Вынужденно продолжаю «политический пост». Не из-за большой любви к грязному белью политиков, а чтобы еще раз попробовать отстоять свой же тезис: подлинной причиной многих и многих политических событий являются старательно укрываемые от глаз публики энергетические войны.

О чем думали господа-товарищи, сделавшие ставку на развал СССР? Правильно – о власти и о деньгах, причем о деньгах в их собственных карманах. Ведь власть без денег – это интересно далеко не каждому, да и нет уверенности, что власть можно передать наследникам. А вот деньги – если, конечно, отменить советские законы – запросто.

Давайте мысленно представим себя на месте вот этих самых господ-товарищей. Что им хотелось делать, получив власть? Правильно – набивать карманы. А каким, простите, способом? Ловить откаты у пресловутых «западных партнеров» за развал армии, системы вооружения и ее воспроизводства ? Да, неплохой вариант, только – одноразовый. Предстояло что-то продавать – хорошо и долго. Господа-товарищи людьми были грамотными, возможности советской экономики и ее экспортный потенциал знали не понаслышке. Западу не нужны были наши промышленные или какие-то высокотехнологичные товары – платя нам деньги, они бы этими деньгами поддерживали своих конкурентов.

Тем более Западу не требовалось и наши продукты питания, изделия легкой промышленности – своего полно. Простая, незатейливая логика приводит к единственному выводу: господа-товарищи еще где-то так в 1990 году делали ставку на торговлю сырьем. И, прежде всего – энергетическим. Чтобы торговать, допустим, металлом – надо содержать горнорудные и угольные шахты, транспорт и логистику – а там эти, как их, блин… ну, эти… А! Люди. Зарплаты просят, что-то там кушать хотят, жилья какого-то. Хлопотно.

Нефть, если ее не перерабатывать, а сразу по трубе «западным партнерам» – самое то: и спрос всегда есть, и кормить народу куда меньше придется. Нет, какие еще, к черту, новые месторождения – нам и старых вполне хватит. И, уж тем более – газ. Никакой переработки, тысячи километров трубопроводов, систем хранилищ уже работают.

Чем можно подтвердить все эти логические построения? Да фактами, чем же еще-то. Итак, я берусь утверждать, что первая атака приватизаторов всех мастей и волостей была направлена именно в энергетический, добывающий сектор. Смотрим.

Официально пресловутый августовский путч ГКЧП потерпел фиаско 21 августа 1991 года, а до этого момента, как нас уверяют уже много лет, все было зыбко, ненадежно и рискованно. И только после того, как пан Горбачев прибыл из Фороса – все и начало вертеться. Хорошая гипотеза, но факты утверждают нечто иное. Уже 20 августа 1991 года еще не победившая сторона выдала на-горА указ президента тогда еще РСФСР № 66. Я понимаю, что длинновато, но без знания некоторых частей этого указа понять, что дальше происходило в прежде едином нефтегазовом комплексе СССР, практически невозможно. Потому, уж извините – привожу этот документ в части, касающейся непосредственно «нефтянки».

«В интересах многонационального народа РФ, руководствуясь решениями Съездов народных депутатов РСФСР, Верховного Совета РСФСР и законами РСФСР по обеспечению экономической основы суверенитета республики постановляю:

Указ Президента РСФСР от 20.08.1991 N 66

Об обеспечении экономической основы суверенитета РСФСР

1) Совету Министров РСФСР:

до 1 января 1992 г. обеспечить передачу и принятие в ведение органов государственного управления РСФСР и республик в составе РСФСР предприятий и организаций союзного подчинения, находящихся на территории Российской Федерации, за исключением тех, управление которыми передано согласно законодательству РСФСР соответствующим органам СССР. Указанные предприятия и организации обязаны обеспечить безусловное выполнение в 1991 году государственных заказов и договорных обязательств;

2) Предприятия и организации, расположенные либо осуществляющие деятельность на территории РСФСР (в том числе союзного подчинения), руководствуются законодательством РСФСР и применяют законы и иные акты органов Союза ССР в порядке, установленном Законом РСФСР «О действии актов органов Союза ССР на территории РСФСР».

5) Установить, что на территории РСФСР (включая континентальный шельф) разведка и добыча полезных ископаемых, промысловый лов рыбы, добыча водных животных и растений осуществляются только на основании специального разрешения (лицензии). Предприятия, организации и граждане, занимающиеся этими видами деятельности, обязаны до 1 июля 1992 г. получить соответствующие лицензии.

7) Совету Министров РСФСР, исполнительным органам власти республик в составе РСФСР до 1 января 1992 г. обеспечить проведение регистрации всех хозяйствующих субъектов, передаваемых в ведение органов государственного управления РСФСР и республик в составе РСФСР в соответствии с настоящим Указом.

8) Главной государственной налоговой инспекции при Министерстве финансов РСФСР подготовить и внести до 1 ноября 1991 г. предложения о порядке ведения налоговыми органами учета предпринимательской деятельности и выдачи свидетельств (лицензий) на право ее осуществления.

9) Совету Министров РСФСР осуществлять в ходе реализации настоящего Указа взаимодействие с союзными республиками и республиками в составе РСФСР по вопросам, затрагивающим их интересы.

10) Для обеспечения контроля за соблюдением экономических интересов РСФСР создать при Президенте РСФСР Комитет по защите экономических интересов РСФСР.

11) Контроль за исполнением настоящего Указа возложить на Совет Министров РСФСР и Комитет по защите экономических интересов РСФСР.

Совету Министров РСФСР регулярно информировать Президента РСФСР о ходе выполнения настоящего Указа.

12) Настоящий Указ вступает в силу с момента его опубликования.

Вот так. СССР вроде как еще жив, но хищники уже все спланировали. Отодрать свою долю, наплевав на межреспубликанскую хозяйственную кооперацию. Еще все нефтегазовые предприятия – в государственной собственности, а сочинители указа уже готовятся выдавать лицензии на разведку и добычу «организациям и гражданам». Что э за «граждане» такие в августе 1991, которые готовы бороться за получение такого рода лицензий?..

