В то время как запад барахтается в спорах о судьбе Асада и стратегии разгрома ISIS радикальные исламистские идеологии в Сирии набирают силу.

Популярная группа Джабхат ан-Нусра и “освободительное движение” Ахрар аш-Шам на протяжении нескольких лет тщательно расширяют базу поддержки.

Несмотря на то, что эти группы “относительно сдержаны” по сравнению с Исламским Государством и его внедрением шариата, Нусру уже давно называют “волком в овечьей шкуре”. Авторитет и влияние группы постоянно растут, благодаря ее обязательству биться с Асадом до конца. Нусра, тем временем, успешно закрепилась практически на всем севере Сирии.

Ахрар аш-Шам, группа, сформированная бывшими исламистскими узниками и ветеранами иракской войны, была одним из первых вооруженных движений в Сирии. Ахрар аш-Шам обладает очень эффективной инфраструктурой, пользуется полной поддержкой Турции и стран Залива, характеризуется салафитской идеологией и националистическими целями. Подобное сочетание ставит ее в центр борьбы за будущее идеологическое направление сирийской оппозиции.

Известный аналитик по Сирии Хасан Хасан убежден в том, что ни ISIS, ни Нусра, ни Ахрар аш-Шам никуда не исчезнут. Точно также, не исчезнет сирийский конфликт. Чем дольше эти группы остаются на местах – а разрешения конфликта не видно не горизонте, тем более приемлемыми начинают казаться их идеологии.

До того момента, как некое подобие спокойствия не будет установлено в Сирии, никто не будет заниматься Нусрой, или относится к ней, как к террористической группе. Нусра воюет и в Алеппо, и в Идлибе, и без излишнего шума и фанфар расширяет зону своего контроля – в особенности, после начала российской интервенции. Они очень продвинулись с марта этого года, захватив Идлиб и оказавшись в роли “создателя королей”. После вмешательства русских стало ясно, что в Алеппо они пытаются повторить сценарий Идлиба.

Медленно но уверенно Нусра превращается в доминантную силу в данном районе. Они многого добились – с учетом того, что в Алеппо всегда доминировали националисты. Некоторые из них , возможно были исламистами – но они воевали за Сирию. Теперь перед вами Нусра, поднимающаяся на этом кризисе. Она начинает достигать некоторых целей. Это – последствие глобального провала, неспособности мирового сообщества разрешить кризис. Мы позволили таким группам окопаться по всей территории Сирии. Мы были слишком увлечены тем, что происходит в Дамаске.

Дайте этим идеям время, и они прорастут. Это – простая формула. Это именно то, что делает аль-Каида. Они всегда говорят о себе только как о стимуле для обычных мусульман взяться за оружие и посвятить свою жизнь джихаду ради того, чтобы освободить мусульманский мир, вернуть его на карту миру. Это их видение, и это то – что они пытаются сделать. Убедить людей в том, что они борцы за свободу, а не террористы. Их вес увеличивается. Но они еще не превратились с мэйнстрим.

В этом смысле, Джабхат ан-Нусра – больший вызов, чем ISIS. Совершенно очевидно почему – ан-Нусра часть анти-асадовского фронта, работает с этими силами на протяжении длительного времени. Большинство побед оппозиции так или иначе связаны с Нусрой. Трудности, на практическом уровне, начинаются, например, когда мы начинаем говорить о прекращении огня. Допустим ССА и Асад в Вене договорились о перемирии. В большинстве районов наряду с ССА есть и ан-Нусра.

У ССА нет эксклюзивного контроля над этими зонами. Асад не может игнорировать Нусру, а в венских переговорах не могут участвовать ни ISIS, ни Нусра. Планы, разрабатываемые в Вене не имеют никакого значения на местах. Поэтому переговоры в Вене было бы правильнее назвать анти-переговорами. То, чем следует заняться – абсолютно отличными от представлений дипломатов в Вене реалиями на местах. И переговоры в Вене полностью от этих реалий оторваны.

Другая чрезмерно упрощаемая проблема – Ахрар аш-Шам. Из-за того, что движение поддерживается Катаром и Турцией, оно более склонно к компромиссу. Но при этом следует учитывать два момента. Во-первых, подобное соглашение может значительно подорвать авторитет организации. Во-вторых, Ахрар аш-Шам может пойти на компромисс и подписать бумаги, но это никак не отразится на поведении его группировок на местах. Очень маловероятно, чтобы Ахрар аш-Шам согласился на любое решение, не предусматривающее устранения Асада.

Ахрар аш-Шам, ради того, чтобы успокоить международное общественное мнение, готов говорить о поисках политического решения и защите прав меньшинств в Сирии. Но когда вы начинаете давить на них с целью принять компромисс, не несущий серьезных последствий для Асада, они могут начать давить на своих спонсоров. Следует помнить об этом. Вы можете заставить их согласиться в принципе – но кто может гарантировать, что в будущем они будут соблюдать данные гарантии?

Ахрар аш-Шам окружен ореолом дезинформации. Ахрар аш-Шам не является сильнейшей группой в Сирии. Да, он получает массивное финансирование из Катара и Турции, но в организационном смысле – это маленькая группировка. Когда все руководство организации было уничтожено в прошлом году, они очень быстро восстановили свои позиции.

Почему? – Из-за обширного финансирования группы и ее стратегической глубины. Ахрар аш-Шам – самый сильный игрок в северной Сирии из-за турецкой поддержки – они получают разведывательные данные, инструкции, систему связи и деньги. Но если группа так сильна, почему мы ее не видим нигде, за исключением севера Сирии? Где Ахрар аш-Шам в Дераа, Каламун или Дамаске? В качестве доминирующей группы, Ахрар аш-Шам ограничен Идлибом и зоной, граничащей с Турцией – и это объясняется турецкой поддержкой.

Следует понимать, что еще и другая динамика помогает Ахра аш-Шам – особенности северной Сирии. Северная Сирия характеризуется специфическим, характерным только для нее набором проблем. Там очень много воинственных молодых людей – и на стороне мятежников, и на стороне правительства. Север – Алеппо, Идлиб, Латакия – поставляет наибольшее количество солдат и правительству и мятежникам. Они мобилизуются обеими сторонами. Это – самая трудная часть страны.

Если Ахрар аш-Шам решит атаковать правительство в Идлибе, он может нанять, скажем, две тысячи контрактников. Если кто-то из них погибнет, Ахрар аш-Шам заплатит семьям. Они располагают этой возможностью мобилизовать большие силы в районах по своему выбору.

Но если говорить об их масштабе, речь идет о сплоченной, небольшой и дисциплинированной структуре. Деньги, логистика, территориальная глубина, информация, разведывательные данные предоставляются Турцией и Катаром. Именно поэтому Ахрар аш-Шам кажется сильным людям за пределами Сирии. Но это заблуждение. Важен контекст. Мы должны осознать, почему Ахрар аш-Шам кажется сильнее, чем он есть на деле. Если бы его идеология была популярна, если бы группа была популярна, мы бы видели его повсюду в Сирии, а не только на участке территории вдоль турецкой границы.

http://postskriptum.org/2015/12/06/ahrar-2/