Есть документы, которые столь красноречивы сами по себе, что и в комментировании почти не нуждаются. Как, например, служебная записка председателя КГБ СССР Юрия Андропова от 9 декабря 1980 года, красноречиво озаглавленная «О негативных процессах в Карачаево-Черкесской автономной области».

В качестве преамбулы основному содержанию записки было предпослано краткое содержание – для тех членов Политбюро и Секретариата ЦК КПСС, кои в силу возраста и состояния здоровья уже не способны были осилить документ объемом в целых четыре машинописных листа: «Среди определенной части коренного населения Карачаево-Черкесской автономной области отмечаются негативные процессы, характеризующиеся националистическими, антирусскими настроениями. На этой почве имеют место антиобщественные проявления, а также уголовные преступления…» – Уже ясно, что если председатель КГБ направляет в ЦК специальное послание, значит, ситуация в Карачаево-Черкесии не просто тревожна, а на грани взрыва.

И так, по данным КГБ, «среди отдельных категорий коренного населения Карачаево-Черкесской автономной области усилились негативные процессы националистической направленности, увеличилось количество совершаемых на их основе общеуголовных преступлений. На характер этих процессов, наряду с другими причинами, оказывают влияние враждебные элементы из числа лиц старшего поколения, принимавшие ранее участие в вооруженной борьбе с советским строем. Идеализируя прошлое, отжившие традиции и обычаи своего народа, они всячески подогревают среди окружения чувство «обиды» на советскую власть за якобы чинимые «гонения на карачаевцев», спекулируют в этих целях фактом их выселения в годы Великой Отечественной войны в республики Средней Азии».

Необходимое уточнение. До 1943 года в составе РСФСР существовала Карачаевская автономная область. Почти шесть месяцев, с августа 1942-го по январь 1943 года, Карачаевская АО была оккупирована немцами, под эгидой которых сначала был создан «Карачаевский национальный комитет», который затем провозгласил объединение Карачая и Балкарии в «единый Карачай» со столицей в Кисловодске. Само собой, немцы сделали попытку организовать из карачаевцев вооруженные антисоветские формирования, в основном карательные.

Особых успехов они на этом поле не добились: как свидетельствуют официальные данные, после освобождения территории АО от оккупантов за измену и сотрудничество с немцами по всей области было возбуждено лишь 673 уголовных дела, из которых до суда дошло 449 дел, а было осуждено за измену не более 270 человек. Тем не менее 2 ноября 1943 года карачаевцы были депортированы в Казахстан и Киргизию – по официальной версии, «в связи с тем, что в период оккупации многие карачаевцы вели себя предательски, вступали в организованные немцами отряды для борьбы с советской властью, предавали немцам честных советских граждан, сопровождали и показывали дорогу немецким войскам, наступающим через перевалы в Закавказье, а после изгнания оккупантов противодействуют проводимым советской властью мероприятиям, скрывают от органов власти бандитов и заброшенных немцами агентов, оказывая им активную помощь».

Всего под молох репрессий попало порядка 79 тысяч карачаевцев, из которых от 40 % до 50 % полагают погибшими в дороге и в ссылке. В 1957 году карачаевцы были частично реабилитированы и начали возвращаться домой, а Черкесская АО была преобразована в Карачаево-Черкесскую. Такая вот предыстория.

Но вернемся в 1980 год, к записке Андропова: «…самозваные муллы (их установлено более 100 человек) стремятся к укреплению позиций ислама. …Реакционно настроенная часть горской эмиграции пытается использовать контакты с коренным населением для разжигания межнациональной розни и инспирации на ее основе различных конфликтных ситуаций.

Под воздействием идей национализма некоторые представители творческой интеллигенции <…> в своих произведениях подчеркивают национальное превосходство карачаевцев, наделяют положительными качествами изображаемых ими бывших предателей Родины, стремятся вызвать у читателей и зрителей чувство обиды за якобы незаконное выселение.

Антирусские настроения на протяжении ряда лет систематически возбуждают в своем окружении преподаватели Карачаевского государственного педагогического института.

