В далеком 2002 г. в период первого президентского срока В. Путина мне довелось в составе группы представителей Народно-патриотического союза России и ученых РАН (Г. Зюганов, С. Глазьев, Ю. Маслюков, Д. Львов и Н. Петраков) докладывать президенту позицию НПСР и РАН по вопросам социально-экономического развития страны. Одним из обсуждавшихся в ходе долгого и обстоятельного разговора вопросов было намеченное на конец 2003 г. вступление России в ВТО. Против этого шага выступали многочисленные эксперты, ученые, представители бизнеса, промышленных предприятий, аграрии. На вступлении в ВТО настаивали тогдашние премьер-министр М. Касьянов, советник президента А. Илларионов и министр экономического развития и торговли Г. Греф. Мы попытались убедить президента в том, что присоединение к ВТО на предлагавшихся кабальных условиях окажется губительным для реального сектора экономики и окончательно закрепит за страной сырьевой статус. Президенту показали расчеты, согласно которым приравнивание внутренних цен на энергоносители к внешним, на котором настаивали переговорщики от ВТО, должно было неизбежно закончиться массовым закрытием предприятий и увольнением 15–20 млн. человек, что было бы равнозначно социальной катастрофе и представляло угрозу для самого существования страны. Тогда президент прислушался к аргументам оппозиции, и скоропалительное вступление в ВТО было отложено.

Спустя 10 лет, несмотря на многочисленные протесты, Россия в ВТО все-таки вступила. Напомню, что в Государственной Думе вступление в ВТО было поддержано депутатами лишь одной партии – «Единой России». Результаты трех лет нашего членства в этой находящейся в глубоком кризисе организации показали, что оно противоречит национальным интересам. Членство в ВТО не помешало Западу ввести экономические санкции и запретить трансфер технологий и лишь добавило бесконечных разбирательств. Менять невозобновляемые природные ресурсы на американские доллары мы могли и без этого обременительного «сотрудничества». А теперь, в свете принятых на себя при вступлении в ВТО обязательств, Россия будет вынуждена последовательно сокращать поддержку различных секторов экономики, в том числе сельского хозяйства, что ставит под вопрос возможность реализации курса на импортозамещение.

Я вспоминаю о встрече с президентом в начале нулевых, поскольку в условиях сегодняшнего кризиса цена ошибки при принятии решений вновь, как и тогда, запредельно высока. Фактически сейчас решается вопрос о том, сохранится ли Россия как единое сильное суверенное государство, способное обеспечить своим гражданам достойные условия жизни на основании своих представлений о справедливости, или подчинится навязываемому нам новому мировому порядку, при котором мы должны безропотно обслуживать интересы глобального бизнеса, все более деградируя.

В феврале 2007 г. президент В. Путин выступил на Мюнхенской конференции по вопросам политики безопасности с речью, фактически положившей начало восстановлению суверенитета страны, полностью утраченного в лихие девяностые. Он заявил, что США не удалось выстроить мир под одного суверена, что эпоха однополярного мира закончилась и что Россия, всегда пользовавшаяся привилегией проводить независимую внешнюю политику, не собирается изменять этой традиции и впредь. И Россия действительно начала проводить значительно более независимую внешнюю политику, апофеозом которой стало консолидировавшее общество возвращение Крыма. Постепенно начал восстанавливаться и военный суверенитет, что доказала в 2008 г. операция по принуждению к миру в Южной Осетии, а сегодня подтверждают профессионально точные действия российской авиации в Сирии.

Но очевидно, что отстаивания своих геополитических интересов и возврата статуса великой державы, одной сильной армии недостаточно, - если, конечно, мы не хотим стать закрытой военизированной экономикой, враждующей со всем миром. Да и сама армия не может быть по-настоящему сильной при стагнирующей экономике и отсутствии экономического суверенитета.

Сегодня только слепой не видит, что последовательная позиция президента в отстаивании геополитических интересов России и возвращении ей статуса великой державы находится в непримиримом противоречии с антинациональной экономической политикой правительства и Центробанка, которые, принимая концепцию однополярного мира и зависимого статуса России, обслуживают интересы глобального бизнеса и никакого развития для «этой страны» не планируют.

