Кряшенский вопрос в Татарстане

Кряшенский вопрос в Татарстане отчасти в том, что современные кряшены себя татарами не считают, позиционируясь как отдельная национальность. И православие они приняли, по преданиям предков из язычества, в отличие от тех татар, которых крестили насильно, - те со временем вернулись обратно в ислам.

В последнее время из Татарстана стали поступать зловещие новости. Поджоги православных храмов, попытка обстрела гигантского химического предприятия самодельными ракетами…

В тихой и богатой республике кем-то заваривается горькая каша - это видно даже издалека. Корреспонденты «КП» выехали в Татарстан, чтобы разобраться вблизи.

Последнюю (седьмую по счету) церковь ваххабиты спалили в кряшенском (кряшены - крещеные татары) селе со знаковым названием Крещеные Казыли. Это пара часов езды от Казани.

Татары и башкиры в России

В полном размере: Татары и башкиры в России

Храм в селе Крещеные Казыли строился на народные деньги много лет, а сгорел за несколько минут. По словам церковного старосты Анатолия Харитонова, власти республики уже распорядились выделить лес для новой церкви.

Храм в селе Крещеные Казыли строился на народные деньги много лет, а сгорел за несколько минут. По словам церковного старосты Анатолия Харитонова, власти республики уже распорядились выделить лес для новой церкви.

Еще две недели назад здесь была непролазная грязь, в которой и застряла машина поджигателей. В ту ночь местные жители не увязали встающее над горизонтом огненное зарево и двух молодых бородачей, толкавших засевшую по самые оси «Ладу»-«пятнашку».

Россия - ваххабитские регионы

Россия - наиболее ваххабитские регионы.
Подробнее в докладе
Карта этнорелигиозных угроз
И в статье
Ваххабизм в России

Бородачей поймали на днях. Целую группу поджигателей из Чистопольского района, исповедующих, как скромно сказано в пресс-релизе республиканского МВД, «нетрадиционный ислам». На место их преступления мы и ползем на полном приводе по заваленному снегом проселку.

Центральная улица Казылей. Нас встречает огромный портрет ветерана Великой Отечественной на стене закрытого сельского магазина. Становится теплее на душе. Подкатывает старенький, но ухоженный трактор. За рулем - церковный староста Анатолий Харитонов. Трактор опускает ковш и ледоколом пробивает для нас сквозь сугробы дорогу к храму.

От него, храма Живоначальной Троицы, остался лишь кирпичный фундамент. Да еще старинный алтарный камень от первой церкви 1904 года постройки. В 2000-х ее разобрали, и не спеша всем миром стали складывать новую.

- Только купола оставалось поставить, - стоя на пепелище, Анатолий Харитонов пытается перекричать пургу. - Теперь все по новой. А в ту ночь спасти ее не было шансов. Пока звонил в МЧС, людей собирал… За 20 минут ничего от церкви не осталось.

- Подожгли?

- Подожгли, - соглашается Анатолий. - Электричества в храме не было, печки не было. Само не могло загореться.

- За что?

- За то, что здесь живет народ кряшены. Мы разговариваем по-татарски, а сами христиане. Нас почти 200 тысяч по всей России.

ТРЕТИЙ ЭЛЕМЕНТ

За сутки до поимки поджигателей выяснилось, что мусульмане республики собрали православным землякам деньги на восстановление семи сожженных церквей (три из них - кряшенские). А правительство республики распорядилось выделить лес и рабочих. Но не все проблемы можно решить субсидиями. В селе Албай, где в ту ноябрьскую ночь тоже сожгли церковь, мы в полной мере это почувствовали. Остался только старинный алтарный камень и огромное черное пятно среди белоснежных сугробов. Жар пожарища так прогрел землю, что снег даже спустя неделю сюда так и не лег.

ислам

Отношение к нациям и возможен ли национализм в исламе:
Ислам о национализме

Мы хотели поговорить здесь о непростой ситуации, в которой оказались кряшены. Но не смогли найти ни одного собеседника. Женщина из почтового отделения, что рядом с пожарищем, спросила:

- Татарский не знаете? Вам будет сложно найти человека, знающего русский язык...

