобного в соглашении 1921 года не было). Северное Каспийское море должно принадлежать России, Казахстану и частично Азербайджану (у которого нет проблем по поводу применения российского предложения о ММЛ) и Южное Каспийское море должно принадлежать Ирану, Туркменистану и частично Азербайджанской Республике, которая может продолжать оспаривать позиции обеих сторон по вопросам установления границ в акватории Каспия.

4. По всей видимости, новая позиция России не окажет какого-либо влияния на соглашение между вышеуказанными странами по поводу ММЛ.

5. Особый акцент Россия делает на чрезвычайно важных для нее частях соглашения 1921 года, ограничивающих право навигации в Каспийском море только двумя странами (разумеется, в настоящее время пятью). Это означает введение ограничений на навигацию в акватории Каспия для всех остальных (не имеющих прибрежной территории) стран. В обстановке современного обострения напряженности между Россией и западными странами это волне объяснимо. На самом деле, именно на этом вопросе Россия намерена сосредоточиться самым серьезным образом во время ближайшего саммита и после его окончания.

6. Упоминание о соглашении 1921 года без обозначения различий относительно частей договора, объявленных Ираном в одностороннем порядке юридически недействительными, означает особое послание для Ирана.

http://mixednews.ru/archives/66018

http://mixednews.ru/archives/65877