Косово и сербы

В пятницу, 26 апреля 2013 года, в Скупщине Сербии должно состояться голосование по ратификации соглашения Белграда с Приштиной. Лишь 22 депутата планируют голосовать "против". Это в полном составе фракция ДСС (Демократической Партии Сербии) Воислава Коштуницы и один присоединившийся к ним депутат ДС (Демократической партии). Тем временем, в стране проходят акции протеста.

Сербская Православная Церковь призвала власть отказаться от соглашения, а "отцам договора" Ивице Дачичу и Александру Вучичу сотнями приходят SMS с угрозами. Правда социологи утверждают, будто бы половина граждан Сербии поддерживает этот шаг в отношениях с Приштиной. Однако, встретить этих согласных на улице практически невозможно. Может быть, они стесняются?

C одной стороны, в этом тексте я стараюсь какие-то традиционно сформировавшиеся в русском восприятии Сербии мифы разрушить. С другой стороны, вероятно, создаю новые, пропуская факты через свое восприятие Балкан, Сербии и сербов, через свой опыт и восприятие, далеко не полные. К тому же идеализм присущ и мне. Это ни в коем случае не аналитическая статья, это скорее многобуквенное эссе, основанное на личном опыте замиксованное с цитатами, фактами и линками.

Я был на Косово (именно так - "на", потому что Косово - это поле. Косово поле. А "Кос" - это черный дрозд. Поле черных дроздов, где произошел бой с османами в 1389 году) пять раз. В 20052006, 2009, 2011 и 2012 годах. Полное название края - Косово и Метохия. На западе уже в предгорьях - Метохия. А на востоке, на равнине, Косово поле. Название очень важно. Термин "Метохия" означает церковная земля. То есть, даже в самом названии скрывается сербская претензия на эту землю. Поэтому албанцы никогда не говорят так. Для них это просто Косово.

Настоящий отец Евросоюза
в статье

Евросоюз придуман при Гитлере

Небольшой флеш-бэк в прошлое. Мне множество раз задавали вопрос, а почему Сербия? Откуда этот интерес. А зачем тебе это?

2001 год. Президиум РАН на Ленинском. Мой истфак находится на 15 этаже. Сегодня презентация книги "Югославский кризис" моей будущей научной руководительницы Елены Юрьевны Гуськовой. После презентации фуршет. Интереснее всех мне был генерал Ивашов. Во многом, мой интерес к Сербии возник из-за войны 1999 года. Я заканчивал 11 класс и каждое утро на школьной доске мы рисовали карту Югославии и отмечали на ней сбитые американские самолеты по версии наших СМИ. Леонид Григорьевич оказался очень общительным человеком и с удовольствием рассказал про марш-бросок наших десантников-миротворцев из Боснии на аэродром Слатина в Косово.

Как он, будучи замом начальника генштаба генерала Квашнина, готовил этот марш-бросок. Как подгадывали момент, чтобы "расслабившийся" Борис Николаевич подмахнул указ. Как вслед за взятием Слатины были готовы "борты" Псковской дивизии для переброски десантников прямо на Слатину, чтобы занять совместно с Сербской армией оборону примерно по линии, проходящей по центру Косово, чуть южнее Приштины. А потом наступило утро и Борис Николаевич пришел в себя и "борты" никуда не полетели. Слушая такие исторические байки (байки в хорошем смысле слова) ощущаешь соприкосновение с историей. Поэтому на Косово я поехал при первой же возможности, которая представилась в начале 2005 года.

Чем ближе приближаешься к Косово, тем более странные события происходят. В 2011 в июне мы ехали туда с Димой Стешиным и Сашей Коцем (их репортаж здесь и здесь) на арендованном ярко-желтом ситроене C3. До этого мы ездили в ту деревню, где скрывался генерал Ратко Младич. И странные встречи начались уже там. Мы пьем кофе в центре села и попутно выясняем у официанта, как добраться к тому самому дому. А метрах в ста от нас останавливается машина, из нее выходит крупногабаритный дядька с пузом в майке Сочи-2014, открывает багажник, и достает из лежащего там чемодана видеокамеру. После чего начинает целенаправленно нас снимать. Достопримечательностей там никаких нет. Людей в уличном кафе, кроме нас, тоже. Номера у машины белградские. Когда мы начинаем его снимать в ответ, он достаточно быстро сворачивается, убирает камеру в багажник и отъезжает на несколько сот метров.

На горной трассе по дороге в Косово мы остановились у родника. Я разложил карту на заднем стекле и рассматриваю маршрут. Вдруг кто-то хлопает по плечу. Оборачиваюсь. Сзади припарковалась машина, а водитель, средних лет, улыбается и говорит - "Здравствуй Илья. Помнишь меня? Я сопровождал вас в Косово в 2010 году". Отвечаю: "И вы не хворайте, добрый человек, но в Косово именно в 2010 я не был". "Нет, нет. Был. Я хорошо тебя помню", - продолжает настаивать незнакомец.

Организованный НАТО и ЦРУ террор в Европе
в статье:

Террор НАТО в Европе и США

Да и в 2012 мы уже ночью, на севере края по дороге из Косовской Митровицы в Лепосавичи, не поделили трассу с парой старых "Юго", набитых якобы лесниками, едущими с новогоднего корпоратива. Свет их наш дальний якобы слепил, хотя не было никакого дальнего... Но в разгар конфликта появилась третья машина, откуда вышел уже пожилой, седой серб, очевидно старший и сказал - "парни, вы что номера не видите, это наши братушки из Москвы, надо извиниться". И мы по очень настоятельной просьбе поехали принимать извинения в кабак, в Лепосавичи, где между делом и достаточно непрофессионально нам прямо в лоб задали очень много установочных вопросов. Время тревожное. Надо быть настороже.

Это я все к чему. Вакуума власти не бывает. На севере Косово этот вакуум во многом заполнен БИА (Агентство Безопасности и Информации - аналог ФСБ).

КТО У ВЛАСТИ В КОСОВО?

Ибрагим Ругова

Это отец косовской независимости. Своеобразный шиптарский Махатма Ганди. Интеллектуал и пацифист. 28 июня 1989 года на Видовдан Слободан Милошевич в 600-ю годовщину Косовского боя на Газиместане - это мемориал на Косовом поле, то место, где и происходила битва - перед собравшимися сербами сказал свою знаменитую речь:

В силу исторических условий 600-ю годовщину великой битвы на Косовом поле Сербия отмечает в год, когда она после многих лет, после многих десятилетий, наконец восстановила своё государственное, национальное и духовное единство. Поэтому сегодня нам нетрудно ответить на старый вопрос, как посмотрели бы мы в глаза Милошу [Обиличу, сербскому герою Косовской битвы]. Пьеса истории и жизни пошла по тому сценарию, что именно в этом году, в 1989-м, Сербия восстановила свою государственность и достоинство и празднует сегодня годовщину события из глубокого прошлого с огромным историческим и символическим значением для своего будущего.

