То, что журнал Time поместил «неназванного борца» с вирусом Эбола на свою обложку, назвав его человеком года показывает, что вспышка эпидемии дело действительно нешуточное. Даже Барак Обама не знает, кого ему больше бояться: Россию или африканский вирус, тем более что впервые геморрагическая лихорадка была изучена профессором Военно-медицинской академии А. В. Чуриловым в далёком 1941 году. Эбола как термин появился уже в 1976 году после эпидемии в Южном Судане и Северном Заире, когда возбудитель смогли выделить. Хотя первая вспышка была зафиксирована у работников фабрики небольшого суданского городка Нзара, вирус, официально называемый теперь EVD (Ebola Virus Disease), сделали тезкой не населённого пункта, а реки, где и он был обнаружен.

Так называемое «международное сообщество» весь последний год обвиняло Россию во всех смертных грехах, но не нашло причастности к последней вспышке. Поначалу назначили виновным Международный Валютный фонд (МВФ), по крайней мере, такого мнения придерживался профессор Кембриджского Университета Александр Кентикеленис (Alexander Kentikelenis), считая что кредитная программа фонда сильно ослабила систему здравоохранения государств Западной Африки. Но в конце концов все обвинения пали на мальчика из гвинейской деревни Мелианду, который играл в дупле дерева, служившего обиталищем для летучих мышей.

Так считает сотрудник берлинского Института Коха Фабиан Леендерц. Это изначальная версия Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ), считающей что «крыланы семьи Pteropodidae - естественные вирусные хозяева вируса Эбола». В действительности у вируса пять разновидностей, одна из которых – рестон (RESTV) поражает не только летучих мышей, но и макак-крабоедов и свиней.

Однако факт привязки распространителей к крыланам обуславливает возникновение вспышек исключительно в небольших населённых пунктах Африки, граничащих с лесными массивами. При этом заразность возможна только в стадии непродолжительной выраженной симптоматики, кроме того вирус не передаётся с пищей или водой, что не позволяло ему выйти за пределы природных очагов, а вспышкам стать эпидемиями. Не все разновидности вируса одинаково летальны, самый опасный заирский эболавирус убивал 60-90% госпитализированных, тогда как суданский не более 60%, а бундибугионский только 25%. К тому же при обследовании населения в эндемичных районах у 7% изначально к вирусу обнаруживались антитела. В Уганде в период 2007-2009 гг. вирус унёс жизни 37 больных, а в 2012 в Конго 36 человек, то есть вспышки не были крупными.

В силу перечисленных причин непонятно как крыланы перенесли заразу на столь большие расстояния и почему согласно ВОЗ «последняя вспышка в Западной Африке охватила крупнейшие городские, а также сельские районы». Профессор международного права Университета Иллинойса (University of Illinois College of Law) Фрэнсис Бойл (Francis Boyle), имевший отношение к разработке конвенции о биологическом оружии в США «Biological Weapons Anti-Terrorism Act» в 1989 году задаётся вопросом: «Наиболее опасный из пяти подтипов вируса Эбола – заирский возник в 3500 км от западного побережья Африки, и нет варианта в силу которого он мог бы быть перенесён на такое расстояние. Если Вы прочитаете последнее опубликованное исследование Гарварда об анализе ДНК западного африканского эболовируса, там не будет объяснения как он туда переместился».

Тем более, что новый вирус генетически отличается от предыдущих, что отмечает доктор Джейсон Киссер (Dr. Jason Kissner), помощник профессора в Государственном Университете Калифорнии (California State University). Генетик из «Broad Institute» при Гарвардском университете в Бостоне говорит о том, что Эбола быстро мутирует: «Каждый случай заражения представляет собой новую возможность для мутации».

Его коллеги в Сьерра-Леоне обнаружили 395 мутаций, непосредственно связанных с последней вспышкой, и опубликовали отчёт об исследовании 99 вирусных геномов от 78 пациентов в журнале «Science». В версии мутации тоже есть странности, дело в том, что американские учёные установили, что вирус Эбола как и Марбургский вирус, относится к филовирусам, которые возникли еще в эпоху миоцена, от 16 до 23 миллионов лет назад. Как при такой скорости мутации его смогли отследить на миллионы лет назад и почему ранее он не представлял серьезной угрозы человечеству?