Еще был жив СССР, но группа ЕБНа уже приступила к дележу всего имущества, имеющего мало-мальское отношение к энергетическому сектору. Премьер-министром РСФСР на тот момент был Иван Степанович Силаев, но «командовал» он лишь номинально, практическую работу «тянул»  человек из славного города Свердловска – Олег Иванович Лобов, занимавший пост его первого зама. Работы у Лобова, несомненно, было много, но в октябре дошли руки и до нефтегазового комплекса. Постановление Совмина даже сейчас потрясает уровнем цинизма и демагогии, но из песни слова не выкинешь.

Постановление Совмина РСФСР от 18.10.1991 N 555

Об образовании Российской государственной нефтегазовой корпорации «Роснефтегаз» 

В соответствии с Указом Президента РСФСР от 20 августа 1991 г. N 66, а также учитывая особенности функционирования нефтегазодобывающей промышленности и необходимость перевода нефтегазового комплекса на рыночные отношения, Совет Министров РСФСР постановляет:

1) Согласиться с предложениями трудовых коллективов производственных нефтегазодобывающих объединений и других организаций Министерства нефтяной и газовой промышленности СССР (согласно Приложению), Министерства топлива и энергетики РСФСР и Министерства экономики РСФСР об образовании на добровольной основе Российской государственной нефтегазовой корпорации «Роснефтегаз».

В состав корпорации «Роснефтегаз» могут входить предприятия и организации, заинтересованные в развитии нефтегазового комплекса.

Корпорация «Роснефтегаз» является хозяйственным комплексом по добыче нефти и газа, магистральному транспорту нефти, отраслевому машиностроению, научным и проектным работам в нефтегазовом комплексе на территории и континентальном шельфе РСФСР, пользуется правами юридического лица и действует на основании своего устава в пределах полномочий, переданных добровольно участниками корпорации.

5) В целях демонополизации нефтяной и газовой промышленности и развития конкуренции:

Установить, что основной организационной формой хозяйственной деятельности в нефтегазовом комплексе являются, как правило, нефтегазовые компании, осуществляющие разведку, разработку нефтяных и газовых месторождений, добычу нефти и газа, их транспорт, переработку и сбыт продуктов переработки. В нефтегазовые компании могут входить объединения, предприятия и организации независимо от форм собственности и их организационно-правового статуса.

Корпорации «Роснефтегаз» с участием объединений, предприятий и организаций, вошедших в корпорацию, подготовить по согласованию с Министерством топлива и энергетики РСФСР, Министерством экономики РСФСР и Государственным комитетом РСФСР по антимонопольной политике и поддержке новых экономических структур и внести до 1 марта 1992 г. в Правительство РСФСР предложения по преодолению монополизма и развитию конкуренции на рынке нефти в РСФСР, созданию нефтегазовых компаний.

Поручить корпорации «Роснефтегаз» осуществить начиная с 1992 года оплату услуг за магистральный транспорт нефти по тарифам и выход нефтегазодобывающих объединений на заключение прямых договоров с потребителями нефти и газа.

Министерству экономики РСФСР в срок до 1 декабря 1991 г. рассмотреть предложения корпорации «Роснефтегаз» по оплате услуг за магистральный транспорт нефти на 1992 год и принять решение.

7) Корпорация «Роснефтегаз» обеспечивает на конкурсной основе распределение экспортных квот, устанавливаемых Министерством экономики РСФСР и Министерством топлива и энергетики РСФСР при условии прямого государственного квотирования продукции собственной хозяйственной деятельности корпорации.

8) Министерству топлива и энергетики РСФСР для размещения корпорации «Роснефтегаз», ее сервисных и других организаций предоставить ей в аренду здания и производственные площади, занимаемые Министерством нефтяной и газовой промышленности СССР.

9) Установить, что корпорация «Роснефтегаз» является правопреемником договорных прав и обязательств Министерства нефтяной и газовой промышленности СССР на 1991 год в части объединений, предприятий и организаций, вошедших в состав корпорации.

Прикрываясь словами про добровольность, про трудовые коллективы и прочая, группа ЕБНа вырывала из единого механизма куски, заодно утаскивая из союзного ведения международные контракты – ведь СССР поставлял нефть во многие страны, контракты продолжали действовать. Уж не знаю, как к таким действиям отнеслись зарубежные клиенты. С одной стороны – шла настоящая революция, на глазах менявшая экономическую парадигму Империи, с другой – смена поставщика была замечательным поводом говорить о стоимости нефти…

Это вот постановление №555 имело и приложение, в котором были перечислены все предприятия нефтегазового комплекса, которые группа Ельцина уводила под собственное управление. Список немаленький, но очень интересный.

Производственные объединения:

http://politarktika.ru/_nw/6/07471776.png

Производственные объединения магистральных нефтепроводов:

http://politarktika.ru/_nw/6/41750323.png

Научно-производственные объединения:

1) по термическим методам добычи нефти «Союзтермнефть»

2) по геолого-физическим методам повышения отдачи пластов «Союзнефтеотдача»

Иные:

1) Производственное объединение по переработке нефтяного газа в Западной Сибири (Сибнефтегазпереработка)

2) Производственное специализированное строительно — монтажное объединение «Запсибнефтестрой»

3) Машиностроительный концерн «Нефтегазмаш»

4)  Хозяйственная ассоциация «Нефтегазгеофизика»

5) МНТК «Нефтеотдача»

Прежде, чем разбираться с судьбой этих предприятий, давайте еще раз внимательно прочтем пункт № 1. «В состав корпорации «Роснефтегаз» могут входить предприятия и организации, заинтересованные в развитии нефтегазового комплекса … Корпорация «Роснефтегаз» … действует на основании своего устава в пределах полномочий, переданных добровольно участниками корпорации.»  То есть могут добровольно входить – а могут и не входить.