Текст его выступления полностью. Закончил Слободан Милошевич выступление следующими словами:

Шесть веков назад Сербия героически защитила себя на Косовом поле, но она также защитила Европу. Сербия стала в то время бастионом, который заслонил европейскую культуру, религию и европейское общество в целом. Поэтому сегодня обсуждать принадлежность Сербии к Европе не только несправедливо, но это значит противоречить истории, это совершенно абсурдно.

Сербия – неотъемлемая часть Европы, сейчас даже больше, чем когда бы то ни было, конечно, со своим собственным путём, но путём, никогда не умалявшим её достоинства. С таким настроем мы стремимся построить богатое и демократическое общество, внести свой вклад в процветание этой прекрасной страны, этой несправедливо страдающей страны, но и принять участие в усилиях всех прогрессивных людей нашего времени, желающих сделать мир лучше и счастливее.

Речь на Газиместане, задекларировавшая новый, национальный курс Сербии, в условиях развала Югославии, была поддержана всей сербской элитой. Сегодня либеральная точка зрения гласит, что именно с этого момента началось пробуждение сербского национализма, который разрушил Югославию и разжег множество войн на ее территории. Хотя если вы прочтете эту речь целиком, вы не обнаружите там ни слова ненависти, наоборот. В условиях активизации национальных элит остальных югославских республик, президент Социалистической Республики Сербия Милошевич просто перестал играть во вненационального федерального чиновника, который стоит над всеми, в том числе над своим народом, а определился как представитель этого народа.

Автономия края Косово в 1989 году была урезана. Всегда тяготевший к соседней матери-Албании и ощущающий свою чужеродность в славянской стране, албанский народ за много лет до этого начал создавать параллельные структуры. К началу 90-х в Косово действовали две абсолютно не пересекающиеся системы власти, со своими бюджетами, своим образованием. Какая ирония. Cегодня Хашим Тачи требует упразднить как раз параллельные властные структуры. Правда теперь уже сербские.

В 1992 году Ибрагим Ругова выиграл выборы и стал президентом Косово. Конечно же, Белград эти выборы не признал, а сербы в них не участвовали. При Ругове параллельная система лишь укрепилась. Ругова не был сторонником силового решения Косовского вопроса. Но УЧК (Армия Освобождения Косово), имеющая мощную международную поддержку, не особо оглядывалось на мнение странного профессора в извечном шарфе.

После оккупации края НАТО, в 2002 году Ругова выиграл очередные президентские выборы. Прошло всего десять лет. И должность та же. Но как изменилось ее содержание. Теперь президент Косово стал признанным многими мировыми державами. Сам друг Билл жмет ему руку. В 2006 Ругова умер от рака легких. Эпоха Ганди закончилась. Наступила эпоха "Змея".

Хашим "Змей" Тачи

"Змей" - это официальное прозвище. Так и в газетах, бывает, называют. В 80-е Тачи изучал философию и историю в Приштинском университете. Надо сказать, что албанцы пренебрегают техническими науками. Например, обе ТЭЦ в Косово обслуживаются хорватскими специалистами. Но в чем сильны албанцы, так это в гуманитарных науках и в языках. Инженер не поможет объединить все албанские земли. Нужны журналисты, историки, философы. Которые смогут убедительно и главное без акцента объяснить и обосновать разнообразным "сильным мира сего" право албанцев на эту землю.

В 1878 году была создана Призренская лига, названная так по городу Призрен в Косово, где прошло ее первое заседание. Организация ставила своей целью объединение всех албанских земель и была создана как противовес решениям Берлинского мирного конгресса. Как структура организация достаточно быстро была разбита - османами же. Но идейное наследие Лиги живо до сих пор.

В начале 90-х Тачи жил в Швейцарии, где занимался объединением местных (ну не местных конечно же, просто приехавших раньше) албанцев в единую политическую организацию. Там же он познакомился с Бехджетом Пацоли, о котором ниже.

Кстати, вот еще к вопросу о набожности албанцев. Созданная Тачи организация была марксистско-ленинской и называлась "Народное движение Косово". Хоть левая идея и ислам весьма близки, в данном случае - это чисто левая идея. Позже именно эта структура сыграла значительную роль в разворачивании широкой деятельности УЧК (Армии Освобождения Косово).

Тачи всегда был близок к криминальным кругам. А албанцы в Европе - это одна из самых сильных криминальных сетевых структур. Деньги от наркотрафика шли, в том числе, и на поддержание политической и военной (УЧК) активности. А в 1999 году Тачи и ранее входивший в число топовых полевых командиров, окончательно укрепил свои позиции, возгавив албанскую делегацию на провалившихся переговорах с Югославией в Рамбуйе. Именно после этого НАТО начало бомбить Югославию, а Тачи создал свое теневое прваительство, где назначил себя премьер-министром.

К Ибрагиму Ругове и его последователям-пацифистам Тачи всегда относился слегка презрительно. Однако, на всех парламентских выборах Тачи постоянно проигрывал популярному в народе профессору. Так было и в 2000 году и в 2001 году. В 2005 году, устав ждать смерти уже тяжелобольного Руговы, Тачи сформировал "теневое" правительство края. Лишь после смерти Руговы Тачи удалось выиграть выборы. И он не упустил своего шанса. Показал всем пример решительности и жесткости. В ноябре 2007 года партия Хашима Тачи выиграла парламентские выборы. "Змей" стал премьер-министром. Уже через несколько месяцев он в одностороннем порядке провозгласил независимость Косово.

Тогда же, в 2008 году, вышла книга бывшего прокурора Международного трибунала по бывшей Югославии Карлы дель Понте: «Охота: я и военные преступники». В ней она рассказала о случаях изъятия и продажи органов у сербских пленных косовскими албанцами. Ответственным за это она назвала Хашима Тачи. Однако, даже подобные обвинения не смогли потопить "Змея". Нехитрая PR-операция, о которой я писал ЗДЕСЬ, и обвинения оказались локализованы вокруг одной частной клиники, которая всего лишь недоплачивала обещанное, вырезая органы у добровольных доноров из Восточной Европы. Вучич и Дачич ему не противники. Он смотрит на них... Ну допустим как на Ибрагима Ругову. А все те, кто мог бы достойно оппонировать Тачи, сидят в тюрьме Гаагского трибунала. Хотя есть несколько человек в сербской элите, кто мог бы ему противостоять, но я скажу о них в самом конце.