Бывший главный санитарный врач России Геннадий Онищенко в эфире радиостанции «Эхо Москвы» заметил: «Что меня беспокоит? Необычная распространённость и даже слишком патогенная, даже для Эбола, ситуация. Слишком много умирает! И я тут не исключаю некоторую искусственность. И эта искусственность, я могу назвать, откуда она может произойти… это попытка вмешаться в естественный биологический процесс, придать ему более патогенные свойства для решения своих задач…».

Сотрудник американской лаборатории Галверстон профессор Александр Букреев отмечает, что вирус Эбола «научился» отключать иммунитет: «Мы не можем понять, как он так быстро «выключает» иммунную систему. Достаточно нескольких вирусных частиц – и через неделю человека уже нет …мы с коллегами выяснили, что такое «выключение» иммунной системы можно предотвратить с помощью одной-единственной мутации в вирусе». Действительно заражение вирусом во время текущей вспышки даёт уже 50% летальный исход, тогда как в 2007 году в Уганде было только 25%,  а в Конго в 2012 году 47%.

Историк и социолог А. Фурсов в интервью каналу «День ТВ» обращает внимание на то, что «…вот этот штамм Эбола, который сейчас бушует он принципиально отличается от того, что было раньше, он передаётся воздушно-капельным путём. Мутации такие естественного порядка практически невозможны. Речь идёт о неком творении рук человеческих…». Однако исследование Массачусетского технического университета предложило существенно расширить само понятие воздушно-капельного пути, так как человек распространяет бактерии не на 1 метр вокруг, как считалось ранее, а на расстояние до 200 раз большее. Но в любом случае вопрос остаётся открытым как вирус мутировал так, что достаточная для заражения его концентрация в воздухе резко возросла?

Вот что говорит Леонард Горовиц, автор книги «Новые вирусы: СПИД и эбола – Природа, случайность или преднамеренность?»: «Я скопировал отдельные контракты правительства США, по которым выходит, что СПИД и Эбола — биологическое оружие. Эти вирусы еще в 1960-70-х были гибридизированы от других микроорганизмов лабораторными методами… Так что опасения президента Мбеки являются по сути обоснованными». Табо Мбеки, экс-глава Южно-Африканской республики, был раскритикован за предположение что СПИД и Эбола могут быть геноцидом, имеющим под собой политическую причину.

Если говорить о политических причинах, то нельзя забывать, что Конго, где протекает река Эбола это крупнейшие в мире запасы кобальта, германия, тантала, алмазов, крупнейшие в Африке запасы урана, вольфрама, меди, цинка, олова, бериллия, лития, ниобия, значительные месторождения нефти, угля, железных руд, марганца, золота, серебра, бокситов. Говоря о политических причинах, нельзя также не отметить, что вспышка вируса наложилась на забастовку рабочих алмазных месторождений Сьерра-Леоне, продолжавшуюся там уже целых четыре месяца.

Также о политических мотивах мог бы рассказать документ «Прорывные инвестиции в Западной Африке» (Impact Investing in West Africa), выпущенный фондом Рокфеллера в 2011 году, показывающий наложение интересов фонда и зон вспышки вируса. Министерство энергетики США предположило, что в регионе, где бушует вирус африканская нефтедобыча между 2002 и 2025 годами вырастет на 91%. Все страны, охваченные эпидемией Эбола, обладают значительными запасами не только нефти, но и газа. А в 2007 году Petro-Canada подписала с «Либерийской государственной нефтяной корпорацией» соглашение о разведке нефти сроком на 30 лет.

В 2010 году либерийское правительство разрешило Chevron купить 45% акций трёх глубоководных блоков у побережья общей территорией около 1,8 миллиона акров (7364 кв. км), в Либерии также работает дочерняя Chevron Liberia Limited. В ноябре 2011 года компания African Petroleum Limited заявила о разведке нефтяных месторождений, содержащих миллиарды баррелей у берегов Сьерра-Леоне и Либерии. Американская корпорация Anadarko Petroleum, 65% которой принадлежит компании Anadarko, 25% -  испано-аргентинской Repsol и 10% -  Tullow Oil, также нашла нефть у побережья Сьерра-Леоне. Еще в Либерии имеются запасы железной руды, алмазов и золота, а в охваченных Эболой странах Гвинейского бассейна приличные запасы природного газа.