Полномочия могут передать, а могут и не передавать… При этом министерство – уничтожено, ликвидировано. Что значит устранение такого министерства? Больше нет структуры, распределяющей снабжение, планирующей развитие и вложения в геологоразведку, занимающейся централизованно технологиями, повышающими отдачу пластов, обязывающей следить за экологией и  за «социалкой» – за жильем, медицинским обслуживанием. Результат нам известен в баррелях добычи, снижавшихся год за годом.

http://politarktika.ru/_nw/6/51421409.png

«Красные директора», стоявшие во главе территориальных и прочих подразделений нефтянки, получили карт-бланш – творите, что хотите, ничего вам за это не будет. Не желаете тратить деньги на разведку? Ну, и не надо. Хотите насиловать имеющиеся скважины? Да с дорогой душой! Не хотите платить зарплату, желаете сокращать управленцев, инженеров, экологов? Да нам-то какое дело! На внешний рынок желаете сами идти и торговать с кем и  как сможете? Да вон вам Сергей Глазьев во главе Министерства внешнеэкономических связей, лицензии у него недорого стоят.

Этот завлаб в 1991 лихо перепрыгнул в МВЭС в качестве заместителя Петра Авена, своего старинного знакомца по Московскому университету. Авен ушел вместе с Егором Гайдаром, а Глазьев остался – теперь уже министром. Завлаб, самый молодой доктор экономики СССР – во главе такого ведомства. Блистательная карьера, а цифры из таблички – мелочь…

Впрочем, в топливно-энергетическом комплексе вклад этого профессионального предателя минимален, там действовали совсем другого масштаба лица. Могло быть иначе? Конечно же, нет. Ведь мировой опыт показывает всего два варианта: либо углеводородные ресурсы целиком и полностью в руках государства, на территории которого они расположены, либо вариант США. На США я постарался остановиться достаточно подробно: нефть как бы в частных руках, но предельно жестко контролируется многочисленными государственными службами.  Россия под руководством ЕБНа решила двигаться по некоему третьему пути…

Курс на приватизацию всего и вся Ельциным и Гайдаром был провозглашен, а  в исполнителях, если кто вдруг забыл, трудился Анатолий Чубайс, возглавивший в ноябре 1991  Госкомимущество. Именно к этому времени Чубайсу удалось победить в аппаратной борьбе первого главу этого ведомства – Михаила Дмитриевича Малея. Идея Малея о приватизации через именные приватизационные счета была благополучно похоронена, в дело вступил его величество ваучер.

29.12.1991 ЕБН подписал указ №341 – «Основные положения программы приватизации государственных и муниципальных предприятий на 1992 год». Задания, планы поступления денег – много-много планов и мечтаний о пополнении бюджета. Однако статья 1-11 этого указа прямо запрещала приватизацию трубопроводов,  и это просто удивительно.

На том, что из списков на приватизацию были вычеркнуты все трубопроводы, стоит, мне кажется, остановиться отдельно. Не знаю, кто, какая группа добилась этого вычеркивания. Может быть, некие государственники, которых команде ЕБНа не удалось устранить?.. Вы можете себе представить, что бы происходило с Россией, начнись приватизация всей нашей системы трубопроводов? Это был бы прямой путь к полнейшей анархии, к жуткому «параду суверенитетов» в исполнении национальных и автономных республик, в исполнении краев и областей.

Россия связана нитками трубопроводов, системами нефтяных и газовых хранилищ, линиями электропередач в единое целое – конечно, «поверх» транспортной системы. Пока «трубы» – в государственной собственности, остается цела и Россия. Это на Западе трубопровод может быть частным – там на нем держится только коммерция, бизнес. У нас на нем – целостность государства.

Труба «едина» – и у западносибирских областей нет соблазна «скинуть нахлебников» из регионов, где нет в земле ни нефти, ни газа. Труба «едина» – и западные, южные области, по территории которых энергетическое сырье уходит на внешние рынки, не выдумывают тарифы за транзит, чтобы «нагнуть» нефтяные регионы. А уж если бы «труба» попала в руки публики, подобной Михаилу Ходорковскому… Нет, даже думать отказываюсь.

Кто или что толкало руку ЕБНа, когда он подписывал документ, запрещающий приватизацию «трубы» – можно гадать. А можно – просто констатировать факт: даже в такую лихую годину Россия прошла по лезвию, отделяющему от неизбежного развала на удельные княжества. Присматривает за ней кто-то, что ли?.. А, может, не всегда мы правы, когда костерим ЕБНа? Да, грабительские денежные реформы. Да, приватизация самыми идиотскими способами. Но железные дороги – государственные. Но «труба» – государственная.

Но Единая Энергетическая Система при нем тоже оставалась государственной. Но уцелели все предприятия Минатома, не были тронуты наши ГЭС. Не смотря на весь ужас тех лет, Россия сохранила в государственной собственности дороги и энергетику. И – осталась единым государством. Больным, тяжело израненным, облепленным откровенными хищниками на всех уровнях,  истекающим кровью чеченских войн, с полуживой армией, но – единым государством.

От вынужденных отсылок к делам политическим хочется отбежать куда подальше, но ведь во всем мире не понятно, где начинается нефть, а где заканчивается политика и наоборот. Так что не обессудьте – придется отвлекаться. Но давайте сначала просто о нефти.

Что такое «вертикально интегрированная нефтяная компания», в форме которой существуют что «Лукойл», что «Роснефть», что существовал ныне покойный «ЮКОС»? Есть простое определение: ВИНК – это нефтяная компания, в которой организационно объединены добыча и переработка нефти и реализация нефтепродуктов. В составе ВИНК – не только скважины и НПЗ, но и территориальные управления по реализации нефтепродуктов, которые занимаются как оптовыми поставками, так и сетями розничных заправок. Но наши ВИНКи – они сугубо наши, это чисто российское явление, отличающееся от ВИНКов тех же США.

