Китай и Россия в Тихом океане

Несмотря на то, что о природе российско-китайского стратегического партнерства существует множество различных суждений, большинство западных исследователей видят это партнерство как весьма ограниченное, хрупкое и не являющееся формальным союзом. Тем не менее, всегда существовало предположение, что сами действующие лица этого союза – Москва и Пекин, знают, что же из себя в действительности представляет это партнерство. В этой статье на примере кризиса вокруг архипелага Дяоюйдао/Сенкаку (Д-С) показано, как Москва и Пекин не смогли прийти к единому мнению о сути и предназначении их партнерства.

Реакция России на кризис вокруг Дяоюйдао/Сенкаку

Диспут между Китаем и Японией должен был предложить России возможность сыграть в пользу одной из сторон против другой, и в рамках этого расширить свою собственную роль в АТР – то, что русские называют «тактикой балансирования». Десять лет назад Москва успешно поддержала Токио в противовес Пекину по поводу направления трубопроводной системы «Восточная Сибирь – Тихий Океан» (ВСТО).

Однако, использование такой политики треугольного балансирования может только подорвать интеграцию России со странами Восточной Азии, что, как кажется, Москва сегодня начинает понимать. Русские надеются, что инвестиции в российский Дальний Восток будут поступать как со стороны КНР, так и со стороны Японии и, что Россия будет участвовать в экономическом росте в Восточной Азии. «Тактика балансирования» не сможет привести к построению региональной архитектуры в АТР – цели, которую продвигают многие российские аналитики, несмотря на то, что российский вариант этой архитектуры еще не ясен.

27 сентября 2010 года Российская Федерация и КНР выпустили совместное заявление о региональной структуре в АТР – двустороннюю инициативу по “новой архитектуре безопасности”[1]. Данное заявление создавало ожидание того, что российско-китайское сотрудничество может стать “фундаментальным элементом новой системы безопасности в Восточной Азии и Тихоокеанском регионе ”, несмотря на отсутствие конкретных предложений.[2] В нем Россия поддерживала территориальные претензии Китая в принципе, однако в заявлении звучали лишь те территории, которые считаются ключевыми для китайских интересов – Синцзян, Тибет и Тайвань. Острова Дяоюйдао/Сенкаку не упоминались.

Документ был опубликован всего спустя несколько недель после инцидента с рыболовецким судном, произошедшим 7 сентября 2010 года. Японские СМИ интерпретировали заявление как знак поддержки Россией китайских претензий к Японии.[3] Китайцы также восприняли его как поддержку со стороны России в споре о Д-С.

Армия Китая перевооружается

В ноябре 2010 года в рамках встречи дискуссионного клуба «Валдай» в Шанхае тема новой региональной архитектуры в АТР была продолжена. Упоминалась трехсторонняя схема сотрудничества США-КНР-РФ, которая будет решать возникающие в АТР проблемы.[4] Оптимистические настроения встречи были отражены в итоговом докладе, “На пути к великому океану, или новая глобализация России”.[5] Клубом было подготовлено несколько докладов по новой региональной архитектуре в АТР в целом, и по российско-китайскому сотрудничеству в рамках этой архитектуры, в частности.

Россия рассчитывает на диверсификацию источников инвестиций в свою нефтегазовую промышленность, а также диверсификацию рынков сбыта. Поэтому Россия не хотела бы становиться сырьевым придатком Китая или Японии. По мнению российского исследователя, территориальный спор вокруг Д-С негативно сказывается на российской стратегии энергетической безопасности Северо-Восточной Азии.[6]

В сентябре 2012 года МИД России призвал Китай и Японию найти мирный выход из ситуации вокруг Д-С. Председатель комитета по международным отношениям Государственной Думы РФ Алексей Пушков отмечал, что ситуация вокруг Д-С не вызовет нарастание напряженности вокруг территориального спора России и Японии, так как это совершенно отдельные темы. Пушков также заметил, что проблема вокруг Д-С возникла из-за того, что Китай пытается утвердить себя в качестве новой сверхдержавы с которой всем странам Восточной Азии, в том числе и России, придется считаться.[7]

В октябре 2012 года, Николай Патрушев, секретарь Совета Безопасности РФ, во время своего визита в Токио заявил “Россия не будет занимать ни чью сторону в этом конфликте… Япония и Китай должны сами решить эту проблему путем диалога.”[8] Американские аналитики усмотрели в этом использование Москвой тактики балансирования.[9]

На страницах правительственной «Российской Газеты» отмечалось, что Россия хочет многосторонних связей в АТР, и если Россия прочно расположится в «одном лагере» с КНР это может создать “угрозу ассиметричной зависимости”[10] – Россия станет зависимой от Китая в рамках биполярной системы в АТР.

