Сегодня уже никого не удивить тем, что все основные товары производятся в странах Юго-Восточной и Восточной Азии – прежде всего, конечно же, в Китае.

По данным Министерства коммерции КНР, в 2014 г. доля Поднебесной в мировом товарообороте достигла 40%, составив почти половину общемирового экспорта.

Эти громадные цифры впечатляют не только экономистов, рисующих графики китайских прибылей, но и экологов, разглядывающих снятые со спутников облака смога, нависших над южноазиатским регионом.

Однако Китаю вредят не столько облака гари, сколько растущий уровень жизни жителей страны, из-за которого издержки производства в виде повышающихся зарплат делают дороже и поэтому невыгоднее сбыт китайской продукции на мировом рынке. За период с 2010 г. зарплаты китайских рабочих поднялись более чем в два раза, к тому же в целом заметно повысился уровень образования населения. Чтобы избежать банкротства, многие фабрики вынуждены отказывать в приеме на работу местным гражданам – китайцам и обращаться (не всегда легально) к услугам трудовых мигрантов из соседних стран – например, из Лаоса и Камбоджи, готовых работать за копейки и жить в тяжелых бытовых условиях.

Тем не менее, привлечение низкоквалифицированных и низкооплачиваемых гастарбайтеров не слишком помогает Китаю сохранить конкурентоспособность на мировом рынке и уж тем более стимулировать рост экспорта китайских товаров.

Чтобы решить эту проблему, Пекин направил свои усилия на поиски дешевой рабочей силы далеко за пределами страны. И нашел решение в Африке.

Экономические отношения между Китаем и странами Африки начали интенсивно развиваться с начала 2000-х гг. В те годы Африка рассматривалась Пекином исключительно в роли поставщика сырья для китайских заводов и фабрик, с конвейеров которых сходила готовая продукция, которая снова отправлялась на продажу на африканские рынки.

В последнее десятилетие китайцы почти полностью «освоили» ресурсную базу этого богатейшего с точки зрения полезных ископаемых континента, соорудив практически в каждой африканской стране добывающие комплексы, которые работают под управлением китайских менеджеров. Также китайцы инвестировали огромные суммы в инфраструктурные и прочие проекты.

Китайцев в Африке привлекают не только «нефтяные» государства (такие как Ангола и Судан) или «золотые» страны (такие как Мали), но и беднейший Мозамбик, подсевший на китайскую «кредитную иглу» и поэтому всецело поддерживающий позицию Пекина на международной арене.

Китай - Африка

Соперничество стран за Африку

В целом, Китай сделал инвестиции практически во все государства Африки. В середине 2000-х гг. Мозамбик, к примеру, был интересен Пекину хотя бы потому, что рост ВВП этой страны был одним из самых стремительных на континенте и составлял в среднем по 7% в год. Следовательно, вложения даже в самые бедные африканские государства при правильном расчете способны выгодно окупиться.

Не так давно в «битву за Африку» попытались вступить европейские государства с целью ослабить китайское влияние, — но это лишь привело к вооруженному конфликту в нефтяных районах Мали.

Несмотря на усилия бывших метрополий, Африка вряд ли откажется от щедрых китайских кредитов (и уж тем более от донорской помощи) в пользу жестких контрактов с европейцами.

Наконец, к настоящему времени годовой товарооборот между КНР и странами Африки достиг $200 млрд. (для сравнения: товарооборот России и Китая к 2014 г. составил около $90 млрд.).

По информации дружественного журналу «Новое Восточное Обозрение» издания Veterans Today (США), британский премьер-министр Дэвид Кэмерон назвал линию Пекина «китайским вторжением» в Африку с целью установления «авторитарного капитализма».

В ответ страны Африки выразили солидарную уверенность в том, что «европейский капитализм», учреждаемый еще со времен нелицеприятной европейской колонизации, вряд ли представляет собой лучшую альтернативу китайской «оккупации».

Китай - Африка

Примечательно, что еще в 2002 г. на первом Китайско-африканском форуме президент Танзании Б. Мкапа завил в обращении к китайской стороне: «Вы лучше понимаете нас, чем люди Запада, и можете помочь нам реализовать надежды на африканское возрождение».

