Сейчас, когда страсти в связи с мощной террористической атакой ИГ в Париже стали постепенно стихать, многие аналитики и спецслужбы пытаются понять, почему именно Франция была избрана первой крупной мишенью ИГ в Европе; кто реально может стоять за всем этим и почему весьма компетентные спецслужбы этой страны и ее союзников по НАТО и ЕС, прежде всего США, Великобритании и Германии, «прозевали» подготовку столь тщательно спланированного и организованно осуществленного нападения. Ведь «спящие ячейки» ИГ и других радикальных исламистских террористических организаций имеются во всех европейских странах, США, Канаде и даже Австралии.

Чтобы это понять, во многом достаточно ответить на вопрос – а кому это выгодно, а также на другой вопрос – на чьи интересы «наступила» Франция. Ведь совсем не важно, кто был исполнителем – ИГ, «Джабхат ан-Нусра», просто наемники или идейные салафиты – граждане самой Французской республики. Из практики известно, что зачастую исполнители не догадываются, кто в реалии стоит за планированием, организацией, подготовкой и финансированием подобного рода терактов.

Тем более здесь речь идет не об одиночке – шахиде, а о тщательно подготовленной атаке, синхронизированной по времени сразу в нескольких местах. Да и весьма слабая реакция «возмездия» как самой Франции, так и ее союзников по «антиигиловской коалиции» лишний раз свидетельствует, что настоящий организатор нападения в Париже пока не известен. Либо известен, но об этом просто опасно говорить вслух. Ведь французские ВВС вместе с самолетами ОАЭ и Иордании 15 ноября «в отместку» нанесли всего 20 ударов по позициям ИГ в сирийском г. Ракка, уничтожив командный пункт, склад с оружием и тренировочный лагерь ИГ. Разве это можно считать возмездием?

Первое, что нужно отметить – это то, что из всех стран «коалиции» Франция практически была единственной страной, авиация которой бомбила нефтяные скважины и объекты нефтяной инфраструктуры на сирийской территории, контролируемой ИГ. И открыто об этом заявляла устами своего министра обороны. Достаточно посмотреть его заявление от 10 ноября с.г. А это – покушение на самое «святое» – огромный источник финансирования ИГ, с одной стороны, и получения огромных прибылей ее покупателями, за которыми стоят либо государства, либо поддерживаемые государством «бизнесмены» сопредельных стран.

Продавая нефть и нефтепродукты по цене в 2-2,5 раза ниже мировой, ИГ создало целую мафию в сопредельных странах и среди курдов Сирии и Ирака, которая заинтересована в сохранении этой контрабанды. Она, по оценкам экспертов, давала ИГ до 2 млрд долл. в год. И столько же контрабандистам. Причем дешевые нефтепродукты закупают даже сирийская армия и иранцы для своих войск, воюющих против терорганизаций в САР.

Более того, выброс этой нефти на рынок играет против интересов России, помогая сохранить низкие нефтяные цены, что больно бьет по российской экономике.

И речь идет в первую очередь о Турции, через которую идет основной транзит этой контрабанды, а также Иордании, «доля» которой существенно меньше. Некоторые СМИ намекали даже, что часть «торговцев» сирийской нефтью связана с Т. Эрдоганом, не говоря о многочисленной группе турецких бизнесменов, промышляющих контрабандой. И это для Анкары не новое явление. Достаточно вспомнить, как при Саддаме Хусейне, когда Ирак находился под режимом тотальных санкций, Турция и курды, прежде всего ДПК М. Барзани, наживались на контрабанде нефтепродуктов, поступавших на турецкую территорию через КПП Дохук на самом севере иракского Курдистана.

Через него шел целый поток многотонных цистерн и крупнотоннажных грузовиком со специальными баками под днищем с мазутом и дизтопливом с НПЗ Мосула, Киркука и Байджи. А на турецкой территории вдоль шоссе до Анкары и на всем протяжении дороги по средиземноморскому побережью стояли вывески: «дизтопливо из Ирака». По цене вдвое меньше, чем на официальных АЗС. Контрабанда шла и с юга Ирака – на маленьких танкерах из нелегальных маленьких НПЗ на берегу Шатт эль-Араб через Персидский залив до ОАЭ, мимо американских кораблей ВМС США 5-го флота из состава «группы перехвата». Для вида иногда американцы кого-то захватывали. Но, как говорили сами иракцы, достаточно было положить в мешочек, который спускался с вертолета ВМС США, 20 тыс. долл., как малотоннажный танкер следовал далее.

Второе, что нужно отметить. Такого рода террористическое нападение в центре Парижа, где полно агентов спецслужб в штатском и полицейских, обеспечивающих безопасность туристов (Франция получает от туризма до 6-7% доходов бюджета), где в арабские, африканские и исламские сообщества иммигрантов внедрены «источники» из местных, может только государство, а точнее – его спецслужбы, а не какая-то террористическая ячейка, и тем более приехавшие из-за рубежа сирийские или другие арабские террористы под видом беженцев, приготовления которой были бы разоблачены уже в течение нескольких дней через агентуру и осведомителей. Как, впрочем, и в случае с подрывом в воздухе над Синаем российского самолета.

А это означает, что кого-то сильно разозлили действия и политика Франции. С учетом французской поговорки «ищите женщину», можно подумать о сопричастности Турции. Но при всей обозленности Т. Эрдогана это надо исключить. Слишком опасно. Да и спецслужбы Анкары не столь компетентны, особенно в Европе, чтобы решиться на такое. Кроме того, и в самих турецких спецслужбах нашелся бы тот, кто мог «слить» информацию западным разведкам. Хотя бы из-за неприятия политики умеренного исламизма Т. Эрдогана. Ведь подобные действия Анкары равноценны самоубийству для нынешнего турецкого режима. Другое дело – знать, но не предупредить. Но это – другой вопрос, лежащий, скорее, в этической, а не правовой плоскости.