Отличие – в трубах. В Штатах и они – собственность частных компаний, а у нас трубы были и остаются делом государственным. Трубы газовые – это «Газпром», трубы нефтяные – это «Транснефть», трубы с нефтепродуктами – это «Транснефтепродукт». И мне бы очень не хотелось, чтобы это когда-то было изменено или реформировано. Россия – это не Штаты, у нас все просто и до предела жестко: есть единая государственная «труба» – есть единое экономическое пространство, станет «труба» частной – будет ворох удельных княжеств. Можно долго рассуждать и спорить, хорошо это или так себе, но я бы предложил просто констатировать такое положение дел, как факт.

ВИНК как идея в 1991 была абсолютно нова для России. Напомню, что во времена СССР дела с нефтью обстояли следующим образом. Все, что было связано с разведкой, добычей и транспортировкой самой нефти, находилось в ведении министерства нефтегазовой промышленности СССР. За  переработку нефти отвечало министерство химической промышленности – все НПЗ и нефтехимические заводы. А нефтебазы и все заправки – это был уже Госснаб. При социализме, с его двухконтурной банковской системой, с госпланом, с единым бюджетом это было вполне нормально. Но в 1991 над страной поднималась заря капитализма, народ бредил приватизацией…

Если бы не придумка Вагита Алекперова, которую он сумел протолкнуть в жизнь – о нефти как источнике благосостояния государства мы бы уже успели забыть. Без ВИНКов приватизация нефтяной отрасли пошла бы кусками, по отраслевым министерствам, добыча оказалась бы организационно оторвана от переработки, та, в свою очередь, была бы оторвана от реализации. Вместо мощных компаний была бы россыпь чего-то мелкого, неспособного толком стоять на ногах. Россия пошла бы по пути западных стран – от конкуренции мелких фирм к цепи слияний и поглощений, к появлению мощных лидерских компаний. Вот только Западу на такую дорогу понадобилось сотня лет, которых в запасе у России точно не было – нашу «нефтянку» просто растоптали бы в пыль.

Когда говорят о становлении новой России, норовят перебирать имена политиков, названий партий и прочее. Но, если вы заглянули в раздел «О проекте», то знаете, что наш коллектив убежден, что в основе любой политики лежит энергетика. Мысленный эксперимент провести просто: оставьте на месте все привычные имена политиков, только «выдерните» из общей картины наши ВИНКи с их отчислениями в бюджет, с их перебойным обеспечением внутреннего рынка топливом для ТЭЦ, ТЭС и АЗС. Представляется эдакий вот вариант России – без энергетического фундамента? Если к подобной мысленной (слава богу, что только мысленной) картинке добавить приватизированные куски нашего атомного проекта, то картинка и вовсе становится похожей на вариант апокалипсиса.

Так что, если следовать логике – все политики стоят ногами на энергетическом фундаменте, без которого – хаос. Ведя разговор о нефти, газе и атоме, мы и стараемся разглядеть именно энергетический фундамент и отчетливо увидеть его «архитекторов», создавших облик новой России. Но без экскурсов в политику никак не обойтись, ведь эти «архитекторы» – живые люди, сумевшие реализовать свои планы где-то благодаря, а где-то вопреки действиям и планам политиков.

Хотим мы того или не хотим, но когда мы говорим «Алекперов», мы подразумеваем «нефть», когда мы говорим «нефть», мы подразумеваем «Алекперов». И это логично: кто бы что ни говорил об этом человеке, как бы к нему кто ни относился, но нефть в новой России теперь уже навсегда связана именно с ним. Алекперов – один из тех самых архитекторов энергетического фундамента, стараниями которого Россия стала такой, какой мы ее видим сейчас. Он противоречив и многогранен, как и сама Россия: советский организатор и удачливый бизнесмен, предприниматель международного масштаба, неустанно заботящийся о прибыли и развитии своей частной компании и одновременно – тот, без действий которого не было бы у России ее Резервного фонда.

Вагит Юсуфович Алекперов

Алекперова можно не любить, но нельзя не уважать. Он определил «лицо» нефтяной отрасли новой России (а, значит, и самой России), и этому человеку нельзя не отдать должного. На дворе 2016 год, а валютное пополнение бюджета РФ по прежнему во многом – заслуга нефтяных компаний, ВИНКов.

Вагит родился там, где начиналась русская нефть – в Баку. Младший ребенок в семье с пятью детьми, в три года он остался без отца – ветерана войны доконали раны и контузии страшной поры.  Семья выдержала это испытание: в 1969 году, в 19 лет, Вагит поступил в Азербайджанский институт нефти, на специальность «горный инженер по технологии и комплексной механизации нефтяных и газовых месторождений».

В 1972 он впервые появился на нефтедобывающей скважине. Его первый мастер, Рахман Курбанов, был уверен, что этот высокий, стройный мальчишка «не потянет», но уже через пару месяцев с удовольствием исполнил традиционный обряд нефтяников: умыл студента нефтью из скважины, которую сам Алекперов и пробурил. Отзыв Курбанова был лаконичен: «Бурит, как бог!»

Этот талант нельзя было не заметить. Всего за пять лет после получения диплома о высшем образовании Алекперов прошел путь, которого многим хватает на всю трудовую жизнь: начав оператором бурения, вскоре он стал инженером-технологом, затем – мастером, начальником смены, старшим инженером. В 28 лет Алекперов – заместитель начальника нефтепромысла. Невероятная по темпу карьера, кстати, привела к появлению сплетни о том, что родным отцом Вагита был вовсе не Юсуф, а … Гейдар Алиев. Впрочем, сплетен, слухов и мифов вокруг Вагита столько, что хватит на десяток романов.

