Мигранты и национализм

Кем только не называли меня ЖЖ-исты в глаза и за глаза. Палеоконсерватором и ультралибералом. Клерикальным ревизионистом и неоязычником. Русским националистом и собравшим вокруг себя кагал евреем. Дмитрием Галковским и Вадимом Соколовским. Эти взаимоисключающие cуждения юзеры выносили на основании одних и тех же моих текстов. Но эпитетами дело не ограничилось. Заодно было создано несколько причудливых теорий о моих мотивах. Однако самые пытливые умы не удовлетворяются догадками и задают вопросы.

Мой предыдущий пост ( Избиение бородатых младенцев )  довольно бурно обсуждался в блогосфере. Помимо "Богемских манускриптов", его заметили в двадцати или тридцати других журналах. Чаще других в ходе обсуждения звучали два вопроса:

1. Зачем Европе нужны мигранты? (хотя "Бородатые младенцы" были совсем о другом, и эта тема зaтрагивалась в них вскользь).
2. Почему Богемик пишет то, что он пишет? (удивительно, что такой вопрос приходит в голову людям, которые и сами пишут).

На первый вопрос я решил ответить как можно более подробно. На второй - куда короче.

Присутствие в Европе мигрантов страшно беспокоит жителей РФ и некоторых других стран, но очень мало волнует самих европейцев. Разумеется, европейцы постоянно жалуются на засилье иностранцев. Непрекращающееся ворчание по поводу мигрантов, брюссельских бюрократов и своих собственных правительств считается в Европе правилом хорошего тона. Это дежурные темы, вроде разговоров о погоде.

Мигрантский вопрос в Германии

Но ворчание не должно никого вводить в заблуждение. Когда европейцев что-то действительно беспокоит, они ворчанием не ограничиваются. Повышение НДС на 5% способно вывести на улицы европейских городов сотни тысяч людей. Увеличение пенсионного возраста на два года провоцирует миллионныe демонстрации, иногда способные привести к падению правительства. Планы строительства дороги через лес, где гнездятся милые сердцу местных жителей птицы - и те могут вызвать акции протеста, грозящие вылиться как в силовое противостояние с властями, так и в многолетние судебные тяжбы.

Направленные против мигрантов митинги в самых крупных европейских городах собирают от силы по несколько тысяч маргиналов. Даже мадемуазель Ле Пен обязана своим двадцатипроцентным успехом не только и не столько антимигратской риторике, сколько обыгрыванием других тем, беспокоящих французов куда сильнее. Например, проблематики евро. Я настолько привязался к чешской кроне, что гипотетическая замена stakoruny,  дорогой stovky, верного kila, подозрительными четырьмя €, разрывает мне сердце. Представляю, что значил для французов их франк. Его отмена должна восприниматься ими, как смерть близкого человека.

Я прошу прощения, но когда комментаторы пишут мне "Брейвик - начало белой Аль-Кайды", я начинаю сомневаться, что они понимают ход мысли белых. Европейцев могут раздражать грязь, шум и повышенная криминогенность, сопровождающие появление на континенте выходцев из Третьего мира. Европейцы могут говорить, что Енох Пауэлл был прав или что Тило Сарацин написал прекрасную книгу. Некоторые из них даже могут отдать свои голоса Йoргу Хайдеру или Пиму Фортёйну. Но избавляться от мигрантов они не собираются.

В своей замечательной речи Брейвик сказал:

  "Я поддерживаю японскую и южнокорейскую культурные модели, не больше и не меньше. И что, Япония и Южная Корея представляют собой страшные террористические режимы? Нет, это не так! Это высокотехнологичные монокультурные страны. Эти государства доказали, что могут быть очень успешными и без массовой иммиграции и тем более без размывания национальной культуры и традиций. Модель этих двух государств на данный момент самая совершенная система из всех политических моделей."

Но как раз японской модели европейцы категорически не хотят. В этой высокотехнологичной монокультурной стране и в XXI веке сохраняется своя каста отверженных, аналог индийских париев. Хотя официально дискриминационные законы, касающиеся эта, были отменены ещё в 1871 году, на практике данная мера привела лишь к изменению их названия. Бывшие эта стали называться буракуминами, и сегодня их число достигает трёх миллионов человек.