Очевидно, что китайцы ближе африканцам, чем европейцы, даже по этническим соображениям. Так, в 2008 г. китайская община в количестве примерно 200 тыс. человек, проживающая в ЮАР, добилась от властей признания равенства в правах с чернокожим населением (хотя с момента отмены апартеида в 1994 г. китайцы имели равные права с белой частью страны). Безусловно, равенство с коренными жителями ЮАР дает местным китайцам больше возможностей; но также явно прослеживается такой аспект как этническая близость, призванная дать больше «возможностей» для приезжих китайцев, работающих в других африканских странах.

Тем не менее, браки с местными африканками опускают статус китайских работников в глазах местного населения. Это говорит о том, что, как бы ни были близки китайцы и африканцы, первые все же считаются «выше» вторых, хотя, возможно, им самим этого не хотелось бы.

А приезжает в Африку ежегодно огромное количество граждан КНР. Так, по данным агентства РБК, только в 2013 г. в африканские страны прибыло на работу более 200 тыс. китайских специалистов. В целом за период с 2000 г. по настоящее время в Африку приехало трудиться около 1 млн. китайцев, по сведениям уже упомянутого издания Veterans Today.

В 2010-е гг. совокупный африканский товарооборот на общемировом рынке составлял совсем незначительную цифру – в среднем 1,5%. Но уже в 2014 г. Пекин решил направить в Африку особый персонал для обучения африканцев работе на новых фабриках (сооружаемых китайцами) по производству товаров, которые ранее создавались в Китае. Скорее всего, эти фабрики заработают уже с 2015 г. и начнут «дымить» в полную силу спустя еще каких-нибудь несколько лет.

И в скором времени африканские страны начнут расширять продажу товаров по всему миру – под чутким китайским руководством и под единым лейблом «Made in Africa».

Конкурентоспособность этим товарам обеспечит, во-первых, низкая стоимость сырья, добываемого из африканских недр и обрабатываемого на месте. Во-вторых, и это самое главное, – успешные продажи производимых в Африке товаров будут обязаны предельно дешевой и при этом качественной рабочей силе.

Африканцы – в буквальном смысле молодая, здоровая и очень способная нация, готовая работать, не покладая рук. Тем более что высокий уровень безработицы в африканских странах гарантирует Китаю наличие этих рук с избытком.

И тогда в ближайшее десятилетие мировой центр производства товаров – вместе с неизбежным облаком смога – плавно переместится из Азии в Африку. Или… громадные тучи гари накроют оба континента, одновременно символизируя не только «африканское возрождение», но и рост колоссальных прибылей Китая.

Африка представляет естественный интерес для ведущих политических сил, действующих на мировой арене. Она располагает огромной территорией, более чем миллиардным населением и природными богатствами, которые, по разным оценкам, составляют 30-40% всех минеральных запасов планеты. При этом уровень развития самого континента, по крайней мере, в последние пятьсот лет, значительно ниже уровня развития окружающих его европейских и азиатских стран. Экспансия европейских держав в Африку началась еще в конце Средневековья, и к началу XX века она была фактически поделена между крупнейшими колониальными державами — Англией, Францией, Бельгией, Испанией и Италией. Поэтому, если говорить об интересах «внешнего мира» на африканском континенте, то следует выделить несколько стадий, со сменой которых эти интересы радикально менялись.

Китай - Африка

Первая стадия — колониальная — закончилась после Второй мировой войны. К 1960 г. большинство африканских стран получили независимость. После деколонизации на африканской сцене оказались два новых крупных игрока — США и СССР. Борьба между ними на протяжении тридцати лет привела к дифференциации африканских государств: в одних Соединенные Штаты постепенно вытеснили старые колониальные державы, в других начала доминировать социалистическая идеология. В 1991 г. после распада СССР в Африке остался, по существу, один главный игрок — США, хотя Франция и Англия периодически вмешивались в развитие африканских стран. Официально бывшие колониальные державы, как и США, стремились помочь развитию крупнейших государств Африки, но при этом не забывали и о своих собственных интересах по извлечению прибыли.

В 1990-е годы оформился Европейский союз, у которого появились собственные интересы в Африке, частично не зависящие от интересов входящих в это объединение государств.