Уже четверть века экономическую политику России определяют одни и те же до боли знакомые «реформаторские» лица – ученики и соратники Гайдара, Чубайса, Ясина, Кудрина и прочих убежденных адептов рыночного фундаментализма. За это время все они обеспечили безбедное существование себе, своим детям и внукам, обзавелись дорогой недвижимостью, в совершенстве овладели искусством ухода от налогов, но что, пожалуй, самое страшное – сумели внушить президенту мысль о безальтернативности для России той безжизненной модели, по которой они в ущерб национальным интересам выстраивают экономику страны. Даже поговорка о конях, которых «на переправе не меняют», в ход пошла, что подразумевало, что идем мы правильным курсом.

Все эти годы многие серьезные экономисты, как российские, так и зарубежные (включая нобелевских лауреатов по экономике), предлагали альтернативные модели развития. Много раз обращались к президенту со своими концепциями и ученые РАН, и представители бизнеса, и политические партии. Но президент был глух к аргументам. В 2009 г. на Давосском форуме, где многие говорили о том, что прежние догмы перестали существовать, Путин поразил даже западников своим горячим выступлением, из которого следовало, что Россия будет продолжать отстаивать ценности либерализма. Что же эти ценности и их проповедники принесли стране?

О некоторых итогах либеральной вакханалии

Непотопляемой команде рыночных фундаменталистов мы «обязаны» и грабительской, нелегитимной в глазах всех россиян приватизацией, и обнулением сбережений граждан, и утратой почти половины экономического потенциала страны, и не имеющим аналогов в развитых странах чудовищным социальным неравенством, и вступлением в ВТО на колониальных условиях, и, наконец, нынешним нескончаемым и в большой степени рукотворным кризисом. Именно эта команда лишила страну экономического суверенитета, навязав ей модель «Вашингтонского консенсуса», разработанную в недрах МВФ для выкачивания ресурсов в интересах глобального бизнеса из стран, «которые не жалко». В девяностые они офшоризовали российскую экономику, в которую 80% прямых инвестиций приходят из оффшоров, а потом туда же и выводятся, минуя налогообложение. А сегодня им же поручена деофшоризация…

Вместо того, чтобы восстанавливать разрушенные «реформами» промышленность и научно-технический потенциал и снижать зависимость от нефтяной иглы, они с ловкостью опытного шулера заменили термин «сырьевой придаток» на «энергетическую сверхдержаву» (якобы имеющую возможность влиять на ценообразование на мировом рынке энергоносителей) и направили основной поток инвестиций в сырьевой сектор. И где теперь наша «энергетическая сверхдержавность»? К 2008 г. бюджет России на 65 – 70% состоял (прямо или косвенно) из доходов от экспорта углеводородов, а корреляция темпов роста ВВП, доходов федерального бюджета и размеров резервов с изменениями цены на нефть достигла 90 – 95%. Упали биржевые котировки на нефть, – и Россия, как и следовало ожидать, погрузилась в кризис и крупномасштабное социальное бедствие. Закрепление за страной статуса сырьевого придатка глобального бизнеса – не ошибка, а вполне осознанный выбор российских «реформаторов», упрощающий им контроль за финансовыми потоками и позволяющий почить на лаврах. Это они несут полную ответственность за деиндустриализацию мощной промышленной державы, разрушение научно-технического потенциала, систем образования и здравоохранения.

Отделенный от государства и возглавляемый любимой ученицей Ясина Центробанк своей денежно-кредитной политикой душит реальный сектор, де-факто присоединившись к санкциям Запада против России и выполняя функции филиала ФРС США. В нарушение ч.2 статьи 75 Конституции РФ и статьи 3 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации» Центробанк, не исполняет свои обязанности по обеспечению стабильности курса рубля. Проведя шоковую девальвацию, сопровождавшуюся беспрецедентным ростом стоимости кредитных ресурсов, искусственно ограничивая монетизацию экономики (по показателю насыщения народного хозяйства деньгами мы вдвое отстаем от стран Восточной Европы, втрое – от стран-членов ОЭСР и вчетверо – от Китая и "азиатских тигров"), ЦБ обрекает реальный сектор на безденежье, в условиях которого принципиально невозможны ни преодоление сырьевой зависимости, ни импортозамещение, ни новая индустриализация.

В 2014 г. рентабельность экономики была в 5 раз ниже ключевой процентной ставки ЦБ РФ (т.е. самых "дешевых" денег государства, эмитируемых Центральным банком) и в 7-10 раз ниже ставки по кредитам коммерческих банков. Очевидно, что никто не будет вкладывать свои средства в заведомо убыточные производства – гораздо проще и выгоднее купить валюту и вывести деньги за рубеж, что мы и наблюдаем все последние годы. За период 2008-2014 гг. чистый вывоз капитала компаниями и банками превысил 500 млрд. долларов – это 30% ВВП или два годовых федеральных бюджета РФ!

