На глобальном рынке нефти назрели и перезрели серьёзнейшие перемены. Система работает уже на пределе — ещё немного, и спекулянты окончательно похоронят главные биржи планеты… Впрочем, обо всём по порядку.

В либеральном Forbes на днях выступил господин Милов с критикой опубликованной в Financial Times статьи Игоря Сечина, главы «Роснефти»:

http://www.ft.com/cms/s/0/457a0cbc-b37e-11e4-9449-00144feab7de.html#axzz3RrE3WzKW

Если отбросить лишнее, суть критики заключалась в следующем:

http://www.forbes.ru/mneniya-column/konkurentsiya/280415-logicheskaya-spekulyatsiya-v-chem-oshibaetsya-sechin

1. Сечин говорит о каких-то мифических спекулянтах, в существование которых верят только фрики и конспирологи.
2. Цена нефти определяется «невидимой рукой рынка», при помощи баланса спроса и предложения.

Начнём с первого тезиса. За последние 10 лет про спекулянтов, которые манипулируют ценами на товарно-сырьевых рынках, не говорил только ленивый. Доказывать факт существования спекулянтов приходится редко, так как они действуют повсеместно, и результаты из разрушительной деятельности видны невооружённым глазом.

Цитирую показательный фрагмент из статьи в британской The Independent от 2012 года:

http://www.independent.co.uk/news/world/politics/the-real-hunger-games-how-banks-gamble-on-food-prices--and-the-poor-lose-out-7606263.html

Когда Джордж Буш 12 лет назад подписал Закон о модернизации товарных фьючерсов, на рынке наблюдался приток чисто финансовых игроков во главе с Goldman Sachs, которые не имели никакого интереса когда-либо покупать еду, и которых интересовало исключительно извлечение прибыли из изменения цен на продовольствие, говорит Оливье де Шуттер, специальный докладчик ООН по праву человека на питание.

Шуттер добавляет: «Мы видим сейчас, что эти финансовые рынки серьёзно выросли с приходом этих новых финансовых инвесторов, которые чисто заинтересованы в краткосрочной наживе и не очень заинтересованы в реальных поставках — они никогда на самом деле не купят тонну пшеницы или кукурузы. Они торгуют только обещанями купить или продать. Из-за этой «финансиализации» товарных рынков цены на продукцию изменяются теперь в чисто спекулятивной логике. Это объясняет, почему на очень коротких промежутках времени мы наблюдаем резкий рост цен или лопанье пузырей. Цены всё меньше и меньше зависят от реального баланса между спросом и предложением».

Как видим, официальное лицо — специальный докладчик ООН — прямо обвиняет спекулянтов (и помогающего им президента США) в том, что те организовали хаос на рынке зерна, серьёзно усугубив тем самым проблему голода на нашей планете.

Представьте себе небольшой городишко в какой-нибудь глуши, неважно в какой стране. В городке живут фермеры и пекари. Фермеры выращивают зерно и продают его пекарям, последние делают из зерна муку и пекут хлеб. Цены на зерно, допустим, меняются от трёх до четырёх дукатов за бушель, в зависимости от урожая и прочих объективных факторов.

Внезапно на рынок приходит спекулянт, который то скупает всё зерно, чтобы взвинтить цены до 10 дукатов за бушель, то, наоборот, продаёт всё запасённое зерно очень дёшево, чтобы обрушить цены до 1 дуката. Как действия спекулянта отражаются на городке?

1. Спекулянт получает деньги от своих спекуляций. Допустим, десять тысяч дукатов в год. Но так как на рынке кроме него есть только фермеры и пекари, значит, эту огромную сумму он вынимает не из воздуха, а из кармана фермеров и пекарей. То есть, по сути, грабит тех, кто реально работает.

2. Часть фермеров разоряется, когда спекулянт опускает цены слишком низко.

3. Часть пекарей разоряется, когда спекулянт задирает цены слишком высоко.

