Вечное обещание капиталистической демократии – это будущее, которое так или иначе вырывается из прошлого. В этой альтернативной вселенной решение проблемы глобального потепления, угрозы ядерного оружия, бесконечных войн, ведущихся за контроль над экономическими ресурсами и справедливое распределение политической и экономической власти полностью зависит от того, кого выберут.

Хиллари Клинтон – это представитель «эффективных» реформ, а Дональд Трамп представитель реакционной платформы. Эти политические и экономические траектории последнего полувека, сливающиеся в одном направлении, в пользу сконцентрированного богатства и власти, являются (1) предсказанными результатами теорий – что покупали, то и получили, и (2) полной противоположностью любым представлениям о демократическом представительстве в его общепринятом понимании.

Без этого обещания настоящее существует как набор постоянно неразрешимых противоречий. Идеи по решению проблем окружающей среды, ядерного разоружения и более равного политического и экономического распределения выносятся политическими деятелями в сферу общественных обсуждений, чтобы воспрепятствовать их реализации. Хиллари Клинтон, главный сторонник войн, которых можно избежать, экономического неравенства и сеющих распри социальных стратегий для консолидации и удержания политической власти, выступает как их противник, стремясь выиграть выборы.

В согласии с теоретически предсказуемом противоречием, Дональд Трамп храбро предложил «запрет» для мусульман, на убийства которых Хиллари Клинтон потратила двадцать лет, клеветнические измышления об испаноязычных иммигрантах, на выселение которых Хиллари Клинтон потратила двадцать лет, и сокращение налогов на богатых, на ещё большее обогащение которых Хиллари Клинтон потратила двадцать лет.

Ответ на вопрос о том, почему пекущиеся только о собственной корысти плутократы поддерживают кандидатов-либералов и прогрессистов, подобных Хиллари Клинтон и Бараку Обаме, проясняется: потому что демократы более успешны в том, чтобы делать богатых ещё богаче. На весь стандартный шаблон неолиберализма/Вашингтонского консенсуса дерегулирования, приватизации и финансиализации демократы наносили социально-прогрессистскую патину, чтобы перераспределять экономические блага в пользу уже богатых. Хотя «реально существующий» капитализм имеет мало касательства к его теоретическому воплощению, результаты тесно связаны с историей государственного капитализма как имперского проекта.

Вопрос о том, как мы попали оттуда сюда, в сегодняшнее состояние повсеместно распространённых социальных неурядиц, затеянных для концентрации богатства и власти у немногих привилегированных, возникает из имперской истории, которая должна была закончиться с Великой Депрессией. Капиталистические «реформы» не продолжались ни на день дольше, чем сохранялись воспоминания о Великой Депрессии.

К дерегуляции 1970-х годов, то есть программе снятия социальной ответственности с общественных институтов, присоединилась приватизация, иными словами программа перераспределения общественного богатства с переходом его в частные руки как «демократическое» средство ликвидации имперских пережитков Вьетнамской войны и снятия «тяжёлой руки правительства» с контроля над промышленностью. Джимми Картер «подтвердил» некомпетентность правительства, когда обрушил экономику с помощью финансового «решения», резко повысил учётные ставки, для политической проблемы резко подорожавшей нефти из-за (давно назревшей) Иранской революции.

Подходящим к сегодняшнему положению дел является то, что «официальные» политические власти тогда продвигали существовавшие политические и экономические реформы для того, чтобы предотвратить существенное перераспределение экономической власти, руководствуясь проблемами, нуждающимися в разрешении. Певец Вилли Нельсон покуривал травку на крыше Белого дома («контркультура»), когда Джимми Картер дерегулировал и финансиализировал экономику.

Как мнимый кандидат-«аутсайдер» Дональд Трамп объединяет плохо взвешенный экономический национализм с обещаниями сокращения налогов на богатых, «более выгодных» (для кого?) торговых соглашений и направленных против иммигрантов стратегий для раскола глобального рабочего класса. И всё же ещё более уместным, даже при беглом чтении экономической истории, будет связь власти капиталистов, «предлагающей стороны» на потребительском рынке, с «войнами по выбору» для контроля над экономическими ресурсами и с «управлением» внутренней политикой через нагнетание страха.

С 1970-х демократы объясняли свой переход на крайне правые позиции как ответ на народное неприятие левой политической программы Джимми Картера. В истинно демократическом стиле мистер Картер продавливал дерегулирование и финансиализацию, – экономическую программу крайне правых, – в то же время позиционируя себя как социального либерала. Этот раскол между позицией и сущностью – позиционировать себя как популистов, действуя в то же время как преданные слуги своих хозяев-плутократов, сделало демократов более искусными проводниками плутократических интересов. С началом финансиализации, всерьёз начавшейся около 1980 г., демократы заслужили доверие благодаря кратким промежуткам процветания на протяжении продолжительной траектории экономического упадка для всех и вся, кроме очень богатых.