Кто знает, как бы сложилась биография Алекперова и судьба России, останься он трудиться в родном Баку. Но в 1979 партия отправила его на освоение Западной Сибири. Пять лет Алекперов работал в Башнефти, в Сургутнефтегазе, пока в 1984 не прозвучало судьбоносное – Когалым…

Звонкое слово – Когалым, а, если залезть в Гугл и посмотреть современные фотографии города, то становится ясно, что это еще и красивое слово. Дворцы и театры из итальянского мрамора, едва ли не лучшие в стране дороги и больницы, цены на недвижимость, мало отличимые от московских. А в 1984 Когалым – горстка вагонов-теплушек да армейские палатки посреди тундры и болот. Алекперов оказался «неправильным» начальником – зимовал вместе с работягами. Все было – и кипяток по утрам, чтобы отморозить волосы от стенки вагончика, и обморожения, авралы, пожары, аварии оборудования…

Как руководитель, Алекперов вырос именно там – в поселках бурильщиков. В тех самых, где он запретил продажу не то что алкоголя, но даже одеколона. Когалым – единственный поселок нефтяников, в котором не было временных бараков: не смотря на окрики партийных начальников, Алекперов сразу стал строить капитальные здания.

За то, что уже в 1985 в Когалыме появились три настоящих магазина (продовольствие, промтовары и хозтовары), финансирование на которые Алекперов умыкнул из бюджета Центральной базы обслуживания промыслов, ему влепили выговор по партийной линии, но магазины и капитальное жилье – остались и продолжали расти. Именно в те годы Вагит получил свою кличку – Алик Первый. В ней столько уважения, что, по слухам, Вагит Юсуфович и не думает на нее обижаться.

Старожилы Когалыма отзываются о нем с невероятной теплотой – есть за что. Алекперов сумел добиться того, что нефтяники при нем стали получать зарплату живыми деньгами, а не бартером – тогда, в конце 80-х, это дорогого стоило. А для тех, кто стоял у буровых, кто тащил трубы в мороз, от которого разлетались, как стекло, гаечные ключи, на слуху другая история.  От мороза лопнула труба нефтепровода, сварщики боялись начать работу – до той поры, пока Алекперов не уселся верхом на трубу и не просидел на ней все два часа, пока не лег последний шов…

С его подходом к дисциплине успехи не могли не прийти. А бакинский опыт помог Алекперову сделать то, чем не «баловались» сибирские нефтяники той поры: его скважины стали увеличивать добычу. Пошло перевыполнение плана, переходящие красные знамена, победы в соцсоревнованиях, премии. Когалым рос – рос и его хозяин. Да, именно хозяин – власть Алекперова была посерьезнее, чем партийного и прочего начальства.

В те же годы сложились доверительные отношения с ближайшими коллегами-соседями – Шафраником, Путиловым. Что такое сибирская дружба, можно увидеть на примере самого Алекперова: в 1989 году новым министром нефтегазовой промышленности СССР стал Леонид Филимонов, до того работавший начальником компании «Нижневартовскнефтегаз». А в 1990 в Москву переехал и его новый заместитель – Вагит Юсуфович Алекперов. Ему не было еще и 40 лет – невероятная карьера для позднесоветстких времен!

Да, только что упомянутые «соседи» тут не просто так, все сделано с умыслом. Не помните? Юрий Шафраник во времена СССР – руководитель «Лангепаснефтегаз». Александр Путилов до 1993 командовал «Урайнефтегазом». Вспомнили или все еще нет?

Шафраник, Путилов, Алекперов

«Лангепаснефтегаз», «Урайнефтегаз», «Когалымнефтегаз» = «Лукойл»

Но о Шафранике и Путилове – позже, давайте вернемся к Алекперову.

Кто из них двоих – Алекперов или Филимонов – «родил» идею ВИНК? Пусть выясняют сами – идея родилась, выросла, окрепла, стала основой нефтяного хозяйства современной России. К началу 91-го разваливать советскую экономику уже и не требовалось – она откровенно трещала по швам. Обвал цен на мировом рынке нефти диктовал необходимость увеличения добычи, но наступившее безденежье не позволяло финансировать это увеличение. И, даже если удавалось добиться роста добычи, на состоянии самой отрасли, благополучии нефтяников это не сказывалось никак – вся валюта мгновенно уходила на латание бесконечного количества дыр госбюджета.

Идея, предложенная Алекперовым, для советской нефтянки была абсолютно нова. Окончательно замысел вертикального интегрирования нефтяных компаний был сформирован на совещании в кабинете Алекперова, который на тот момент исполнял обязанности министра, осенью 1991 года. Имена участников совещания – еще одно свидетельство крепости «сибирского братства нефтяников»: Алекперов, директор «Урайнефтегаза» Путилов (которому предстояло стать начальником «Роснефти»), будущий вице-президент Лукойла Равиль Ваганов, будущий вице-президент Лукойла Виталий Шмидт. Тюменцы!.. Вместе тонувшие в болотах, гревшиеся у огня в вагончиках, горевшие в нефтяных пожарах.

Однако, справедливости ради нельзя не вспомнить и такого человека, как Леонид Иванович Филимонов, союзный министр топлива и энергетики до конца 1990 года, который и привел на пост своего первого зама Вагита Алекперова. Леонид Филимонов, прежде, чем стать министром, был не только создателем вахтового метода работы нефтяников и газовиков – еще в 1980-84, когда он руководил Томскнефтью, поселок нефтяников Стрежевой был «большим Когалымом».

Чуть ли не воруя бюджетные деньги, будущий министр строил дороги, дома, больницы, его усилиями были созданы новые колхозы, обеспечивавшие работников нефтянки питанием. Так что – как знать, как знать, кто был главным «родителем» идеи ВИНК Достоверно известно, что именно Филимонов в 1990 выступал с докладом на Совете безопасности страны с предложениями о реорганизации нефтяной отрасли. Филимонов говорил о необходимости объединения всего, что связано с нефтью в замкнутые технологические цепочки вплоть до хранения и реализации.

Реакция на доклад со стороны Совбеза была ровно такой же, как у Горбачева на попытки говорить о том же, предпринятые Алекперовым – нулевой. В 1991 Леонид Филимонов вернулся в родной Томск, командовал «Томскнефтью», а потом и «Восточной нефтяной компанией», а вот Алекперов остался, чтобы, в числе прочего, пробивать идею ВИНК теперь уже через команду ЕБН. И у него – получилось.

