Капитализм на примере Индонезии

Несколько лет назад известный индонезийский бизнесмен, который живёт теперь в Канаде, уговорил меня встретиться с ним в отдельной комнате одного из шикарных ресторанов Джакарты. Он много меня читал и захотел «сообщить мне нечто срочное» про капитализм на примере Индонезии, узнав, что наши пути пересекаются в этой разрушенной и безнадёжно загрязнённой индонезийской столице. Его откровенные слова стоили двухчасового томления в эпической автомобильной пробке: «Никому не разрешают создавать всеобщий общественный транспорт в Джакарте и других индонезийских городах. Если мэр или губернатор попытается это делать и проигнорирует желания безжалостного бизнес-сообщества, которое фактически контролирует индонезийское правительство, его свергнут или даже уничтожат».

Эти «откровения» всё ещё звучат в моих ушах, спустя несколько месяцев после полного уничтожения прогрессивного губернатора Джакарты по прозвищу Ахок (настоящее имя: Басуки Чахая Пурнама), который изо всех сил пытался улучшить, казалось бы, неуправляемый и разрушенный город, строительством новой транспортной линии, восстановлением старых вокзалов, очисткой каналов, попыткой построить хоть какие-нибудь тротуары, посадить деревья и разбить парки.

Кризис

Что стоит за современным кризисом
В статьях:

Причины кризиса монетаристов
Так же в статье
Откуда деньги у Ротшильдов?
Так же в статье
Как управляют сырьевыми рынками?
Так же в статье
Кто правит мировыми банками?

После первого и чрезвычайно успешного губернаторского срока Ахока оппозиция объединилась против него. Она состоит, в основном, из исламистов, бизнес-магнатов, военных и реваншистов (почти все они – прорыночники и прозападники), которые правят Индонезией. Ахок – чужак, он – китаец по национальности, и поэтому проиграл. «Видные» и коррумпированные градостроители и архитекторы, получающие заграничное финансирование, не только не помогли ему, но и присоединились к «избиению Ахока».

Но простой победы над Ахоком оказалось недостаточно. Его нужно было наказать и унизить, чтобы другие не пытались идти по его социально-ориентированному пути. Ещё в ходе предвыборной кампании его обвинили в «оскорблении ислама» во время одного публичного выступления. Это была полная ерунда, против которой выступили некоторые индонезийские лингвисты, но в полностью развращённом (юридически и морально) обществе она сработала.

9 мая 2017 года Ахока приговорили к двум годам лишения свободы. Все его проекты сразу же остановились или замедлились. Отвратительная грязь снова наполнила каналы и реки Джакарты. Для всех, кто ещё верил в чудеса, надежда умерла. «Градостроители», «сотрудничающие» с нынешним режимом (который они называют «правительством»), резонно решили, что это «обычные дела». Когда Ахока бросили за решётку, шумные вздохи облегчения раздались по всему несчастному архипелагу! Дела вернулись к «норме», по крайней мере, для тех, кто получает прибыль на разрушении Индонезии.

Индонезия вновь откатилась в прошлое. Теперь на несколько десятков лет гарантировано, что все индонезийские города останутся в нынешнем состоянии – сущего ада, худшего кошмара среди всех городских районов на Земле. Но западным читателям не разрешается знать об этом. И индонезийский народ не имеет права понимать своё положение. Всё в норме – биаса, как здесь говорят. Всё в полном порядке. Прочтите доклады Австралийского национального университета, и вы узнаете, что «Индонезия – такая же нормальная страна как Бразилия или Мексика». Ничего особенного здесь не происходит.

Обратная изнанка благотворительности
В статьях:

Что стоит за благотворительностью
Так же в статье
Благотворительность и офшоры в США
Так же в статье
Как зарабатывать на благотворительности

На самом деле, всё рухнуло. Города разрушены не метафорически, не гиперболически, а практически. Знаменитый австралийский художник Джордж Берчетт, который живёт теперь в Ханое (Вьетнам), приехал однажды в Джакарту. Несколько недель мы вместе путешествовали по индонезийскому архипелагу. Он пережил шок и впал в депрессию. Перед отъездом он сказал: «Я видел много городов по всему миру. Города строятся для людей. Впервые в своей жизни, в Индонезии, я увидел города, которые построены не для людей, а против людей».