Бехджет Иса Пацоли 

Ныне Пацоли вице-премьер правительства Хашима Тачи. Нам всем он памятен как швейцарский бизнесмен, генеральный директор "Мабетекс груп" и приятель Пал Палыча Бородина, который "реставрировал" Кремль. Тогда еще не привыкли к громким коррупционным скандалам и даже мема "ПЖиВ" еще не было. Поэтому история про то как Бородин и Пацоли, которого отечественная пресса называла "Беджет Пачоли", видимо считая итальянцем, взаимовыгодно реставрировали Кремль, очень-очень долго не сходила с первых полос российских газет. Он считается самым богатым албанцем в мире. Именно в Швейцарии Пацоли познакомился с Тачи. Сегодня некоторые называют Пацоли "кошельком" Тачи. А Тачи в их тандеме еще с 90-х годов отвечает за силовое направление.

Эдита Тахири 

Вице-премьер. С ней мы встречались летом 2011. Саша Коц просто написал ей в фейсбук и договорился об интервью. Общаться на сербском она отказалась, мол позабыла я уже этот язык. Договорились так - я задаю вопрос на сербском, а она отвечает нам на английском. Несмотря на то, что в официальной биографии сказано, что она закончила Гарвард и университет Эссекса, английский у нее изрядно корявый.

После того как Тахири рассказала нам, что Конституция Косово гарантирует все права для всех сообществ, особенно для сербских, мы выдали домашнюю заготовку:

- А для сексуальных? Гей-парад в Приштине возможен? Вот на севере, в Белграде, регулярно происходят беспорядки, человеконенавистники нападают на людей лишь за то, что они не такие как все.

Тахири прямо рассвела. Видимо и тема близка, и увидела в нас рукопожатных цивилизованных людей. Наговорила она порядочно.

- Наша конституция основана на фундаментальных принципах демократии. Но есть не только конституция. Мы строим культуру демократии, мы хотим, чтобы западные ценности были здесь как дома. Поэтому в Косово гарантированы права всем меньшинствам, включая гомосексуалистов.

Это часть конституции. Может быть, Конституция Косово - единственная в регионе, признающая права геев. Что до сербского меньшинства, то мы работали над тем, чтобы и во власти оно было представлено. Тем не менее, после окончания войны бывшие правители региона из Сербии продолжают вмешиваться во внутреннюю политику Косово, в том числе, создавая нелегальные параллельные структуры. Но, я надеюсь, со временем они исчезнут. Ведь уже сегодня сербы есть и в правительстве, и в различных министерствах, и в парламенте.

Интеграция сербов идет очень успешно. Параллельные незаконные властные структуры возможно и были популярны в прошлом, но сегодня сами сербы осознают современные реалии. Они понимают, что нам вместе нужно строить сильное, независимое, успешное государство. Основная проблема – это интеграция сербов, проживающих в северной части Косово. Проблема северных территорий в том, что они долгое время находятся под влиянием Белграда.

Сербам внушают, что они могут спокойно жить в параллельных структурах. И на переговорах в Брюсселе мы говорили о том, что хотим иметь добрососедские отношения с Сербией. Но, прежде всего, это означает, что мы не хотим лезть во внутренние дела друг друга.

Именно эту часть мы как можно быстрее перевели на сербский и она разошлась буквально по всем сербским медиа. Заголовки были весьма издевательскими. Странно, но после этого она перестала отвечать и на фейсбуке. Видимо оценила информационную диверсию, то бишь нашу невинную шутку.

МИФЫ О КОСОВО

Вообще, Косово, как и все, что касается Сербии в России, очень сильно мифологизировано. Впрочем, Россия в Сербии тоже воспринимается изрядно лубочно. На самом деле, что видит человек в Косово? Он видит долину, окруженную горами. В долине доминантами являются две ТЭЦ - Косова-А и Косова-Б, а на севере края труба металлургического комбината Звечан, остановленного бойцами "Иностранного легиона" в 2000 году.

Еще один миф - албанцы все поголовно мусульмане и у них по десять детей. Я тоже так думал, когда ехал первый раз на Косово. Мол, это ж Евро-Чечня такая. Бородатые ваххабиты, женщины в мешках. Нет. Албанцы - светские люди в массе своей. Сидя в кафе на центральной пешеходной улицы Приштины мы около двух часов наблюдали, сколько же увидим людей, одетых по мусульманской моде. Увидели троих мужчин со специфической бородой без усов, в шапочках и рубашках навыпуск, двое из них были со спутницами в никабах.

Славяне-мусульмане ("потурченцы") в Боснии или в области Санджак с центром в городе с эпическим названием Рашка на юге Сербии (эта область примыкает к Косово с северо-западной стороны) куда более религиозны. В самой Албании достаточно велик процент православных и католиков. Однако, повторю еще раз - албанцы не религиозны. Вероисповедание для них - это условность. Например, герой албанского эпоса - Скандербег - был православным и боролся с османами. Ислам они приняли в конце 17-го века. До этого все албанцы были христианами восточного или западного обрядов.

Сербско-албанский конфликт носит этнический характер, а не религиозный. Читатель может спросить, а как же тогда уничтоженные православные храмы на Косово? Для албанцев православный храм - это символ сербского народа. Храмы они уничтожают в рамках этнического конфликта. Одновременно с этим, в центре Приштины строится громадный католический собор. Мечети аналогичного размера в Косово просто нет. Объяснение простое. Косовары прагматичны и они хотят в Европу. А ислам - не самая популярная религия. Позиционироваться как католики значительно выгоднее и рукопожатнее.

МЕНЯ ПОСЧИТАЛИ!

Вопрос численности вообще населения на Косово очень спорен. Например, сербы утверждают, что косовары завышают свою численность. Относительно же сербского населения края - примерная цифра, с которой все согласны, это около 100 тысяч человек.

Косово - этнические группы

Косово - этнические группы

Карта в полном размере: http://voprosik.net/wp-content/uploads/2013/04/Косово-этнические-группы.gif

Когда я задал этот вопрос летом 2011 года священнику в селе Прилужье, он ответил философски: "Нас мало для войны, но вполне хватит для мирной жизни".

Все СМИ в Сербии, а следом за ними и у нас, говорят о 4-х общинах на севере края, которые территориально примыкают к Сербии. Центром этих общин является северная - сербская часть Косовской Митровицы. Граница проходит по реке Ибар. На юг от Ибара уже албанцы. Но большинство косовских сербов живут не в этих 4-х общинах, большинство живет в анклавах на юге. Распределение идет примерно 40 на 60 процентов. И интересы у них разные. Если 4 северных общины, находящиеся уже 14 лет по сути в вакууме власти, в идеале хотят присоединиться к Сербии (а подобный сценарий регулярно озвучивается и в Белграде, его приверженцем является и Ивица Дачич), то что это означает для анклавов? Это означает, что их просто забудут. В Косовской Митровице есть ощущение Сербии. Еще один сербский городок. А вот в анклаве, который находится хотя бы в десятке километров от Митровицы уже совсем другие ощущения.