Впрочем, говоря «у него», я сильно упрощаю. Алекперов был главным «двигателем», но без команды единомышленников, проехавшейся катком по завлабам Гайдара со товарищи, в одиночку, он бы не справился. Так что и без этих имен – никак. Юрий Шафраник, до того, как стать главой Тюменской области, руководил «Лангепаснефтегазом», с января 1993 по 1996 трудился министром топлива и энергетики России.

Александр Путилов, который до 1993 командовал «Урайнефтегазом», а после этого стал первым президентом сначала государственной компании «Роснефтегаз», сохранил этот пост при всех реорганизациях. В том же 1993 ГК «Роснефтегаз» стала госпредприятием «Роснефть»,  в 1995 – ОАО «Роснефть», а Путилов командовал и командовал – аж до 1998 года. Не было бы в 1991 хоть одного из них в едином строю – Алекперов не справился бы с завлабами, инефтяной сектор России наверняка был бы совершенно иным.

Но у любой медали – две стороны. На идею ВИНКов как единственную дельную перспективу нефтяной отрасли, наложилась обуревавшая команду ЕБНа и Гайдара идея тотальной приватизации всего и вся (за исключением, в который раз повторяю и радуюсь, «трубы»). В результате командовать «нефтянкой» стали те, кто в ней понимал куда больше, чем все завлабы Гайдара, вместе взятые.

В 90-е годы этих людей называли «красными баронами» – это те, кто принял идею о ВИНКах, но использовал ее не для всей государственной нефтяной отрасли, а для того, чтобы создавать собственные «нефтяные империи». Так что, с одной стороны, стараниями Алекперова, нефтяная отрасль была сохранена, с другой – в 90-е она перестала быть государственной. Тот самый «третий путь» нефтяной России…

Когда нам рассказывают, что все проблемы российской «нефтянки» – результат разрушительной работы участников залоговых аукционов 1996 года, мы слышим только часть правды. Никакие банкиры не смогли бы провернуть операции такого масштаба, если  не была бы проделана огромная подготовительная  работа. И даже когда мы вспоминаем, как много трудилась команда Чубайса – это тоже только часть правды. Работа по выдиранию частей единого топливного комплекса и формирование отдельных, обособленных, негосударственных компаний была проделана именно «красными баронами».

Чубайс мог придумывать какие угодно хитрые схемы с ваучерами, но ни он, ни его подручные понятия не имели о деталях взаимоотношений внутри отрасли. Банкиры могли успеть украсть какие угодно деньги, но они не могли бы выкупить нефтяные компании, в которых не было финансовых проблем, возникших у некоторых ВИНК. Там, где проблем не было – никакие банкиры и не появились, собственно говоря. Лукойл и Сургутнефтегаз, к примеру, как были в руках красных баронов, так в них и остаются – и прекрасно себя чувствуют.

«Красные бароны» — люди, которые знали все о месторождениях, о буровых, о специалистах на местах, о транспортировке, о переработке, о поставках конечным пользователям. «Красные бароны» — люди, которые решили «капитализировать» свои знания и связи. «Красные бароны» — люди, которые вырвали свои «куски» и, зачастую, люди, которые не справились с управлением, что и обеспечило приход в нефтяную отрасль всевозможных банкиров середины 90-х. Ходорковские-березовские-абрамовичи на фоне «красных баронов – уже вторичны. Вот потому и предлагаю присмотреться к биографиям этих людей, к тому, каким было их влияние на общее положение дел в нефтяной отрасли в частности и в России вообще.

Опять немножко «политики» – просто хочется посмотреть, как «красные бароны» вертели младореформаторами гайдаро-чубайсовской когорты, выстраивая свои вотчины. Интересно это еще и потому, что «нефтянка» так и не ушла в руки «западных партнеров», хотя, согласитесь, вся обстановка 90-х располагала именно к этому.

Очередное сочетание несочетаемого, как в истории России и СССР бывало не раз. Жажда личной наживы в комплекте с искренней любовью к отрасли, которой отданы десятки лет жизни и труда – как причина отсутствия в нефтяной отрасли доминирования транснациональных корпораций. «Выпилить» из государственной собственности куски «под себя», умудриться эти куски организационно перестроить, но даже в годы кризисов и нехватки финансирования не отдать их иностранным инвесторам – это кусочек истории новой России, который вот лично мне кажется достаточно не тривиальным.

То, что грядут совсем иные времена, в 1990 лучше всего понимали не в самом СССР, а за его пределами. Не будем перечислять причины, отметим только, что были совершенно конкретные люди, решившие заранее обеспечить свои конкретные интересы. В том самом 1990 «British Petroleum» приглашает группу советских нефтяников в Великобританию, для ознакомления с работой ВР – таким был способ приобрести нужные связи. Филимонов поручает собрать группу Алекперову, и тот назначает руководителем группы самого себя.

По воспоминаниям руководителя проекта с английской стороны Рондо Фелберга (Rondo Fehlberg), Алекперов едва ли не с блокнотом в руках «допрашивал» сотрудников ВР не столько о работе с нефтью, сколько об организации работы концерна.  The New York Times вообще отстаивает версию о том, что сама идея ВИНК Алекперовым была «украдена» именно во время этой поездки, но мне вот эта версия верной не кажется. Одно дело – методы работы англичан, и совсем другое – то, каким образом нужно было эти методы изменить, чтобы они были применимы в СССР. Думаю, что отнюдь не только деньги в кармане помогли Алекперову в 1999 защитить докторскую диссертацию именно по этой теме.

Вагит Алекперов ушел с поста в министерстве в самом конце 1992-го, и эта дата не случайна: раньше было нельзя, позже – тоже. Этот год, судя по всему, ушел именно на подковерные интриги, результатом которых стал широко известный в узких кругах указ президента РФ № 1403 от 17.11.1992. Название у этого указа – невероятной длины: «Об особенностях приватизации и преобразования в акционерные общества государственных предприятий, производственных и научно-производственных объединений нефтяной, нефтеперерабатывающей промышленности и нефтепродуктообеспечения». Текст указа умышленно сложен – внутренние перекрестные ссылки, ссылки на предыдущие указы, на постановления правительства, перечисление структурных подразделений правительства и так далее.