Она лукавила. Русский язык здесь многие знают. Но самый распространенный ответ: «Ничего не видел… Спал, ничего не знаю…»

В Татарстане нередко можно услышать: «Кряшенский вопрос созрел». Корни его уходят в 90-е годы, в знаменитое ельцинское «берите суверенитета, сколько проглотите». Республика тогда пыталась обособиться. Мешали 40 процентов русского населения и никому неведомая за пределами республики народность - кряшены.

- В середине 90-х годов про нас внезапно вспомнили, - рассказывает Аркадий Фокин, председатель Совета ветеранов кряшенского движения Казани. - Тогда жестко противостояли Шаймиев и теневое правительство, претендовавшее на власть. Вопрос стоял - кто кого. Кряшены выступили на стороне законной власти. И она, в свою очередь, была очень лояльна к малым этническим группам. А во время Всероссийской переписи-2002 этноним «кряшены» был даже признан официально, строкой в отчете.

Так у татарских националистов-сепаратистов в республике появился принципиальный противник.

ислам

Отношение к собственности иноверцев в Исламе в статье:
Собственность неверных в исламе

- Вот вы говорите, сотни лет мы жили вместе, - продолжает Аркадий Фомин. - Но для татар-националистов наличие кряшенов и сегодня психическая травма. Они говорят: «Кряшены, вы продали веру отцов!» И в националистических СМИ против нас была развернута оголтелая кампания.

- В чем вас обвиняли?

- В получении денег от Москвы, в насильственном крещении татар. Понятно, церкви жгли националисты и экстремисты, но я думаю, что не обошлось и без вмешательства извне. Со стороны «южного мусульманства», которое неуклонно проникает в Татарстан.

ИСЛАМСКИЙ «РЕНЕССАНС»

Казанская епархия долго призывала «не нагнетать» и «не разжигать». Но когда игнорировать акции поджигателей стало уже невозможно - о них трубили все СМИ, - православное и мусульманское духовенства выступили с совместным заявлением. А республиканские власти поспешили сгладить недовольство верующих.

- Было поручение президента Минниханова помочь в восстановлении сожженных храмов, - рассказывает нам секретарь Казанской епархии отец Александр. - Недавно провели по этому поводу специальное совещание. Мы предложили несколько эскизных проектов. По срокам строительства говорить сложно, сами понимаете - зима. Но в одном из районов уже завезли бревна.

ислам

Положение иноверцев при шариате, подробнее в статье:
Что такое джизья?

- Это варварство, нацеленное на попытку разрушить многовековой межконфессиональный мир, - сокрушается первый зам. муфтия Татарстана Рустам Батров. - Мы все здесь братья и сестры. Наши деды проливали кровь, плечом к плечу защищая общую отчизну. Может, кто-то пытался таким образом бросить тень на одну из крупнейших конфессий не только в республике, но и в России. Мы не должны идти у них на поводу.

На Кавказе тоже долгие годы отмахивались: «Какой ваххабизм? У нас единый и неделимый ислам». А сейчас только разводят руками: мол, молодежь не признает традиционных религиозных авторитетов. Безусому юнцу предлагают самому трактовать Коран и сунну так, как ему хочется. И опытные психологи лепят из него то, что нужно «мировому джихаду». Чечня это прошла и переварила. У Дагестана эта кость застряла в горле. В Татарстане же блюдо еще только подают к столу. Хотя ингредиенты готовились давно.

- В 90-е у нас был такой исламский ренессанс, - вспоминает доктор социологических наук Александр Салагаев, активист русской общественности. - По указанию Шаймиева и его окружения строились мечети в селах и городах. Приглашались проповедники из Саудовской Аравии, Эмиратов. Посылали туда учиться шакирдов (ученики медресе. - Авт.). Они и принесли ваххабизм. Он у нас пока не такой воинственный, как в Дагестане, но все же...