И здесь американские интересы естественным образом сталкиваются с Китаем, который 30% потребляемой нефти получает из Африки, поэтому китайские нефтяные компании все более и более активны в Западной Африке, особенно в Анголе, Судане и Гвинее. Немного времени прошло с тех пор как один из исследователей СПИДа и первооткрывателей вируса Эболы Питер Пайот намекнул: "Эпидемия будет становиться хуже… В Африке много китайских рабочих, я думаю, настанет день когда вспышка Эболы случится и в Китае" - отметив, что многие больницы в Китае недостаточно хорошо снабжены оборудованием для контроля инфекций, как уже в октябре китайские медики заподозрили лихорадку Эбола у 43 человек.

Директор провинциальной комиссии по делам здравоохранения и планового деторождения Чэнь Юаньшэн отметил, что с конца августа из опасных с точки зрения распространения вируса районов мира вернулись 8 672 человека. Пока Китай не сдаётся и запустил первый лечебный центр на 100 мест, обслуживаемый медиками Народно-Освободительной Армии Китая. Руководитель экспертно-аналитического клуба «Будущее сегодня» Владимир Киреев заметил: «…факт того, что американские учённые одновременно с распространением нынешней эпидемии объявили о находке антивирусного препарата, очень напоминает пропагандистский ход… Американская военно-политическая машина моментально предложила «решение», результатом которого является её проникновение в богатый углеводородами регион».

Действительно не самая богатая в мире страна Куба посылает для борьбы с вирусом 165 медицинских работников, а советник по национальной безопасности США Сьюзан Райс 3 тысячи военнослужащих, во главе с командующим сухопутными войсками США в Африке генералом Дэррилом Уильямсом, руководителем «Операции объединённого содействия», берущую под контроль Либерию и Синегал. В мае 2014 года группа американских военных уже планировала проникновение в Нигерию под прикрытием борьбы с похищающей школьниц исламской группировкой «Боко харам», в PR-компании которой приняла участие даже Мишель Обама с плакатом «Верните наших девочек» («#BringBackOurGirls»).

Но возможно, дело в том, что в последние годы Китай инвестировал больше 4 миллиардов долларов в нефтяную инфраструктуру Нигерии, один миллиард в железные дороги Нигерии, а также разработал четырёхлетний план по развитию нигерийской торговли и сельского хозяйства. Напомню, что эпидемией 2014 года оказались охвачены Либерия, Сьерра-Леоне и Гвинея, но потом к этим странам присоединилась и Нигерия.

Естественно, китайцы не могли не заметить того, на то обратил внимание Фрэнсис Бойл: «Если вы посмотрите на карту, воспроизводящую Центры по Контролю Заболевания (Centerof  DiseaseControl), то увидите расположение этих лабораторий. Они находятся в самом сердце эпидемии Эбола, на западе Африки, таким образом, я считаю, что одна или несколько из этих лаборатории является источником эпидемии». В своём интервью Фрэнсис Бойл в частности упомянул лабораторию в Кенеме, в Сьерра-Леоне и Монровии - столице Либерии.

Обратили также внимание на то, что место, где произошла контаминация нового штамма вируса в Гвинее, совпадает с расположением биолаборатории Gilead Sciences, штаб-квартира которой расположена в калифорнийском городке Фостер Сити, где четыре тысячи персонала под руководством доктора Джона Мартина производят работ на сумму порядка 11 миллиардов долларов в год. Военный журналист А. Жилин также рассказал журналу «Накануне.RU» про биологический институт с головным офисом в Вашингтоне, расположенный на относящимся к Либерии острове и о том, «что Эбола – это рукотворный вирус».

И дело в том, что это не только мнение журналиста, заведующий кафедрой инфекционных болезней Института повышения квалификации Федерального медико-биологического агентства России Владимир Никифоров в интервью Первому каналу сообщил о том, что первыми работать с вирусом начали американцы: «Они хотели этим вирусом обладать … в целях его использования в качестве биологического оружия - давайте правде в глаза смотреть, они с ним работали активно».

В начале 80-х в ЮАР было отмечено 19 случаев крайне редкой на тот момент геморрагической лихорадки, в Кейптауне скончался врач Андриес Ретиеф, ранее находившийся в районе расположения сверхсекретного центра биологических исследований армии ЮАР в Луис-Тричарде.