В октябре 2012 посол Китая в России Ли Хуэй перечислил все причины, по которым Москва и Пекин должны занимать единую позицию в ситуации вокруг Д-С: российско-китайское стратегическое партнерство, совместное заявление в сентябре 2010 года, плотные контакты и сотрудничество двух стран по многим региональным вопросам, а также их согласие о недопустимости пересмотра итогов Второй мировой войны, включая вопрос о Д-С. Российские СМИ отмечали, что китайский посол выразил озабоченность в связи с “позицией Москвы в споре Китая и Японии за острова Дяюйдао/Сенкаку.”[11]

Структура армии Китая

Ожидания Китая

14 ноября 2012 года позицию китайского правительства выразил Го Сяньган – вице-президент Китайского института международных отношений, функционирующего под эгидой Министерства иностранных дел. Го предложил объединенный антияпонский фронт, в состав которого должны войти КНР, Россия и Республика Корея. Русские посчитали, что все это является «пробным шаром», по которому будет определена и выяснена реакция России по данному вопросу, но также и отражение мыслей китайского правительства по этому поводу, так как Го имеет достаточно тесные связи с китайским МИД.[12]

В ноябре 2012 года Фэн Юйцзюнь, директор Института русских исследований в Китайском институте современных международных отношений (CICIR) озвучил китайские ожидания в более тонкой манере, сказав о том, что Китай и Россия разделяют “общую ответственность не допустить нового дисбаланса в АТР, предотвратить перерастание диспутов в настоящие конфликты.”[13]

Янь Сюэтун, декан Института современных международных отношений Университета Синьхуа (Tsinghua University) выступил за то, чтобы Китай стремился к установлению официального союза с Россией и использовал дипломатию вмешательства для защиты своих национальных интересов, например в случае с островами Дяоюйдао, где его союзники (Россия) также будут участвовать.[14] Такой была бы роль России в этом альянсе. В начале 2012 года Янь заявил, что Россия является надежным союзником, при этом он ожидал от Москвы сотрудничества с Китаем также и потому, что это дало бы ей более весомую роль в Восточной Азии.[15] В 2013 году он предполагал, что РФ будет ориентироваться на альянс с Китаем против США, что приведет к переходу мира к новой биполярности.[16]

Китай - претензии на Парасельские острова

Китай - претензии на Парасельские острова

Российские СМИ в ситуации с кризисом вокруг островов Д-С, в основном, ограничивались только сообщением фактов, хотя статья в «Голосе Росси» (Voice of Russia) ссылалась на китайские морские амбиции[17] и отмечала, что Япония была той стороной в конфликте, которая искала дипломатические пути выхода из кризиса.[18]

Китайские аналитики считали, что территориальные споры Китая и Японии такие же по своей сути, как и территориальные споры Японии с Россией, и что, исходя из этого, Китай и Россия могут объединить усилия по данным вопросам, с учетом их двустороннего стратегического партнерства. Такие ожидание возникли с учетом совместного заявления двух стран по ситуации в АТР в сентябре 2010 года.

Тем не менее, в самый напряженный период кризиса вокруг островов Дяюйдао/Сенкаку, примерно с конца 2012 года и до весны 2013-го, Китай оказывал давление на Москву, пытаясь получить дипломатическую и публичную поддержку в разгорающимся кризисе, однако без какого либо конкретного результата.

Почему китайцы выигрывают у русских в бизнесе

Визит Си Цзиньпина в Москву

Председатель КНР Си Цзиньпин посетил Москву 22-23 марта 2013 года. Комментарии экспертов и в США и в России не исключали, что во время своего визита Си Цзиньпин может попробовать склонить РФ на свою сторону в кризисе вокруг Д-С, но вряд ли это у него получится.[19] На страницах газеты Global Times, Дмитрий Тренин утверждал, что, несмотря на все попытки Китая завлечь Россию на свою сторону в данном вопросе, РФ сохранит независимость своей внешней политики.[20]

Несмотря на многочисленные заявления с российской стороны о том, что партнерство не является формальным союзом/альянсом, и Россия останется нейтральной в территориальном споре вокруг Д-С, китайские СМИ продолжали укреплять некие ожидания на этот счет. 2 марта 2013 года РФ и КНР объявили о проведении совместных крупномасштабных морских учений в Японском море под названием «Мирная миссия 2013». Газета Global Times предполагала, что морские учения станут подготовкой к будущему кризису вокруг островов Д-С, когда Россия и Китай совместно будут противостоять США и Японии.[21]