Если же не растекаться мыслью по древу, суть указа 1403 была проста: идея ВИНК победила окончательно и бесповоротно, механизм десоветизации в нефтяной отрасли был создан и приведен в действие. Но при этом границы новых «владений» пролегли там, где их проложили именно «красные бароны» – никто другой в окружении ЕБНа в этом просто не разбирался.

Из общего комплекса нефтяного хозяйства страны было выделено три больших «куска», организационно оформляемых как ОАО:

  • Роснефть;
  • Лукойл, ЮКОС, Сургутнефтегаз;
  • Транснефть и Транснефтепродукт.

При этом 45% акций Лукойла, Юкоса и Сургутнефтегаза на три года оставались в распоряжении государства. 40% акций этих компаний должны были быть проданы на инвестиционных торгах, причем половина – до конца 1993 года за приватизационные сертификаты по номиналу, вторая половина – до конца 1994 года. Оставшиеся 15% должны были быть проданы за ваучеры, но уже не по номиналу, а на аукционах. Были введены и ограничения на приобретение акций иностранцами – не более 15%, четко оговорена доля акций, которые предстояло продать на ваучерных аукционах населению районов добычи – 5%. Порядок и условия проведения всех торгов предстояло разработать Государственному комитету Российской Федерации по управлению государственным имуществом и Министерству топлива и энергетики Российской Федерации.

Господин президент «умывал руки», перекидывая дальнейшую судьбу трех ОАО в руки правительства. Правительство должно было определить не только правила проведения предстоящей приватизации, но и назначить руководство всех трех компаний. Мало того: в указе имеется и такой вот пункт. Цитирую – «Условия деятельности компаний, создаваемых в соответствии с пунктом 4 настоящего Указа, связанные с обеспечением государственных интересов Российской Федерации, определяются производственными контрактами, заключаемыми ими с органами, уполномоченными Правительством Российской Федерации» (пункт 4 перечисляет эти компании – «Лукойл», «ЮКОС» и «Сургутнефтегаз»).

Почему, спрашивается, я заостряю внимание именно на «Лукойле», хотя в указе 1403 он не один, а в компании с ЮКОСом и «СНГ»? Да все дело в том, что это была не первая инициатива Алекперова, а вторая. Еще 25 ноября 1991 Геннадий Бурбулис подписал постановление правительства РФ №18. Название постановления говорит само за себя: «Об образовании нефтяного концерна «ЛАНГЕПАСУРАЙКОГАЛЫМНЕФТЬ» («ЛУКОИЛ»).

Первый, что называется, пошел – из всего комплекса предприятий, институтов, системы снабжения был выделен, вырван весьма основательный кусок. Вагит Алекперов, последний в истории СССР министр топлива и энергетики, и Геннадий Бурбулис – люди удивительно скромные, потому  в тексте постановления, приложений к которому просто не было, забыли перечислить все предприятия, вошедшие в состав «Лукойла».

Кроме «Лангепаснефтегаза», «Урайнефтегаза» и «Когалымнефтегаза» в состав зарождавшейся империи вошли («на добровольных началах», как с юморком писал Бурбулис в постановлении) «Пермнефтеоргсинтез» и три НПЗ – Волгоградский, Новоуфимский и Мажейкяйский. Однако 1991 год – время смутное: вскоре Литва «отжала» свой завод.

Распад СССР, ЕБНовское «Берите полномочий, сколько сможете» сказались и на нефтяной отрасли. Потому Алекперову и пришлось поработать в министерских коридорах еще год – уже потому, что двух НПЗ при наверняка планировавшемся им заранее уровне добычи нефти, было откровенно маловато. Видимо, помощь с решением этой проблемы и стала причиной того, что в указе 1403 появились еще две будущие «империи» – СНГ и ЮКОС.

Алекперова предоставленные ЕБНом широчайшие полномочия правительства вообще и министерства топлива и энергетики в частности устраивали полностью: в ноябре 1992, когда был опубликован указ № 1403, фигура нового министра наверняка была уже согласована. Им предстояло стать Юрию Шафранику, коллеге Алекперова по тюменской нефти – бывшему начальнику «Лангепаснефтегаза».

Вот список предприятий, которые по указу № 1403 тоже становились ОАО, но передавали блокирующий пакет акций (38%) в собственность Лукойла.

1.  Производственное объединение «Когалымнефтегаз», в том числе:

  • Повховское управление буровых работ;
  • Мирненское управление буровых работ;
  • Бирское управление буровых работ;
  • трест «Когалымнефтеспецстрой»

2. Специализированное монтажно-наладочное управление «Когалымнефтеавтоматика»

3. Производственное объединение «Лангепаснефтегаз», в том числе трест «Лангепаснефтестрой»

4. Производственное объединение «Урайнефтегаз», в том числе Урайское управление буровых работ № 1.

5. Государственное предприятие «Пермнефтеоргсинтез»

6. Волгоградский НПЗ

7. Новоуфимский НПЗ

8. Адыгейское предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Адыгейнефтепродукт»

9. Вологодское предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Вологданефтепродукт»

10. Волгоградское предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Волгограднефтепродукт»

11. Челябинское предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Челябинскнефтепродукт»

12. Кировское предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Кировнефтепродукт»

13. Пермское предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Пермьнефтепродукт»

14. ТОО «Россияне» г. Ставрополь (такая же сеть заправок, только с «модным» названием)

15. ОРС объединения «Урайнефтегаз»

16. Государственное промышленно-торговое предприятие рабочего снабжения «Когалымторгнефтегаз»

17. Производственное управление по торговле и общественному питанию ПО «Лангепаснефтегаз»

18. Торгово-производственное предприятие рабочего снабжения «Покачевторгнефть».