На границе с Кировской областью они подорвали газопровод низкого давления. Потом скважину в Альметьевском районе. Потом было убийство Валиулы Якупова, зампредседателя Духовного управленя мусульман, боровшегося с ваххабизмом, и подрыв машины муфтия. А сейчас пошел новый этап - наступление на православие. Первая ласточка - в 2010 году в Базарных Матаках подожгли дом священника.

В августе этого года сожгли часовню у родника в селе Ленино Новошешминского района. Потом еще две церкви сожгли - в Ленине и Чистополе. И в конце ноября еще две. У них есть и оружие, и боевые группы. Если в конце 90-х наши исламисты из Набережных Челнов отправлялись в Чечню в лагеря подготовки боевиков, то теперь ездят в Сирию. И привозят оттуда «передовые технологии».

СИРИЙСКИЙ СЛЕД

Пробу пера боевики провели 16 ноября, запустив самодельные ракеты по одному из крупнейших предприятий республики - Нижнекамскому нефтехиму. Заряды не взорвались, а некий «амир Татарстана Абдуллах» в своем видеообращении заявил: это всего лишь предупреждение и демонстрация силы. Всего лишь… Раньше российские террористы подобными способами доставки не пользовались даже на искушенном в диверсионном деле Кавказе. Неудивительно, что все детали происшествия и его расследование тут же были засекречены.

ислам

Отношение к атеистам и другим религиям в Исламе в статье:
Что говорит Коран про иноверцев

- Шум поднялся, когда одна ракета упала на территорию колонии ИТУ-1, - рассказывает местный чиновник, знакомый с ситуацией. - Ее сначала зеки нашли, показали офицерам. Те за головы похватались и вызвали чекистов.

…Объезжаем по периметру территорию Нижнекамскнефтехима, занимающего площадь стандартного городского микрорайона. Надо очень верить в свои силы, чтобы рассчитывать попасть неуправляемым зарядом в какое-нибудь уязвимое место. Даже если со 100-процентной уверенностью знаешь, где оно находится.

- Они и не целились в завод, - развеивает наши сомнения чиновник. - Ракеты были направлены на железнодорожную станцию Соболеково, где стоят составы с цистернами химикатов. Всего было шесть полутораметровых ракет типа «кассам» - как у палестинцев. Установили их ночью на таймер. В 7.40, когда люди шли на работу, стартанули четыре ракеты. Еще две почему-то не сработали, так и лежали на снегу прямо между вагонами.

На следующий день закрытым общереспубликанским указом была усилена охрана всех стратегических объектов. Но оппоненты власти - местные националисты и исламисты - в террористическую подоплеку нижнекамской истории лукаво не верят.

- Есть несколько информационных структур, напрямую подчиненных Москве, которыми руководят бывшие спецслужбисты, - убеждает нас лидер татарских националистов из организации «Алтын Урды» («Золотая орда») Данис Сафаргали. - Именно они и распускают о Татарстане разные небылицы. Мол, в наших лесах якобы прячутся 3000 боевиков-ваххабитов.

ислам

Отношение ко лжи в Исламе подробнее в статье:
Разрешена ли ложь в исламе?

- И зачем кому-то распускать небылицы?

- Чтобы объявить республику ваххабитской, ввести прямое правление. Понимаете, у татар есть единственная среда выживания - их республика. Поэтому мы за нее будем зубами держаться. И найдем в себе силы ее отстоять.

…С Данисом можно согласиться: лесов в Татарстане действительно немного - экстремистам в них было бы тесновато. Поэтому большинство бородачей предпочитают жить в городском комфорте. И спокойно посещать пятничные намазы в своих мечетях, в самом центре столицы республики. На один из таких намазов и приехали ваши корреспонденты...