Фрэнсис Бойл рассказывает, что американский Центр по Контролю Заболеваний (Center of  Disease Control) по крайней мере с 80-х работает с Пентагоном: «У меня есть 100-% доказательство, что Центр по Контролю Заболеваний создавал био-оружие для Пентагона в Сьерра-Леоне, в самом центре вспышки еще в 1988 году». Для разработок бактериологического оружия США воспользовались тем, что ни Либерия, ни Гвинея так и не стали участниками Конвенции о биологическом оружии (Biological Weapons Convention).

Официально Пентагон свернул финансирование программы по вирусу Эбола в 2012 году, но в последнее время в Либерии, Гвинее и Сьерра-Леоне «трудился» не только Центр по Контролю Заболеваний и Медицинский Исследовательский Институт Инфекционных Заболеваний США (USAMRIID), но и такая организация как «Врачи без границ» (Medicins Sans Frontiers) и Тулейнский университет из Нового Орлеана, под руководством профессора микробиологии и иммунологии Роберт Гэрри (Robert Garry), «научного руководителя финансируемого из федерального бюджета исследования по проведению новых опытов с вирусами геморрагической лихорадки…».

В 2009 году Национальный Институт Здравоохранения (National Institute of Health) выделил исследователям пятилетний грант в размере 7 073 538  на разработку  препаратов для обнаружения геморрагической вирусной лихорадки Ласса, которая велась совместно с упомянутым «US Army Medical Research Institute of Infectious Diseases» (USAMRIID).

Официальные релизы Тулейнского университета информировали, что «в рамках контракта со Всемирной Организацией Здравоохранения Тулейнский университет проводит исследовательскую программу в странах Союза реки Мано (Сьерра-Леоне, Либерия и Гвинея) с целью развития национальной и региональной борьбы с лихорадкой и стратегии контролирования распространения лихорадки Ласса и других опасных местных заболеваний…».

Корпорация Corgenix Medical анонсировала новые диагностические препараты: «Эти комплекты, разработанные за 3,8 миллиона долларов от Национального Института Здравоохранения, были созданы в результате усилий корпорации Corgenix Medical, Тулейнского университета, Армейского Медицинского Исследовательского Института Инфекционных Заболеваний США, корпораций BioFactura и Autoimmune Technologies». По итогам работы глава Corgenix Medical Дуглас Симпсон (Douglass Simpson) выступил с заявлением: «Мы намерены расширить эту программу, обратившись к другим опасным возбудителям инфекции – с точки зрения клинической медицины и угроз биотеррористических атак, например к вирусу Эбола».

О том, чем занимаются корпорации подобные возглавляемой Симпсоном Corgenix Medical опять же высказался Фрэнсис Бойл, пояснив, что всегда существует прикрытие для тех задач, которые решают бактериологические лаборатории. Согласно его пояснению, сначала они говорят им нужна вакцина, но вместо этого разрабатывают непосредственно бактериологический возбудитель, потом говорят, что для получения вакцины им нужен биологический возбудитель, но разрабатывают саму вакцину к ранее разработанному возбудителю.

Очень похоже, что примерно так события и развивались, во-первых, Центр по контролю и профилактике заболеваний США оформил патент на один из типов вируса Эбола «EboBun» в 2010 году № CA 2741523 A1 «Human ebola virus species and compositions and methods thereof», оформленный на Джонатана Тауэра, подавшего заявку еще 26 октября 2009 года, правами также защищено выделение антител разновидности вируса. Во-вторых, ряд фармакологических концернов работали над проблемой до вспышки, к примеру, канадская компания «Tekmira», получившая для этого от Министерства обороны США 140 млн. долларов.

Первые испытания вакцины прошли в Кенема, в Сьерра-Леоне, в месте одного из очагов заражения. Единственным агентством, анонсировавшим это было ЦТАК Корейской Народно-демократической Республики, причем речь в анонсе изначально шла об использовании Западной Африки в качестве "испытательного полигона". Самым неожиданным было то, что в январе 2014 года Tekmira получила также заказ от сельскохозяйственного гиганта Monsanto в области сельскохозяйственных разработок на общую сумму 86,2 млн. долларов.