Что мы имеем в итоге? Бизнес фермеров и пекарей страдает, в городе начинаются перебои с хлебом, при этом сам хлеб становится значительно дороже: ведь как фермерам, так и пекарям приходится закладывать в цену «налог», который они платят теперь спекулянту. Как говорят в США, «ничего личного, просто бизнес».

Именно на эту ситуацию указал уважаемый Оливье де Шуттер из ООН — с той только разницей, что речь сейчас идёт не об одном маленьком городке, а обо всей нашей планете.

Вернёмся теперь к нефти. Вот несколько высказываний видных представителей нефтяной индустрии, на которые опирался сенат США во время обсуждения проблемы спекулянтов в 2008 году:

http://democrats.senate.gov/2008/07/16/experts-identify-excessive-speculation-in-the-oil-markets-as-factor-in-soaring-gas-prices/

Йерун ван дер Веер, глава Royal Dutch Shell (Washington Post, 11 апреля 2008):

Фундаментальные показатели не являются проблемой. Они такие же, какими были, когда нефть продавалась по $60 за баррель, что само по себе является достаточно уникальным явлением.

Кларенс Казалот младший, глава Marathon Oil (октябрь 2007):

Цена в $100 за баррель не обоснована физическим спросом. Надо полагать, эту цену подпитывают спекуляции на рынке фьючерсов.

Абдулла аль-Бадри, Генеральный секретарь ОПЕК (Agence France-Presse 11 июня 2008):

Цена не имеет ничего общего с дефицитом нефти. На рынке много нефти. Причина заключается в спекуляциях, и ОПЕК не может контролировать ситуацию.

Там по ссылке есть и другие высказывания не менее уважаемых фигур нефтяной отрасли. Как видите, о сильном влиянии спекулянтов на рынок нефти говорится как о самоочевидном факте, и сенаторы США опирались на этот факт при обсуждении необходимых для выправления ситуации реформ.

Правда, в то время цена нефти была под сотню — то есть, скорее завышенной. Спекулянты тогда двигали цену не вниз, как сейчас, а вверх:

http://ruxpert.ru/Статистика:История_цен_на_нефть

Я понимаю, почему Forbes отрицает очевидное. Forbes — либеральное издание, и оно последовательно защищает «невидимую руку рынка». Однако спекулянты за последние десятилетия набрали такую силу, что целый ряд их грязных операций уже зафиксирован документально.

Так, например, большой скандал разразился в 2013 году из-за завышения спекулянтами цен на алюминий. Тогда в завышении обвинялись такие известные в узких кругах организации как, например, Goldman Sachs и JPMorgan:

http://ru.reuters.com/article/idRUL6N0G81A420130807

Отмечу, что одним из крупных покупателей алюминия является корпорация Coca-Cola, которая разливает по алюминиевым баночкам свой известный продукт. Coca-Cola — это не какие-нибудь голодающие негры. Это очень серьёзная организация, и её армия юристов сумела дать финансовым спекулянтам хороший бой.

Также, пожалуй, стоит упомянуть хорошо освещённый даже в Википедии скандал с манипуляцией банковской ставкой LIBOR:

https://ru.wikipedia.org/wiki/Скандал_вокруг_ЛИБОР

Для понимания масштабов проблемы: ставка LIBOR лежит в основе деривативов общей стоимостью приблизительно в 0,35 квадриллиона долларов. Это огромная сумма в пять раз превышает ВВП планеты Земля. И банки в течение многих лет успешно манипулировали ставкой, которая лежит в основе всего этого исполинского финансового утёса.

В ходе расследования были доказаны манипуляции со стороны ряда крупных банков, при этом некоторые подследственные дали показания, согласно которым некоторые ниточки вели в Банк Англии, который, как они заявили, был осведомлён о происходящем и одобрял действия рядовых спекулянтов.

Итак, коллеги, спекулянты — это объективная реальность, равно как и их влияние на рынок нефти. Я понимаю, в теории свободный рынок — это хорошо, это конкуренция, борьба за эффективность и благорастворение воздухов.