Так, хорошо действует пропагандистское клише о том, что демократы чему-то «научились», извлекли уроки из неспровоцированного и преднамеренного участия Хиллари Клинтон в убийстве 500 тысяч беззащитных женщин и детей в Ираке путём санкций («пассивное» убийство); её поддержки катастрофической и кровопролитной «войны по выбору» Джорджа У.Буша против Ирака и начатой ей войны, разрушившей Ливию, позволяя допустить, что она же – решение её собственного прошлого. Идеологические и/или расовые шоры подключаются с помощью утверждений, что та самая Хиллари Клинтон, которая пожертвовала миллионом или около того жизней чернокожих, массово заключая их в тюрьмы из соображений политической целесообразности, а также десятком или около того миллионов рабочих мест на производстве ради роста цен на фондовом рынке и своих покровителей на Уолл-стрит, заботится хоть о чём-то или о ком-то, кроме себя самой.

Используется и альтернатива-обманка, будто Дональд Трамп тоже не выступает за снижение налогов на богатых, «свободные рынки», функционирующие как «естественное» оправдание для существующей системы и благосостояния для богатых, и за «бизнес» американской имперской бойни, создана для ограничения сферы политической возможности. Трамп, конечно, ужасен – это какой-то голос неограниченных привилегий и невежественного высокомерия, которому они дают власть. Но Дональд Трамп это избирательная база Хиллари Клинтон – унаследованное богатство и привилегии как продукт осмысленной и кропотливой работы, чтобы выдать миф за факт. Если бы Дональд Трамп должен был заплатить свои долги как гражданин, а не отказаться от них как корпорация, как богат он был бы на самом деле? То, что стирается грань между обычным конъюнктурщиком и титаном-главой корпорации – вот и вся причина, почему Хиллари Клинтон фаворит правящих кругов.

Поскольку средние значения доходов и богатства искажены, концентрируясь на самом верху, медианные значения доходов точнее представляют экономические результаты, переживаемые основной частью населения. Почти двадцать лет Медианные Доходы Домохозяйств падают, поскольку работники активного возраста исключаются из числа рабочей силы из-за нехватки рабочих мест. Это связано с ростом доходов самых богатых и с уменьшившимся статусом организованного труда через торговые соглашения, подобные НАФТА. Билл Клинтон принял НАФТА после того как республиканцы не сумели преодолеть сопротивление ему рабочих. Вслед за первоначальным всплеском занятости за счёт эффекта пузыря доткомов, результатом НАФТА было снижение доходов домохозяйств путём перевода рабочих мест в производстве за рубеж. Избиратели Дональда Трампа из рабочего класса – среди тех, кто обездолен НАФТА.

Парадокс, о котором не говорят, в заявлении мистера Трампа, – что он «выгоднее бы договорился» по НАФТА, – в том, что целью этого соглашения, вместе с остальной экономической программой Клинтона, было лишение власти трудящихся в пользу капитала. Если цель в чём-то другом, почему механизм её достижения тот же самый? Если считать деградацию окружающей среды, войны за экономические ресурсы, а также экономические и политические перекосы имперского капитализма «достижениями» свободного рынка, неправдоподобие утверждения о естественности капитализма становится очевидной. «Свободный рынок» это общественный договор, выдаваемый за уважение к природе вещей – риторический приём, призванный скрыть своекорыстные мотивы и катастрофические последствия, стоящие за незаинтересованностью в «естественном» экономически выгодном производстве.

Если целью торговых соглашений было по-настоящему подвижническое «улучшение» условий жизни людей, почему богатые против распространения этих мнимых выгод от торговых соглашений на нижестоящие слои населения? На самом деле самозвано взятый на себя ореол «защитников» и у Хиллари Клинтон, и у Трампа – слова о том, как они знают рабочих и россказни о «производительном классе» в духе (Митта) Ромни – опровергается фактическим перераспределением того, что производит рабочий класс в карманы привилегированных шарлатанов, подобных Клинтонам и мистеру Трампу. Мексиканские крестьяне не голодали и не были бездомными, пока не пошли по этой дорожке. То же самое верно и в отношении американских промышленных рабочих. Если бы Хиллари Клинтон и её богатые сторонники всерьёз были озабочены «неравенством», как они распространяются в своей либеральной болтовне, они могли бы перестать забирать всё себе. Как же, ждите.