Агентство RT анонсировало циничное заявление крупнейших фармацевтических гигантов GlaxoSmithKline, Sanofi, Merck и Pfizer о том, что они не будут разрабатывать вакцину от вируса Эбола по причине того, что маркетологи корпораций не видят окупаемости такого проекта. Во-первых, корпорации не совсем абстрагировались от проблемы, компания Pfizer, видимо, чтобы держать руку на пульсе, выразила готовность выступить техническим экспертом, Во-вторых, это странное заявление, потому что над вакциной работает как никому неизвестная фирма Bavarian Nordic, так и знаменитая Johnson & Johnson, готовая потратить на это 200 млн. долларов, чтобы произвести миллион доз в 2015 году. Первые 250 000 доз руководитель исследовательских программ Пол Стоффелс пообещал подготовить к маю этого года, а у этой компании свои маркетологи в штате точно есть.

Более того есть и уже готовая вакцина, к примеру компания Merck приобрела такую у разработчика NewLink Genetics Corp, но её исследования были приостановлены Geneval University Hospital из-за обнаружения побочных эффектов. Помимо Tekmira существует еще вакцина ZMapp (Kentucky BioProcessing). Этот продукт является совместной разработкой компаний Mapp Biopharmaceutical Inc, LeafBio и DefyrusInc, а также правительства США и Министерства Здравоохранения Канады (Public Health Agency of Canada). Вакцина была признана в качестве подходящего кандидата уже в январе 2014 года, то есть практически одновременно со вспышкой заболевания и никто не потрудился объяснить, когда же её успели разработать.

В духе описываемых Фрэнсисом Бойлом манипуляций можно предположить, что вакцины уже разработаны, и при необходимости права на них будут перекуплены, в целом же возврат средств произойдет за счёт поборов с населения и «мирового сообщества». Не зря генсек ООН Пан Ги Мун раскритиковал лидеров мировых держав, которые перечислили только 100 тысяч долларов из запланированного миллиарда на борьбу с заболеванием, и в том числе на разработку вакцины, которая как выясняется уже разработана.

Американский врач корейского происхождения и в настоящее время Президент Всемирного Банка (World Bank) Джим Ён Ким (Jim Yong Kim) был «особенно я вдохновлён отзывчивостью США и Великобритании» на вспышку эпидемии, от имени банка предлагается создать фонд, размером в миллионы или миллиарды долларов. Всемирный банк уже высказался о готовности внести 200 млн. долларов, а ВОЗ приняла план помощи в размере 750 млн.

Глава миссии ООН по Эболе Энтони Банбари поторопил, сообщив, что «эта эпидемия самая опасная катастрофа, которую он когда-либо видел» и, что «чем дольше вирус гуляет по Западной Африке, тем выше шансы его мутаций». К PR-компании подключилась и Маргарет Чен, директор ВОЗ, которая в 2009 году объявила Глобальную Пандемию «свиного гриппа», что способствовало лоббировать масштабную вакцинацию населения.

На пресс конференции 13 сентября Маргарет Чен заявила, что эпидемия лихорадки Эбола в Западной Африке вышла из-под контроля: «В трех наиболее пострадавших странах, в Гвинеи, Либерии и Сьерра-Леоне, число новых больных растет гораздо быстрее, чем от способности излечивать их». Непонятно на основании чего строились такие прогнозы, так как геморрагические лихорадки сложны в распознавании вследствие полиморфизма клинических симптомов, что признаёт официальный бюллетень ВОЗ от 2014 года. При этом в Washington Post говорилось о том, что 69% всех случаев лихорадки Эбола в Либерии, зарегистрированных ВОЗ, не были лабораторно подтверждены через анализы крови.

Марк Цукерберг пожертвовал 25 млн. долларов и разместил в системе Facebook ссылку для пожертвований. С докладом, назвавшим вспышку «глобальной угрозой», которая потребует «глобальных ответных мер» выступил Обама. Дэвид Кэмерон пытался повлиять на страны G20, включив обращение к странам-участницам, с целью заставить их участвовать в решении проблемы Эбола, его коллега, министр международного развития Жюстин Грининг отметила, что мировое сообщество придется «разбудить», чтобы оно включилось в работу над проблемой вируса Эбола и выделило деньги.

