Исполнилось 215 лет со дня смерти, а точнее, убийства императора Павла Первого. В царское время это событие официально именовали «апоплексическим ударом» (и вполголоса шутили при этом: апоплексический удар табакеркой в висок). В советское время отношение к цареубийству 1801 года было довольно неоднозначным.

Например, в книге Льва Никулина «Мёртвая зыбь» и снятом по ней фильме «Операция "Трест» (1968 г.) один из героев, скорее положительный, произносит такую возмущённую тираду, обращаясь к заговорщикам-монархистам 20-х годов:

"Панихиды служите по Николаю Александровичу! А кто Петра Третьего убил? Господа дворяне – Григорий и Алексей Орловы. Григорий – любовник Екатерины. А Павла Петровича, императора, кто убил? Не матросы и латыши, а Талызин, граф Палён и кто там ещё! Господам, значит, дозволено... Сначала всё по-благородному: «Sire, vous devez abdiquer» («Государь, вы должны отречься от престола»). А Николай Зубов: «Чего ещё абдике?» – и фунтовой золотой табакеркой монарха в висок. Я сам эту табакерку в алмазном фонде видел – весь угол смят. А потом набросились на помазанника божия и всего истоптали, как мужички конокрада. И не служили панихиды по невинно убиенному!»

После чего разъярённые монархисты ревут: «Предатель! Смерть ему!» – и в конце концов действительно убивают неуместного оратора.

Году в 1992-м мне попался первый отрывной календарь новой эпохи – всё советское в нём было тщательно вычеркнуто. Но меня поразила фраза на листке от 24 марта: в ней говорилось, что в этот день в 1801 году император Павел Первый скончался от... апоплексического удара. Снова-здорово, значит. Что, значит, теперь снова так тупо станут повторять старую ложь? Как говорил проницательный Талейран, «они ничего не забыли и ничему не научились».

А в советских школьных учебниках обществоведения, по которым я учился, убийство Павла Первого приводилось как яркий пример того, что даже абсолютный монарх должен послушно выполнять волю правящего класса. А если он вздумает пойти против него – его ждёт судьба императора Павла. И приводились иронические слова, которые приписывают мадам де Сталь и действительным автором которых, возможно, является Пушкин: «Правление в России есть самодержавие, ограниченное удавкою».

И заметим, никто не ставит по всей нынешней России портретов государя-императора Павла Первого со слоганом «Прости нас, Государь!» Потому что правящий класс никакой вины за это цареубийство не чувствует по сей день – раз низшие сословия отношения к нему не имели...

Какие выводы можно сделать из этого? Очень простые: ежегодная неутихающая истерика «Прости нас, государь!», вскипающая к каждому 17 июля, годовщине гибели Николая II, есть явление сугубо классовое. «Низшим классам», «черни», как их именовали до 1917 года, пытаются привить чувство вины и священного трепета перед «высшими», «природной аристократией», «их благородиями». «Элитой», короче говоря.

Когда «элита» разрешает свои мелкие разногласия с божьими помазанниками посредством апоплексических ударов табакеркой в висок, как в марте 1801-го – это её внутреннее дворянское дело. И черни сие не касается. Или, как выразился персонаж романа Никулина, «господам, значит, дозволено...» А вот если священную голубую кровь осмеливаются пролить всякие разночинцы, как в марте 1881-го, когда грохнули Александра II, а то и вовсе «неблагородные», как в июле 1918-го – тогда, конечно, совсем другое дело...

Тут ведь как. "Голубую кровь" проливали не раз и не десять, подчас без пролития крови, вплоть до таких изысков, как раскаленная кочерга в переставший удовлетворять интересы групп поддержки зад. А зачастую вместе с наследниками, а то и семьями. И публично, с приговором, и в привате, - и это, в самом деле, никого особо не шокировало.

И правильно. Власть есть право распоряжаться финансовыми потоками, а следовательно, насильственная смерть, неизбежная в те времена при рейдерской смене конкретных лиц с правом подписи, рассматривалась как всего лишь профессиональный риск. Типа, не успел, значит, опоздал. Не мы такие, жизнь такая. И насчет охранников вопросов не было по той же причине. А всякую  обслугу  отпускали и мелкий непричастный люд не рубили.

Но вот Гриша Захаров, 14 лет,  которому оторвало ноги бомбой Рысакова, и врач Евгений Боткин, и повар  Иван Харитонов, и лакей Алексей Трупп, и горничная Анна Демидова, - они ж ни к каким потокам никакого отношения не имели, их обнулили без всякой злобы, Гришу случайно, остальных просто за компанию, - и никто даже не подумал после того пожалеть.

Вот это, думаю, и напрягает.

А насчет "должен послушно выполнять волю правящего класса", так тут и объяснять нечего.

http://publizist.ru/blogs/109404/12109/-

http://putnik1.livejournal.com/4960091.html