Паника в правящих кругах и то, что видные республиканцы решили поддержать либеральную Хиллари Клинтон, в какой-то степени основано на том, как безжалостно эти ребята ограбили американскую молодёжь и рабочий класс. В то время как до прихода Обамы тенденция была другой, Барак Обама активно поспособствовал росту самого неподъёмного вида долгов из всех имеющихся – студенческих займов, путём приватизации ранее государственного образования и продвижению «частных» жульническо-неолиберальных университетов, торгующих бесполезными или почти бесполезными дипломами за пожизненную долговую кабалу без возможности её облегчения. Сюда же отнесём  и чек Биллу Клинтону в 18 миллионов долларов от Университета Лауреатов за то, что тот дал своё имя этой корпоративной шарашке, чтобы она выступала как университет. Источник: Федеральный резервный банк Сент-Луиса.

Когда неолиберальный консенсус находится под угрозой, стратегия государственной бюрократии состоит в том, чтобы установить границы политического выбора от Хиллари Клинтон до Дональда Трампа. Откровенно расистскую и анти-иммигрантскаю риторику мистера Трампа правящие круги рассматривают как угрозу, и вовсе не потому, что она расистская и/или анти-иммигрантская. Рональд Рейган начинал свою президентскую гонку в 1980 году в Филадельфии, Миссисипи, где в 1960-х были жестоко убиты трое рабочих-борцов за гражданские права, чтобы дать сигнал, что расовый вопрос снова будет использоваться в целях раскола интересов рабочего класса в пользу капитала.

Хиллари Клинтон обзывала чернокожую молодёжь, используя демонизирующее слово «супер-хищники», в то время как Клинтоны выступали за более длительные сроки заключения, расширили применение смертной казни и массового заключения в тюрьмы. Мысль о том, что чиновников удивляет или ужасает циничная болтовня мистера Трампа, была бы смехотворна, не будь это настолько шито белыми нитками.

Посреди скандалов с электронной почтой Хиллари Клинтон – сокрытия частных взносов в избирательный фонд и политические махинации в духе «кто платит, тот и заказывает музыку» под видом государственной деятельности, промахов, ошибок и «потерянных» доказательств: разоблачений о тёмных и коррупционных сделках Фонда Клинтон – жилые трейлеры,* такие как у FEMA, с повышенным содержанием формальдегида для жителей Гаити, лишившихся жилья в результате землетрясения – да неужели? Не может такого быть! – А также непрерывного вымогательства Биллом Клинтоном у состоятельных деревенщин под залог его имени денег на скандальные операции четы Клинтон, – корабль Клинтон тонет.

Либералы и прогрессисты полностью виновны в (1) поддержке подобного инструмента времён конца империи для отстаивания классовых интересов и (2) в создании из Дональда Трампа единственной «жизнеспособной» альтернативы. Определение, которое приходит в голову – «больно умные». И удачи с россказнями «вините левых». Формальдегидные трейлеры, да неужели? Быть такого не может!

Примечание:

* – Речь идёт о трейлерах Федерального агентства по управлению страной в чрезвычайных ситуациях (ФЕМА), поставляемых как временное жильё жертвам природных катастроф со времён землетрясения 1906 года в Сан-Франциско и ставших символом пренебрежения и провалов в борьбе с последствиями стихийных бедствий. ФЕМА поставляло трейлеры тысячам пострадавшим от урагана «Эндрюс» в Южной Флориде (1992 г.), причём некоторые прожили в трейлерах более двух лет; после урагана «Чарли» 2004 гола было оперативно развёрнуто 17 тысяч таких временных жилищ; после ураганов «Катрина» и «Рита» 2005 года для размещения потерпевших ФЕМА приобрело около 145 000 трейлеров; также они использовались после обширных наводнений в окрестностях Нью-Йорка, Пенсильвании и Нью-Джерси, вызванных ураганом «Сэнди» 2012 года.

Жалобы жителей трейлеров на головные боли, носовое кровотечение и проблемы дыхания начали появляться в июле 2006 года; после проверки 42 процентов трейлеров, где поселили пострадавших от ураганов «Катрина» и «Рита», в их конструкциях было обнаружено токсичное вещество формальдегид. Исследования показали, что норма допустимого содержания токсичного вещества в воздухе была превышена почти в пять раз. Подобный уровень формальдегида может вызвать проблемы дыхания у детей и пожилых.

http://polismi.ru/politika/obratnaya-storona-zemli/1472-i-korabl-tonet.html