Косовары конечно же пытаются приуменьшить количество сербов, живущих в автономном крае. Так, в феврале 2012 года Приштина опубликовала данные переписи населения, согласно которой сербов южнее реки Ибар жило всего лишь 25 тысяч человек. На севере края перепись естественно никто не проводил. Вероятно, не только албанцы старались приуменьшить количество сербов, но и сербы из анклавов бойкотировали перепись.

Перечислю лишь те анклавы, где я был много раз.

- Грачаница. Центр сербского православия на Косово. Сегодня это село, по сути, пригород Приштины. И самый крупный анклав на юг от реки Ибар. В Грачанице по разным оценкам живет от 12 до 15 тысяч сербов. После погромов 2004 года, люди из многих мелких анклавов перебрались сюда. Погромы не достигли своей цели. Мало кто после них уехал в Сербию, люди перебрались или в крупные анклавы на юге, или на север - в Косовску Митровицу. Вообще, это еще одно сербское качество - упертость. Твердоглавость. У многих, живущих на Косово есть квартиры или дома в Сербии, но они не хотят уезжать туда. Съездить пожить - да. Но окончательно перебираться - ни в коем случае. Уступать нельзя. Кто такие шиптары, чтобы им уступать?

До последнего времени в Грачанице находилась мэрия Приштины. Конечно же, они вот уже 14 лет ничего в Приштине не решают, да и за пределы анклава вряд ли часто выбираются. Но зарплату по утвержденному в Белграде штатному расписанию получают исправно.

- Cело Прилужье. Около четырех тысяч сербов. В 2006 году мы с товарищем прожили там несколько дней и об этом я тогда подготовил репортаж в газету РЕ:Акция, где тогда работал. Вот кусочек из того текста:

...около пяти сотен домов и четырех тысяч жителей. Церковь, школа и памятник шестерым селянам (все мужчины были мобилизованы в Сербскую армию), подорвавшимся на албанском фугасе в 1999 году. Промышленность или стоит, или албанская. Для сербов работы нет. Из Бел­града им платят небольшое пособие за то, что они живут в Косово. Нас встречает Горан, невысокий усатый мужичок лет сорока. Прием в Сербии обычный: обжигающий турецкий (тут его называют сербским) кофе, сласти, ракия, мясные деликатесы, домашний хлеб с каймаком, вино, пиво... Во время ужина отрубили электричество. Албанцы включают его всего на час-два в день, хотя в свои селения подают круглосуточно. Специально для нас Горан запустил движок-генератор. Мы думали, что так принято, пока на следующий день не узнали, сколько стоит бензин…

Война с террористами из UCK (Армия освобождения Косово) коснулась здесь каждой семьи: убитые, взятые в заложники друзья и родные. В июле 1999 года, сразу после вывода Сербской армии из края, родственники Горана были похищены и провели несколько дней в шиптарском зиндане. Выжили чудом — знакомые помогли выкупить.

Утром Горан договаривается с соседом. Тот на стареньком «опеле» везет нас в Грачаницу, самый крупный сербский анклав, где стоит знаменитый монастырь XIV века. До него албанцы пока не добрались. Зато сложили такой стишок, причем на сербском:

Спрашивает меня Шиптарица:
Разрушена ли Грачаница?
Стыдно, что еще нет,
но не волнуйся –
Счет уже пошел на минуты…

В 2011 году мы вернулись в Прилужье и сразу же попали на праздник. Случайно. Так же случайно встретили Горана и радушно обнялись, не без труда узнав друг друга. Рядом с храмом был установлен шатер, куда Горан нас сразу же провел и усадил рядом со священником. Отец Миломир сразу же вспомнил, что в 2006 году я привозил ему большой крест из Москвы в подарок, но не застал его и передал через Горана. Я об этом начисто забыл. Вообще. Вспомнил только когда они напомнили - "А мы вот только что вас вспоминали. Тех русских, что нам крест для церкви подарили, а мы их даже и не увидели. Крест то у нас в храме висит, потом покажу". Снова случайность? Или из вежливости так сказал? Вряд ли. "На все Божья воля" - сказал он.

"Отче, а как вы относитесь к плану Ивицы Дачича о размене территориями? Сербия забирает север Косово, а шиптарам отдает, населенную ими, Прешевскую долину?". Батюшка помрачнел, взглянул на нас исподлобья и говорит - "Здесь, на юге, не спрашивайте больше ни у кого такие вещи". Потом он развеселился, показал нам самый большой в Сербии флаг, невероятных размеров, хранящийся в храме. Высотой метров пять и длиной около тридцати метров, флаг был сшит для Новака Джоковича - национального героя, после очередной его громкой теннисной победы. Отец Миломир дал нам контакты в самом южном анклаве Штрпце и напутствовал - "ну езжайте быстрее, а то стемнеет. Ночью вам не нужно бы на такой машине - окинул сомневающимся взглядом нашу ярко-желтую букашку - да еще с белградскими номерами по Косово разъезжать".

- Община Штрпце - это целая община, на крайнем юге Косово, самый дальний анклав. Находится он на склонах Шар-планины (Шар-горы). Именно отсюда пошла порода собак-пастухов, чем то похожих на наших кавказских овчарок - шарпланинац. До конца 70-х годов их вывоз был запрещен из Югославии. Стратегическая порода. В общину Штрпце входит 16 сел, самое крупное из которых Штрпце (по названию села и названа вся община). В общине примерно 12 тысяч сербов и около полутора тысяч албанцев.

В Штрпце нас встретил председатель общины - Звонко Михайлович. Крепкий серб средних лет, член Сербской Радикальной партии. Благодаря ему мы смогли на конкретном примере понять, что такое параллельные вертикали власти в Косово. Сидим в его кабинете. Он показывает на окно - "Видите соседнее здание?". Киваем. "Вот там сидит мой конкурент. Председатель общины, назначенный Приштиной. Его никто не избирал. А меня жители выбрали, люди меня любят" - Звонко чуть самодовольно улыбается. Обаятельный человек, смотришь на него и веришь, что его действительно любят. Можете себе представить в России городок, где люди любят мэра? "Но у меня денег нет, из Белграда приходит минимум" - продолжает Звонко - "А у моего конкурента шиптарский бюджет из Приштины. Приходится договариваться. Так и живем".

Помимо этих трех анклавов, на юге есть еще множество. Но вот беда, информации о них практически нет. В 2011 году я спрашивал у министра по делам Косово и Метохии - есть ли карта или хотя бы полный список анклавов с количеством населения? У него этой информации не было. Нет ее и в интернете, ни на русском, ни на сербском, ни на албанском, ни на английском. Эти анклавы просто не существуют. Хотя как-то по дороге из Приштины на Газиместан (это километров пять) мы ошиблись поворотом и въехали в город Косово поле. Попали в какую-то индустриальную зону как из фильма про апокалиптическое будущее, какие-то рельсы, множество путей, горят шины, тут же цыганский картон-сити. Мы решили просто ехать прямо. В итоге, пробравшись сквозь рельсы по какой-то колее, переехав ручеек по шаткому мостику, мы въехали в рощу, сразу за которой началось село. Смотрим, а номера-то у стоящих во дворах машин наши, белградские. Значит тут можно и дорогу спросить до Газиместана. А на нашей карте, купленной в Белграде, это село вообще не было обозначено. Притом, что под сотню домов там было.

