«Исламское государство» (ИГ) встречает годовщину образования халифата новыми достижениями. Оно теснит противников на Ближнем Востоке, осваивает Африку и готовится к нападению на Европу. ИГ – не только наиболее опасная экстремистская организация, но и самая богатая. В бухгалтерии джихада разбирался корреспондент «Совершенно секретно».

В лице лидера ИГ Абу Бакра аль-Багдади и его подручных планета столкнулась с новым видом международного терроризма, которому наряду с радикальными религиозными взглядами не чужда и коммерческая жилка.

Об этом, в частности, свидетельствует сообщение о планах ИГ выпустить в обращение на территории самопровозглашенного Исламского халифата собственную валюту. Золотые монеты достоинством 5 динаров будут содержать 21,25 грамма 21-каратного золота и будут стоить около 700 долларов. Самой мелкой разменной монетой станет монетка номиналом 10 флу. Она должна содержать 10 граммов меди и будет стоить 7 центов.

ВЕСНА – ЛЕТО

Исламскому халифату исполняется год. «Исламское государство» встречает первую годовщину своего образования новыми победами. Итоги весенней кампании можно признать успешными для джихадистов.

Джихадисты основательно укрепились в Ливии. Они уже пытаются угрожать Европе с юга и начали перебрасывать боевиков в Италию и на Кипр под видом беженцев.

Большие успехи у ИГ и в Ираке, где оно в очередной раз обратило в бегство иракскую армию. Если верить громким заявлениям Багдада, то иракские войска уже должны были отбить Мосул. Однако после майских успехов джихадистов стало ясно, что Багдад значительно преувеличил свои достижения.

В мае все стало на свои места. ИГ нанесло контрудар в центре Ирака. Населенная преимущественно суннитами важная в стратегическом отношении провинция Анбар сейчас почти полностью контролируется боевиками в черном. Взятие ее столицы Рамади открыло джихадистам дорогу на Багдад, до которого немногим более 100 км.

Правительственные войска при поддержке шиитской милиции и ряда суннитских племен перешли в наступление, но его исход, несмотря на поддержку с воздуха, остается под большим вопросом.

Взятие Рамади опять показало «силу» иракской армии, которую активно готовят американские инструкторы и которая вооружена американским оружием. Оно также красноречиво показывает цену всем заявлениям Вашингтона о «высокой эффективности» ракетно-воздушной кампании против ИГ.

Читая новости с Ближнего Востока, невольно вспоминаешь крылатую фразу Марка Твена, как-то заявившего в ответ на слухи о его смерти, что они сильно преувеличены. Сейчас всем очевидно, что победные реляции Багдада и их союзников на Западе были лишь пропагандистским приемом, с помощью которого США и Ирак хотят выдать желаемое за действительное.

Джихадисты из ИГ продолжают теснить правительственные войска в Сирии, где они после недели ожесточенных боев взяли «жемчужину пустыни» – древнюю Пальмиру.

Радикальные исламисты в Сирии создали новую коалицию – «Армию завоевателей» (Джайш аль-Фатихин) и тоже добились больших успехов.

«Джабхат ан-Нусра» с союзниками на днях захватила Эриху, последний город в Идлибе, северной провинции на границе с Турцией, находившийся под контролем правительственных войск и отрядов «Хезболлы».

«Исламское государство» в «Армию завоевателей» не входит и воюет не только само по себе, но и нередко нападает на единоверцев из коалиции. Можно представить, насколько увеличатся силы исламских радикалов и насколько ухудшится положение Башара Асада, если ИГ договорится с «Нусрой» и другими исламистами.

Запад должен благодарить Россию за то, что в Сирии сейчас не осталось химического оружия, которое было вывезено в прошлом году. Сейчас оно наверняка досталось бы джихадистам, которые не замедлили бы им воспользоваться.

Впрочем, у «Исламского государства» имеются миллиарды долларов, на которые оно может купить не только химическое, но и ядерное оружие. По крайней мере, джихадисты уже недвусмысленно заявили в своем пропагандистском журнале Dabiq, что намерены приобрести ядерное оружие у Пакистана. Пока ИГ свои обещания выполняет, поэтому к данному заявлению следует отнестись со всей серьезностью.