А В ЭТО ВРЕМЯ

Кряшены просят защиты Патриарха

«Террористы жгут наши церкви. Слава Богу, поджигателей нашли, но мы не уверены, что это не случится вновь, - говорится в обращении главы Казанской общественной организации кряшен Марии Семеновой к предстоятелю Русской православной церкви. - Уже были случаи, когда к православным священникам приезжали ваххабиты, агитировали принять ислам. Кому жаловаться, они не знают, боятся, что их тут же обвинят в исламофобии. И к исламу мы отношения не имеем, вся наша история связана только с православием, с нашей Русской православной церковью, в лоне которой мы были и хотим оставаться навечно. Халифаты и эмираты нам не нужны, нам нужна сильная Россия. Просим Вас заступиться за православных кряшен в Татарстане».

Три принципа и три основные части ваххабизма в России. 1. Не можешь отжать традиционную мечеть для своих нужд - строй новую. 2. Не можешь построить мечеть - сделай молельную комнату. 3. Нет молельной комнаты - молись так.

Наша машина согласно самому расхожему третьему принципу втиснута в снежный сугроб в одном из казанских дворов. Жарит печка, и дворники молотят без остановки, пытаясь победить совершенно полярную метель. В ста метрах от нас прямо на снегу расстелены коврики, и несколько бородатых мужчин стоически совершают пятничный намаз возле строительного забора. Правда, жителей ближних казанских дворов это приводит отнюдь не в восхищение. Они, мягко говоря, в легком бешенстве, стоит только заговорить о мечети Аль-Ихлас; она стоит здесь же, но сейчас, после последних бурных событий, закрыта.

Первый имам мечети Миргазиян Салаватов ее и построил, реконструировав здание заброшенной котельной и превратив трубу в минарет. Необходимость это сделать пришла к нему во сне - покойная супруга подсказала. Деньги собирали всем миром, в 2005 году храм заработал. Но после смерти подвижника на молельный дом обратили внимание приверженцы «чистого ислама», умудрившиеся организовать здесь ячейку «Хизб-ут-Тахрир» (террористическая организация, запрещенная в России). И у местных жителей началась веселая жизнь. А после прошлогоднего покушения на муфтия республики «спецоперации» во дворах стали проходить регулярно. И не беспричинно. Имам мечети Рустам Сафин осужден за «разжигание» и на днях этапирован в колонию. Но его паства - приверженцы «нетрадиционного ислама» покидать мечеть не собираются. Вон и местный активист трясет на ветру пачкой обращений во всевозможные органы власти:

- Нет, ну у нас уже как в Дагестане. Как пятница или праздник, по дворам то бородатые бегают, то «космонавты», автобусы с ОМОНом, ну зачем нам это надо?!

Отважный активист тем не менее попросил стереть все снимки, на которые он попал, и лично проконтролировал процесс. Объяснил просто: «Боюсь, мне много раз угрожали».

А вот в республиканском Духовном управлении мусульман - свое, куда более безобидное видение ситуации.

- Корень проблемы в том, что местные ребята хотят поставить на месте мечети автостоянку. И науськивают местных жителей, - говорит Рустам Батров, первый заместитель муфтия Татарстана. - Но коли уже мечеть там существовала, то разрушить ее - святотатство. Я понимаю беспокойство людей, но представьте, что найдется оголтелый националист, который скажет: «Ах, вы мечети уже сносите? Так давайте теперь снесем церковь!» И что начнется?

Называя вещи своими именами, мечеть осталась за ваххабитами, Духовное управление мусульман Татарстана не собирается «накалять» и «разжигать». Как нам мудро заметили в кулуарах, «ситуация сложная» и «на все воля Аллаха». Не иначе как по этой воле новым имамом мечети стал юный Айрат Шакиров, ближайший сподвижник осужденного Сафина. Несмотря на свою молодость, он незаурядный проповедник и не боится говорить от имени всей уммы:

- Негативное отношение к мечети Аль-Ихлас - это заслуга правоохранительных органов. Чуть ли не каждый день по дворам вокруг мечети ходят люди в касках с автоматами и собаками. Они и сформировали общественное мнение.

- За что они так с вами?

- Мечеть Аль-Ихлас не боялась говорить правду. А правда бывает горькой и колет глаза.