Чем опасна миграция для России

Общий демократизм европейской культуры исключает оформление кастовой системы. Это одно из главных отличий Европы от Азии. Но нам никуда не деться от того факта, что на людей, выполняющих грязную, тяжёлую, низкооплачиваемую работу, остальная часть общества смотрит сверху вниз. Людя как огня боятся перспективы попасть в нижнюю социальную страту.

Никто не хочет видеть своих отпрысков в роли землекопов или уборщиц. Даже в скромной, посткоммунистической, традиционно ремесленной Богемии каждый надеется, что его дети станут как минимум поварами или электриками (а лучше - менеджерами и финансовыми аналитиками). Но кто-то должен и копать ямы, и мыть полы. Для этого, с точки зрения обывателя, и существуют мигранты. Это европарии, евроэта, евробуракумины.

И аргумент "они не работают, а сидят на пособиях" тут не действует. Во-первых, это сильное преувеличение, и большинство мигрантов всё же работает. Во-вторых, даже если на грязной работе занята лишь половина или треть из них, это вполне оправдывaет в глазах общества существование всей группы. Главное, что грязной работой не будет заниматься никто из местных. Мигранты играют в Европе не экономическую, а социальную роль. Чисто экономические последствия их присутствия крайне сомнительны, но европейцы предпочитают платить, а не пачкаться.

Аргумент о повышенной криминогенности мигрантской среды тоже не действуeт. То, что морлоки неизбежно будут время от времени затаскивать кого-нибудь из элоев в свои норы, общество пoнималo задолго до Герберта Уэллса. Когда люди загнаны в норы, им свойственно кусаться. Принадлежат ли морлоки и элои к одному этносу или к разным, роли не играет.  Японские ниндзя, создатели легендарных боевых искусств,  были выходцами с самого дна, из касты эта. Они кусались исключительно хорошо... но так и оставались эта (ещё их называли хинин - "нелюди").

Не действует и аргумент о якобы грозящем замещении коренного европейского населения пришлым. Такую же страшную сказку рассказывали о афроамериканцax США. В итоге  численность чернокожих  стабилизировалась на 13 процентах от общего нaселения Америки, и миф о их грядущем численном перевесе развеялся сам собой.  Ещё не так давно рождаемость чёрных в США была вдвое выше рождаемости белых,  но сегодня эти показатели практически сравнялись. Думаю, европейцы стабилизируют численность афроазиатских мигрантов и их потомков на ещё более низком уровне, не превышающем десяти процентов. Стабилизация будет достигнута и с помощью социальных мер (регуляции размеров детских пособий и т.д.), и путём культурного воздействия. Для меньшинств создаются свои субкультуры, со своими звёздами, ретранслирующими на пришлые общины желательные стереотипы поведения. Все эти франко-швейцарские фильмы о крутых женевских рэпперах алжирского происхождения ещё сыграют свою роль. Для этого они и снимаются.

Как борются с возвращением экстремистов в Европу

Поэтому на Брейвика большинство европейцев смотрит с недоумением: "Ну что ты так завёлся, Андрюша? Они же вместо нас работают".

Но всё вышесказанное - это лишь взгляд обывателя. Мещане составляют большинство населения, поэтому я подробно остановился  на их воззрениях и интересах . Однако существует ещё точкa зрения сверху. Элиты не стали бы затевать возню с мигрантами ради среднего класса. Они всегда действуют в собственных интересах. Элитам мигранты нужны по совсем другим причинам.

Расовые и религиозные отличия выстраивают между низами и средним классом непроходимую стену. Тy часть общества, которая потенциально могла бы быть наиболее революционной, предпочтительно держать  в изоляции. Элиты всегда заботились о подобных вещах. Например, в Японии народу были внушены дичайшие предрассудки в отношении представителей некоторых профессий. И они сохраняются до сих пор. Для европейцев, с их демократизмом, социальной мобильностью и представлением о человеческом достоинстве, подобный путь неприемлем. Но европейские элиты прекрасно знают, что для обывателя чужой - это alien.