ЩУПАЛЬЦА ОСЬМИНОГА

«Исламское государство» прочно стало на ноги и, как гигантский осьминог, разбрасывает свои щупальца и за пределы региона. Многие смеялись, когда год назад ИГ опубликовало карту. На ней государство халифа Ибрагима, как именует себя сейчас Багдади, заняло не только львиную часть Ближнего Востока, но и северную Африку вместе с обширными территориями в Европе. Сейчас очевидно, что халиф Ибрагим, которого на Западе тоже явно поторопились списать со счетов после ранения, не бросает слов на ветер. В его планах, по данным американских спецслужб, создание отделений и филиалов в Афганистане, Пакистане, Алжире, Египте и Ливии, а также в других странах.

Частично эти планы уже выполнены. Египетский филиал ИГ на слуху уже полтора года. Летом 2013 года он объявил войну египетским военным, свергшим законно избранного президента Мухаммеда Мурси. Ливийское отделение заявило о себе недавно, но сделало это громко, на весь мир.

Конечно, комплектоваться отделения «Исламского государства» в других странах будут в основном за счет местных радикалов, но руководство и советники будут приезжать из Ракки, сирийского города, который Багдади объявил столицей своего халифата.

Хватит ли у ИГ сил воевать сразу на нескольких фронтах – вопрос не простой. По оценкам западных спецслужб, численность джихадистских боевиков в Сирии и Ираке колеблется от 20 до 35 тысяч человек. В таких странах, как Иордания, Ливан, Саудовская Аравия, Тунис и Йемен, на верность ИГ присягнули тысячи местных радикалов. Конечно, эффективность многих из них оставляет желать лучшего, но в любом случае сам факт их появления говорит о том, что «Исламское государство» вышло на международную арену и что справиться с ним теперь будет еще труднее.

Справиться с джихадистами собственными силами Ирак и Сирия не в состоянии. Главным борцом с «Исламским государством» являются Соединённые Штаты. Президент Обама запросил у конгресса новые полномочия для борьбы с джихадистами. Сирии и Ирака Белому дому в качестве поля боя, похоже, уже мало. Ответ конгрессменов, среди которых немало «ястребов», был отрицательным. В Америке еще не забыли войны в Ираке и Афганистане. Неудивительно, что даже не все «ястребы» хотят втянуть страну в новую крупную войну не только на Ближнем Востоке, но и, возможно, на севере Африки. Между тем вероятность такого сценария с каждым днем становится все выше.

«Мы не хотим, чтобы у кого-нибудь в ИГ сложилось ошибочное представление, что если они уйдут в соседние страны, то там их не настигнет возмездие США», – заявил в середине февраля пресс-секретарь Белого дома Джош Эрнест.

В Вашингтоне и столицах других государств, борющихся с международным терроризмом, вынуждены констатировать, что боевики «Исламского государства» умнее и коварнее коллег, включая старших товарищей из «Аль-Каиды». По части же кровожадности и жестокости они могут дать сто очков форы всем остальным террористам, вместе взятым. На первых порах своего существования ИГ было филиалом «Аль-Каиды» в Ираке. Правда, под другим названием. Затем «Аль-Каида» разорвала отношения с Багдади по причине его крайней жестокости.

Структуру своей организации халиф Ибрагим позаимствовал у «материнской» организации, превратившейся сейчас в главного соперника в борьбе за титул экстремистской группировки № 1 на планете. Он творчески доработал и развил ее. Например, вступить в «Исламское государство» гораздо проще и быстрее, чем в «Аль-Каиду», что, конечно же, облегчает пополнение рядов. Очень удачным для вербовки боевиков было создание в июне 2014 года Исламского халифата. Именно прошлым летом резко вырос поток добровольцев. Увидев, что трактовка джихада Багдади самая радикальная и полная, боевики из других экстремистских организаций начали переходить к нему целыми отрядами.

«Банды, которые раньше входили в «Аль-Каиду», ее отделения и в ряды их союзников, начали вливаться в более успешную и сильную организацию, какой оказалось ИГ», – цитирует New York Times Стивена Сталински, исполнительного директора вашингтонского Института по исследованию средств массовой информации Ближнего Востока.

Идеи Абу Бакра аль-Багдади популярны не только в исламском мире, но и на Западе. Наиболее ярким подтверждением этого могут служить теракты в Париже 7 января этого года.

В Европе сейчас очень боятся возвращающихся из Сирии и Ирака «своих» исламистов, которые участвовали в джихаде на Ближнем Востоке. По состоянию на конец 2014 года в Сирии и Ираке воюют до 4000 европейцев. Сейчас их количество наверняка увеличилось.

На первом месте с большим отрывом по численности добровольцев – Франция. Далее следуют Великобритания, Германия и Бельгия. Кстати, по словам директора ФСБ Александра Бортникова, россиян в ИГ тоже немало – примерно 1700 человек.