В середине 2000-х годов началась новая фаза: к борьбе за влияние в Африке подключился еще один участник — Китай. Используя преимущественно методы «мягкой силы», он начал вытеснять с континента как страны ЕС, так и США. Борьба между ЕС, США и Китаем велась без явного применения оружия, но фактически провоцировала многочисленные конфликты между африканскими странами, серьезно ухудшая положение на континенте. Африка до сих пор лидирует по количеству беднейших стран. Здесь систематически случаются неурожаи, массовый голод, велик процент больных СПИДом и другими тяжелыми болезнями.

Вместе с тем в последние десятилетия в странах Африки наблюдается некоторый экономический подъем. Темпы роста для большинства государств составляют 5-6% ВВП в год, что достигается в основном за счет притока инвестиций. В результате положение населения постепенно улучшается. «Богатые» страны Африки экспортируют нефть (Нигерия, Ангола), золото, алмазы (ЮАР). Значительные запасы нефти обнаружены в Северном и Южном Судане, в Эфиопии и других странах.

На сегодня основными субъектами, имеющими в Африке серьезные интересы, являются ЕС, США и Китай.

Китай - Африка взаимная торговля

Китай - Африка взаимная торговля

Как уже отмечалось, интересы ЕС и отдельных европейских стран — это не одно и то же. Европейские страны решают в Африке в основном свои национальные проблемы, связанные с интересами национального бизнеса и, в ряде случаев, с интересами национальной безопасности.

Интересы руководства ЕС гораздо более широкие. Одной из главных задач является снижение миграционного давления из Африки. Ежегодно десятки тысяч людей пытаются перебраться с африканского континента в Европу, часто рискуя при этом своей жизнью. Основной поток идет из Марокко в Испанию, из Западной Африки — на испанские Канарские острова, из Туниса и Ливии — на юг Италии.

Очевидно, что ключевое решение вопроса об уменьшении миграции из Африки в Европу лежит не в области мер, применяемых против мигрантов. Оно состоит в существенном повышении уровня жизни и в обеспечении стабильного роста африканских экономик. Эти цели были заявлены в 2000 г. на встрече в Луме и регулярно повторялись на последующих встречах — в Лиссабоне (2007 г.) и Триполи (2010 г.). Кроме этого, ЕС настаивает на мерах, препятствующих изменению климата. Обеспечение стабильного развития африканских государств требует значительных инвестиций как в инфраструктуру, так и в промышленность, сельское хозяйство, образование. И это не чистая благотворительность. Основная цель проводимой ЕС политики — через стабилизацию экономической ситуации в Африке уменьшить миграционное давление на Европу.

Однако интересы Европейского союза не ограничиваются проблемами развития государств Африки. Большое значение имеет быстроразвивающийся африканский рынок, который в условиях кризиса в некоторых европейских странах может способствовать улучшению экономической ситуации в Европе. С этой целью страны ЕС ведут переговоры о снижении тарифов и стремятся расширить влияние ТНК на континенте, обеспечивая им доступ к вновь открываемым источникам сырья (нефть, алмазы, медная руда и др.).

Китайские инвестиции в Африку

Карта в полном размере: Китайские инвестиции в Африку.

Следует отметить, что во многих случаях Европа не рассматривает страны Африки в качестве равноправных партнеров. Она часто использует «силу рынка», т.е. существование развитых торговых сетей, которые позволяют резко снижать трансакционные издержки. Например, в Европе торговые сети рынка цветов сосредоточены в Нидерландах. Основной поток цветочной продукции идет в остальные страны из Амстердама. При этом различие в ценах огромно: к примеру, в Кении они в десятки раз ниже, чем в Амстердаме, но кенийские цветы продаются через голландские фирмы, в результате чего большая часть прибыли оседает в Нидерландах.
С одной стороны, европейцы продолжают эксплуатировать африканские страны, используя «силу рынка». С другой стороны, торговое партнерство обусловливает необходимость инвестирования в бизнес в этих странах, что, в конечном счете, ведет к экономическому росту в Африке.