Выступая в Государственной Думе с отчетом о деятельности правительства за 2014 г., Председатель Правительства Д. Медведев тонко похвалил работу ЦБ: мол, ему кажется, что в последнее время Центральный банк "весьма прилично овладел" тонкостями проведения разумной денежно-кредитной политики. Видимо, именно за «овладение тонкостями» и неукоснительное следование рекомендациям МВФ (которые странным образом отличаются от рекомендаций для развитых экономик), журнал «Euromoney » присвоил в 2015 г. Э. Набиуллиной звание «лучшего главы Центробанка». Именно «лучшего главу Центробанка» владельцы приватизированной Московской биржи, на которую после обвала рубля хлынули спекулянты всех мастей, должны благодарить за «профессионализм и компетентность», обеспечившие им в 2015 г. рост чистой прибыли на 74,1% по сравнению с 2014 г., а все спекулянты – за невиданную, доходившую до 100 процентов, доходность.

Менять проводимую в интересах мирового финансового капитала и ставящую крест на майских указах президента 2012 г. денежно-кредитную политику Эльвира Сахипзадовна явно не собирается! Точнее, она ее даже ужесточает: по итогам 2015 г. объем выданных банкам кредитов РЕПО сократился на триллион рублей. Недовольным обесценением своих сбережений гражданам госпожа Набиуллина советует меньше интересоваться курсом доллара и не мерить свои сбережения в валюте. Сам же Центробанк по итогам 2015 года держат в гособлигациях США на 92 млрд. долларов, что на 6,1 млрд. больше, чем годом ранее. Вопрос о том, в чьих интересах он действует, отпадает сам собой…

Регулярно клянется в верности священным коровам вульгарного неолиберализма и премьер Медведев, заявивший депутатам Госдумы: «Утверждения о том, что мы должны все изменить, все скорректировать, жить по другой модели, – они неправильные. Все наши приоритеты, наши стратегические установки должны остаться прежними, и они останутся такими». На Гайдаровском форуме в январе 2016 года все министры экономического блока дружно исполнили под аплодисменты друг друга ту же песню, а выход из кризиса обнаружили в сокращении расходов, повышении пенсионного возраста и очередной волне приватизации. (И действительно, почему бы не приватизировать еще остающиеся у государства лакомые куски по бросовым в условиях кризиса ценам?)

За четверть века следования этим, с позволения сказать, «стратегическим установкам» Россия даже не вернулась по экономическим показателям к уровню 1990 г., тогда как весь мир ушел далеко вперед. «Старые песни о главном», как показывает ежегодный давосский форум, остаются в репертуаре лишь российских неолиберальных исполнителей, которые сознательно обрекают страну на переход из разряда стран с развивающейся экономикой в категорию вечно недоразвитых, бедных и деиндустриализированных.

Надежным показателем намерений властей развивать страну являются расходы на науку и технологии. Сравнение расходов на НИОКР в странах ОЭСР (3-4% ВВП) и в России (1% ВВП) свидетельствует, что менять безжизненную экономическую модель и слезать с нефтяной иглы экономические власти страны в обозримой перспективе не планируют. Расходы на развитие человеческого потенциала (образование, здравоохранение, культура, спорт и т.д.) у наших конкурентов достигают 17-20% ВВП, а в России – менее 8% ВВП. Если очистить от словесной шелухи суть проводимых реформ образования и здравоохранения, то она свелась к их превращению из государственной обязанности в сферу платных услуг, которое депутат В. Кашин охарактеризовал как конституционный переворот.

Для подавляющего большинства населения в непозволительную роскошь стремительно превращается качественная медицина, до 75% населения не могут позволить себе профилактические мероприятия и необходимое медикаментозное лечение. В результате по уровню смертности Россия вошла в первую десятку стран мира, хуже ситуация лишь в Сомали, Центральноафриканской Республике, Афганистане, Чаде, Лесото, ЮАР, Свазиленде, Гвинея-Бисау и на Украине. Вопреки бодрым заявлениям правительства в России продолжается естественная убыль населения: за 2008 – 2014 гг. она превысила 333,3 тыс. человек, что «компенсируется» притоком низкоквалифицированной рабочей силы из ближнего зарубежья.

