Когда в середине июля 2008 года цена на нефть достигла рекордного уровня в 147,5 долл. за баррель, некоторые менеджеры российских государственных нефтяных и газовых компаний давали прогнозы, по которым нефть в скором времени перевалит и за 200 долл. Сегодня же в правительстве рассматривают 60 долл. как «позитивный сценарий». Так как говорить о будущей цене на нефть – это просто моветон среди аналитиков или специалистов нефтегазового рынка, я попробую наглядно объяснить, почему в то знаковое лето 2008 года надо было не фантазировать о будущих 200 долл., а готовиться к тому, что цены неизбежно упадут, и весьма значительно. В конце концов, нефть ведет себя так же, как и любой другой товар, – конечно, не без нюансов, но выражение «рынок работает» в полной мере применимо и к ней. Хотя в силу советского прошлого многим экономистам и политикам в России до сих пор трудно в это поверить.

Две волшебные палочки

В сегодняшних низких ценах не без причины винят так называемую сланцевую революцию в Америке. Отчасти это действительно так, но, чтобы понять суть дела, сделаем небольшой экскурс в геологию. Я нарочито упрощу все технические детали, так как для понимания этой сути в них нет необходимости. К сожалению, нефть не находится под землей в виде своего рода подводных бассейнов, из которых ее выкачивают. Нефтесодержащий пласт – это порода, пропитанная нефтью, как бы каменная губка.

То, как много нефти мы из нее «выжмем», при любом давлении, зависит, во-первых, от пористости породы, а во-вторых, от ее проницаемости. Пористость – это размер пустот этой каменной губки, а проницаемость – это то, как быстро пластовый флюид сможет мигрировать по ней, в нашем случае – наверх в скважину. Другими словами, чем больше поры и чем выше проницаемость, тем лучше.

США ресурсы

Пределы рентабельности месторождений сланцевой нефти в США

Нефть никогда не залегает под землей одна. Она всегда находится в связке с газом и водой – в своеобразном слоеном пироге, выстроенном в соответствии с их плотностью. Нефть – это сложная смесь из многих составляющих, настолько разнообразных по физическим и химическим свойствам, что весь свет ею поглощается, поэтому нефть обычно черноватая, хотя бывает и рыжеватая и даже почти зеленая.

Чтобы добыть это «чудо природы», скважина должна вскрыть пласт, и обычно природное давление в нем сделает за вас всю работу: вода снизу давит на нефть и выталкивает ее в скважину. Если же естественной тяги не хватает, можно, например, применить законтурное заводнение или «подбавить газку» – способов море. Но бывает и так, что нефть «не идет» по другим причинам.

И здесь на помощь приходят две «волшебные палочки» сланцевой революции: так называемый фрекинд, в России издревле называемый гидроразрывом пласта, и горизонтальное бурение.

С нефтяным пластом, когда его вскрывает буровое долото, происходит то же самое, что и с бутылкой кока-колы, когда вы ее открываете, предварительно встряхнув. Из-за огромной разницы в давлении флюид устремляется наверх. В начале XX века процесс вскрытия еще не умели контролировать, и все могло закончиться очень плачевно, когда поток нефти вперемежку с песком, газом и водой выбрасывал наверх десятки тонн буровых труб, разносил на куски огромные буровые вышки и, естественно, заканчивался пожаром, который было почти нереально потушить. Сегодня, слава технологии, такого почти не бывает, хотя в море (как, например, в Мексиканском заливе у British Petroleum) такое иногда случается.

Шипучка же из бутылки может и не вытечь из-за пробки в горлышке. Порой пористость и проницаемость породы настолько низки, что даже избыточное давление не в состоянии протолкнуть флюид в скважину. И тогда на помощь приходит гидроразрыв пласта (ГРП). По сути, это просто гидровзрыв под землей. Вы когда-нибудь видели, как стреляет водяная пушка?

В скважину под огромным давлением закачивается очень едкая смесь кислот и воды (рецепт каждый раз подбирают индивидуально). После взрыва кислота под огромным давлением разрушает пробку на пути флюида – увеличивает пространство между порами и их проницаемость. Потом, чтобы порода опять не сомкнулась, в пласт закачивают крупнозернистый песок и фиксируют поры в их расширенном виде. Поток сразу интенсифицируется. Минусы этого подхода, помимо высокой цены, – только колоссальный расход воды и весьма вредное влияние на экологическую ситуацию.