Еще немного про особенности анклавов. Анклав - это не блокадный Ленинград. Все анклавы связаны между собой автобусным сообщением. Даже из самого южного - Штрпце можно ежедневно уехать в Белград. С севера на юг, в частности через то самое Прилужье несколько раз в день ходит старый норвежский состав - это UNMIK Railways - Железная дорога миссии ООН в Косово. И до последнего времени косовские сербы получали дотации от Белграда. Небольшие, но ежемесячные. И на каждого члена семьи. Вы можете представить себе, чтобы Москва выплачивала какие-то деньги русским скажем в Кизляре. Или в станицах Надтеречного района Чечни. Просто так. Поголовно. Лишь за то, что они живут там и не уезжают. Вот и я не могу. И что будет с этими выплатами после окончательного подписания соглашения Белграда с Приштиной? Они вообще закончатся? Об этом не говорит и не пишет никто.

Благодаря этим выплатам, анклавы больше 10 лет держались и не принимали албанские паспорта, албанские автомобильные номера. В последние пару лет все же пришлось принять паспорта очень многим, сейчас, наверное, почти всем. Естественно, у всех у них есть и сербские паспорта. Сложнее с номерами. Еще в 2011 году в анклавах все номера были сербскими - их просто покупали, в основном в городе Рашка, там у мусульман дешевле, как объяснил нам отец Миломир в селе Прилужье. В конце 2012 года почти у всех в анклавах уже были албанские номера. Лишь север края живет как своеобразное Гуляй-поле. Если раньше здесь просто все машины были без номеров, то теперь их чуть меньше половины. Остальные ездят на сербских номерах.

КАК ОТНОСЯТСЯ К КОСОВО В СЕРБИИ?

Сербы - это такие же обыкновенные люди как и русские. Хотя, как уже писал выше, наше взаимное мировосприятие очень искажено. Не все русские - православные богатыри, не все сербы - четники в шайкачах. Часто люди очень разочаровываются, когда им открываешь глаза. Нельзя сказать, что все сербы спят и видят возвращение на Косово. Со средней зарплатой по стране в 350 евро, из которых 100 евро надо заплатить за коммуналку, обычный серб скорее озабочен бытовыми проблемами. Если проводить аналогии, то вот вам пример. Как относятся люди в Минске к войне на Кавказе? Или москвичи к проблемам русских на Ставрополье? Вот и Косово для усредненного серба - это что-то очень далекое.

А еще есть сербские либералы. Их немного, но они весьма медийны. Во многом, сербские СМИ контролируются людьми, находящимися под их идеологическим влиянием, часто опосредованным, но влиянием. При этом сербский либерал - это существо еще более мракобесное и опасное, нежели либерал российский. Валерия Ильинишна Новодворская сошла бы у них за консерватора. Вот Борис Стомахин пожалуй бы вписался в их ряды. Но в Сербии таких Стомахиных много. И если наш - фрик-одиночка, чье мнение ничего не весит, то эти вполне набрали вес.  Например, несколько лет назад, всерьез обсуждался тезис - "кресты на сербских церквях это стилизованная свастика". Мол, Церковь у нас реакционная? Реакционная. А значит и крест у них никакой не крест, а свастика. И никто не смеялся. Потому что это не полоумный пишет в блоге, а люди в дорогих костюмах синхронно вещают из телевизора, причем на разных каналах.

Так, например, известный деятель культуры Живорад Айданич опубликовал ТОП-10 вредных фильмов. На первом месте "Если семя не умрет" Синиши Драгина. Фильм о том, как сербский священник продает на Косово проституток миротворцам. Вот такой вот либеральный kulturkampf.

Еще одна зарисовка. Март 2009 года. Мы на двух автобусах едем в формально-паломническую поездку по храмам и монастырям Косово и Метохии. Но контингент очень разный. Половина - это действительно православные паломники всех возрастов. Вторая часть - это молодежь с Нового Белграда, фанаты, члены "1389". И цели у одних и у других совершенно разные. Смиренным паломникам действительно хочется только помолиться, им не нужны неприятности. А молодежи нужно забраться на колокольню монастыря и вывесить там сербский национальный флаг. Так, чтобы оберст Бундесвера, чья база находится вплотную к монастырским стенам, поднимал по тревоге караул и приставлял бойца к каждой единице военной техники, а над базой разносилось швабское "гав-гав-гав".

Утро второго дня. Раннее утро. Для многих вчерашний вечер закончился лишь пару часов назад. По расписанию вновь служба в очередном монастыре, на Косово их действительно очень много. Большая часть молодежи сидит на широком заборчике вокруг храма, жмурится на солнышко, пытается проснуться и лениво переговаривается. Из храма выходит молодой монашек и начинает недовольно и громко отчитывать сидящего рядом со мной парня - "что вы тут расселись, марш на службу, или вообще зачем тогда вы сюда приехали, никто вас сюда не звал". Того самого парня, который сразу же бросается на самую высокую точку, закреплять флаг. Послушав монашка он прищурился и тихо сказал "вены покажи". Монашек смутился и убежал. Спрашиваю, "объясни мол". Отвечает: "Да он же с НБГД (Новый Белград), как и мы. Только он на героине сидел, а я нет. Что думаешь он тут делает? Он через веру с героина спрыгнул. И нет у него никакого права говорить со мной сверху вниз".

Что я хочу сказать. Косово безусловно играет важную роль в сербском мировосприятии. Но не стоит думать, что все сербы спят и каждую ночь видят возвращение Косово. Многие и в Белград то уже много лет не выбирались, даже из близлежащих городов, билеты на автобус дорогие, а железная дорога практически развалилась. А тут Косово. Для многих жителей Нови-Сада Косово и Москва - это примерно одинаково далеко и непостижимо.

И на самом Косово единства мнений нет. Есть разделение на север края и на анклавы на юге. Еще живо другое разделение - на "коренных" и "колонистов", хотя "колонисты" пришли на Косово больше полутора сотен лет назад. Кто-то принял албанский паспорт, а кто-то нет. И так далее. Как это всегда бывает - "дьявол в деталях".

ЧТО ЖДЕТ КОСОВО?

Трудно давать какие-то прогнозы. Но тем не менее.

