Наука при Сталине носила утилитарный характер: она должна была призвана обслуживать ВПК. В 1960-е главное задачей науки стал научно-технический прогресс и «нравственность», а Академия наук стала важной частью властной элиты. С 1990-х и в наши дни власть снова отвела науке «сталинскую роль» — утилитарной низкоранговой служанки, в учёных заменила «экспертами».

О генезисе советской науки рассказывает в своей книге «Грамматика порядка» социолог Александр Бикбов.

Ранне-советская наука в своей роли в жизни страны и общества наследовала царской, но 1920- привнесли в неё и новации, в первую очередь – социалистический утопизм. 1930-е отмечены напряжённой борьбой между двумя направлениями – автономией науки и «наукой на службе практики». Стратегическая победа остаётся за вторым принципом.

Термин «научно-технический прогресс» (НТП) появляется в конце 1950-х и окончательно закрепляется в программе партии в 1961 году. Тогда же установкой власти стало то, что общество больше не делится, как при Сталине, на реакционные и прогрессивные классы, а движение по пути прогресса отвечает интересам всего общества. Был отброшен не только сталинизм, но и утопизм 1920-х, которые уступают место прагматическим надеждам людей настоящего. Тогда же начинается массовое создание академических городков, испытательных полигонов и опытных станций, ботанических садов и обсерваторий, а также быстрый рост периферийных институтов.

1965 год – ещё одна важная веха. Главой Гостехники, прототипа Министерства науки и технологий, становится «чистый учёный», а не работник ВПК, академик, вице-президент АН СССР Владимир Кириллин. Это назначение также завершают послесталинскую трансформацию самой Академии, которую с 1929 года власть сознательно превращает из академического независимого клуба в госпредприятие.

Показательна тут численность АН. В 1917 году при 58 почётных академиках и 87 членах-корреспондентах число сотрудников без почётного звания  в Академии составляет 109 человек, в 1937 году – их уже 3 тыс., а в 1967 году – 30 тыс. сотрудников при куда менее радикальном числа почётных членов (около 200 академиков).

В 1960-е происходит разделение науки на фундаментальную и прикладную – первым руководит АН, вторым Гостехника (ГКНТ – с 1966 года), но это не ведёт к их разрыву, наоборот, они сливаются в том самом «научно-техническом прогрессе». Впервые с 1920-х в это время учёные начинают привлекаться (причём с конца 1960-х – в обязательном порядке) к разработке реформ управления экономикой. Вновь, как в 1900-1920-е, восстанавливаются и привилегии «чистой науки».

Кроме того, наука теперь подчинена принципу общественной пользы, благодаря чему советский режим приобретает новое качество, сближающее его с европейским «государством благоденствия». Отныне успех обоих общества (советского и западного) обеспечивается не просто ростом экономических показателей, ног и всеобщим научным просвещением, так необходимым для осведомлённого согласия управляемых.

Советской науке возвращают и этическое наполнение. Так, в статье «Наука и нравственность» в 1967 году академик Александр Александров говорит: «Критерии точных и естественных наук являются одновременно нормами нравственности». Провозглашается паритет отношений науки с моралью. Всё это сопровождается и возрождением в науке таких понятий, как «личность», «гуманизм» и «право».

Одновременно советская наука выходит из сталинской мировой изоляции, она сменяется референтной фигурой передовой (западной науки) и официальной переоценкой значения международных научных контактов.

(Бикбов как пример приводит биографию главы советской социологии – Владимира Ядова, который в 1960-е обучался в Англии – в Манчестерском университете и Лондонской школе экономики).

Интересно, что во многом советская наука 1960-х заимствовала свою реформу у позднеголлистской Франции (1958-1968 годов). Официальный термин «научно-технический прогресс» появляется во Франции чуть раньше, чем в СССР – в середине 1950-х. И уже в конце 1950-х Франция и СССР обмениваются административно-экспертными делегациями, цель которых – взаимное ознакомление с практиками научного прогнозирования.

Термин «научно-технический прогресс» мгновенно пропадает в СССР в 1989 году (последние публикации, содержащиеся в базе ИНИОН, датированы именно этим годом). Тогда же постепенно Академия наук утрачивает своё привилегированное положение в государственных иерархиях, и её место занимают диффузные группы экспертов.

С 1990-х Академия наук полностью исключается из управления государством, а высшие руководители научного ведомства вновь, как при Сталине, рекрутируются не из числа академических учёных. 2000-е (т.е. при Путине) отмечены отрицанием ценности автономной науки и её возврат к определению науки через её «пользу» и производственной функции (как в 1930-50-е), но на сей раз в её коммерческом изводе.

http://vk.cc/5kUcKz