Если Гаврош построит баррикаду, вы, конечно, сможете смести его картечью. Но ваши проблемы на этом только начнутся. Тут же появится какой-нибудь Викто́р и начнёт рефлексировать над телом Гавроша. Хорошо, если Викто́р окажется бездарен. А если он будет талантлив? Вместе с Викто́ром начнёт рефлексировать половина нации. Круг замкнётся - опять появятся баррикады, и вам придётся молиться, чтобы войска Тьера вовремя пришли на помощь.

Но если Гавроша зовут Гульфикар или Мбембе, Викто́р, увидев трупик повстанца, только проворчит: "Ну вот, теперь уже и aliens валяются посреди улицы. Куда смотрит коммунальная служба? Почему никто не убирает это свинство?" И тема будет исчерпана. Все настолько хорошо это понимают, что никто даже не пытается вывести aliens на баррикады.

Предрассудки среднего класcа никуда не делись. Это так же очевидно, как и то, что у элит подобных предрассудков никогда не было и не будет. Если союз среднего класса с aliens невозможен, то элита, напротив, легко и непринуждённо использует чужих в своих целях.

И то и другое известно в Европе по меньшей мере со времён античности. Римские плебеи, легкомысленно увлекавшиеся хоть Клодием, хоть Сатурнином, даже под страхом смерти отказывались вступать в армию Спартака. Спартак был для них варваром, чужим, alien'ом. Но патриций Сулла, не задумываясь, набрал в свои легионы десять тысяч рабов, дал им свободу и предоставил римское гражданство. У аристократа из рода Корнелиев не было предрассудков по отношению к чужим. Две руки, две ноги, меч держать умеют - значит, люди. В итоге те, кому Сулла дал свободу и гражданство, были самыми верными его людьми. B доместикации и использовании aliens европейским элитам нет равных.

Восстание Спартака подробно

Титан эпохи Просвещения завещал французам возделывать свой сад. Они его возделывают. Пропалывая своих гаврошей, на экспорт французы вырастили такие прелестные бутоны, как Пол Пот и Хомейни. Эта нация знает толк в цветах зла. Но соседи за Ла-маншем, превратившие свой остров не в сад - в плантацию по выращиванию ядовитой флоры - превзошли даже французов.

Когда-то я написал пост Предтеча из Лондона.  Думаю, это самый недооценённый из моих текстов. В нём рассказывается, как англичане выращивали латиноамерианских революционеров. По справедливому замечанию ув. volodymir_k, на этом примере видно, как делаются Дела. XVIII век, всё прозрачно. За мирандами и боливарами последовали новые сорта предтеч и мессий - романтики, социалисты, суфражистки, марксисты, научные расисты, революционеры, несколько сортов террористов, феминистки, футбольные хулиганы, панки, гринписовцы, ваххабиты - эта плантация плодоносит третий век подряд.

Мои комментаторы выражают озабоченность по поводу обилия пакистанских детей на лондонских улицах. Они озабочены будущим старой доброй Англии. Святая простота!  Не спешите оплакивать старушку, увидев в Лондоне стайки разноцветных детей. Среди них есть будущие великие люди, которые откроют врата Ада и устроят локальные апокалипсисы совсем в других точках земного шара. Как выразился в романе "Наша игра"  Джон Ле Каре, "мы никогда не закрываем лавочку".

Режим, существующий в нашей стране последние 95 лет, всё это время  нон-стоп морочит народу голову байками о закате Запада.

Уже в момент прихода к власти большевики обещали мировую революцию, в ходе которой западный пролетариат сметёт существующий порядок. Результат: развязывание в России гражданской войны, уничтожение лучшей части общества, доведение страны до каннибализма и обращение к Западу за хлебом и технологиями.

Потом они ждали мировой войны, в которой западные державы взаимоистребятся, а СССР малой кровью на чужой земле возьмёт кассу. Результат: самые страшные потери в мировой истории и победа, достижение которой едва ли было возможно без помощи западных держав.

Позже эти люди объявили о намерении  всех догнать и перегнать, начать делать ракеты, как сосиски, и похоронить Запад, который погибнет в результате общего кризиса капитализма. Результат: распад государства, сопровождавшийся невиданым в мирное время товарным дефицитом и принятиeм гуманитарной помощи от Запада.