Это фашистские города. Они созданы не на пользу людям. Они созданы для извлечения прибыли из индонезийского народа и передачи её местным правителям и транснациональным компаниям. Определение «неполноценных государств» в Британской энциклопедии отлично подходят ко всей Индонезии и ко всем её городам: «Способность к управлению в неполноценном государстве ослаблена до такой степени, что оно не может выполнять административные и организационные задачи, необходимые для контроля людей и ресурсов, и может предоставлять только минимальные общественные услуги…

Неполноценное государство страдает от разрушающихся инфраструктур, нестабильной работы коммунальных, образовательных и медицинских учреждений и от деградации основных показателей человеческого развития…». Губернатор Ахок попытался изменить эту ситуацию. Люди приветствовали его. Миллионы во всех крупных городах Индонезии смотрели на него. Так родилась надежда, вначале она была хрупкой, но вскоре расцвела.

Но вдруг: мощный взрыв, полная остановка и коллапс! Мужчина, который посмел ввести несколько социалистических элементов в склеротическую и жестокую систему, оказался за решёткой. И всё вернулось к состоянию «неполноценного государства». Жизнь снова стала пустой и предсказуемой. Индонезийские города мало отличаются друг от друга. Если вы окажетесь в центре или на окраине Джакарты, Сурабаи, Бандунга, Семаранга, Медана, Макассара или Понтианака, то не сможете определить, что это за город.

Все главные улицы задыхаются от пробок. Здесь почти нет тротуаров, а там, где они всё-таки есть, они узки и по ним носятся агрессивные мотоциклисты и неконтролируемые и негигиеничные уличные торговцы. Улицами правят бандиты. Почти на всех маленьких улицах есть открытая канализация. Когда начинается дождь, целые районы заливаются канализационными потоками. Грязные и бедные люди собирают мусор в свои крошечные тележки. Все города сталкиваются с этими проблемами, и все они выглядят одинаково.

Санитария, водоснабжение и сбор мусора - такие же как в беднейших африканских странах. Повсюду трущобы – огромные и жестокие. Большинство районов индонезийских городов, называемых кампунгсами (деревнями), подходят под международное определение трущоб. Несколько лет назад меня пригласили выступить в Университете Индонезии. Студенты спрашивали меня: «Почему? Почему всё это случилось с нашей страной? И есть ли выход?» Я отвечал, что, конечно, выход есть: «социализм и центральное планирование. Но оно должно быть решительным и реальным, и включать в себя настоящую борьбу с коррупцией и запрет продажи иностранцам национальных природных ресурсов. И скажите профессорам, пусть они перестанут пускать слюни на западное финансирование и летать в Европу, чтобы учиться «администрированию», «хорошему правлению» и градостроительству у тех, кто несколько веков грабит вашу страну».

Думаю, студентам понравилось то, что я говорил, хотя не уверен, что они полностью поняли мои слова. Однако, как и следовало ожидать, меня больше не приглашали в этот университет. Индонезийские города похожи на открытые раны. Они ограблены, и в результате, жизнь в них стала невыносимой. Людям остаётся только то, что не нравится «элитам». В Индонезии практически нет общественных парков, по крайней мере, приличных парков.

В этих городах нет речных и морских набережных, что сильно отличается от южноамериканских, ближневосточных и даже африканских городов – не говоря уж об огромных и прекрасных аллеях, парках, местах для отдыха и физкультурных занятий, какие созданы в Китае. Грязные и разбитые дороги называются «улицами» и «авеню». Почти нет тротуаров, а там где есть, они не шире одного метра, с разбитыми плитами и глубокими выбоинами. На самом деле, большинство тротуаров бесполезны, потому что они выложены только вдоль одной или двух улиц в центре города, перед правительственными зданиями, и никуда не ведут. Это ясно показывает, что они созданы не для людей.