Значительное количество комментариев в российских СМИ однозначно выступало против обсуждения вопроса о вовлеченности России в диспут вокруг Д-С во время визита Си Цзиньпина в Москву. Евгений Томихин, советник-посланник российского посольства в КНР, отметил, что были и такие китайские эксперты, которые «выразили свою озабоченность позицией РФ вокруг по островам Дяюйдао».[22]

Китай-оружие

Даже после визита Си Цзиньпина в Москву российский ученый на страницах Global Times повторил, что отношения с Китаем не вышли на уровень альянса.[23] Два ученых из Московского института Дальнего Востока подчеркивали, что, несмотря на то, что РФ является единственным потенциальным союзником Китая в споре вокруг островов, Россия не станет вмешиваться.[24]

Мнения внутри Китая разделились

В рамках визита Си Цзиньпина в Москву было сделано совместное российско-китайское заявление с поддержкой ключевых территориальных интересов друг друга, но в нем ничего не говорилось о проблеме Д-С. Оно напоминает двустороннее заявления сентября 2010 года, в котором данный вопрос вообще не был упомянут.

Китайский эксперт рассматривает визит председателя КНР в Москву как попытку перезапустить взаимоотношения, которые не имели прогресса последние 10 лет. Он полагает, что нейтральность России в споре вокруг Д-С является примером отсутствия прочной опоры у двух стратегических партнеров и рекомендовал обеим сторонам подумать о возможных изменениях в своей внешней политике.[25]

Китайский подход к прогрессу и модернизации

Несколько дней спустя после визита Си Цзиньпина в Москву аналитик из Китайского института международных отношений (CIIS), который находится в ведении МИД КНР, озвучил более реалистичный взгляд на позицию Российской Федерации в споре вокруг островов, что “Россия не принимает чью-либо сторону” в этом вопросе и, что Китай “не искал поддержки России” в данном диспуте.[26]

Во время июльских совместных морских учений “Joint Seas-2013” проводившихся в Японском море, китайский и российский министры иностранных дел заверили Японию, что учения никак не связаны с территориальным спором вокруг Д-С. Японское Министерство обороны приняло такое объяснение. В редакторской колонке в газете Japan Times отмечалось, что Россия не желает быть втянутой в китайско-японские споры, несмотря на то, что Москва и Пекин часто делают “риторические шаги.”[27]

Тем не менее, китайская газета Global Times старалась использовать двусторонние морские учения, как констатацию факта сотрудничества России с Китаем по территориальным спорам с Японией.[28] Говоря о военных учениях в Японском море, эксперт из Китайского института современных международных отношений (CICIR) связал их с ситуацией вокруг Д-С и заявил о существовании “двух группировок” – альянса США и Японии и китайско-российского партнерства, которые будут определять международный порядок в АТР.[29]

Китай-оружие

Принимая во внимание весь спектр различных мнений в Китае о роли России в ситуации вокруг архипелага Дяюйдао/Сенкаку, удивительно, что никто из китайских аналитиков не пытался рассмотреть последствия для международного порядка в Восточной Азии, если бы Российская Федерация действительно выступила единым фронтом с КНР в территориальном споре. Китайские эксперты не размышляли и не обсуждали какой именно эффект новая биполярность может произвести на многостороннюю архитектуру в Восточной Азии и АТР. Некоторые аналитики, такие как Янь Сюетун, считают азиатские региональные международные организации «бесполезными».

Заключение

Если российско-китайское стратегическое партнерство втянется в кризис вокруг Дяюйдао/Сенкаку, в Восточной Азии может сформироваться новый биполярный порядок, в котором по одну сторону будут Китай и Россия, а по другую – Япония, США, а также, возможно, почти все остальные страны Восточной Азии. В этой биполярности Российская Федерация неизбежно бы выступала в качестве «младшего партнера» при лидерстве Китая. Поэтому ее решение не вмешиваться в спор Д-С, безусловно, соответствует национальным интересам России.

Не так уж много россиян с энтузиазмом поддерживают нормы азиатского мультилатерализма, и немногие хорошо знакомы с ними. Тем не менее, в период обострения территориального спора вокруг архипелага Дяюйдао/Сенкаку в 2012/2013 гг. Россия поддержала многосторонний порядок в АТР, выступив против перехода к биполярной системе, которая неизбежно стала бы результатом союза России с Китаем против альянса США и Японии. Не будет преувеличением сказать, что русские «спасли многостороннюю цивилизацию в Азии», отказавшись участвовать в формировании биполярного порядка в регионе.

Гайе Кристофферсен, профессор Университета Джонса Хопкинса (Центр в Нанкине)

Перевод с английского: Андрей Козинец, аспирант Школы региональных и международных исследований ДВФУ.

http://russiancouncil.ru/blogs/dvfu/?id_4=694

Опубликовано 12 Окт 2017 в 09:00. Рубрика: Внешняя политика. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.