Связь миграции и кризиса образования
В статье:

Выпускники ВУЗов в США никому не нужны

Наконец, они сочинили теорию, согласно которой западная экономика держится на финансовых махинациях и скоро рухнет, а вымирающее население Запада изнывает под гнётом терроризирующих его меньшинств. Результат... Вы действительно хотите его увидеть? Я - нет. Я не хочу даже представлять, во что русским могут обойтись очередные ордынские фантазии Кремля.

И поэтому я пишу то, что пишу. В "Богемских манускриптах" есть посты о истории Богемии, Тридцатилетней войне, исторических фальсификациях, преимуществах монархического правления, картинах Эгона Шиле или сериалах Валерии Гай Германики. Всё это - переменные моего журнала. Но есть у него и одна постоянная: cуждение, что у России нет других реальных путей развития, кроме всесторонней вестернизации. Распространение этого мнения - моя главная цель в ЖЖ.

Орда должна быть ликвидирована. России нужно вернуться в Европу. Этo константа "Богемских манускриптов".

Ответ историка Волкова:

Заглянув после недельного перерыва в ленту, сразу у нескольких юзеров увидел отклики дискуссии (пост, видимо, послуживший поводом, я пропустил) относительно того, есть ли на самом деле проблема «мигрантов» в Европе (и, подразумевается, у нас). С сожалением отметил три характерные черты суждений на тему. Ну, на представлениях о том, что базовые социальные процессы способен кто-то специально успешно осуществлять (страны, «элиты», тайные общества и т.д.) останавливаться не буду – это такая «суперконспирология», нормальная шиза для народного употребления, огорчительная лишь в случае усвоения сколько-то приличными людьми. Но по поводу двух других: некорректности сравнения европейских обществ с дальневосточными и невнимания к тому, что, собственно, составляет суть проблемы – пожалуй, выскажусь.

Кивать на то, что, вот-де японцы и корейцы без «мигрантов» обходятся, не стоит. Корейцы, кстати, завозят, и в общем ситуация с собственным населением та же. Гипертрофированный рост системы высшего образования (несмотря на перепроизводство «специалистов» и рост безработицы среди них), неминуемо связан с утверждением представления об унизительности физического труда вообще (а тем более неквалифицированного) не только в элитной среде, но и во всем населении в целом. Вследствие чего нация, абсолютное большинство которой сравнительно недавно только таким трудом и занималось, решительно отворачивается от профессий так называемых «трех Д» (dirty, difficult, dangerous), и при наличии достаточного числа свободных рук приходится завозить в страну десятки тысяч рабочих из других азиатских стран.

Но там это не составляет проблемы, как не составляло бы и в Японии, перестань она обходиться собственными париями (которые фактически представляют собой субнациональную группу). Потому что ДВ страны «органично» националистичны. Там нет «нац-ма» и нац. партий, потому что националисты – все. В о-ве и г-ве по этому вопросу существует абсолютный консенсус, и «мигранты» никогда не смогут составлять угрозу в плане «утраты нацией идентичности». Они всегда будут «на своем месте», и какое-то их влияние на внутр. политику непредставимо. Если вообще-то браки с иностранцами (европейцами) в той же Корее традиционно не одобрялись, то распространившаяся недавно среди корейских крестьян мода покупать себе молоденьких вьетнамок и филиппинок воспринимается достаточно спокойно: приобретение «своим» («высшим») для собственного удовольствия симпатичной и покорной жены из «низших» никаким «мультикультурализмом» не пахнет. А попробуйте представить себе моду на арабских наложниц среди французских фермеров.

О развитых и неразвитых народах

В Европе же, где национализм – что-то «скандальное», а партии элементарно, минимально националистические (типа лепеновской) именуются не иначе как «ультранационалистические», ситуация принципиально иная. Поэтому проблема есть. Именно потому, что в условиях принятых «понятий», жесткая сегрегация ни на уровне государственно-юридическом, ни на уровне общенационального сознания (половина населения голосует за «промигрантские» партии – пусть не за как именно «промигрантские», но очевидно, что искренне считая «мигрантов» равными себе) невозможна. Пусть проблема эта «отложенная», но она вполне осознается.