Важно понимать, что власти Индонезии всех уровней, на самом деле, не стремятся улучшить страну и служить своему народу. Напротив! В Индонезии большинство политиков так или иначе связаны с армией, которая жестоко правит страной после прозападного военного переворота 1965 года. Этот переворот уничтожил всё социалистическое и коммунистическое, запретил коммунистические идеи и убил порядка 1-3 миллионов человек, включая почти всю прогрессивную интеллигенцию. Остальные политики – бизнесмены, магнаты и олигархи – сомнительной репутации. Они более полувека грабят страну и её народ, и нет никаких оснований думать, что они прекратят этот грабёж в ближайшем будущем. Для бизнесменов занятие высокого политического кресла – это путь к увеличению прибыли.

«Индонезийская демократия», которую любит хвалить Запад (что неудивительно, ведь Индонезия – это покорная колония, которая грабит граждан и ресурсы в интересах Запада), состоит из бесчисленных политических партий, которые не поддерживают левые идеи и не защищают простых людей. Более того, большая часть «гражданского общества», НПО, подчинена западным экономическим и политическим интересам.

Многие, если не все организации, напрямую финансируются из Вашингтона, Берлина, Лондона и Канберры. Эту ситуацию я описал в своём последнем романе «Аврора». Индонезийские компании и правительство – это единое целое. И они согласовано грабят весь архипелаг. Четвёртая по населённости страна в мире почти ничего не производит. Об этом я написал в своей книге «Архипелаг страха». «Философия» этого необузданного грабежа применяется и к управлению индонезийскими городами. Даже в Африке, где я жил и работал несколько лет, нет такого абсолютного и бесстыдного грабежа городов элитами.

Как только об этом начнут говорить отрыто, станет намного проще понять реальную жизнь индонезийских городов. А в этом случае у индонезийских городов появится шанс на улучшение. На самом деле, большинство индонезийских городов сложно назвать «городами». Будь это Понтианак с населением 600 тыс. человек или Джакарта - с 12 млн. (28 млн. если считать соседние посёлки и пригороды), везде из жителей извлекается максимальная прибыль. Как и истощенные и загрязнённые острова архипелага, индонезийские города созданы так, чтобы обеспечивать максимальный доход небольшой группе олигархов и предприятий. Всё оплачивается бедным, плохо образованным и буквально задыхающимся большинством.

Крайне низкий уровень СМИ, образования, развлечений, а также религиозный фундаментализм и феодальные семейные устои служат для гарантии, что население не посмеет думать, сомневаться и возмущаться. Последствия ужасны. Индонезийские города похожи на плантации пальмового масла или открытые карьеры, усеянные военно-колониальными казармами. Разумеется, для надзирателей есть особые кварталы с китчевыми домами, как на юге Джакарты. Здесь ничего не строится, чтобы сделать жизнь лучше, красивее, осмысленнее и счастливее. Здесь нет постоянных концертных залов, театров и больших общественных музеев. Здесь нет пешеходных кварталов, бесплатных и общественных мест отдыха. Ни одно значительное архитектурное сооружение не построено в Индонезии после военно-религиозного переворота 1965-66 годов.

В Индонезии «место для отдыха» - это торговый центр, которых здесь очень много. Внутри торговых центров есть сети закусочных, кафетериев и магазинов. Здесь есть кинотеатры, которые показывают голливудский мусор и местные ужастики. По выходным музыкальные группы играют старые однообразные западные и индонезийские мелодии. Около 50 песен постоянно меняются и пускаются в оборот. В индонезийских городах нет никаких «излишеств». Здесь всё служит выживанию, поскольку зарплата очень низкая, а цены очень высокие – например, продукты питания и предметы первой необходимости стоят здесь дороже, чем в Токио и Париже.