При этом высоквалифицированные специалисты из России продолжают уезжать. В настоящее время более 900 тыс. российских ученых и научных специалистов на постоянной основе работают в США, 150 тыс. – в Израиле, 100 тыс. – в Канаде, 80 тыс. – в Германии, 35 тыс. – в Великобритании, около 3 тыс. – в Японии и около 25 тыс. – в Китае [1] . В свое время французский математик Блез Паскаль говорил: «Достаточно уехать 300 интеллектуалам, и Франция превратится в страну идиотов»… О каком инновационном развитии можно говорить, если страна будет продолжать терять наиболее креативно мыслящих молодых специалистов? Осуществляемая в ее нынешнем виде реформа образования призвана облегчить глобальному бизнесу «охоту на мозги», а оставшихся аборигенов вооружить не знаниями, при наличии которых человеком становится трудно манипулировать, а необходимыми глобальному бизнесу «компетенциями».

Большинство россиян определяет общественный строй, созданный в России в ходе «реформ», как «олигархический капитализм» (41%) и “криминальный капитализм” (29%), который не защищает интересы простых людей. 67% респондентов считают, что политика государства не отвечает интересам большинства населения [2]. В докладе Института социологии РАН об итогах 20 лет реформ сказано, что самым распространенным по частоте переживания чувством является чувство несправедливости всего происходящего вокруг, что свидетельствует о нелегитимности в глазах россиян самого миропорядка, сложившегося в России. Люди все больше осознают, что экономическая политика власти, независимо от деклараций, осуществляется в интересах богатого меньшинства и направлена на сохранение существующих диспропорций и воспроизводство бедности. Недавние новации государства с перекладыванием капитального ремонта на плечи собственников и переводом обучения и здравоохранения на коммерческие рельсы, разрушая последние подпорки системы выживания большинства населения, в очередной раз это продемонстрировали.

Углубляющийся кризис стремительно ухудшает уровень жизни россиян. Официальная средняя зарплата составляет сегодня 30 000 рублей, однако доходы трех четвертей населения до этой цифры не дотягивают. При этом реальная заработная плата падает и будет продолжать падать (как пообещал в своем интервью министр труда и социальной защиты РФ Максим Топилин – аж до 2018!). По итогам 2015 г. численность россиян с доходами ниже величины прожиточного минимума составила 19 млн. человек, увеличившись всего за год на 3 млн.(!) человек. При этом официальный уровень прожиточного минимума несовместим с физиологическим выживанием человека и по пищевой ценности уступает пайку немецкого военнопленного во время Великой Отечественной войны. По структуре потребительских расходов Институт социологии РАН относит к бедным, нищим и полунищим слоям населения не менее 65% россиян!

За двадцать пять лет «реформ» россияне уже четырежды (!) – в 1991, 1998, 2008-2009 и 2015 – теряли свои сбережения. Доведенные нынешним витком кризиса до отчаяния люди начали тратить свои накопления и расходуют на продукты питания до 65 процентов доходов. А первый зампред ЦБ РФ С. Швецов объясняет населению, что в кризис нужно начать сберегать… Воистину, сытый голодного не разумеет. Недавно ведомство господина Улюкаева «порадовало» россиян прогнозом до 2019 г., в котором предусматривается замораживание зарплат бюджетников и накопительных пенсий, а также индексация пенсий на уровне целевых показателей инфляции в 4% ( поскольку целевой уровень достигнут не будет, в реальном выражении за 2016 – 2019 гг. пенсии должны снизиться примерно на 10%). Вторит ведомству г-на Улюкаева и Высшая школа экономики, возглавляемая г-ном Кузьминовым (супругом «лучшего» главы Центробанка Набиуллиной), предрекая нам рецессию до 2019 г. с вариантами «спад» или «стагнация».

Все более уродливые формы принимают отношения между бюджетами разных уровней. Доля региональных бюджетов в консолидированном бюджете составляет 40%, что значительно ниже, чем в большинстве других крупных федеративных государств, где она колеблется от 46 до 68%. При этом обязательства субъектов растут: на регионы, в частности, легли основные расходы по исполнению майских указов президента. Поскольку правительство не обеспечило субъекты достаточными для исполнения указов субсидиями, долг регионов стремительно растет (на 28,6% в 2013 г., на 20,2% в 2014 г.). В 2014 г. дефицитными были бюджеты 74 субъектов. Две трети регионов, по мнению экспертов, уже находятся на грани банкротства.