Гремучую смесь из скважины утилизировать сложно и затратно; кроме того, на пути к нефти скважина проходит и через множество водоносных слоев, и, хотя их изолируют, сделать это полностью все равно нельзя. Кроме того, под землей все находится в постоянном взаимодействии и движении, так что предвидеть, где именно всплывет эта отрава, зачастую невозможно. Именно поэтому массовое применение гидроразрыва для сланцевой добычи нефти и газа возможно в слабозаселенных просторах юго-запада США или на границе с Канадой, но нереально, например, в Германии и Польше.

Второй «волшебной палочкой» стало горизонтальное бурение, бурение с большим отклонением от вертикали и многозабойное бурение. Сегодня скважины бурят совсем не так, как раньше. Теперь скважина – это не вертикальная прямая, а «змейка» из одноименной игры, да еще с множеством ответвлений. А технология гибких труб и другие новации позволяют хирургически точно вскрывать нефтяные ловушки на многокилометровой глубине.

Вы в прямом смысле не просто видите месторождение под землей, но и делаете это в реальном масштабе времени; не в последнюю очередь это стало возможно благодаря суперкомпьютерам, которые большую часть времени занимаются не моделированием ядерных взрывов, а именно анализом данных сейсморазведки.

О картелях и заговорах

Вернемся к сланцам. Сланцы – своего рода «недонефть». Согласно органической теории происхождения нефти, для образования этой последней нужны сотни миллионов лет – и давление. Органические остатки погружаются вниз, и сланцы – это уже не уголь, но и еще не нефть. Процесс ее образования уже начался, но не завершился. Если бы мы не трогали эти сланцевые месторождения, то через два–три десятка миллионов лет получили бы обычное нефтяное месторождение. А сейчас это твердая порода с вкраплением огромного количества линзочек нефти и газа.

США - ресурсы

Раньше добыча ее была нерентабельна, так как надо было бурить отдельную скважину к каждому «карману», да и скважина давала дебиты всего несколько месяцев, а потом истощалась. Но гидроразрыв пласта и горизонтальное бурение, а также новые технологии анализа и интерпретации сейсмических данных позволили сделать невозможное: одной скважиной вскрыть сразу множество этих мини-месторождений.

И вот огромные, ранее нерентабельные для добычи запасы становятся экономически выгодными для разработки. Спасибо 147,5 долл. за баррель. Как же США удалось это сделать? Американский нефтяной рынок устроен совершенно иначе, чем российский. Там 90% нефти добывается малыми и средними компаниями, а на такие гиганты, как Chevron или Exxon, приходится только 10%. И для «малюток» инвестирование в новые технологии – единственный способ оставаться на плаву. Государство только поддерживало их стремление.

Теперь немного о заговорах. Если кто-то считает, что нынешнее падение нефтяных цен – это спланированная акция ЦРУ, Эр-Рияда или ОПЕК, он лишь выдает желаемое за действительное. Реальность гораздо сложнее. Начнем с ОПЕК. ОПЕК – это вовсе не нефтяной картель ни по форме, ни по сути. Хотя они бы хотели, чтобы мы с вами считали именно так. ОПЕК не может быть причислена к частномонополистическим объединениям (таким как картели, концерны или синдикаты), а является товарной ассоциацией суверенных государств, которая может порой прибегать к характерным для картелей методам регулирования рынка – например, квотированию, эффективность которого серьезно ограничивается нечастномонополистическим характером этой межгосударственной организации. Другими словами, механизма контроля за соблюдением квот нет и никогда не было. Поэтому ОПЕК – это скорее нефтяная ООН, чем НАТО.

Логика руководства стран ОПЕК, да и вообще всех нефтедобывающих стран, весьма проста. Нефтяной рынок – это в первую очередь объем. При цене в 48 долл. за баррель литр нефти стоит почти в три раза дешевле литра кока-колы. Но когда вы, как Россия, добываете 10 млн баррелей в сутки или 500 млн т в год, вас не слишком заботит цена (денег все равно будет много), вас в первую очередь заботит ваша доля на рынке или то, сколько нефти вы можете продать.