Пока, да, в большинстве «черные» занимают низшие позиции (и если, скажем, в Испании процент безработных равен проценту «понаехавших», это не значит, что с изгнанием последних проблема безработицы решится). Но в условиях тенденции к «всеобщему высшему образованию» и принципиальной установке на «равенство» выход достаточного числа их из этой ниши неизбежен. При том, что этот выход может быть совершенно не связан в реальной интеграцией в евр.культурную среду (люди, готовившие теракты в Англии, были врачами и чуть ли не полицейскими, недавний французский стрелок - не «мигрантом», а французским гражданином). Одно дело ассимиляция некоторого числа иноплеменных или добровольное принятие отдельными индивидами чужой культуры (как РИ давала возможность стать белыми людьми и умела делать белых людей из своих азиатских подданных или как США сделали белого человека из Кондолизы Райс) и совсем другое, когда предлагается уравнивание культур в виде «мультикультурализма» или их смешение типа «евразийства».

Суть проблемы не в «чужих» как таковых, а в их статусе в стране и занятия ими определенных позиций. Если бы пресловутых «таджиков» завозили «вахтовым методом» (сколько привезли, столько же через неск. месяцев организованно и увезли), то не думаю, что это вызывало бы сколько-нибудь массовое недовольство (хотя, конечно, всегда нашлось бы известное число людей, которым просто не нравится лицезреть «неправильную» физиономию). Насколько я понимаю, опасения порождает тенденция переезда их с семьями и оседания, а тем более деятельность этномафий, способствующих доставлению «чужим» даже более высокого положения и благосостояния по сравнению с «местными».

Пока негры в США были рабами и даже пока до 60-х де-факто сохранялось их неравноправное положение, никаких алармистских настроений относительно них особо-то не наблюдалось. Они появились, когда негры стали равными, и даже отчасти «привилегированными». Если бы прущие через мексиканскую границу «латиносы» довольствовались статусом нелегалов, а не требовали себе равных прав по медобслуживанию и образованию, размахивая при том, заметим, не американским, а мексиканским флагом (как, кстати, и арабы во Франции), никто бы из WASPов тоже особо не беспокоился. А когда доля «коренных» сокращается не просто в населении, а среди ПОЛНОПРАВНОГО населения, это, понятно, вызывает некоторые чувства. Ясно же, что когда и если большинство депутатов Кнессета будут составлять граждане-арабы, Израиля просто не будет.

Франкфуртская школа, марксизм и толерантность

Дело не в том, сколько в стране «понаехавших», а в том, В КАКОМ КАЧЕСТВЕ они там пребывают. Если есть очевидные гарантии их «вечно приниженного» положения (в результате ли норм права, делающего невозможным предоставление им гражданства, общенационального ли общественного настроя – все равно) – «разгул национализма» не актуален. Если есть тенденция их правового уравнивания с перспективой численного роста и влиянием на местную политику (во Франции поговаривают о предоставлении права голоса даже негражданам) – сопротивление, конечно, неизбежно. Тем более, что вертикальная мобильность их будет осуществляться, конечно, не в высшие сферы, а в непосредственно примыкающую, занятую «простым местным человеком». Поскольку же нынешние европейские понятия с гарантиями невыхода мигрантов и «новых граждан» из своей социальной ниши несовместимы, с 60-х и до сих пор, во всяком случае, проблема только обострялась, а не затухала.

В прошлый раз многие не поняли относительно «управления процессами». Я имел в виду, что базовые соц.процессы (касающиеся соц.структуры и демографии), проходящие на протяжении жизни как минимум пары поколений, бывают обусловлены человеческой природой и самыми общими обстоятельствами развития (НТП), которые никем «специально» придуманы быть не могут. Люди, объясняющие естественные процессы, идущие на протяжении сотен лет, действиями злонамеренной группы лиц, готовы и Господа Бога в масоны зачислить.

Как-то пытаться влиять, конечно, можно. Но даже тоталитарные комм. режимы, обладавшие абсолютной властью и способные осуществлять разовый стратоцид, не в состоянии были в дальнейшем обеспечить желательную себе картину (отчего им приходилось спустя десятилетия снова озабочиваться теми же проблемами – жизнь брала свое), а фантазии типа «ликвидации различий между работниками физич. и умственного труда», таковыми и оставались. При неблагоприятной в целом ситуации даже при проведении государством в любой стране осознанной демографической политики, значимого и долговременного эффекта обычно достичь не удавалось.