Само же исполнение президентских указов принимает уродливые и циничные формы: увеличиваются зарплаты, но снижаются надбавки, в результате чего доходы работников падают, для изыскания средств на повышение зарплаты осуществляются массовые увольнения бюджетников (230 тыс. человек за 2014 г.). Спустив исполнение майских указов регионам и не обеспечив их при этом средствами, федеральное правительство не только фактически саботирует распоряжения президента, но и извращает их суть. Сложившаяся ситуация опасна к тому же ростом сепаратистских настроений, что уже происходило в годы перестройки.

Слова и дела

Четверть века, из которых 15 лет были «тучными» годами с высокими ценами на нефть, была бездарно упущена для развития и модернизации страны: инвестиции в инфраструктуру в реальном выражении не выросли, значимых иностранных инвестиций в несырьевой сектор не привлечено, новой промышленности не построено, а сохранившаяся – на грани коллапса из-за гарантированного «лучшим главой ЦБ» финансового голода. За бесконечными разглагольствованиями о необходимости диверсификации экономики не последовало никаких реальных дел. Так, в январе 2016 г. в обрабатывающих отраслях объем производства упал на 5,6% при росте производства в сфере добычи полезных ископаемых на 0,4%.

В отсутствие реальных реформ всем грамотным экономистам уже на выходе из кризиса 2008 – 2009 гг. (т.е. задолго до украинских событий и нынешнего геополитического противостояния) была очевидна неизбежность нынешнего витка кризиса, который перешел в открытую фазу еще в январе 2014 г. при цене нефти, превышающей 100 долларов за баррель.

С завидной регулярностью последние десять лет различными ведомствами разрабатываются долгосрочные концепции экономического развития. Однако ни одна из них не содержит ни сбалансированного по отраслям плана, ни сроков реализации, не говоря уже о том, что ответственность за их неисполнение не предусмотрена. Кто сегодня вспоминает концепцию развития до 2020 г., варианты которой шумно обсуждались в СМИ три года назад? Никакого влияния на экономическое развитие страны это мертворожденное произведение не оказало. До сих пор актуальны слова поэта Н. А. Некрасова, назвавшего Россию «страной затронутых вопросов, не перешедших в сферу дел». Сегодня на повестке дня концепция развития до 2030 г. Какой от нее может быть толк, если правительство расписалось в своей неспособности рассчитать расходы и доходы бюджета даже на ближайшие три года, вернувшись к практике ежегодного бюджетного планирования?

Больше месяца ходил по министерствам и ведомствам и наконец-то был обнародован очередной антикризисный план правительства, названный «план действий, направленных на обеспечение устойчивости социально-экономического развития Российской Федерации». Финансирование нового плана из 120 пунктов сокращено по сравнению с прошлогодним в 3,5 раза – до 680 млрд. рублей, что означает, что правительство собирается бороться с кризисом без денег. Ноу-хау состоит в том, что источники финансирования некоторых пунктов плана будут определяться (или не определяться?) по итогам исполнения бюджета в первом полугодии. Среди прочих к условно-утвержденным «антикризисным» расходам 2016 г. отнесена и предусмотренная законом индексация пенсий и других социальных пособий.

По мнению директора Центра исследования экономической политики экономического факультета МГУ О. Буклемишева, обнародованный антикризисный план «представляет собой перечень плохо связанных между собой разношерстных и разнокалиберных мероприятий». Без единого замысла, без системного эффекта, без понимания фундаментальных причин кризиса, а также того, за счет чего правительство намерено их устранять, все предложенные меры, даже будучи осуществленными, не способны дать необходимого результата, – считает эксперт. Впрочем, разработчики на это и не рассчитывают, улучшения ситуации ранее 2019 г. не ожидается. Через год те же люди порадуют нас антикризисным планом-2017, потом планом-2018 и так далее. Сколько еще подобных планов по обеспечению устойчивости способны выдержать на своей шкуре россияне?

Рисуя мрачные прогнозы, экономические власти уже занялись перекладыванием ответственности друг на друга. Набиуллина заявила, что невозможно стабилизировать рубль без диверсификации экономики. (Но позвольте, Эльвира Сахипзадовна, а можно ли диверсифицировать экономику без денег, изъятых из экономики благодаря Вашей мудрой политике?) Д.Медведев же в интервью самой крупной деловой газете Германии «Хандельсблатт» заявил: «Меня часто спрашивают: вы уже сколько лет у власти, и президент Путин, и вы практически столько же работаете, а почему структура экономики не изменилась? Но ее не изменить за 15 лет, ну невозможно изменить. Она создавалась 50 – 60 лет». Ни опыт модернизации экономик других стран, ни история нашей страны Дмитрия Анатольевича не убеждают. Вероятно, он забыл, что СССР запустил первого человека в космос всего через 15 лет после окончания самой разрушительной в истории человечества войны, а реализация долгосрочных программ научно-технического развития была начата еще на завершающем этапе войны? А господа реформаторы,под разговоры об инновациях продолжают громить и науку, и образование.