В реальности однако обычно получается как в девяностых годах: когда по замыслу Гайдара сотоварищи рынок должен был превратить советские заводы в суперсовременные высокотехнологичные предприятия, а в реальности начал превращать их в импровизированные рудники для добычи плохо лежащего цветного и чёрного металла.

Знаменитая «Цивилизация» Сида Мейера, оказывается, весьма опасная игрушка. Некоторые и вправду начинают думать, будто заложенные в игру принципы работают в реальной жизни.

При этом, что характерно, всем понятно, что полк мушкетёров не может сбить подлетающую баллистическую ракету — как это случается иногда в игре. Однако игроки беззаветно верят, будто ортодоксальный либерализм, забота об экологии и вложения в науку автоматически приводят любую страну к процветанию. Даже если эта страна не высасывает ресурсы из соседних порабощённых государств…

Во второй половине XIX века, когда в США начали появляться первые зародыши нынешних товарно-сырьевых бирж, ситуация чем-то напоминала ту, которая сложилась сейчас в России. Испытывающие постоянные проблемы с деньгами фермеры вынуждены были продавать зерно за бесценок перекупщикам, последние же, не выполняя никакой полезной работы, нередко перепродавали потом скупленное зерно в разы дороже.

Для исправления ситуации были созданы биржи особого рода: там можно было торговать так называемыми «фьючерсами» на зерно. Выглядело это так.

Допустим, фермер Джонс ожидает, что его урожай составит 1200 бушелей пшеницы. Ожидаемая цена пшеницы в следующем году может составить от 30 до 70 центов за бушель, в зависимости от разных условий. Фермер Джонс не хочет рисковать и продаёт на бирже стандартный контракт, согласно которому он обязуется привезти в следующем году на склад биржи 1000 бушелей пшеницы по определённой цене. Этот стандартный контракт называется «фьючерсом».

Владелец небольшого мукомольного завода Смит, в свою очередь, предполагает, что в следующем году ему потребуется 50 тысяч бушелей пшеницы. Смит тоже приходит на биржу и покупает фьючерсов на поставку 50 тысяч бушелей.

Цена поставки фиксируется в момент заключения сделки. Если фермер Джонс продал свою будущую пшеницу по цене в 48 центов за бушель, это значит, что осенью, в момент исполнения контракта, фермер Джонс должен привезти на склад 1000 бушелей зерна. Там он получит свои 480 долларов — у владельца завода Смита, который опять-таки должен привезти деньги к указанному сроку.

Какой смысл во всех этих сделках?

Очень простой. Фермер Джонс теперь знает, что он гарантированно продаст большую часть урожая по нормальной цене и, следовательно, у него будет достаточно денег на следующую посевную. Владелец завода Смит знает, что он гарантированно купит пшеницу по нормальной цене и, следовательно, сможет продавать муку по той цене, по которой её спокойно купят у него хлебозаводы. При этом если владелец завода Смит ещё и продаст на бирже свою муку, он будет и вовсе в шоколаде: ценовые колебания больше не будут его волновать.

До этого момента приверженцы теории «невидимой руки рынка» — ежели таковые читают мой пост — могли радоваться. Биржи нужны, биржи полезны, биржи помогают бизнесу: да, я это признаю. Однако, увы, реальная жизнь вскоре внесла свои коррективы в этот либеральный рай.

На биржах завелись спекулянты. Они начали играть на фьючерсах, двигая их цены то вверх, то вниз. Спекулянтам было тогда не очень просто жить: над ними всегда нависал срок исполнения фьючерсного контракта. Если спекулянт увлекался, он мог в итоге столкнуться с необходимостью где-то найти реальную пшеницу и поставить её на биржу по очень низкой цене или, наоборот, выкупить по очень высокой цене совершенно ненужное ему зерно. Из-за того, что почти все контракты тогда реализовывались в итоге физически — в виде продажи на бирже конкретного зерна за конкретные доллары — цена не могла слишком сильно отрываться от реальной.