Косовский бой был в 1389 году. С 1459 года Косово входило в Османскую империю. Вернулась Сербская армия на Косово лишь в 1912 после победы в Первой Балканской войне. Одно точно. Сербы более мотивированы. В благоприятной внешнеполитической ситуации Косово будет возвращено быстро и решительно. У сербов очень длинная историческая память. Бомбили Сербию 14 лет назад. Но для всех - это как вчера. Милошевич это что-то недавнее. Да что говорить, сам маршал Тито совсем недавно покинул нас. Сравните это с российским восприятием времени - все, что было до Путина тонет в какой-то дымке в массовом восприятии. А скажем эпоха Брежнева это с той же книжной полки, что Сталин и Александр III. Очень давно. При царе Горохе.

В Белграде до сих пор активно действует общественная организация, объединяющая изгнанных с Косово и их потомков в годы Второй мировой. Тогда итальянцы опекали именно албанцев и множество сербов были вынуждени уехать в Сербию, формально остававшуюся независимой под властью генерала Милана Недича. После войны маршал Тито рассчитывал создать Балканскую империю. Он претендовал на Болгарию, присматривался к Албании, да что говорить, в конце 1945 года маршал чуть не развязал Третью мировую, активно претендуя на итальянский Триест, занятый союзниками. Так вот, генсека Албании Энвера Ходжу Маршал соблазнял объединением с Косово, но в рамках Югославии. А чтобы пряник не потерял своей прелести для товарища Энвера, он запретил сербским беженцам возвращаться на Косово.

В России есть две взаимоисключающих тенденции восприятия Сербии. Первая - это наши православные братушки, которые постоянно страдают и все их гонят. Вторая - сами виноваты, слабаки, все сдали и все проиграли. Неверными и вредными являются обе. Сербский народ - очень воинственен. Русским это сложно заметить, так как отношение к русским чрезмерно лубочно. Любой русский для серба это православный богатырь - посол сказочной мощной страны. Русские это отношение чувствуют и сразу же встраиваются в роль.

Помню, как в 2007 году занимались экспортом сербских яблок из Республики Сербской (Босния и Герцеговина) в Москву и ездили по яблокохранилищам, больше похожим на филиалы НАСА, где яблоки хранятся в вакууме и автоматически сортируются по калибру и проценту цветности, ездили по различным поставщикам с одним отставным полковником СВР. Человек, в Москве взаимодействующий с разнообразными диаспорами, "держащими" овощебазы, в Боснии, проезжая мимо очередной мечети с негодованием спрашивал "а почему ее еще не взорвали?".

Так вот. Про воинственность сербского народа. Сербы смотрят сверху вниз на всех своих соседей. С плохо скрываемым презрением. Перечисляю по часовой стрелке. Болгары? Они турки. Против нас воевали. Албанцы? Вообще не люди. Мусульмане в Боснии? Предатели веры предков. Хорваты? Усташи и первые враги. Венгры? Католики, марионетки Римского Папы, хотят отнять нашу Воеводину. И каждому из этих народов ставится в вину, что он когда-то воевал против Сербии. Не воевали только румыны. Поэтому на них смотрят с двойным призрением - "слабаки".

В сербском народе жива матрица Традиции. Как японский самурайский дух живет в "Якудза", и при благоприятных внешних условиях Императорская Япония вновь поднимет голову и эффективно решит китайский и корейский вопросы, так и Сербия, без внешнего давления способна на очень многое. Именно поэтому столько сербских лидеров в тюрьме Гаагского трибунала и вряд ли когда-то оттуда выйдут. А кто-то, как Милорад "Легия" Улемек-Лукович, командир JSO, в Белградской тюрьме.

Летом 2012 года командир Сербской Жандармерии Бато Дикич, на волне патриотической риторики министра МВД Ивицы Дачича, вводит новую клятву бойца Жандармерии. Текст клятвы написал он сам. И вот, 28 июня, на Видовдан, в день Косовской битвы и в Крестную славу Жандармерии бойцы подразделения приносят новую клятву:

Без Косово не существует мой сербский народ
Без Косово не существует моя Сербия
Без Косово и я не существую
Народ сербский, братья и сестры
Клянусь перед Богом
Победить или с честью погибнуть
За мою честь
За моих предков
За мою семью
За мою Сербию…

Естественно, разнообразные факторы real politic заставили все того же Дачича заявить, что это присяга не официальная, силы не имеет, да и вообще все понарошку. Однако, это маркер реальных настроений той части сербского общества, что хорошо умеет обращаться с оружием.

Косово принадлежит албанцам до тех пор, пока не рухнет, раздираемый противоречиями и экономическим кризисом Евросоюз.

А если говорить о ближайшей перспективе. Хашим Тачи, как выразитель интересов косоварского политического истеблишмента, стремится к полному признанию Косово как независимого государства. Никакие полумеры их не устроят. Статус Тайваня или Северного Кипра им не нужен. Они хотят в ООН. И это конечная цель всей косоварской дипломатии. Но для того, чтобы Косово приняли в ООН, от Косово должна отказаться Сербия. И сегодня многие политики в Белграде были бы готовы на это. Но есть одно очень большое НО. В 2006 году при премьер-министре Воиславе Коштунице, была принята новая Конституция Республики Сербия. Тогда окончательно закончился мирный развод Сербии и Черногории и федеративное государство сначала существовавшее как осколок Югославии, а потом как СЦГ - Сербия и Черногория, перестала существовать. В новой Конституции прямо в преамбуле сказано:

Исходя из государственной традиции Сербского народа и равноправия всех граждан и этнических общин в Сербии, исходя и из того, что край Косово и Метохия составная часть территории Сербии, который имеет статус автономии внутри суверенного государства Сербия, из этого положения края Косово и Метохия вытекают конституционные обязанности всех государственных органов, которые должны представлять и защищать государственные интересы Сербии на Косово и Метохии во всех внутренних и внешних политических отношениях, граждане Сербии объявляют КОНСТИТУЦИЮ РЕСПУБЛИКИ СЕРБИЯ.

Для того, чтобы изменить Конституцию необходимы сначала голоса 2/3 депутатов Скупщины (что вполне реально), а потом утверждение изменений на всенародном Референдуме. А вот это уже непреодолимое препятствие. Как бы мало ни значило Косово в повседневной жизни сербского обывателя, в ближайшие десятилетия подобный референдум невозможен. Более того, даже сама инициатива проведения подобного референдума, исходящая от кого-либо из сербских политиков, вызовет непредсказуемые последствия. Поэтому окончательная, формальная независимость Косово вряд ли возможна в обозримый период.

Правда, сразу же после объявления о парафировании соглашения в Брюсселе, делегация сербских общин с севера Косово на встрече с Вучичем и Дачичем потребовали провести общенародный Референдум по этому вопросу. Удивительно, но Александр Вучич, вице-премьер и министр обороны заявил, что власть готова провести Референдум, но с условием, что его результаты будут безоговорочно приняты всеми. Характерно, что сербские анклавы на юг от Ибара никто не представляет и никто не спрашивает. В информационном поле их как бы не существует.