Интересы Соединенных Штатов в Африке существенно отличаются от интересов ЕС. Американцы не заинтересованы в такой мере, как европейцы, в снижении уровня миграции и, как следствие, не так сильно озабочены обеспечением стабильного экономического роста африканских государств. Значительно большее значение для них имеют проблемы безопасности и, прежде всего, проблема борьбы с международным терроризмом. Распространение ваххабитского ислама в странах Северной Африки и в районе Сахары представляет серьезную угрозу для американских интересов. США оказывают ощутимую военную помощь Египту, противодействуют проникновению радикального ислама в Африку через Африканский Рог. Для них большое значение имеет также стратегическое положение Африки. С 2008 г. действует Африканское командование США (АФРИКОМ) с центром в Штутгарте (ФРГ). В зону ответственности АФРИКОМ входят все африканские страны, за исключением Египта. Деятельность этого подразделения вооруженных сил США в основном сводится к созданию небольших авиабаз (Энтеббе в Уганде, Уагадугу в Буркина-Фасо). В районе Нигера, в Эфиопии, на Сейшельских островах базируются американские беспилотные летательные аппараты (БПЛА).

Базы в Эфиопии и на Сейшелах используются американцами, главным образом, для нанесения ударов по антиправительственным силам в Сомали. Помимо авиабаз действует военная база в Джибути, где сосредоточено около 3 тыс. солдат. В результате американцы имеют возможность отслеживать конфликты практически на всем африканском континенте и, в случае необходимости, вмешиваться в них.

АФРИКОМ

Силы командования АФРИКОМ в 2008 году

Еще один существенный компонент американских интересов в Африке — добыча нефти. США получают около 8% импортируемой ими нефти из Нигерии, стремятся поставить под свой контроль перспективные нефтяные месторождения в Судане и Эфиопии. К 2015 г. примерно 25% импортируемой в США нефти будет иметь африканское происхождение. Основные страны, с которыми связаны жизненные интересы Соединенных Штатов, — Египет (как участник ближневосточного конфликта), Нигерия, Ангола и ЮАР (как страны, обладающие исключительными запасами природных ресурсов).

США также заинтересованы в установлении и поддержании формальной демократии в странах региона. Именно этим мотивом оправдывалось участие американцев в гуманитарной интервенции в Ливии, приведшей к падению режима М. Каддафи. В ходе своего визита в Африку в 2009 г. госсекретарь Х. Клинтон стремилась подчеркнуть как раз эту сторону американских интересов. Но здесь США постоянно сталкиваются со значительными трудностями. Большинство африканских режимов, даже соблюдая формальные правила демократии, т.е. более или менее регулярно проводя выборы, на деле остаются крайне коррумпированными, раздираются племенными противоречиями и весьма далеки от реального представительства интересов граждан. Недавно прошедшие выборы в Египте, Кении и ряде других стран показали, что население часто расколото по религиозным или племенным признакам, результатом чего является неприятие любого исхода выборов. В этих условиях американская дипломатия оказывается в ловушке: либо признать невыгодный для США выбор населения, либо настаивать на том, что этот выбор «несвободен» (пример — Египет).

Политика КНР в Африке радикально отличается от американской. Интерес Китая особенно усилился в 2006 г. после саммита руководителей КНР и африканских государств. В 2011 г. торговый оборот Китая с африканскими странами достиг 166 млрд долл., а импорт товаров из Африки в Китай увеличился за пять лет с 5,6 до 93 млрд долл. В 2005-2006 гг. Китай снял тарифные ограничения с более чем 400 товаров из африканских стран.

Основой китайской политики в Африке является игнорирование различий в политических режимах, а ее официальной целью — «помощь развитию». Благодаря «идеологически нейтральной» позиции Китай успешно проникает в Африку, особенно в страны с плохой демократической историей (примеры — Зимбабве, Южный Судан). Китайцы успешно строят дороги, школы, другие объекты инфраструктуры, но основная цель китайского проникновения заключается в получении доступа к природным богатствам континента. При этом Китай практически не обращает внимания на экологические проблемы, возникающие вследствие разработки природных ископаемых, что уже привело к ряду конфликтов. Так, в нефтедобывающих странах Африки — Нигере, Чаде, Габоне — ведется борьба за пересмотр заключенных с Китаем контрактов. Правительство Габона аннулировало выданное китайцам разрешение на эксплуатацию весьма перспективного месторождения и передало права на его использование национальной компании. Министерство нефтяной промышленности Чада заставило китайцев частично прекратить работу на нефтяных месторождениях из-за загрязнения окружающей среды. Однако не исключено, что подобное поведение по отношению к китайским компаниям может быть вызвано противодействием со стороны западных конкурентов.