<…> Бытующие среди молодежи подобные настроения зачастую переходят в открытую неприязнь к русским, на этой основе допускаются дерзкие хулиганские выходки, изнасилования и групповые драки, подчас грозящие вылиться в массовые беспорядки.

Так, только в 1979 году правоохранительными органами области зафиксировано 33 случая изнасилования женщин русской и других неместных национальностей; за 9 месяцев с.г. совершено 22 аналогичных преступления, 36 избиений. Эти действия довольно часто сопровождаются циничными заявлениями и выкриками: «…Так будет со всеми русскими!», «Бей русских!», «Вон с нашей земли!» и т.п. Значительная часть преступлений совершается в районах расположения союзных и международных туристических баз. Ввиду этого объектами преступлений нередко становятся отдыхающие, в том числе иностранные граждане. Так, в 1979 году садистским образом были изнасилованы две туристки из ГДР, одна из которых впоследствии скончалась.

В последние годы отмечается значительное увеличение переселения карачаевского населения в г. Кисловодск. Националистические элементы из числа карачаевцев, считая этот город «своим», ведут себя в нем вызывающе, терроризируют отдыхающих, провоцируют групповые столкновения с туристами и жителями других национальностей.

Наличие на территории области всесоюзных здравниц, туристических баз, а также размещения воинских частей националистические элементы расценивают как посягательство на их «исконные» земли и преднамеренно обостряют отношения с администрацией этих учреждений и военнослужащими.

Например, в 1979 году несколько лиц из числа молодежи села Чапаевского, вооружившись дубинками, прорвались через КПП на территорию воинской части и стали требовать выдачи им задержанного военнослужащими за хулиганские действия жителя этого села. При этом в адрес военнослужащих и командира части допускались оскорбления и угрозы физической расправы…» – И ведь, замечу, было все это в том далеком 1979 году, когда и советская власть казалась крепкой как никогда, и КГБ был в самом соку, не говоря уж про Советскую армию: от страха перед ней вся Европа тогда тряслась, а тут – какие-то горцы с палками в руках на воинские части не боятся нападать – и им не оказывают сопротивления, полная безнаказанность. Это уже край!

«…На обстановку в области негативно влияют и часто встречающиеся круговая порука, местничество. Известны многочисленные факты, когда отдельные руководители-карачаевцы всяческими способами стремятся избавиться от работников другой национальности и укомплектовать кадры родственниками или иными близкими им людьми. Такое положение порождает часто встречающиеся злоупотребления служебным положением и другие негативные социальные явления, что создает представление о безнаказанности, вызывает у населения справедливое возмущение <…> во многих учреждениях, в том числе в писательской организации, книжном издательстве, редакциях газет, ключевые посты занимают лица, являющиеся выходцами из привилегированных в прошлом сословий».

И ведь похожее происходило не только в одной отдельно взятой Карачаево-Черкесии, так что диагноз очевиден: налицо полный крах советской национальной политики. Вот только проблемы те реально наворотил Сталин со товарищи, а полной ложкой их расхлебывать пришлось людям, большей частью к каким-либо злодеяниям прошлого вообще непричастным: чем тогда взваливание преступления сталинских чекистов на всех «русских» поголовно было отлично от сталинского же взваливания ответственности за преступления нескольких сотен карателей-пособников на весь карачаевский народ? Не говоря уже про то, какое имели отношение к депортации 1943 года те многие десятки (а если посчитать, то сотни и даже тысячи) девушек и молодых женщин, изнасилованных радетелями «восстановления национальной справедливости» лишь потому, что они не карачаевки?!

Что же тогда предприняли «компетентные органы»? – А ничего. Особо умилила финальная фраза документа: «Сообщается в порядке информации». – И это все, что мог предложить, казалось бы, всесильный Андропов, «могучий и ужасный», как оказалось, исключительно по части подавления горстки инакомыслящих. Речь идет об эрозии и даже крахе действительно фундаментальных скреп государства, а председатель самой могущественной в СССР конторы – Комитета государственной безопасности – выступает в роли лишь фиксатора событий и стороннего наблюдателя, неспособного даже предложить хоть что-то…

http://www.sovsekretno.ru/articles/id/4691/