Мажейкяй, как видим, «компенсировали» НПЗ в Волгограде, добавили снабжение и организацию торговли и питания в районах нефтедобычи и сети заправок в семи регионах России. Итого: Алекперов четко реализовал то, что сам и задумал: добыча, переработка и реализация, причем по всей России. В «собственность» Лукойла уходили новоявленные крепостные ХХ века – штат работников на всех предприятиях составлял более 50 000 человек. В руки компании намечено было – при помощи ваучеров! – передать буровые установки, дававшие в год 65 млн тонн нефти (или 475 млн баррелей, если «бочки» привычнее). Разве не стоил такой результат годичного пребывания в министерских коридорах?…

Конечно, победа была не абсолютной – появились конкуренты в лице «ЮКОСа» и «Сургутнефтегаза», «прошли мимо» все трубопроводы, в собственности «Роснефти» осталось не менее 60% нефтяного комплекса страны. Но Алекперов и не стремился к монополии – он всегда считал, что крупных ВИНКов в России должно быть около десятка. Зато уж то, что он предназначил для своей компании, он взял в свои руки весьма плотно и основательно.

«Чисто для истории» предлагаю еще и списки предприятий, вошедших в состав двух других ВИНК – так будет интереснее наблюдать, во что со временем превратились эти «вотчины красных баронов», как сложилась судьба самих новоявленных олигархов. Да, именно «новоявленных»: их не было, но они появились в режиме «вдруг и сразу»…

Все тот же указ № 1403 определял то, что на момент рождения было скромной компанией ЮКОС. Вот список предприятий, которые уходили в состав компании на тех же условиях, что и предприятия «Лукойла» (блокирующий пакет акций в 38%  в них становился собственностью ЮКОСа).

1. Производственное объединение «Юганскнефтегаз», в том числе:

  • Нефтеюганское управление буровых работ № 1;
  • Нефтеюганское управление буровых работ № 2;
  • Мамонтовское управление буровых работ;
  • Салымское управление буровых работ;
  • Нефтеюганское управление разведочного бурения;
  • Нефтеюганское управление технологического транспорта № 1;
  • Мамонтовское управление технологического транспорта № 1;
  • Пойковское управление технологического транспорта № 1;
  • трест «Юганскнефтеспецстрой»;
  • трест «Юганскремстрой»;
  • трест «Юганскнефтедорстройремонт»;
  • центральная база производственного обслуживания бурового оборудования.

2. Производственное объединение «Куйбышевнефтеоргсинтез», в том числе:

  • Куйбышевский НПЗ;
  • Сызранский НПЗ;
  • Самарский институт «Самаранефтехимпроект»;
  • трест «Куйбышевнефтехимремстрой»;

3. Предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Брянскнефтепродукт».

4. Предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Воронежнефтепродукт»

5. Предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Самаранефтепродукт»

6. Предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Тамбовнефтепродукт;

7. Предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Липецкнефтепродукт»

8. Предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Пензанефтепродукт»

9. Предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Ульяновскнефтепродукт»

10. Нефтеюганский коммерческий центр ПО «Юганскнефтегаз»

11. Новокуйбышевский НПЗ.

Нефтедобыча вокруг Нефтеюганска, 3 НПЗ, сеть заправок в 7 регионах. По количеству НПЗ, объему нефтедобычи, по сбытовым сетям – просто таки «брат-близнец» Лукойла, как видим.

Третий «новорожденный» – Сургутнефтегаз, СНГ.

1. Производственное объединение «Сургутнефтегаз»

2. Киришское ПО «Киришинефтеоргсинтез»

3. Предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Карелнефтепродукт»

4. Предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Новгороднефтепродукт»

5. Предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Псковнефтепродукт»

6. Предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Тверьнефтепродукт»

7. Предприятие по обеспечению нефтепродуктами «Калининграднефтепродукт»

8. Государственное предприятие нефтебаза «Ручьи»

9. Петербургский производственный комбинат автообслуживания

10. Государственное предприятие – нефтебаза «Красный нефтяник»

11. Государственное предприятие «Петербургнефтеснаб»

12. Киришское предприятие по обеспечению нефтепродуктами.

Самая скромная из трех ВИНКов, как видите. Сургут, Кириши, северо-западный регион и Калининград. Не так много, но со вкусом: Кириши имеют прямое ж/д сообщение с Новоталлинским морским портом, что обеспечивает максимальный комфорт для экспорта нефтепродуктов. Это я с учетом того, что проектов строительства новых российских портов вокруг Питера тогда, в начале 90-х,  и в помине не было. Зато маленькая, но весьма приметная деталь: интересы владельца СНГ основательно пересеклись с вотчиной тогда практически всемогущего питерского градоначальника Анатолия Собчака. Ну, и, соответственно, столкнула Владимира Богданова нос к носу с самыми разными питерскими чиновниками – тогда, когда последние были всего лишь питерскими чиновниками. Нет, никакой конспирологии в дальнейшем не будет, я просто констатирую факт, не более того.

После этого указа 1403 судьба трех частных ВИНК сложилась очень по-разному: государство «умыло руки», и теперь все зависело от личных качеств тех, кто встал у руля. Вот и предлагаю присмотреться к «биографии и творчеству» двух скромных персон: Владимира Леонидовича Богданова и Сергея Викторовича Муравленко. Первый из них как командовал СНГ, так и командует, а вот второй уже много лет трудится депутатом Государственной Думы во фракции КП РФ. Оба – очень не тривиальные люди, а уж партия, которая привлекла в свои ряды обычного нефтяного миллиардера – не тривиально вдвойне.

Предыдущая часть: http://voprosik.net/chto-takoe-neftyanka/

http://politarktika.ru/news/ehnergeticheskaja_vojna_chast_6_tretij_put/2016-08-02-630

http://politarktika.ru/news/ehnergeticheskaja_vojna_chast_7_neft_v_novoj_rossii/2016-08-05-645

http://vk.cc/5wv1W4