Возвращаясь к референдуму. За 3 дня до того, как Вучич согласился на референдум, Сербская Радикальная партия выступила с заявлением, где предупредила, что референдум нужен Дачичу и Вучичу лишь для того, чтобы протащить через него изменения в Конституцию и изменить преамбулу с упоминанием неотъемлимости Косово и Метохии. Одновременно с этим, в СМИ появились результаты социологических опросов, согласно которым, если бы подобный референдум проводился в ближайшие дни, то победили бы сторонники Вучича и Дачича. Естественно, в Сербии как и в России, данные социологических опросов это, в первую очередь, инструмент манипуляции общественным мнением. А проигрыш референдума сторонниками соглашения будет означать автоматическую отставку правительства.

Милован Дрецун, председатель парламентского комитета по Косово и Метохии в комментарии для белградской "Политики" предупредил, что давление западной дипломатии на сербов с севера Косово может вылиться в политическую дестабилизацию в самой Сербии. Хоть сербы и устали от политики за последние пару десятилетий и аполитичность все популярнее в обществе, тем не менее количество мотивированных людей все еще очень велико.

Есть один яркий пример из истории, когда правительство проигнорировало волю народа и подписало соглашение, несмотря на протесты. Это было в 1941 году. Премьер-министр Цветкович вместе с министром иностранных дел Цинцар-Марковичем 25 марта в Вене подписали протокол о присоединении к Тройственному союзу (Германии, Италии и Японии) с министром иностранных дел Третьего Рейха Иоахимом фон Риббентропом. После двух дней уличных протестов группа офицеров арестовала правительство Цветковича, а престолонаследника Петра II объявила совершеннолетним и провозгласила его королем. Далее оследовал разрыв соглашения с Третьим Рейхом, вызвавший краткосрочную апрельскую войну и оккупацию Югославии.

Дачич и Вучич хорошо знают сербскую историю и норов своих сограждан. Поэтому терпеливо встречаются с делегациями, терпят сотни оскорбительных и даже угрожающих SMS, отвечают недовольным людям на улице (Сербия маленькая страна, здесь можно встретить министра на улице и высказать ему в глаза все, что о нем думаешь, и даже без последствий для себя).

И если Ивицей Дачичем закономерно недовольны в Сербии, то точно также недовольны Хашимом Тачи в Косово. При этом, в рамках той миссии, что была у Дачича он действительно сделал все возможное.

КТО ВЫСТУПИЛ ПРОТИВ СОГЛАШЕНИЯ С ПРИШТИНОЙ:

- Сербская Православная Церковь
- Сербская Радикальная Партия
- Демократическая Партия Сербии и ее лидер Воислав Коштуница, экс-премьер и экс-президент Сербии
- Четыре сербские общины на Сереве Косово
- Директор канцелярии по делам Косово и Метохии Александар Вулин (подал в отставку в знак несогласия с соглашением)                                                                                                                   - Милован Дрецун, председатель парламентского комитета по Косово и Метохии

Вот Заявление Ивицы Дачича, сделанное им через пару дней после возвращения в Белград из Брюсселя:

Все решения должны быть едиными, государственные органы и Правительство до понедельника примут решение.

Проект соглашения не идеален, но оно наилучшее из возможного. Это наибольшее из того, чего можно добиться в настоящий момент, впервые международное сообщество признает север и объединение сербов в Косово. 

Когда мы отвергли предложение, Кэтрин Эштон спросила, при каких условиях мы бы парафировали текст. Мы требовали, вместе с президентом Республики, чтобы «шиптарский сапог» не мог ступить на север, чтобы полицию и правосудие составляли сербы, чтобы сербская сторона предлагала троих командиров, окружной суд в Митровице, получила большие права в образовании.

Условия были приняты, но был включен пункт 14, согласно которому Сербия не должна препятствовать членству Косово в международных организациях. Мы это отвергли, так как Сербия не хочет открывать для Косово дорогу в ОБСН и ООН.

Косовская армия не сможет войти на север без дозволения КФОР, действующего в рамках НАТО и только в случае гуманитарных катастроф и с разрешения сербов.

Сербия не изменит своего мнения о самопровозглашенной независимости Косово и никогда не оставит свой народ.

Мы старались избежать судьбы народа в Краине. В этих обстоятельствах тяжело вести политику, относящуюся к вещам 13-летней давности. Впервые международное сообщество было на сербской стороне.

Миссию Дачича в Брюсселе можно сравнить с миссией Майкла Коллинза в Лондоне в 1921 году. Хитроумный Имон де Валера знал, что добиться полной независимости невозможно. Точно так же он знал, что иной вариант, кроме полной независимости, не удовлетворит чаяния ирландского народа. Поэтому он возложил эту миссию на народного героя и потенциального конкурента - Майкла Коллинза. Майкл Коллинз сделал в Лондоне все возможное. И привез мир из Лондона. Но Ирландия оставалась доминионом и, самое главное, Ольстер оставался британским. Народу не интересны тонкости. Народ как ребенок, он хочет игрушку, и не важно, что у родителей две недели до зарплаты. Волна негодования накрыла Коллинза. А первым негодовавшим был Имон де Валера.

Внутри Ирландии разразилась гражданская война. Де Валера со своими сторонниками ушел в подполье. Причем на помощь Коллинзу пришли британцы. Этот факт естественно был использован де Валера в пропаганде. В итоге, результаты договора с Лондоном пересмотрены не были, но Коллинз погиб в засаде, по дороге на переговоры со старым другом Имоном де Валера, а он, в свою очередь, стал ведущим политиком в Республике Ирландия и оставил пост президента лишь в 1972 году в возрасте 90 лет. Кстати, его ненависть к Британии была столь высока, что несмотря на нейтралитет во Второй мировой, в мае 1945 года он посетил представительство Германии и выразил свои соболезнования в связи с гибелью Адольфа Гитлера.

Оппозиция в Приштине тоже в штыки встретила парафирование договора в Брюсселе.

"Движение за объединение" заявило, что предложенное соглашение создаст лишь иллюзию мира, как они выразились в пресс-релизе "лживый мир между сторонами", боль от которого и правовые последствия Косово ощутит лишь позднее.  "Представители Косово были тотально не готовы к этим переговорам" далее пишет это движение и обвиняет Тачи в том, что он лишь помог Сербии выполнить условие ЕС на пути вступления в эту международную организацию, не получив ничего взамен.

Зампред другой оппозиционной партии - "Движения самоопределения" - Шпенд Ахмети - еще жестче выразился по поводу этого договора - "Мы знали, что эпилог не будет позитивным, но произошло все еще хуже, нежели мы ожидали. Не удалось отстоять даже минимальные интересы Косово. Если этот договор вступит в силу, получится, что мы создали вторую Боснию, а Косово поделено по этническим границам".