В ООН считают, что всего на Ближнем Востоке находится более 25 тысяч граждан из 100 с лишним стран. Численность иностранных боевиков в Сирии беспрецедентна по сравнению с конфликтами в Афганистане, Пакистане, Ираке, Йемене или Сомали. Обращает на себя внимание то, что она растет, несмотря на продолжающиеся уже без малого год удары сил коалиции по позициям ИГ.

Конечно, ИГ тоже несет потери. Дезертируют не только радикалы, переходящие под черные знамена джихада из других исламистских организаций, но и сами джихадисты Багдади. Большинство дезертиров не могут примириться с жестокостью «упертых» коллег-фанатиков. Особое возмущение среди «умеренных» джихадистов вызвала зверская казнь иорданского летчика Муата аль-Касасбеха, которого сожгли живьем в клетке. Да и казнь 400 жителей Пальмиры, среди которых было много женщин и детей, тоже понравилась в «Исламском государстве» далеко не всем.

Ухудшение бытовых и материальных условий, а также действия международной коалиции отрицательно сказываются на боевом духе джихадистов, считает лондонское издание Independent. Авторы статьи утверждают, что между боевиками начались разногласия.

По мнению Сайада Джийада, сотрудника Иракского института экономических реформ, противоречия внутри ИГ возникают в основном по национальному признаку. Боевики из Ирака, Сирии и стран Персидского залива без особой теплоты относятся друг к другу, а на добровольцев из Европы и вовсе смотрят свысока и считают их пушечным мясом.

ОТКУДА ДЕНЬГИ, АБУ?

Агрессивная политика, которую проводит «Исламское государство», требует больших расходов. В первые годы существования ИГ его, так же как и другие экстремистские организации, щедро спонсировали всевозможные религиозные фонды и богачи с берегов Персидского залива. В прошлом году власти «заливных» монархий наконец поняли, какую угрозу таит ИГ, и попытались перекрыть ему финансовый кислород.

В определенной мере им это удалось, однако те, кто надеялся, что лишенная спонсорских миллионов организация Абу Бакра аль-Багдади распадется, ошиблись. ИГ не только не прекратило свое существование, но и перешло в стремительное наступление сразу на нескольких фронтах и сейчас контролирует половину территории Сирии.

Какими деньгами располагает ИГ, судить трудно. В январе «Исламское государство» объявило бюджет на 2015 год. Для нормального функционирования халифата, в котором проживает не менее 8 млн человек, понадобится порядка 2 млрд долларов. По оценкам западных спецслужб, годовой бюджет ИГ достигает 1 млрд долларов. Истина, очевидно, где-то посередине: джихадисты в целях пропаганды бюджет завышают, а спецслужбы занижают.

Одним из главных талантов Абу Бакра аль-Багдади является то, что за религиозными и идеологическими делами он не забывает и о жизни на грешной земле. Халиф Ибрагим создал вполне самодостаточную экономику. Он находит время не только на джихад, но и на коммерцию. Это позволило ему сделать ИГ самой богатой террористической организацией планеты.

До осени 2014 года главным источником финансирования ИГ являлась нефть. С первого дня своего появления в Сирии три года назад джихадисты, так же, впрочем, как и все остальные участники конфликта, уделяли повышенное внимание нефтяным и газовым месторождениям.

Крупное месторождение Омар, например, трижды переходило из рук в руки. Сначала его отбила у правительственных войск умеренная Сирийская освободительная армия. Затем ей пришлось отдать его «Нусре», которая официально является сирийским филиалом «Аль-Каиды». И наконец, в результате ожесточенных боев, Омар перешел к Багдади.

Сейчас ИГ контролирует с десяток более-менее крупных месторождений нефти в Сирии и Ираке. Конечно, проблем с добычей нефти хватает. Хуже всего обстоят дела с обслуживающим персоналом, который разбегается, несмотря на обещания огромных для Сирии зарплат и угрозы физической расправы.

Джихадисты продают нефть при помощи автопарка из нескольких сотен автоцистерн всем, кто готов дешево, примерно на треть ниже рыночной цены, покупать у них «черное золото». В Сирии посредники платят меньше, чем в Турции, куда уходит львиная доля джихадистской нефти. Цены на «черное золото» меняются каждый день, но летом – осенью 2014 года, когда они еще находились на уровне 70–80 долларов за баррель, в Сирии люди Багдади продавали баррель за 25 долларов, а в Турции – за 55.