Всё время жители тратят на работу и дорогу, по несколько часов толпясь в ужасных автомобильных пробках, поскольку общественного транспорта нет даже в таких огромных городах с 2-3 млн. жителями, как в Сурабая и Бандунг. Еда готовится на грязной воде, в ней же моется посуда и стирается одежда. Электроснабжение стоит очень дорого. В жилом районе абсолютно нечем заняться. Конечно, есть мечеть или церковь. Но парков нет, детских площадок нет. Нет мест для прогулок. И если вы хотите отправиться в кафе или книжный магазин (а их мало и выбор книг в них ограничен цензурой), то вам придётся использовать мотоцикл или машину.

В любом случае, у вас не хватает времени. После 3-4 часов ежедневных поездок и утомительной работы времени остаётся только на просмотр телевизора и очередной дозы идиотской пропаганды. Вас учат улыбаться, а вы хотите умереть, или, по крайней мере, закричать. Вы чувствуете, что ничего не можете изменить, и ваша жизнь закончилась в 25 лет или даже раньше. В конце концов, остаётся только одно – религия, традиции, консерватизм и «семейные ценности». Пустота. Индонезийские города гарантируют эту пустоту. Это идеальные машины по производству покорных людей, которых можно безнаказанно грабить. Я часто называю путч 1965 года «культурной Хиросимой».

В то время как в Японии США открыто экспериментировали со здоровьем миллионов людей, в Индонезии их эксперимент носил совсем другой характер. Смысл имперского эксперимента заключался в следующем: «Что произойдёт с прогрессивной антиимпериалистической страной, которая обладает сложной и разнообразной культурой, если её затопить кровью, если закрыть её театры и киностудии, если убить 40% учителей, если отрезать женщинам груди, если загнать писателей в концлагерь на острове Буру, если заставить градостроителей подражать Хьюстону, Далласу и Лос-Анджелесу, если уменьшить зарплату до 10% от зарплаты США?»

Ответ прост: «Она превратится в Индонезию». Для западных демагогов и империалистов «Индонезия» и «Джакарта» - это не только названия страны и города – это название концепции и модели. Это модель колонии, которая удовлетворяет интересам Запада. Она также отлично подходит для индонезийских «элит», которые совершают дома преступления, грабят всех подряд, расслабляясь и спасаясь в Сингапуре, Калифорнии, Австралии, Гонконге и других «чистых и безопасных» местах. Это дешёвая и эффективная концепция всеобщего грабежа и уничтожения страны.

Неудивительно, что Запад пытается насадить «успешную индонезийскую модель» во многих частях мира. Он даже пытался принудить к этому Россию, после разрушения СССР. Он принуждал к этому Чили… Мои более старшие друзья в Сантьяго рассказывали, что перед пиночетовским путчем 11 сентября 1973 года некоторые правые политики угрожали окружению президента Альенде: «Внимание, Джакарта идёт!»

Джакарта пришла! Здесь, по всей Индонезии, во всех этих городах, и других странах, которые попали под неоколониальный сапог Запада. Но, что такое – Джакарта? Это просто название, или инфинитив? «В Джакарту…» «Отнять всё, и ничего не дать взамен». «Джакарта» - ложь, грабёж, десятилетия пропаганды. «Джакартизировать» страну – превратить её в ничто, всю прибыль – местным и иностранным элитам, грязные реки и каналы, ужасные пробки, смог, разбитые дороги – людям. «Джакартизированные» люди – покорные, озлобленные, но не на режим, турбо-капитализм, коррупцию местных и западных правителей, а друг на друга и на меньшинства.