И тут как раз и всплывает другой игрок – Катар с его малочисленными, но очень богатыми и достаточно эффективными спецслужбами, подготовленными американцами, англичанами и самими французами. А главное – тесно связанными с наиболее эффективной разведкой на Ближнем Востоке – британской МИ-6. Да и то, что Катар щедро финансирует ИГИЛ и «Джабхат ан-Нусру», давно не является секретом. Уже за одно это на этом эмирате лежит вина за все действия его «подопечных» террористов. Доху давно раздражали нерешительность Парижа в борьбе против Б. Асада, в отличие от того, как «боролась» Французская республика с М. Каддафи в Ливии, и нежелание слишком сильно ангажироваться на ближневосточные дела.

Франция в 2013 году после теракта в Алжире на газовом месторождении Айн-Аминас и военной операции в Мали против «Аль-Каиды Исламского Магриба» официально заявила о том, что главный ее приоритет в усилиях по борьбе с международным терроризмом лежит в районе Магриба и Сахаро-Сахельской зоне – то есть странах, ранее бывших французскими колониями или протекторами. Тем более, что 95% иммигрантов во Франции – выходцы именно оттуда, прежде всего из Алжира, Марокко и Туниса. А их граждане – весьма крупные «национальные контингенты» в ИГ и других террористических группировках в САР, причем имеющие и французские паспорта.

Так что найти «знающих» Францию людей для проведения теракта не составляло проблемы.

Катарцев раздражало и то, что Париж не хотел влезать не только в сирийские дела, но и в ливанский вопрос. А Ливан – особая для правящей катарской семьи страна в силу целого ряда причин. Катарцы вкладывали в него многомиллиардные инвестиции, чтобы шейхам было, где хорошо и весело провести время летом. Кроме того, французы особенно не противились и заключению сделки с Ираном по ядерной программе, тогда как Доха, как и Эр-Рияд, были категорически против этого.

Остается вопрос – а причем здесь вышеупомянутая МИ-6? Тут можно привести многие обстоятельства. Во-первых, историческая «любовь» Англии к Франции и недоверие, смешанное с ревностью, к франко-германской оси в ЕС. Во-вторых, желание многих британцев и значительной части правительства Ее Величества выйти из состава Евросоюза с его проблемами экономического кризиса в ряде «южных» стран, которые нужно субсидировать, и слишком либерального законодательства в сфере иммиграции. Особенно в связи с потоком ближневосточных беженцев с августа с.г., который идет прежде всего через Францию и Ла-Манш. Выход из Евросоюза позволит Лондону отказаться от многих чересчур либеральных норм законодательства ЕС и резко ужесточить контроль на границе. Это также ослабит единую Европу в целом, что соответствует принципу британской политики «разделяй и властвуй».

Кроме того – это соответствует и устремлениям стратегического партнера Лондона – США, которые видят в сильной единой Европе усиливающегося политического соперника. Особенно если вспомнить быстро возрастающую военно-политическую мощь России и Китая. Слишком много конкурентов для Вашингтона. Тем более что лидеры ЕС – Германия и Франция – начали небольшой дрейф в сторону России по вопросу Украины. А это уже вызов американской политике.

Ведь сейчас не времена Ширака и Шредера, посмевших бросить вызов Америке по Ираку в 2003 году. Такая позиция не устраивает Вашингтон. Другое дело – ослабленная и запуганная Европа. Ее как раз и продемонстрировал в своих обращениях к нации президент Ф. Олланд сразу после терактов: Европу, которая нуждается в «защите» США от всех угроз, мнимых и настоящих – международного терроризма и «агрессивной» России. Так что Белый дом от терактов в Париже только выиграл в политическом плане.

Хотя, конечно, замышлять теракт против Франции напрямую англичане не будут. Это перебор. Другое дело – оказание экспертных услуг спецслужбе другой страны, «дружественной», например, Катару, не зная, что является конечной целью. А вот помочь спланировать операцию можно. Пусть даже силами «отставников».

И еще один важный момент. Стиль атаки террористов в Париже совсем не стиль ИГ. Последние для запугивания используют машины с взрывчаткой и шахидов. А тут – захват заложников в концертном зале и расстрел посетителей ресторанов и кафе. – Не их это почерк. Но кто-то хорошо их подготовил. Возможно, в тренировочных лагерях на территории Турции, Иордании, Сирии или Ирака. Но инструкторы – явно профессионалы, которые знакомы с печальным опытом московского театра на Дубровке.

Да и Франция выбрана не случайно. В Германии и Англии провести такое нападение сложнее. Там другой порядок, другая система безопасности, более жесткая и эффективная. А в Испании и Италии эффект был бы меньше, учитывая, что они не столь значимы на мировой арене, не являются постоянными членами СБ ООН. Да и Ф. Олланд – не самый сильный лидер, хоть и президент весьма влиятельной державы.

Скорее всего, расследование терактов в Париже ничего не даст в плане выявления истинных заказчиков этих трагических событий. Но своих целей они добились. Европа испугана и ослаблена. Возможен даже постепенный распад ЕС. И зависимость европейцев от США только возросла. Поэтому не стоит надеяться на то, что при нынешнем руководстве ведущих стран ЕС, включая Францию и Германию, начнется процесс серьезного изменения их позиции по отношению к России и Ближнему Востоку. Европа пока не созрела до роли самостоятельного игрока на мировой арене. Не хватает таких деятелей, как Ш. де Голль и Ж. Ширак, В. Бранд и Г. Шредер.

http://ru.journal-neo.org/2015/11/17/po-sledam-terataki-v-parizhe-kto-mozhet-by-t-zakazchikom/