- А говорят, что радикальные исламисты поджигают церкви, обстреливают заводы...

- Мне непонятно, что значит «радикальный ислам»? Меня тоже называли его представителем. Так вот, я трактую радикализм, как желание жить полностью по исламу в государстве с шариатским правом. И запретить это желание нельзя.

И в этой, параллельной реальности Татарстана живут несколько тысяч последователей ваххабизма. Не все они, конечно, готовы прямо сегодня схватиться за оружие и начать расшатывать государственный строй. Но очевидно, что радикалы неуклонно расширяют сферу своего влияния на умы.

Над Иерусалимом тучи ходят хмуро

- Естественно, после репрессий 2012 года люди возмутились и вышли на совместный митинг. - Лидер националистов из «Золотой орды» Данис Сафаргали по-своему трактует реакцию властей на покушения, случившиеся в 2012 году, когда пострадали духовные лидеры республики. - Татары - нация, принявшая ислам очень давно. Он у нас традиционный, без экстремистских течений. У нас дружно живут люди разных конфессий. Арабы приезжали, радовались, говорили: «У вас тут прямо Северный Иерусалим!»

Соседство православных и мусульманских молельных домов в России часто выдается за главный аргумент в пользу мирного сосуществования двух религий. Хотя исторические примеры 15-летней войны в Ливане или уже трехлетней в Сирии камня на камне не оставляют от этой позиции. Чтобы «раскачать» межрелигиозный конфликт, достаточен небольшой процент радикалов - и цепная реакция запускает страшный механизм разрушения.

Недооценка этого на Северном Кавказе уже привела к тотальной ваххабизации отдельных республик. Лишь благодаря почти аномальной концентрации силовиков ситуацию там удается удерживать под условным контролем. И даже систематически прореживать исламистское подполье. Однако военная машина вряд ли остановит отток русскоязычного населения с Кавказа. В Татарстане «русский вопрос» пока стоит не так остро, но все предпосылки для этого налицо.

- Я нормальный националист, я занимаюсь сохранением своей культуры и истории, - заверяет нас Данис Сафаргали. - И никому ничего не навязываю. Я не против кого-то, я хочу сохранить себя в рамках своей республики.

Впрочем, националисты других наций почему-то вызывают у нашего собеседника лютую неприязнь. Им он в нормальности отказывает по определению. Не может быть нормальных русских националистов:

- У нас существуют карманные нацистские организации. Типа «Общества русской культуры» - мы их орками называем (смеется). Орки не русской культурой занимаются, а противодействуют преподаванию татарского языка в школе. Но этой фашни у нас не так много, это маргинальная среда.

Этнократия половины

С предводителем «маргиналов» мы встретились в его скромной квартире в спальном районе Казани. Шкафы уставлены книгами по социологии и философии. На стеллаже в зале - огромная коллекция колокольчиков. «Это я привозил из каждой страны, в которой побывал в командировке», - поясняет председатель «Общества русской культуры» Александр Салагаев. Он же - профессор, доктор социологических наук, эксперт ООН по проблемам молодежи.

- Русским у нас очень трудно устроиться в органы государственной власти, - признается Салагаев. - При Шаймиеве все-таки треть портфелей в правительстве было у русских. Сейчас из 18 министров только трое русских. Сложно устроиться в полицию, прокуратуру, избраться судьей. Ущемлены права русских на изучение языка в полном объеме. Наши дети, у меня дочь в 9-м классе, изучают язык по третьему базовому плану - для школ с родным нерусским языком обучения. Родителям приходится нанимать репетиторов, чтобы недополученные знания восполнить.

- А сколько русских сейчас в республике?

- Около 40 процентов, тех, кто себя таковым считает.

- Татарские националисты считают кряшен предателями, а вас - «фашней»...