По большому счету процессы эти и некому «осуществлять». В реальной политике действуют сообщества (правительства, партии, группировки, кланы), но ни одно из них не способно играть определяющую роль; они руководят только повседневной жизнью на кратком этапе, а общая ситуация складывается из противоречивой и разнонаправленной деятельности многих сотен и тысяч таких сообществ, не каких-то «суперумов» (может, это от мизантропии, но я не верю в силу человеческого разума настолько, чтобы предположить наличие таковых), а множества вполне заурядных личностей. Вообще лень, глупость, небрежность, мелкое честолюбие, корысть и т.п. – все это несравненно более свойственно человеку, чем великие замыслы злодейского толка, и объяснять последними то, что проистекает из самых естественных вещей – неплодотворно.

Напрасно также злоупотребляют выражениями типа «элита решила», «элита хочет». Если под «элитой» понимать что-то типа Политбюро – ну еще… хотя и в нем могут быть разные мнения. Но вообще-то элита – это совокупность неск. тысяч лиц, занимающих позиции определенного уровня в разных сферах. В качестве чего-то целого она существует только как объект социологического анализа (можно изучать ее соц.характеристики, пути формирования и т.д.), но как-то определенно «вести себя» она не может.

Соц.слой даже небольшой численности вообще не бывает субъектом политики, т.к. сам неоднороден и интересы его частей отличаются (импортеры заинтересованы в высоком курсе нац.валюты, экспортеры – в низком и т.д.) И в любом случае отсутствует механизм, обеспечивавший бы его единую позицию («генералитет» всей страны никогда не собирается в кружок для выработки «солидарного мнения»). Поэтому, кстати, и вопрос об «ответственности элиты» - бессмыслен. Если б-во губернаторов, нач-ков управлений и департаментов, генералов и т.д. воры, неучи или алкоголики, можно констатировать, что элита – дрянь. Но будь это так, или, напротив, б-во их - образованными, дельными и компетентными на своем месте людьми – никаких полит. решений элита в целом не принимает. И если вообще говорить об «ответственности», то несут ее немногие лица, такие решения (в т.ч. и влияющие на комплектование элиты) принимающие.

Обобщения не всегда неуместны даже если речь идет о «сохранении элитой своего положения». Напр., даже внутри одной из самых однородных элит – советской горбачевы-яковлевы представляли себе это совсем по-иному, чем лигачевы-полозковы (отчего и воспоследовали известные события). И теперь, случись Путину с его правительством вдруг испариться, на положении далеко не всех частей элиты это скажется губительно, а некоторых - даже и наоборот.

Так и в сфере внешней политики не существует никакой вечной «Франции» или «Германии» - таковая меняется в зависимости от того, какая группа приходит там к власти. А взгляды на то, какой должна быть политика своей страны, бывают разные, и это не значит, что один более «патриотичен», чем другой (если, напр., Бисмарк был на этот счет одного мнения, а Вильгельм II - другого, это не значит, что кто-то из них был «предателем», равно как не был «германским агентом» возражавший против идущего от Александра III курса Дурново). Есть, конечно, «предрасполагающие» геополитические реалии (еще древние китайцы знали: «враждовать с соседями, дружить с дальними странами», напр., наличие независимой Польши предполагает более доброжелательные отношения Германии с Россией, чем общая граница) но и они не всегда «работают». При взгляде же на дипл. историю предшествовавших столетий видно, что расклад «кто с кем против кого» мог меняться чуть не каждое десятилетие, а порой и еще чаще.

Если же принять во внимание несовершенство человеческой натуры, предполагающее всевозможные заблуждения как общего, так и частного порядка и проистекающие от того ошибки, то возможности каких-то «сил» полноценно «управлять» ситуацией следует признать крайне ограниченными. Вера в обратное постоянно порождает забавные проявления, когда поклонники или недоброжелатели той или иной из «сил» (напр. «Америки») даже явные ее глупости и провалы трактуют как успешные шаги в реализации некоего плана: «а так и было задумано», «а это они нарочно», «а это так, для виду, чтобы в заблуждение ввести» (никого не смущает, что таким же образом можно трактовать и деяния любой из противостоящих «сил»). Ну не могут сверхчеловеки ошибаться и проигрывать. «Конец истории» (ни в пользу сил Зла, ни Добра), однако, все никак не наступит…