Джакарта почти не критикуется официальными западными и местными СМИ, и почти не изучается учёными. Неудивительно: критиковать реальность индонезийских городов – значит критиковать всю западную неоколониальную систему. Такая критика приведёт к потере журналисткой работы, к отказу от финансирования университета. Чаще всего описание реальной ситуации в Индонезии можно услышать только в невольных восклицаниях в самолётах или в «анекдотах» на страницах блогов. Реальность, которую видят обычные люди, прямо противоречит пропаганде СМИ и университетов. 17 сентября 2017 года малазийская газета Star написала: «Согласно индексу качества воздуха приложения Airvisual, в пятничный полдень 15 сентября Джакарта заняла третье место среди самых загрязнённых городов мира. В середине августа этот индекс показал, что Джакарта занимает третье место после Анкары (Турция) и Лахора (Пакистан)».

Журнал Escape Here назвал Джакарту «самым худшим городом мира по уличному движению»: «Столица этой страны – один из самых плохо спроектированных городов мира, что приводит к катастрофе. Растущее число автомобилистов проводят в пробках более 400 часов в год из-за расширения пригородов этого мега-города. На самом деле, это считается худшим в мире уличным движением. Кажется, нет никакого решения для этого мега-города, поскольку инфраструктура оказалась в руках местных властей, которые ежегодно пересматривают контракты, а это означает невозможность долгосрочных проектов. Средняя поездка по этому городу занимает около 2 часов…»

2 сентября 2015 года даже официальная пропагандистская газета Индонезии на английском языке Jakarta Post опубликовала обзор рейтинга, в котором указывается, что индонезийская столица занимает 9-ое место среди самых «недружественных городов Земли»: «Индонезийская столица Джакарта, известная своими заторами и загрязнённым воздухом, заняла 9-ое место в мире среди наименее дружественных городов, согласно недавнему опросу международного туристического журнала. Читатели знаменитого журнала роскошного туризма Conde Nast Traveler впервые включили Джакарту в список «10 самых недружественных городов мира». Один читатель сказал, что Джакарта - «самое страшное место, среди всех, где я был, с его толчеёй и агрессивными аборигенами»».

«Самое страшно место», конечно! А чего можно было ожидать от столицы страны, которая за последние полвека совершила три чудовищных геноцида (против индонезийцев в 1965-66 годах, против Восточного Тимора и против Папуа)? Чего можно было ожидать от городов, которые лишены зелёных насаждений и общественных мест отдыха, в которых исчезло искусство, всё стало коммерциализированным, и где все должны быть одинаковыми: вести себя одинаково, выглядеть одинаково, говорить одинаково, иметь одинаковые вкусы. Попробуйте выглядеть иначе, и если вы папуас, китаец, негр или белый, попробуйте прогуляться по крошечным разбитым тротуарам Сурабаи, Джакарты, Понтианака или Медана. На вас будут орать, вы немедленно станете мишенью неприкрытого расизма. Люди будут указывать на вас пальцем, если не хуже.

Несколько дней назад я снимал, как лодки плавают по грязной реке в городе Понтианак, на острове Борнео. Два ребёнка на берегу подняли средние пальцы и начали кричать: «фак ю»! Именно так: без предупреждения и без причины. И это, конечно, не самое худшее, что могло произойти. Если бы я был китайцем или негром… Все знают об этом. Но никто не говорит и не пишет… По словам западных аналитиков и специалистов, Индонезия – демократическая и толерантная страна. Чем ниже она опускается, тем более репрессивной и расистской она становится, чем более она разрушается, тем сильнее прославляется. Ложь накладывается на ложь. «У императора красивая одежда», - кричат все, как в старой сказке, но, на самом деле, он голый!

В этом заключается политкорректность. Предполагается, что человек «чувствителен» к местной «культуре», религии и образу жизни. Единственный недостаток такого подхода – в Индонезии местная культура, образ жизни и даже экстремально агрессивные религии – прямое следствие фашистского режима, который был установлен Западом после резни 1965-66 годов. Если бы социалистический курс естественно развивался, Индонезия стала бы по-настоящему нормальной, социально сбалансированной, светской и толерантной страной, и её города служили бы народу, а не наоборот. Политкорректность защищает преступления против человечности, совершённые Западом, местными элитами, военными и религиозными вождями. Местная культура вообще не защищается, потому что мертва, убита.