Вместе с тем, даже в таких условиях спекулянтам удалось порядком попортить рынок. И тогда власти штатов предприняли простую, но действенную меру: на биржах ввели так называемый «лимит позиции». Спекулянтам запретили открывать больше определённого количества контрактов одновременно.

То есть, если ты реальный фермер или реальный владелец мукомольного завода — пожалуйста, торгуй сколько влезет. Но если ты не можешь предъявить биржевым клеркам документы на собственную ферму или завод, тебя резко ограничат в операциях.

Какое-то время биржи работали более-менее честно, насколько вообще это наречие применимо к американским биржам. Но тридцать лет назад, в восьмидесятые года прошлого века, начался новый виток проблем.

Во-первых, банки начали обзаводиться физическими активами. И это не были какие-то заброшенные фермы, которые покупались «для галочки», чтобы удовлетворить требованиям биржи. Отнюдь. Это были реальные элеваторы, танкеры и прочие сырьевые активы. Банки стали одними из главных владельцев сельхозугодий и топливохранилищ.

Во-вторых, американцы постепенно подмяли под себя почти всю нефтяную торговлю. Большая часть нефти сейчас торгуется на двух американских площадках. Марка WTI торгуется на NYMEX, а марка Brent торгуется на ICE. Цена других марок нефти определяется (в основном) исходя из результатов торгов на этих американских биржах.

Идём дальше. Напомню, что стандартный фьючерсный контракт подразумевает, что товар надо физически доставить на какой-то определённый склад. Существует, конечно же, такая точка доставки и для нефтяных торгов. Более конкретно, всю нефть марки WTI (West Texas Intermediate) требуется доставлять в хранилища города Кушинг, штат Оклахома.

 

Город Кушинг находится в центре американского континента. Эта «задница мира», как её назвали бы в американском фильме, находится на расстоянии в 700 километров от ближайшего побережья. В начале XX века Кушинг был важным центром нефтепереработки, в этом городе сходится несколько нефтепроводов, здесь же расположено большое количество нефтехранилищ. Поэтому с американской точки зрения выбор Кушинга в качестве главного места для поставки сырой нефти вполне логичен.

Однако представьте себе, скажем, саудитов, которые продают свою нефть, допустим, китайцам. (Цена арабской нефти привязана к цене WTI по той же причине, по которой арабы продают нефть за доллары, а не за местную валюту. Вашингтон очень нервно реагирует на любые попытки оспорить его финансовое господство). Так что же: арабам нужно довезти нефть до побережья США, дальше перекачать её в нефтепроводы и гнать ещё несколько сотен километров по трубам в захолустный городишко с населением в 8 тысяч человек? А потом, в обратном порядке, снова гнать нефть по трубам к побережью, грузить на танкеры и везти в Китай?

Разумеется, так никто не делает. Кушинг — очень неудобное место для определения мировой цены на нефть. Цитирую англоязычную Википедию:

http://en.wikipedia.org/wiki/West_Texas_Intermediate#Pricing_anomalies

В апреле 2007 года Bloomberg сообщил об исследовании Lehman Brothers, в котором утверждалось, что цены на нефть марки WTI не являются хорошим барометром мировых цен на нефть. 24 мая 2007 года WTI стоил $64 за баррель против $71 за марку Brent. Аномалия вероятно произошла из-за дефицита перерабатывающих мощностей. В начале 2007 года большой запас нефти, скопившийся на гигантском нефтехранилище в Кушинге из-за остановки завода, вызвал искусственное понижение цен в ценовой точке Кушинга. После того как запасы уменьшились, цены на нефть WTI снова превысили цену на нефть Brent.