Кроме Турции, нефть уходит в Восточную Европу, Ливан, Ирак и другие соседние страны. Ее можно найти на Кипре и в Израиле. Одним из крупных покупателей является… президент Асад.

Падение цен на нефть и ракетно-бомбовые удары сил международной коалиции привели к тому, что доходы от продажи нефти резко упали. По оценкам американских экспертов, прошлым летом нефть приносила ИГ до 2 млн долларов в день. Сейчас доходы упали в несколько раз. Кое-кто говорит даже о десятикратном уменьшении.

«Мы не видим подтверждений того, что ИГ способно эффективно добывать нефть на захваченных месторождениях, – цитирует лондонская Times одного из старших менеджеров иракской госкомпании North Oil Company. – По нашему мнению, ранее называвшиеся цифры доходов значительно преувеличены. Большинство инженеров-нефтяников бежали. Джихадисты не могут очищать нефть и испытывают трудности с ее доставкой покупателям. Поэтому я сильно удивлюсь, если окажется, что доходы ИГ от нефти сейчас превышают несколько сотен тысяч долларов в день».

Резко упала и добыча «черного золота». Если прошлым летом, на пике нефтяного бума, она достигала, по разным оценкам, 80 тысяч баррелей в сутки, то в этом году, скорее всего, снизилась до 15–20 тысяч.

Конечно, ИГ живет не нефтью единой. В конце мая оно захватило два фосфатных рудника недалеко от Пальмиры. И хотя джихадисты едва ли смогут, по крайней мере в ближайшем будущем, сами добывать фосфаты, им удалось лишить президента Асада одного из последних источников дохода.

Около Пальмиры джихадисты на днях захватили также два крупных месторождения газа. Это последние газовые месторождения в провинции Хомс, которые еще принадлежали Дамаску.

ЧЕРНЫЕ ФЛАГИ НАД ПАЛЬМИРОЙ

Находчивости и деловой смекалке террористов-коммерсантов могли бы позавидовать многие бизнесмены. Джихадисты день и ночь ищут новые источники доходов. Главными из них, кроме нефти, являются банальные грабежи, похищения людей с целью получения выкупа, обложение мирного населения и бизнесменов налогами и поборами, вымогательства и многое другое.

Вашингтон и Лондон категорически отказываются платить выкуп за своих граждан, захваченных террористами. Однако ряд европейских стран (Франция, Италия, Испания) выкупали своих подданных. В ноябрьском докладе экспертов ООН подчеркивается, что ежедневный доход ИГ от киднепинга составлял от 96 до 123 тысяч долларов в день.

ООН не сидит сложа руки. В феврале 2015 года Совбез ООН единодушно принял резолюцию № 2199, в которой в числе прочего прямо признается связь между торговлей предметами старины и финансированием террористической деятельности и запрещается торговля сирийскими и иракскими артефактами.

Гендиректор ЮНЕСКО Ирина Бокова называет эту проблему «культурным геноцидом». В ЮНЕСКО создана спецгруппа для борьбы с ней. Кроме специалистов

ЮНЕСКО, в нее входят эксперты из ряда международных культурных организаций, а также Интерпола.

Министры финансов G7 тоже обсуждали на своей недавней встрече, состоявшейся в конце мая в Дрездене, вопросы финансовой борьбы с международным терроризмом. Речь шла в основном о борьбе с ИГ.

Сейчас главным источником доходов Багдади становится торговля предметами старины. Всего джихадисты, считают в Интерполе, контролируют несколько тысяч археологических площадок. Конечно, сами они проводят раскопки лишь на немногих. Однако ИГ выдает разрешение на проведение раскопок «черным археологам» и облагает их 20-процентным налогом с продаж.

«Если мы находим что-то ценное, золото или камни, например, – рассказывают местные жители в Ракке и окрестностях Алеппо, – то обязаны заплатить 20 % ИГ. Это официальная такса. Они выдают разрешение, с которым можно проводить раскопки на всей территории халифата. Статуи мы стараемся прятать. ИГ говорит, что это идолы, и уничтожает их».

Представление о масштабах разграбления дают следующие цифры: только в окрестностях городка Мари, основанного примерно в 300 х годах до нашей эры, и только в этом году появились, по данным спутников, более 1300 «археологических» площадок.

Несколько дней за судьбой Пальмиры, а также античных развалин поблизости этого 50-тысячного города, внесенных в список Всемирного наследия ЮНЕСКО, следила вся планета. Кроме важного стратегического положения, развалин и полезных ископаемых, Пальмира известна также и тюрьмой «Тадмор», где десятилетиями сидели сирийские диссиденты. Ее, кстати, джихадисты уже взорвали. К счастью, пустую.