Находящимся у власти адептам рыночного фундаментализма чужда рефлексия. Ни разу ни от кого из них мы не слышали анализа допущенных ошибок. На последнем Гайдаровском форуме первый вице-премьер И. Шувалов, сославшись на «влиятельных экономистов и экспертов», заявил, что «за весь 2015 год правительство не совершило ни одной крупной ошибки». Очевидно, никакие мнения, кроме мнений соратников по удушению реального сектора, г-на Шувалова не интересуют, и он искренне полагает, что политика правительства была близка к идеальной, а кризис возник в результате неудачного стечения обстоятельств. Сегодня все эти господа, похоже, внушают президенту, что надо переждать трудные времена (пережили же мы кризис 2008-2009 гг.), нефть опять подорожает, и жизнь наладится, а для этого надо подкопить еще резервов (ну хотя бы до 500 млрд. долларов), продолжая экономить и изымать деньги из экономики.

Не наладится!!! Россия объявлена угрозой, объединенный Запад во главе с мировым жандармом ее постоянно демонизирует и не скрывает своей заинтересованности в смене власти. Речь президента Путина в Мюнхене и проводившаяся последние годы самостоятельная внешняя политика – это, по мнению объединенного Запада во главе с мировым жандармом, – «выход за флажки», нарушение строгих правил однополярного мира. И нам постоянно дают понять, что такое поведение будет наказано. И реально наказывают, хотя непонятно, зачем правительство так долго на всех углах кричало, что санкции нам не страшны.

Сами санкции – отнюдь не причина нынешнего кризиса (как часто пытаются представить наши министры): они лишь наложились на наш собственный системный кризис и усугубили его. Причина же кризиса – в выборе негодной и безжизненной модели периферийного капитализма с сырьевой ориентацией и полной зависимостью от импорта и западных финансовых структур. Но вот как раз саму модель капитаны экономической политики менять и не собираются и предлагают нам до 2019 г. еще побарахтаться в кризисе. Эти господа, которых А. Дугин метко назвал «шестой колонной» (поддерживающей Президента на словах, а на деле выступающих за интеграцию России в западный мир на любых, пусть даже полностью вассальных условиях), как блокировали, так и будут продолжать блокировать под аплодисменты западных советников любые попытки смены вектора развития, любые разумные системные меры, направленные на развитие и создание самодостаточной экономики. Четверть века – вполне достаточный срок, чтобы понять, что ничего иного от них ждать нельзя.

Президенту необходимо наконец признать и устранить существующее неразрешимое противоречие между суверенной внешней политикой, которую он проводит, и полностью зависимой экономической политикой. У России есть все необходимые ресурсы для быстрого выхода из кризиса и перехода к экономическому росту. Есть и подготовленная в рамках Российской академии наук стратегия по выводу страны на траекторию опережающего развития. Единственный ресурс, которого уже практически не осталось, это время: переход к новой модели развития необходимо осуществить уже сейчас. Двадцать пять лет следования безжизненной экономической модели уже были потеряны для реальных реформ и развития страны. Потеря еще 4-5 лет чревата не только политическими катаклизмами, но и развалом страны.

Этот переход к новой модели развития может быть осуществлен только свежими силами и в соответствии с новой стратегией. Пересаживание известных персонажей на новые стулья, как и выдергивание отдельных предложений из предлагаемой системы мер, ничего не даст. Или президент сегодня осознает необходимость трудного решения по переходу к новой модели развития, или, как говорил товарищ Сталин, «нас сомнут».

Литература

1. 1,3 миллиона российских ученых уехали работать за рубежом // http://www.rabota-nsk.ru/?/info/2010/12/2588 (дата обращения: 03.03.2016).

2. Иванов В. Н. Приватизация: итоги и перспективы // СОЦИС. 2007, № 6.

3. О социально-экономическом положении России. Доклады Росстата.

http://svom.info/entry/640-moment-istiny/