Важнее продать больше нефти, пусть и по меньшей цене, чем меньше нефти, но по более высоким расценкам. А весь рынок ведь уже распределен между поставщиками. И тут, как везде в бизнесе, встает вопрос о доверии. Когда цена падает, все нефтяные режимы начинают напрягаться, для них низкие цены гораздо опаснее, чем высокие для нефтеимпортирующих стран. Естественно, раздаются возгласы: «А давайте снизим добычу». Это вполне естественное предложение, но провести его в жизнь невозможно, хотя все горячо поддерживают. Каждый ждет, что добычу сократит сосед, а сам он под шумок займет его место. Помните: выгоднее окажется продать больше, хоть и дешевле.

* * *

В результате мы получаем ситуацию 80-х годов прошлого века, на которой в свое время погорел СССР. Тогда ввиду низких цен Саудовская Аравия просила всех членов ОПЕК снизить добычу, но на практике делать это, кроме Эр-Рияда, никто не стал, в том числе и Советский Союз. И вышло следующее: саудовцы сокращали добычу до всего лишь 2 млн баррелей в сутки, но видимого результата это не давало, так как их высвобождающаяся доля на рынке моментально заполнялась другими поставщиками.

Мировые ресурсы

Структура нефтедобычи стран ОПЕК

В конце концов Саудовской Аравии эта «благотворительность» просто надоела, и король Фарук в начале 1986 года решил «открыть вентили» и смыть с рынка «недобросовестных» конкурентов. Добыча в стране увеличилась в пять раз, до 10 млн баррелей в сутки, и тут цена реально обрушилась, так как система переполнилась на целых 8 млн «лишних» баррелей. За счет увеличения их общего количества долларовая выручка Саудовской Аравии почти не сократилась, а вот всем остальным, кто привык жить фактически на нефтяные доходы, пришлось туго. Такого шока не выдержала и советская экономика. Почитайте Егора Гайдара, он все подробно описал.

Так что любое предположение о том, что нефть не подчиняется закону «спроса и предложения», неизбежно опровергается историей.

Говоря о факторах, способствующих падению цен на нефть, мы зачастую принимаем сложившуюся систему ценообразования как константу. Между тем реформа в этой области назрела уже давно. Имеются и рецепты того, как сделать цену на нефть справедливой для всех – и продавцов, и покупателей. Причем центр этого нового рынка удобнее всего создать в России.

Уже стали общим местом разговоры о том, что для стабильного, устойчивого развития России крайне желательно снижение волатильности цен на нефть. Уровень цены даже менее важен, чем ее разброс – пусть цена даже будет невысокой, главное, чтобы она была стабильной. Причем это важно не только для нас, но и для абсолютного большинства стран мира – как нетто-экспортеров, так и покупателей углеводородов.

Мировые ресурсы

Основные страны по добыче нефти

Помимо прочего, долгосрочная стабилизация цен ориентирует мировые финансовые рынки на повышение инвестиционной привлекательности и нефтяной отрасли, и отраслей – потребителей нефти. Одним словом, реформа мирового ценообразования на нефть назрела, она необходима, и для ее реализации требуется сотрудничество как со странами-потребителями, так и со странами – производителями нефти.

Ценообразование на нефть и при экспорте, и на внутреннем рынке зависит от ситуации на иностранных биржах, так как в значительной мере определяется тактикой торговцев «бумажной нефтью». И тот факт, что международная биржевая торговля нефтью и нефтепродуктами с расчетами в рублях практически отсутствует, ведет к ослаблению позиций российских нефтегазовых компаний по сравнению с ведущими международными нефтяными компаниями.

Для нормального развития нефтяной отрасли необходимым представляется и изменение действующих правил регулирования на западных биржах (ICE и NYMEX), и противодействие спекулятивной деятельности торговцев «бумажной нефтью». Например, введение ограничений на размер «кредитного плеча» при торговле фьючерсами, на соотношение объема открытых контрактов и реальной нефти, на количество сделок, закрываемых реальной поставкой товара – и так далее.

Хотя деятельность этих бирж носит глобальный характер, они находятся в сфере национального регулирования Великобритании и США. Такое положение требует участия ключевых игроков мирового энергетического рынка в выработке правил регулирования этих площадок или в создании новых. А значит, России на высшем политическом уровне необходимо добиваться создания совместного совета по регулированию международного нефтяного рынка так, чтобы в нем были представлены все заинтересованные стороны.