Тем временем, в Боснии за всеми процессами происходящими в Косово пристально наблюдает харизматичный лидер боснийских сербов, президент Республики Сербской Милорад Додик. Точно так же, как и Хашим Тачи, он стремится к независимости, отделению Республики Сербской от Мусульмано-Хорватской Федерации и развалу Боснии. Правда, в случае Додика, его мало интересует признание ООН. Его цель присоединение РС к Сербии. И это не только идеализм.

Тут присутствует и личная мотивация. Додик - сильный и харизматичный политик, а если он сможет добиться отделения РС и воссоединения с Сербией (что в сегодняшних реалиях маловероятно, но мир очень быстро меняется), то он вообще станет отцом нации. Кстати, Додику хорошо известен аналогичный пример - Роберт Кочарян, который сперва был президентом непризнанной Нагорно-Карабахской Республики, а потом возглавил и Армению. Так вот. Любые информ-поводы вокруг Косово, Милорад Додик использует, чтобы указать на прецедент - если Косово получит независимость по воле Брюсселя, то мы также требуем независимости.

Последовательная позиция президента Республики Сербской Милорада Додика по вопросу Косово видна по его выступлениям, посвященным этому вопросу:

- 3 января 2013 года  - "Я не позволю Боснии признать Косово";

- 6 января 2013 года - "Косово должно быть разделено на два государства";

- 13 марта 2013 года - "Косово максимум что должно получить это статус аналогичный Брчко" - округ Брчко в Боснии является автономным и находится под международным управлением;

- 7 апреля 2013 года - "Сербия должна отвергнуть ультиматум".

24 апреля 2013 года президент Сербии Томислав Николич, в последние дни старающийся находиться в тени, публично и резко изменил позицию по весьма важному для Республики Сербской вопросу. Этот вопрос - Сребреница. Ранее Николич отрицал геноцид в Сребренице, а в анонсированном интервью для Боснийского ТВ вдруг заявил, что он "стоя на коленях просит прощения за все преступления совершенные сербами и Сербией в Сребренице". После же он добавил, что сербы из Боснии для него такие же боснийцы как и боснийские мусульмане. Додик оставил эту резкую смену позиций президентом Николичем практически без комментариев.

Вообще, прекодринцы (это сербы живущие на запад от реки Дрина), обладают более обостренным этническим самосознанием. Сказалось на этом многое. И османская оккупация тут длилась до конца 19-го века, и во Вторую мировую усташи (хорватские фашисты) с примкнувшими к ним бошняками (мусульманами) укрепили национальное самосознание сербов-прекодринцев невиданным геноцидом, когда в одном концлагере Ясеновац погибло несколько сот тысяч сербов. Куда уж там Сребреница. Да и последняя война резко обострило национальные чувства. Поэтому неудивительно, что в Республике Сербской, завоевавшей свою свободу и независимость, люди гораздо острее реагируют на проблему Косово нежели сербиянцы (сербы живущие к востоку от реки Дрина) в Белграде.

Хранит молчание относительно соглашения в Брюсселе и еще один харизматичный сербский политик. В 32 года, в 2007 году, он стал министром иностранных дел и занимал этот пост до 2012 года. А с сентября 2012 года Вук Еремич, во многом благодаря поддержке российской дипломатии, стал председателем Генеральной Ассамблеи ООН.

Мы общались с Еремичем летом 2011 года. Договориться о встрече и интервью с министром иностранных дел удалось всего лишь за два коротких телефонных звонка. Еремич произвел впечатление агрессивного, в хорошем смысле, и цепкого политика. Знающего цену своему слову. Ценное качество - Еремич не пытается понравится оппонентам. У него есть своя точка зрения и он ее отстаивает. Тогда Еремич по вопросу Косово говорил следующее:

Наша позиция  по Косово принципиальна, тверда  и основана на конституции  Сербии и на международном  праве, включающем в себя мнение  ООН и резолюцию СБ ООН 1244. Мы готовы к переговорам о  будущем статусе Косово, но рамки  переговоров, основаны в первую очередь на конституции Сербии, решениях Сербского парламента и международном праве. Такие инструкции имеют наши переговорщики.

В данный момент рассматривается ряд технических вопросов, решение которых должно облегчить жизнь людям, живущим на территории Косово и Метохии. Это вопросы свободы передвижения, проблемы телекоммуникаций, торговли, энергетики. Для каждой из этих проблем Сербия подготовила список возможных решений, которые ни в юридическом, ни в политическом смысле не противоречат нашей конституционной позиции по вопросу Косово.

И в данный момент общаемся с представителями Приштины так, чтобы достичь решения, не противоречащего нашей позиции, которая подразумевает, что Косово составная часть Республики Сербии. В последнее время некоторые сербские политики озвучили собственные точки зрения. Между тем, они заявили, что это их собственные мнения, может быть мнения их политических партий, но правительство Сербии имеет одну переговорную платформу.

Мы заботимся  о гражданах Сербии живущих на территории Косово. Безусловно, наиболее тяжелая ситуация сложилась в анклавах на юге Косово. Мы стараемся помочь им всеми способами - финансово, экономически, посылаем стройматериалы, учебники. Они имеют те же права, что и остальные граждане Сербии вне зависимости от того, в какой части Республики Сербии они находятся, хотя коммуникации с ними сейчас достаточно сложны. Мы приветствуем поддержку России, которая гуманитарно помогает нашим гражданам в Косово. Мы и ранее очень тесно сотрудничали с Россией в этом вопросе, уверен, это сотрудничество продолжится и в дальнейшем.

И, в отличие от Вучича и Дачича, Вук Еремич продолжает стоять на своем. В июле 2012 года Вук Еремич  сказал - "Косово войдет в ООН только перешагнув через мое мертвое тело", и в отличие от других сербских политиков, его слово вызывает доверие.

А совсем недавно, 10 апреля 2013 года Еремич впервые в истории ООН провел слушания на тему «Роль международного уголовного правосудия в примирении». Цель слушаний - удар по легитимности Международного Трибунала по Бывшей Югославии (МТБЮ) в Гааге, где сейчас находится Ратко Младич, Радован Караджич, Воислав Шешель и другие сербские офицеры и патриоты.

Открывая слушания Еремич сказал: "До последнего времени трибуналы были что-то вроде священной коровы, которую никто не смел критиковать". А делегитимизация МТБЮ - это путь к освобождению Сербии от внешней зависимости. А эти слушания поставили под серьезное сомнение всю систему международного правосудия. Результат не заставил себя ждать. На следующий день "Нью-Йорк Таймс" назвала Еремича "будущий президент Сербии".

http://www.modus-agendi.org/articles/1768

Опубликовано 09 Янв 2017 в 13:00. Рубрика: Международные дела. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.