В статье по ссылке есть и другие примеры аномалий, вызванных неудобным расположением Кушинга. Повторюсь, это неподходящее место для определения мировой цены на нефть. И отсюда вытекает вторая проблема. Если в XIX веке большая часть контрактов заканчивалась физическим исполнением, то сейчас на рынке нефти физически выполняется всего лишь 1-3% контрактов. Спекулянтам теперь для давления на рынок достаточно найти пару цистерн нефти и поставить их в штат Оклахома. Подводная часть айсберга двинется вслед автоматически.

Получается, что хвост виляет собакой. Фьючерсы были созданы для того, чтобы отражать ситуацию на физическом рынке, а теперь они, наоборот, управляют рынком.

Плавно перехожу к собственно прогнозу будущего нефтяного рынка. Но прежде чем мы перейдём к конкретике, сделаю важное лирическое отступление.

Вот, допустим, рубль и гривна. Как рубль, так и гривна серьёзно просели по отношению к доллару за последний год. Курс рубля снизился с 36 до 62 рублей за доллар, курс гривны рухнул с 8,5 до 32 гривен за доллар. Казалось бы: и там и там можно наблюдать сходные проблемы.

Однако если мы присмотримся к нашим валютам, мы увидим существенную разницу. В российской экономике всё весьма прочно с точки зрения фундаментальных (базовых) факторов. У нас большие ЗВР, у нас стабильный торговый профицит, у нас нет проблем ни с выполнением бюджета, ни с выплатами по разного рода долгам. Причина снижения курса рубля чисто спекулятивная: согласованная атака спекулянтов сразу по трём фронтам (санкции, пиар, биржи).

На Украине ситуация иная. Там спекулянты особо не зверствовали — так как никому из серьёзных игроков обрушение гривны сейчас не нужно. Но, с другой стороны, на Украине наблюдается глубочайшая беда с точки зрения фундаментальных факторов. ЗВР близки к полному истощению, Киев не может ни оплачивать импорт, ни платить по долгам. Бюджет явно нереалистичен, а процедура дефолта уже почти началась.

Опыт показывает, что после дефолта курс гривны будет рассчитываться по формуле ЗВР/М2, и, вероятно, вначале улетит до 150-200 гривен за доллар, а потом опустится ещё ниже.

Таким образом, можно сделать осторожный вывод: в то время как в России спекулянты уже вряд ли смогут сильно поколебать курс в сторону ослабления рубля, на Украине всё только начинается и, независимо от работы спекулянтов, стоит готовиться к кратному падению гривны даже от сегодняшнего немыслимого при Януковиче уровне.

Заканчивая отступление отмечу, что хоть сколько-нибудь точные прогнозы делать в настоящее время и не представляется возможным, всё же понимание фундаментального и спекулятивного раскладов помогает по крайней мере не удивляться колебаниям финансовых рынков.

Вернёмся теперь к нефти. Краткое содержание предыдущих серий: большая часть нефти торгуется на американских биржах, при этом итоговая цена определяется исходя из цены в небольшом американском городке Кушинг, расположенном в центре континента.

Это крайне нездоровая ситуация — так как она позволяет американским спекулянтам манипулировать ценой на мировую нефть при помощи мелких сделок в Кушинге. Подробнее всю эту схему я описывал в предыдущих двух постах:

http://fritzmorgen.livejournal.com/761651.html
http://fritzmorgen.livejournal.com/762071.html

Идём дальше. Разумеется, ситуация, когда американцы хаотично двигают цену на нефть туда-сюда, не устраивает никого. Арабам и русским нужна стабильная цена, чтобы не перекраивать бюджеты в случае снижения цен. Китайцам и японцам нужна стабильная цена, чтобы не платить слишком дорого за чёрное золото, и чтобы производители нефти не прекращали инвестиции в добычу и разведку из-за сильного снижения цен.

Кроме того, само собой, никому не хочется платить долларовую дань паразитам из Вашингтона. Для всех было бы гораздо выгоднее, если бы нефть торговалась на нескольких равноправных площадках в мире — причём не за доллары, а за местные валюты.