В частности, остро необходимо создание площадки, на которой торговля российской нефтью будет вестись в рублях. Основным ее потенциальным недостатком представляется отсутствие в такой торговле огромного количества «дешевых» денег в руках финансовых спекулянтов, которые присутствуют на западных биржах и обеспечивают значительное снижение финансовых издержек мировым и российским нефтегазовым компаниям.

Вместе с тем потенциальная возможность краткосрочного ценового арбитража (например, из-за разницы в часовых поясах) неизбежно приведет к перетоку существенной части этой финансовой массы на новую рублевую биржу при условии обеспечения технических возможностей со стороны российских монетарных властей (недаром же создан мегарегулятор). Одновременно власти должны обеспечить и должный уровень контроля, то есть не допускать злоупотреблений и недобросовестных спекуляций на уровне требований бирж в Лондоне, Роттердаме и Нью-Йорке.

Мировые ресурсы

В полном размере: Цены на нефть 2013-2014

В этом контексте важно наладить регулярный энергодиалог между Россией и ОПЕК – основными поставщиками на мировом нефтяном рынке. Цель – проведение активных скоординированных действий по стабилизации мировых рынков за счет, во-первых, сокращения объемов поставок нефти и нефтепродуктов на мировой рынок, во-вторых, разработки и применения правовых механизмов, стабилизирующих рынок. Нужно добиваться привлечения к совместным действиям и других крупных стран – независимых экспортёров нефти (Казахстан, Азербайджан, Норвегия, Бразилия), а параллельно принимать меры по диверсификации валютных расчетов и созданию «корзины валют» для взаимодействия в нефтяном секторе. Наконец, нужно наращивать инфраструктуру резервирования нефти и нефтепродуктов для предотвращения резких колебаний цен, в этом плане создание новых торговых площадок также весьма полезно.

Но одним из главных направлений реформы нефтяного ценообразования видится создание глобального рынка долгосрочных контрактов между производителями и потребителями нефти на основе усредненных сглаженных цен за предшествующие периоды. Учитывая проявившуюся тенденцию к снижению нефтяных цен в 2014 году, эта идея может сейчас стать особо привлекательной для рассмотрения покупателями. Выгоды очевидны: сокращается зависимость от биржевых колебаний, убирается «спекулятивная премия» посредников, а в конечном итоге снижаются издержки как потребителей, так и производителей.

Опираясь на сложившуюся инфраструктуру и технологию глобальной нефтяной торговли, центр этого рынка системных долгосрочных контрактов удобнее всего создать именно в России. За счет своего географического положения Москва может взять на себя роль логистического оператора для организации физического рынка нефти, основанного на трубопроводном транспорте, а не на танкерных поставках. К примеру, трубопроводная система «Транснефти», получая нефть от множества производителей, может быть прямо связана с нефтеперерабатывающими заводами и Азии, и Европы.

Еще одним важнейшим элементом более справедливого мирового энергетического порядка является отказ от привязки цены на нефть к котировкам доллара на международных валютно-финансовых рынках. Существует установленная обратная зависимость стоимости американской валюты и стоимости барреля: рост доллара по отношению к евро и – в редких случаях – к юаню или к фунту стерлингов приводит к снижению котировок фьючерсов на нефть, поскольку подорожание американской валюты делает нефть более дорогостоящей. Котировки нефти в альтернативных валютах невыгодны сегодняшним владельцам основных мировых торговых площадок, в этой связи необходимо создать площадки с котировками «нефтеевро» и «нефтерубль». Нефтериал уже создан на Тегеранской фондовой бирже, но в связи с валютными санкциями против Ирана и потребностями Тегерана в валюте он пока носит технический характер, не влияя даже на внутреннюю ситуацию с поставками.

Иными словами, необходимо создание новых бирж и увеличение числа маркерных сортов нефти. Причем необходимо создавать именно полноценную альтернативную нефтяную биржу, а неизбежное признание миром рублевых котировок в силу возможности ценового межбиржевого арбитража будет оказывать, помимо прочего, стабилизирующее воздействие на рынок и способствовать укреплению статуса России.

Очень важно помнить, что и мир вообще, и организация мировой торговли постоянно меняются, и через 10 лет она может стать совершенно иной, чем она является сейчас. Да, в этом направлении нужно много работать и учитывать колоссальное противодействие, но начинать эту работу важно уже сейчас.

http://www.ng.ru/ideas/2015-02-06/5_oil.html

http://www.vz.ru/economy/2015/1/30/726845.print.html