Города тоже мертвы. Их воняющие, ужасающие, чудовищные трупы лишены всех надежд. Живущие в них люди задушены, унижены, маргинализированы, заражены и ограблены системой. Странно, что журнал для богатых Conde Nast Traveler пишет об этом... Просит высказаться своих читателей… В отчётах Австралийского национального университета и в New York Times такого не прочитать. Недалеко от города Сурабая – второго по величине города Индонезии на острове Мадура – местные жители вручную разрезают на куски и продают на металлолом несколько огромных кораблей. Время от времени слышаться взрывы, что-то рушится, люди получают тяжёлые ранения. Кругом ужасный вид, как и в Бангладеше, хотя и не так заметно.

Во многих отношениях, по-моему, индонезийские города похожи на эти корабли и те загрязнённые прибрежные районы, в которых корабли разрезают на тысячи частей и продают. Когда-то гордые, теперь они унижены и страдают, заживо раздираемые на части. Только настоящий фашизм может относиться к своим гражданам таким образом – только режим, потерявший ум и ставший сумасшедшим. Города Индонезии… Чего они теперь стоят? Они состоят из крошечных переполненных домов, грязных каналов, затопленных дорог, неописуемых загрязнений, мечетей и церквей. В их центрах есть офисные небоскрёбы, многочисленные торговые центры и несколько дорогих гостиниц, в которых элита может прятаться от всего этого кошмара. Повсюду поля для гольфа, но нет приличных общественных парков, и все немногие зелёные зоны приватизированы.

Бывший губернатор Джакарты Ахок сидит в тюрьме за попытку изменить ситуацию, организовать общественный транспорт, очистить реки и построить несколько парков. Он сидит в тюрьме за попытку переселить скваттеров в государственное жильё и служить бедному и униженному большинству. Его явно социалистические дела искажены и дискредитированы элитами, прозападными НПО и коррумпированными градостроителями.

Против него использована религия. Большинство религий регрессивны, ориентированы на прибыль и поддерживают фашистские режимы. Как низко могут опуститься индонезийские города? Когда они станут необитаемыми? Люди уже тысячами умирают от рака, стресса и респираторных заболеваний. Миллионы людей впустую тратят свои жизни. Они живы, но просто доживают, а не живут. Они механически передвигаются на своих мотоциклах, дышат смогом, едят нездоровые продукты, постоянно окружены уродством. Почему? Сколько ещё они так смогут прожить?

Леса Борнео, Суматры и Папуа горят. Всё на этом архипелаге приведено в негодность, изуродовано шахтами, загрязнено отходами. Добыча и разграбление природных ресурсов – единственный экономический двигатель современной Индонезии. Состояние городов не лучше. Настало время очнуться, или будет слишком поздно. Но нация находится в оцепенении. Она больше не замечает, что находится в свободном падении. Её научили не замечать собственный коллапс, примиряться с ним и даже славить его. Те, кто сделал это с Индонезией, не расскажут об этом. Пока здесь есть, что добывать, использовать, грабить, они будут восхищаться «успехом и прогрессом» Индонезии.

Я призываю всех, кто хочет увидеть истинное лицо неоколониализма, дикого капитализма и крайне-правой катастрофы приехать в индонезийские города! Приезжайте и посмотрите своими глазами. Приезжайте и прогуляйтесь, не прячьтесь в своих комфортабельных городах с зелёными парками, концертными залами, художественными кинотеатрами, театрами и общественным транспортом. Это реальность. Это предупреждение миру! Приезжайте и посмотрите, как выглядят города в стране, где запрещены коммунизм и социализм, где колония даже не понимает, что она колонизирована, и фашистский монстр пожирает огромную страну.

https://antizoomby.livejournal.com/614184.html

Опубликовано 25 мая 2018 в 15:00. Рубрика: Международные дела. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.