Ей подыграли эксперты Всемирной организации здравоохранения в статье «The New England Journal of Medicine»:  «…мы находимся в третьей, взрывной фазе эпидемии, налицо экспоненциальный рост - сотни случаев в неделю превращаются в тысячи, и если мы в кратчайшие сроки не остановим эту эпидемию, то тогда она превратится из чрезвычайной ситуации в катастрофу», и американский Центр по Контролю Заболеваний (CDC): «…к 20 января 2015 ожидается до 1.4 миллиона заболевших с учетом скрытых случаев, незафиксированных официально».

По меткому замечанию главным распространителем вируса стали NBC и ABC и, в частности её новостной обозреватель Ричард Бессер (Dr. Richard Besser), с места событий сообщивший, что «более экстремальной ситуации, чем вспышка лихорадки Эбола в Западной Африке он никогда не наблюдал». Западные таблоиды писали: «Риск распространения вируса во Франции к 24 октября составляет 75 %», «Вероятно, что Эбола поразит также Бельгию, Испанию и Швейцарию», «Учёные предсказали скорое распространение Эболы в Европе».

Подобная обеспокоенность сбором денег граничила со странной халатностью официальных структур в США, еще в 2008 году американская Организация по контролю и профилактике заболеваний обратилась к Вашингтону с просьбой создать региональные центры диагностики заболевания, но этого не произошло. Кроме того, когда прилетевшему этой осенью из Западной Африки Томасу Эрику Дункану был доставлен диагноз Эбола, а впоследствии ухаживавшая за ним медсестра обратилась в больницу с аналогичными симптомами, то её отправили домой лечиться от простуды. Позднее разразился скандал, но до этого она совершила авиаперелёт, пассажиры рейса были лишь опрошены, на предмет самочувствия, хотя инкубационный период вируса составляет от двадцати до сорока дней.

В упомянутом в первой части интервью А. Фурсов также напомнил,  что «нужно вспомнить другой Боинг, который исчез 8 марта, тоже малазийский Боинг 777, который так и не нашли и который предположительно был посажен на базу Диего-Гарсиа…. И вот что роднит обе ситуации …. На Боинге который исчез в марте там везли какой-то биоматериал, вплоть до того что китайское руководство, китайцы сказали нет, у нас это сажать не нужно... Кроме того там летели …  два или три десятка довольно видных таких исследователей… здесь тоже летел целый ряд исследователей в Австралию по такой проблематике как Эбола...». То, что в самолёте летел и разбился представитель ВОЗ Гленн Томас (Glenn Thomas), пытавшийся снять ажиотаж, нагнетаемый вокруг вспышки лихорадки и ведущей к введению военного положения, добавляет загадочности к крушению самолета.

На фоне этих событий были проанонсированы показательные исцеления американского врача некоммерческой организации «Кошелек самаритянина» (Samaritan’s Purse) Кента Брентли (Kent Brantly), заразившегося в августе 2014 года, и работавшей с ним медсестры Нэнси Райтбол (Nancy Writebol). Доктор, получив ту самую вакцину Zmapp, выздоровел за считанные часы, через месяц выписавшись из госпиталя. Это похоже на то, как если бы военный департамент и международные организации «играли в четыре руки». Военные вложили деньги в разработку вируса и вакцины, запустили вспышку, международные организации «разогревают» общественность, склоняя её побыстрее собрать миллиард на разработку вакцины.

Поначалу во время вспышки населению в Либерии вообще не оказывалась медицинская помощь. В столице страны просто отгородили часть гетто, а в тех, кто из 75 тысяч жителей пытался выбраться из «мертвой зоны» стреляли военные патрули, охранявшие периметр. Однако и теперь, когда вакцины уже появились, население само не торопиться ими пользоваться. Министерство здравоохранения и санитарии Сьерра-Леоне попросило: «Тулейнский университет должен прекратить опыты с вирусом Эбола на время нынешней вспышки лихорадки».

Многие считают, что армейские подразделения вводятся для физической защиты «медиков» и «добровольцев» из Красного Креста. В гвинейском городе Масента толпа разгромила исследовательский центр движения «Врачи без границ», а в одной из деревень в 40 км от города Нзерекоре по этой же причине были убиты врачи, священник и трое журналистов, местные жители считают, что под видом вакцины «белые доктора» вкапывают им наоборот средство с вирусом.