Впрочем, потребность представлять себе дело именно таким образом, вызывается не только с затруднительностью знакомства 99,9% публики с многообразием реальной истории - проще считать, что никакой истории вовсе нет, а «силы» (Зла или Добра) – есть (вот же, то «ледяной дождь», то сверхнормативную жару устроили), но и психологически обусловлена. Ученик, неизменно получающий «неуды» по самым разным предметам, вполне вправе предположить, что сие есть следствие направленного против него заговора преподавателей. Женщине, которой патологически не везет с мужчинами, почему не счесть, что последние вступили между собой в сговор? Претензии к тому, что люди мыслят так, как им приятнее, едва ли можно предъявлять.

Комментарий Галковского:

На просторах ЖЖ последнее время разворачивается дискуссия между salery и bohemicus’oм. Дискуссия весьма примечательная, хотя и не вполне заметная постороннему глазу. Дело в том, что осторожный Salery высказывается чересчур общо, избегая конкретной адресации, хотя вначале несколько раз срывался на личности, видимо не разобравшись, что bohemicus человек вполне культурный и ни в коем разе не тролль. Теперь он у него проходит в виде туманных «невменяемых личностей», которым противостоят «приличные люди».

К «приличным людям» умный и трудолюбивый, но наивный и совершенно не разбирающийся в ЖЖ-реалиях Salery относит например Tarlith'а. Следует отдать должное насекомому, последний Salery не только не трогает, но отзывается в самых хвалебных тонах. Учитывая послужной список зверя, это многого стоит. (С другой стороны это лишний раз доказывает, что у любого гиперидиота есть своя мякушка, через которую его очень легко достать. Любой хулиган существо примитивное и уже по этому гораздо более хрупкое, чем нормальный человек. Видимо Tarlith нежно любит своего умершего отца, а контактировавший с ним Salery проходит у маньяка по сентиментальной епархии, столь характерной для садиста. Вот над чем надо было потрудиться подслеповатому Мальгину. Думаю, тема дала бы хорошие результаты.)

В свою очередь, ранимый Bohemicus, на мой взгляд, слишком много времени отводящий заунывным разговорам со скучными психопатами (а именно это и есть точная квалификация тролля после примерно 2008 года), старается тоже поменьше задевать Salery и отвечать на его посты без конкретной адресации.

Было бы интересно слить всю эту полемику (длящуюся с перерывами достаточно долго) в один текст, но, каюсь, сейчас для этого нет ни сил, ни времени. Буду признателен, если кто-то сделает подборку, ибо штука получится поучительная.

Если вкратце, то Salery постоянно обличает гнилой Запад в недальновидном либерализме, попустительствующем постепенной этнической дегенерации. Вohemicus же считает что никакой дегенерации и никакого либерализма (в негативном смысле этого слова) на Западе нет, а есть просто непонятная дилетантам сложная политическая игра.

Соответственно подобные взгляды приводят к разному пониманию роли элит в современном обществе. Для Salery элиты отражают разношёрстный состав Запада, разобщены и действуют так сказать вегетативно. Рефлексы управления у них есть, а всё что выше, получается по теории вероятностей.

Надо сказать, что эта точка зрения весьма противоречива, потому что непонятен упрёк Salery в некомпетентности советского и постсоветского управления. Например, ясно, что основной задачей России с 1991 года является восстановление территориальной целостности. Но если элита всегда действует разнонаправлено и рефлекторно, то приход к управлению в РФ образованных и культурных людей ничего не изменит. Они будут действовать вегетативно, каждый на своём участке и в свою сторону, а что-то получиться у них может только в случае глобальных центростремительных тенденций СНГ. Компетентное управлении т.о. может лишь более чётко и более быстро выполнить социальный запрос, но никогда не в состоянии поменять сам вектор политических усилий.