- Это риторика. Перепись 2010 года показала вдруг, что «предателей» около 200 тысяч человек. Националистам бы лучше о своей дружбе с исламистами рассказывать. На самом деле все решают деньги. Сейчас очень много пооткрывалось халяльных кафе, магазинов, ателье, парикмахерских. Пять процентов прибыли из них идут мечетям. Еще один источник пополнения кадров - тюремная система. Ваххабитам удалось невозможное - сломать воровскую иерархию. В свою умму они принимают всех, в том числе и «опущенных». Мне рассказывал один сиделец, что ваххабитская литература в камере лежит открыто на столе. Это такая ползучая зараза, с которой государство не знает, что делать.

Спасаться от наступления ваххабитов людям приходится самим, формируя систему сдержек и противовесов. В «трудных» районах Татарстана - Алексеевском, Спасском, Чистопольском - храмы в деревнях берут под охрану казаки.

- Видите, церковь на отшибе, лес со всех сторон, место уязвимое, - показывал нам небольшой храм в стиле старинного русского деревянного зодчества атаман станицы «Старый город» Ярослав Захаров. И тут же добавлял: - Но проблем межнациональных у нас нет. Жгут-то церкви отморозки. Я не думаю, что это как-то связано с верой.

Давно заметили: подчеркнутая политкорректность характерна для людей, находящихся в недружественном окружении. Там, где уже дошли до края, называют вещи своими именами. Как в деревне Базарные Матаки, где на улицах уже появились «шариатские патрули». «Дружинники» с бородами без усов отлавливают нетрезвых односельчан, отрабатывают на них приемы восточных единоборств, а после за благочестивой беседой о вреде алкоголя призывают вернуться к «чистому исламу».

Агитация, впрочем, ведется открыто и с непьющими - прямо перед православными храмами.

- Недавно ко мне двое приезжали. Один кавказец молчаливый, другой - русак, бодрый такой, лет 50, - рассказывал нам глава одного из приходов. - Прямо возле церкви стояли и людей агитировали. Нам постоянно здесь говорят, что мы тут лишние. Сейчас запретили в домах культуры и школах отмечать религиозные праздники. По бумагам - для всех конфессий. Но мусульманские праздники как отмечали, так и отмечают. Создали при каждом районе антитеррористические комитеты. В них входят и священнослужители, муллы. Некоторые открыто исповедуют ваххабизм. Как эти комитеты могут бороться со своей же паствой? Как дальше нам в такой компании сосуществовать? Остается только молиться…

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

Политологи уже называют ваххабизм «троцкизмом XXI века», чья цель - «перманентная революция» до полной победы на всем земном шаре. Ради ее достижения ваххабиты готовы вступить в любой тактический союз. Как в Сирии, где израильская авиация несколько раз, по сути, помогала ваххабитам авиаударами по государственным объектам. «О чем вы?! Татарстан - не Чечня и не Сирия» - эту фразу мы слышали в республике даже от самых радикальных собеседников.

Действительно, пока у республики есть множество стабилизирующих факторов. Во-первых, большая доля русских и русскоязычных, которые из республики никуда еще бежать не собираются. Во-вторых, историческая и культурная близость русских и татар плюс огромная традиционная исламская умма. Ну а в-третьих, множество межнациональных браков.

Последние - самый лучший огнетушитель во всех межнациональных конфликтах. Задумаются об этом всерьез государственные и религиозные руководители, от которых зависит будущее Татарстана, - и, как знать, придет пора нам, репортерам, писать не о сожженных православных храмах, а о хлебосольных татарско-российских свадьбах.

ИЗ ДОСЬЕ «КП»

Современные кряшены себя татарами не считают, позиционируясь как отдельная национальность, уходящая корнями в древнетюркские и финно-угорские племена. И православие они приняли, по преданиям предков из язычества, в отличие от тех татар, которых крестили насильно, - те со временем вернулись обратно в ислам.

У кряшенов есть свой язык, который ученые называют «средним диалектом татарского языка».

В своих храмах настоятели проводят службы на церковнокряшенском языке.

http://www.kp.ru/daily/26173/3061988/

http://www.kp.ru/daily/26174.4/3062539/

Опубликовано 10 Апр 2018 в 09:00. Рубрика: Внутренняя политика. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.