Джихадисты «Исламского государства» уже зарекомендовали себя строгими блюстителями самой жесткой исламской нравственности. Ислам запрещает изображать человека. Захватывая все новые и новые города и населенные пункты в богатых на исторические памятники Ираке и Сирии, они уничтожают или приводят в негодность все, что не относится к исламской культуре, то есть все античные памятники.

Несмотря на возмущение и шум, вызванные уничтожением памятников старины в Мосуле, Нимруде, Хатре и на других археологических площадках, следует признать, что ИГ не первым начало борьбу с идолами. Можно, к примеру, вспомнить, события 14-летней давности, когда талибы уничтожили вырубленные в скалах афганской провинции Бамиан, недалеко от Кабула, гигантские статуи Будды высотой 57 и 38 метров.

«Слушайте, мусульмане, эти статуи – идолы народов, живших столетия назад, которые поклонялись другим богам, – заявил на камеру в феврале этого года радикал с кувалдой в руках, явившийся наводить порядок в музей Мосула. – Ассирийцы, греки из Аркадии и другие верили в богов дождя, посевов и войны, но они не верили в истинного Аллаха».

По словам министра культуры Сирии Мамуна Абдулкарима, сирийские власти вывезли перед сдачей Пальмиры сотни статуй и скульптур, но многочисленные крупные памятники и музей эвакуировать в безопасное место, конечно, невозможно.

Сирийская радиостанция передала заявление одного из командиров ИГ – Абу Лейта, в котором тот пообещал не разрушать памятники Пальмиры. Заявление настолько неожиданное, что ему не очень поверили. Эксперты считают, что при помощи таких уловок джихадисты просто выигрывают время.

Прежде чем разрушить «идолов», джихадисты продают самые ценные артефакты и произведения искусства коллекционерам на черном рынке.

Торговля стариной процветает сейчас на границе между Турцией и Сирией. Туда со всех концов света торопятся коллекционеры и их агенты, чтобы воспользоваться шансом и дешево приобрести артефакты.

Изабель Хантер из Independent представилась агентом богатого коллекционера с Туманного Альбиона и тут же получила много заманчивых предложений о продаже античных артефактов. Продавец по имени Хани показал ей несколько глиняных табличек, которым, утверждал он, не меньше 4 тысяч лет. Его офис наполнен артефактами. Хантер, конечно, не специалист, но готова поклясться, что большинство – подлинные и стоят огромных денег.

«Мы достанем вам все, что вы захотите, – обещает Хани. – Делайте заказ, и мы его выполним».

Маршруты незаконной торговли артефактами хорошо известны, говорит известный американский искусствовед Майкл Данти, который возглавляет группу американских и сирийских историков и археологов, борющихся с этой торговлей. После пересечения границы с Турцией артефакты вместе с сирийскими беженцами переправляются в крупный порт Мерсин или Измир. В Старый Свет предметы старины с поддельными документами попадают чаще всего через Кипр, Грецию, Италию и Португалию.

В Европе они быстро превращаются в «настоящие» артефакты, которые якобы много лет находились у той или иной семьи, пожелавшей сейчас их продать.

«Провезти что-то в Европу несложно, – объясняет Сорен Педерсен, директор отдела по связям с прессой Европола. – Многие контейнеровозы привозят свыше 15 тысяч коробок и ящиков. Проверить все их таможенники не в силах».

По мнению Эдуарда Планше, эксперта ЮНЕСКО по незаконной торговле предметами искусства, этим прибыльным бизнесом занимаются в основном банды, связанные с торговцами оружием и наркотиками. Нередко нелегальной торговлей занимаются и физические лица, которые хотят быстро разбогатеть.

Важность торговли артефактами как одного из главных источников доходов ИГ подтвердило созданием Министерства по делам древностей Исламского халифата. Его цель, говорится в заявлении джихадистов, увеличить доходы от торговли памятниками старины.

В последнее время «Исламское государство», похоже, открыло еще одну золотую жилу. После того как в Ираке начали все чаще находить истерзанные тела с отсутствующими почками и другими внутренними органами, представитель Ирака в ООН Мохамед Алхаким обвинил джихадистов в торговле человеческими органами. Точное число людей, лишившихся органов, не называется, но представитель ООН в Ираке Николай Младенов заявил, что только в марте джихадисты убили 830 человек.

http://www.sovsekretno.ru/articles/id/4844/