Для меня лично всё это интересно не столько как драма идей, столько как парадоксальное столкновение личностей. Salery несколько десятилетий занимался историей и социологией верхних слоёв и блестяще знает юридические и житейские аспекты жизни, например, русской аристократии XIX-н.XX вв. Однако прожил Salery всю жизнь в СССР и РФ, заграницей бывал более чем эпизодически и без особого энтузиазма. Bohemicus же напротив много лет живёт в центральной Европе (Праге), сам является эмигрантом и видит политику властей по отношению к иностранцам со стереоскопической ясностью. Между тем Salery обвиняет его в фанатизме и следовании умозрительным схемам, основанным например на каком-то «масонском заговоре» (что это такое я не знаю, кажется это следствие масонской пропаганды в СССР, когда обывателя потчевали нарочито нелепыми сведениями о масонстве, чтобы он вообще ничего не понимал в механизмах социального контроля).

Более того. Salery всю жизнь занимался историей высших сословий. Но к какому сословию принадлежит он сам? Очевидно к сословию интеллигентов, бюргеров, буржуа, к служилому классу, мещанству, или как его там – в общем, к мидльклассу, чьё бытие отличается от жизни элиты РАЗИТЕЛЬНО. Примерно так же отличается образ жизни рабочего от жизни врача или адвоката. Бедный Salery просто не представляет, о чём думают эти люди, как разговаривают, какая у них психология, взгляды на жизнь. Даже те знания, которые он получил из письменных источников, – большей частью неимоверно стилизованные или пересушенные до степени анкетной, – говорят ему о жизни элиты полуторавековой давности. Он не может представить РАСПОРЯДОК ДНЯ современного европейского аристократа «при делах».

Но дело даже не в этом. По его же точке зрения человек, принадлежащий к определённому классу, выражает соответствующие интересы. Это вовсе не марксизм. Глуповатый интриган Маркс просто возвёл банальность в абсолют, превратив тем самым в абсурд. Бытие действительно определяет сознание, но не в математическо-рефлекторной степени. Поэтому все мысли Волкова об аристократии это мысли об аристократии представителя ДРУГОГО класса, а именно класса мещан (бюргеров). С одной стороны, мещанин всегда испытывает интерес к жизни высших сословий, но это интерес книжный и кинематографический. Всё, что напоминает жизнь аристократии в личном быту, им методично вымарывается, а контакты с аристократами обрываются или вызывают озлобление. Мещанин стремится свести контакты с другой формой жизни к нулю, потому что она его при личном столкновении бесит, а также деформирует и калечит его личность.

В конце концов, это ему кажется унизительным, и будучи предоставленным в своей бытовой жизни сам себе, он имеет фантазии считать, что им СОЦИАЛЬНО никто не управляет, и, следовательно, роль аристократии это роль представительская и техническая. Никаких «хозяев жизни» нет и нет людей, способных принимать действительно ответственные решения. Соответственно и нет каких-либо форм изощрённой зависимости, ибо даже коронная колония зависит не столько от метрополии, сколько от жизненных обстоятельств. Как и сама метрополия. Любые указания на хотя бы двухходовые манипуляции, вроде того же распространяемого масонами нелепого антимасонского мифа, вызывают у них потерю почвы под ногами и приступ рвоты.

Вероятно, учёный должен был бы правильно атрибутировать своё социальное происхождение, и провести в своей голове соответствующую коррекцию, но в случае Salery этого нет. Он себя отождествляет с умершим классом русского дворянства, к которому принадлежит по происхождению, но который исчез задолго до его рождения. Отсюда вытекает крайне парадоксальное мировоззрение и житейская драма маленького человека и большого учёного. Которую он преодолеть не может, да это, в общем, и ни к чему.

С точки зрения метафизической в такую же ситуацию попал бы биолог, вдруг ставший изучать форму жизни гораздо более разумную, чем он сам.

http://bohemicus.livejournal.com/66052.html

http://salery.livejournal.com/71556.html

http://salery.livejournal.com/71746.html

http://galkovsky.livejournal.com/202850.html

Опубликовано 30 Авг 2017 в 15:00. Рубрика: Международные дела. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.

  • Костик

    Сейчас в России «гнилая вертикаль власти» против «вертикали народного гнева». Главе нашего государства стоит поторопиться с чисткой аппарата и дать русскому народу не надежду а уверенность в завтрашнем дне, т.к. до февраля 2018 осталось не очень много времени. А янки предельно циничные, бросят дядю Вову на растерзание своему же народу, если его олигархи не прикончат.