В целом Китай реализует достаточно продуманную стратегию по освоению Африки, вкладывая десятки миллиардов долларов как в освоение природных богатств, так и в улучшение условий жизни населения. На сегодня общий объем китайских инвестиций в Африку, по данным ЮНКТАД, составляет 50 млрд долл.

Планы правительства КНР представляются весьма масштабными. Только официальная помощь развитию составляет 1,2 млрд долл., в то время как Всемирный банк предоставил Африке 4,1 млрд долл. В настоящее время Китай использует почти исключительно «мягкую силу» для проникновения в африканские страны. Эта политика включает в себя направление медицинских работников, предоставление стипендий африканским студентам, строительство инфраструктуры и т.п. Однако вопрос о том, как изменится политика китайского проникновения в Африку после ее «первичного освоения», остается открытым. Использование для работы в Африке исключительно китайской рабочей силы вызывает определенное недоверие к оказываемой КНР помощи со стороны африканских правительств. Естественным желанием китайского правительства является вытеснение западных компаний с африканского континента.

В связи с этим возникает вопрос: какую политику должно проводить в отношении китайского проникновения в Африку правительство России? После двадцати лет пренебрежения африканской политикой наша страна начинает проявлять интерес к континенту в связи с проникновением туда российского капитала. В зону возможного российского влияния в Африке, которая примерно совпадает с зоной возможного влияния Китая, попадают, в первую очередь, страны, находящиеся в той или иной степени конфронтации с Западом.

Представляется, что России следует, не вступая в прямое противостояние с дружественным ей Китаем, консолидировать, по возможности, ту часть африканской элиты, которая испытывает симпатии к нашей стране. При этом целесообразно использовать такие методы «мягкой силы», как распространение русского языка, организация неправительственных объединений бывших студентов, людей, обучавшихся в СССР, и пр. Дальнейшее невнимание России к Африке может привести к ситуации, когда место окажется занятым, особенно учитывая темпы китайского проникновения на континент.

Устремление китайцев в Африку пока не встречает силового противодействия со стороны Запада. Однако не исключено, что по мере интенсификации сотрудничества Китая с африканскими странами оно может натолкнуться на такое противодействие в самых разных формах (антикитайские массовые движения, нападения на объекты китайской собственности, организация переворотов в тех африканских странах, которые особенно сильно подвержены китайскому влиянию и пр.). Не случайно США создают в Африке базы в основном наблюдательного характера с использованием БПЛА. Это дает возможность, в частности, собирать информацию о степени китайского проникновения на континент. В будущем подобная деятельность американцев будет, несомненно, усиливаться, равно как и вмешательство ЕС, что чревато превращением Африки в потенциальный источник новых международных конфликтов.

К середине XXI века некоторые африканские государства (прежде всего, ЮАР) смогут превратиться в настоящих промышленных гигантов. При этом перед ними неизбежно встанет вопрос: на кого ориентироваться в мировой политике?

Колонизаторская роль многих стран ЕС на континенте не забыта. США скомпрометировали себя после Второй мировой войны участием в событиях в Демократической Республике Конго, в Ливии, в Сомали, а также неприкрытым стремлением поставить под финансовый контроль значительную часть Африки. Китай ведет себя довольно осторожно, однако излишняя напористость и пренебрежение экологическими нормами могут негативно сказаться на развитии его отношений с африканскими странами.

Если после преодоления последствий мирового экономического кризиса российская дипломатия проявит характерные для нее тонкость и гибкость, то для проникновения нашей страны в Африку откроются определенные перспективы.

http://ru.journal-neo.org/2014/09/23/china-in-africa-a-shift-in-the-global-manufacturing-center/

http://www.geopolitics.ru/2014/01/borba-za-vliyanie-v-afrike/