Однако лобовые попытки сходу взять начать продавать нефть за рубли (или риялы) весьма опасны. Так, Каддафи, который попытался было открыть свою биржу, был убит американскими боевиками показательно жестоким образом, а его родная страна, Ливия, была при этом разграблена. Когда же в 2008 году свою нефтяную биржу открыл Иран, назначив вдобавок точкой поставки нефти не город Кушинг, штат Оклахома, а какой-то порт на своём побережье, Вашингтон всерьёз попытался удавить Иран экономическими и политическими методами.

В девяностых годах британцы попытались было нарушить монополию США. Они открыли в Лондоне торговлю маркой Brent, в качестве точки для поставки которой были выбраны Роттердам и ещё пара европейских городов. Однако Штаты восприняли появление конкурента как личное оскорбление и натравили на биржу отряд боевых экологов из GreenPeace. Впрочем, лондонские трейдеры, многие из которых были бывшими регбистами, оказались крепкими орешками. Экологов спускали с лестниц, скидывали с лестничных пролётов и вышвыривали на улицу. Атака была успешно отбита:

http://www.theguardian.com/environment/2005/feb/17/activists.climatechange

Тогда американцы зашли с другой стороны, и в 2005 году, после ряда подготовительных операций, взяли и купили лондонскую площадку через вытеснение европейских банков из состава ее акционеров. Лондонскую биржу переименовали в ICE Futures и марка Brent перешла под полный контроль США.

В общем, как говорят политики, «don`t fuck with America». Поэтому те же аравийцы, которым американские грабители надоели уже хуже горькой редьки, двигаются осторожно, как голодный студент, который идёт по гололёду к себе в общагу с двумя пакетами купленных на последние деньги яиц.

Формально аравийцы открыли свою биржу в Дубаи и торгуют там двумя марками собственной нефти — то есть, совершили тот же дерзкий грех, что и Ливия/Иран. Однако при этом аравийцы делают всё очень медленно, не торопясь, в час по чайной ложке: так что американцы ворчат, но пока что терпят.

Аналогичным образом действуют и японцы: они тоже открыли свою биржу и вяло подторговывают там чёрным золотом. В том же направлении идёт и Россия. В этом году к клубу присоединится Китай: он запустит торговлю фьючерсами на импортируемую нефть на Шанхайской бирже, причем нефть будет торговаться в юанях, а не в долларах. Шаг за шагом, стараясь не высовываться из беспорядочной толпы, прячась друг другу за спины, крупные игроки нефтяного рынка с вилами наперевес заходят на американскую территорию.

Примерно в 2011 году арабы начали применять интересную тактику. Они начали активно заключать контракты с привязкой к цене американской WTI, но с дисконтом. Сначала эта практика ничем не отличалась от обычной практики оптовых торговцев — постоянные и крупные покупатели получали совсем небольшую скидку к цене привязанной к WTI. Американцы не заметили подвоха. А в 2014 году арабы «дернули рубильник» и начали вводить очень серьезный дисконт - от 1 доллара за баррель и выше, причем дисконт был действителен исключительно для покупателей из Азии. Формально негласные правила нарушены не были: нефть торговалась за доллары, нефть торговалась с привязкой к WTI. Однако по сути такая тактика привела к вытеснению транснациональных нефтяных компаний из Азии в США: ведь покупателям в Китае не было никакого смысла покупать нефть по 100 долларов у какой-нибудь BP, если они могли купить нефть за 99 долларов у аравийцев.

Таким образом, раз уж арабы забрали себе Азию, транснациональные нефтяные компании вынуждены были занять родной американский рынок. И вот тут начались большие проблемы у американских и у канадских «сланцевиков»: заточенная под импорт трубопроводная система США не позволяет организовать массированный экспорт сланцевой нефти, и у сланцевиков нет иного варианта, кроме как продавать свою нефть внутри США. Значительная часть американской и канадской нефти просто «заперта» в Северной Америке. Сланцевики вынуждены драться за относительно маленький рынок с транснациональными корпорациями, и в условиях нынешних низких цен на нефть им не хватает денег для поддержания жизнедеятельности.