Их подозрения не так далеки от действительности, вакцина, разработанная GlaxoSmithKline и Американским национальным институтом заболеваний (US National Institute of Allergy and Infectious Diseases) основана на протеине (ChAd3) ДНК-содержащего вируса Эбола, привитого шимпанзе, и испытывается в США, Мали и Великобритании, чья королевская семья оказывает протекцию GlaxoSmithKline, также занимавшуюся в Африке проблемой Эбола.

Кстати, когда в 1976 году вирус Эбола был первоначально идентифицирован, сначала его доставили в Портон Даун (Porton Down) британский аналог американского Форт Детрика (Fort Detrick), и вирус вполне подходящий вариант для английского принца Филиппа, мечтающего «вернуться в этот мир смертельным вирусом, чтобы внести хоть какой то вклад в решение проблемы перенаселения». Нужно обратить внимание на то, что войска Великобритании также разворачиваются на территории Сьерра-Леоне, премьер-министр Великобритании, Дэвид Кэмерон документ о выделении 100 млн. долларов для медицинского оборудования и развертывании контингента на 750 военнослужащих.

Во время нагнетаемого ажиотажа вокруг вспышки Эбола секретарь Американского министерства здравоохранения (US Department of Health and Human Services) Сильвия Бювел (Sylvia Burwell) предложила юридически защищать разработчиков вакцины, а также склонить к такой же позиции другие страны. Речь может идти о снятии юридической ответственности при возникновении побочных эффектов, тем более что к испытаниям прототипов вакцины на людях уже приступили компании Sarepta и Tekmira, чей анти-Эбола состав был разработан совместно с Американским министерством систем Медицинской био-защиты и лечения (U.S. Department of Defense’s Medical Countermeasure Systems BioDefense Therapeutics).

Также к клиническим испытаниям вакцины, разработанной как раз «GlaxoSmithKline» и Американским Национальным Институтом здоровья (US National Institutes of Health) приступил Оксфордский Университет (Oxford University). Исполнительный директор GlaxoSmithKline Эндрю Уитти (Andrew Witty) поддержал идею защиты фармакологических компаний, так как ВОЗ отводил на их разработку месяцы, а не годы.

В середине декабря GlaxoSmithKline подала запрос на полевые испытания в трёх странах Западной Африки, предполагается, что препарат этой компании будет предложен Либерии в январе как «новое революционное лекарство». Изготовление вакцин будет проинвестировано, в том числе фондом Билла и Мелинды Гейтс (Bill and Melinda Gates Foundation), основатели которого являются одновременно и сторонниками сокращения населения и распространения вакцинации. Приверженцем сокращения населения с помощью вируса Эбола в 2006 году выступал профессор биологии Университета Техаса (University of Texas) Эрик Пьянка (Dr. Erik Pianka).

Возможно, что именно Эбола был выбран профессором из-за одной особенности, которая делает его, несмотря на низкую заражаемость и способность к распространению уникальным кандидатом для сокращения населения в богатой природными ресурсами Африке и в частности Либерии, одной из лидирующих по приросту населения стран. Дело в том, что у переболевшего мужчины вирус долго сохраняется в сперме, а у заболевших женщин геморрагическая лихорадка провоцирует выкидыш.

Подобные эксперименты со стерилизующими вакцинами уже были предметом обсуждения, когда подобный эффект был обнаружен у противостолбнячных вакцин, применённых в Никарагуа, Мексике и на Филиппинах еще в середине 90-х. Теперь полигоном для испытаний стала Африка. На фоне этого остается только рассчитывать на вакцину собственного производства, созданную российскими медиками в НИИ гриппа в Санкт-Петербурге и в настоящее время проходящие испытания на генетическую стабильность.

Но у этих экспериментов есть и еще одна фантастическая сторона: агентство RT со ссылкой на африканские СМИ сообщило, что две жертвы лихорадки Эбола из либерийского города Ганта в день похорон неожиданно очнулись. Насколько бы неожиданно это не звучало, но еще в 2012 году профессор Остин факультета генетики Университета Глазго говорил о потенциальной научной возможности феномена зомби, но это тема другого года.

http://zavtra.ru/content/view/ebola-/

http://zavtra.ru/content/view/ebola/