У аравийцев получилось что-то типа хорошего удара в бильярде: они вроде как всего лишь снизили цену на пару долларов, однако находящиеся в конце цепочки сланцевики оказались на грани (или уже за гранью) разорения. Арабы при этом с нехорошей улыбкой разводят руками и говорят, что они всего лишь хотят убрать с рынка «неэффективных производителей». Невидимая рука рынка, понимаете ли, ничего личного.

Разумеется, сланцевики попытались как-то исправить ситуацию. Они без особого успеха гоняли нефть цистернами (оказалось, что это очень дорого и опасно) , они затеяли было построить новые ответвления мощного трубопровода Keystone XL. Но тут им палки в колёса вставляет уже Барак Обама — так как с нефтяных денег кормятся его враги, республиканцы. В команде Барака Обамы есть только один нефтяник, Джо Байден, а ему проблемы с нефтью на американском рынке компенсировали за счёт Украины. Напомню, Хантер Байден, сын вице-президента США Джо Байдена, после Евромайдана вошёл совет директоров украинской нефтегазовой компании Burisma:

http://ruxpert.ru/Поддержка_Евромайдана_американцами

Как видите, хоть саудиты вроде как и играют явно против США, у Барака Обамы есть веские причины делать вид, будто всё нормально — и раз за разом ветировать проекты типа модернизации трубопровода Keystone XL, которые могли бы дать сланцевикам шанс.

Можно было бы сказать, что проблемы сланцевиков не имеют особого значения, однако, так уж получается, на сланцевой отрасли сошлось сейчас воедино слишком много важных ниточек. Во-первых, весь рост, который наблюдался в США с кризиса 2008 года, был основан исключительно на сланце. Когда сланец стухнет, экономика США откатится в 2008 год — и пойдёт дальше вниз, так как перекосы с того периода только выросли, и заморозить их деньгами уже нельзя.

Во-вторых, вся эта конструкция с центром в Кушинге и так уже трещала по всем швам. Сланцевики сейчас невольно доламывают систему своими проблемами.

Перейдём теперь к ситуации в России. Наши либералы ещё в девяностые года намертво привязали марку нефти Urals к марке Brent. Логика либералов была вполне прозрачной: они считали, что России следует максимально интегрироваться в Западный мир на правах сырьевой колонии. Удивляться тут нечему, если бы у либералов была такая возможность, они бы отказались и от печати рубля, сделав доллар главным платёжным средством на территории России.

Разумеется, ничего хорошего в такой привязке марки Urals к долларовой Brent нет. Будучи независимой страной мы должны сами контролировать наш экспорт. Россия не должна зависеть от американских спекулянтов, не должна платить долларовую дань Демократической орде и не должна опасаться введения санкций против наших банков.

Представьте: вот завтра в Штатах изменится политическая ситуация, и нашим нефтяным компаниям заблокируют возможность торговать нефтью на американских площадках. Нам придётся как-то выкручиваться, искать обходные пути, продавать нефть по разным левым каналам. Нелепая и недопустимая ситуация. Совершенно необходимо отказываться от доллара и переводить торговлю нефтью в Россию.

Важный идеологический момент. Торговля нефтью — большая головная боль. Надо организовывать серьёзные процессы на биржах, надо строить терминалы и трубопроводы, надо договариваться с игроками и, вообще, делать огромные вложения. Штаты в своё время при помощи силы заставили всех привязаться к своим площадкам. Если бы они грабили планету с оглядкой, без фанатизма, все и торговали бы на этих площадках — было бы проще и легче.

Однако никакой справедливостью в выстроенной американцами системе и не пахнет, поэтому-то как импортёры, так и экспортёры нефти постоянно пытаются создать альтернативные системы — затрачивая при этом серьёзные ресурсы и рискуя вызвать на себя гнев США.

Вот мы и пришли к оценке нынешней ситуации и к прогнозу на будущее.

В 2013 году Сечин предложил прекратить торговать нефтью за доллары: открыть в России свою нефтяную биржу, начать там торговлю за рубли. С этого момента на Сечина пошла мощная информационная атака, американцы традиционным способом среагировали на очередную попытку нарушить их монополию.

К этой атаке Сечин был очевидно готов: президент Путин играет наверняка, такие глобальные решения принимаются только тогда, когда у России достаточно сил на гарантированную победу.

В 2014 году Сечин возглавил совет директоров Санкт-Петербургской Международной Товарно-сырьевой Биржи. На этой бирже началась подготовка к торгам нашей нефтью. Производители и потребители российской нефти (да и государство, к сожалению) привыкли к привязке Urals к Brent. Сломать существующую схему будет очень непросто, и это дело не одного дня. Однако создание новых российских маркерных сортов нефти позволит построить изначально выгодную для России систему торговли, не отвлекаясь не борьбу с стереотипами. Например, новая наша марка — ESPO — имеет все шансы стать локомотивом нефтяной торговли, хотя есть и другие варианты.

ESPO — это марка сибирской нефти, которая идёт по трубопроводу ВСТО. (Кстати, если помните, проект ВСТО проамериканские СМИ тоже активнейшим образом в своё время атаковали). У ESPO будет обоснованная точка поставки: на дальневосточном побережье, где нашу нефть будут забирать китайцы и японцы. Получается красивая и логичная схема.

Кстати, не нужно удивляться тому, что ESPO будет торговаться не во Владивостоке и даже не в Москве, а в Санкт-Петербурге. Большая часть бирж в России плотно контролируется либералами, поэтому у Сечина особого выбора в 2014 году не было. Возможно, сейчас, после того как наши биржевики радостно помогли американским спекулянтам шатать курс рубля, государство попытается привести их в чувство. Пока же на наших биржах с идеологической точки зрения всё достаточно грустно.

Так вот, возвращаясь к нефти. Позиция Сечина очень сильна: он последовательно, на протяжении многих лет предлагает одни и те же изменения. Создать многополярную систему бирж, которые обеспечат планете справедливую и стабильную цену на нефть. Повторюсь: стабильная цена выгодна всем. Производители нефти смогут рассчитывать свои доходы и планировать инвестиции в расширение добычи. Покупатели смогут избежать риска столкнуться с дефицитом нефти и взлетевшими в два-три раза ценами.

К сожалению, наше правительство думает привычными либеральными категориями и боится хоть на шаг отойти от долларовой системы. Торговать нефтью за рубли правительству страшно: эксперты ВШЭ такой сценарий не одобрят. Но, спасибо американской агрессии, процесс всё же пошёл.

Если линия Сечина-Миллера и их союзников из других стран победит, торговля нефтью распределится по альтернативным площадкам в разных странах, а американские пауки будут заперты в своей оклахомской банке, следует ожидать установления той цены на нефть, которая будет выгодна и производителям и покупателям. В настоящее время это примерно 90-100 долларов за баррель.

Если же сохранится существующая система, спекулянты продолжат шатать нефть в пределах плюс-минус 50 долларов от сбалансированных значений: то есть, мы сможем увидеть как нефть по 40, так и нефть по 150. Разумеется, спекулянтам тоже нельзя слишком уже увлекаться. Если они завтра отгонят цену на нефть к уровню в 20 долларов, производители нефти откажутся от торговли за доллары в течение трёх месяцев. Но вот в коридоре от 60 до 120 спекулянты могут держать нефть довольно продолжительное время.

Подведу итог

Как говорил Махатма Ганди, «сначала они тебя не замечают, потом смеются над тобой, затем борются с тобой. А потом ты побеждаешь». Я ничуть не удивлюсь, если вся наша нефть будет продаваться в России за рубли ещё до конца нынешнего десятилетия.

http://fritzmorgen.livejournal.com/761651.html

http://fritzmorgen.livejournal.com/762071.html

http://fritzmorgen.livejournal.com/762255.html