Как человек может быть эффективнее другого

Главное качество, которое отличает предпринимателя от наёмного работника — это трудолюбие. Там, где обычный человек ленится, предприниматель отрывает задницу от стула и предпринимает.

Сразу приведу известный каждому пример из жизни. Идёт мелкий ремонт, нужно просверлить в несколько отверстий в бетоне. В наличии есть ударная дрель, которая пусть плохо и медленно, но сверлит. Можно включать её в розетку и сразу же начинать дырявить стены. Допустим, ремонт делают два разных человека в разных городах: Ленивцев и Ухватов.

Действия Ленивцева: взять дрель в руки, потратить день с утра до вечера, просверлить нужное количество дырок.

Действия Ухватова: напрячься, найти перфоратор, просверлить все дырки за 15 минут.

Тут получается парадокс, который многие демонстративно не хотят понимать. Ленивцев отработал полновесные 12 часов, в течение которых его уши страдали от шума, а пот катился с морщинистого лба на покрытый трудовой мозолью живот. Ухватов потратил час на поиски перфоратора, 30 минут на работу и 30 минут на то, чтобы вернуть перфоратор туда, где он его нашёл. Ухватов, получается, работал в 6 раз меньше, при этом большую часть времени он сжимал в ладонях не вибрирующий от напряжения инструмент, а лёгкую телефонную трубку.

Лентяем тем не менее следует назвать именно Ленивцева. Суть лени заключается не в том, чтобы работать мало, а в том, чтобы в каждый конкретный момент времени идти по пути наименьшего сопротивления.

Три кота однажды поспорили, кто из них ленивее. Первый кот рассказал, что лежал на крыльце, когда мимо него прошла красивая кошка, а ему было лень даже мяукнуть, чтобы подозвать её поближе. Второй кот упомянул миску молока, которая стояла в полуметре от него, и до которой ему было лень дойти. Третий же кот сообщил, что наступил однажды лапой себе на бубенчики и потом два часа орал от боли, так как ему было лень убирать лапу.

С людьми происходит ровно то же самое. Миска молока — это, конечно, вкусно и сытно, но до неё ещё надо доползти. А прямо сейчас проще лежать. Перфоратор — это, конечно, быстро и удобно... но его ещё надо найти. В каждый конкретный момент времени проще сверлить дырку, чем искать перфоратор, поэтому лентяй сверлит, даже понимая при этом, что по итогам дня потратит на «мартышкин труд» лишние 10 часов.

Собственно, в этом и заключается суть предпринимательства. Предприниматель думает на длительное время вперёд. Он готов потратить деньги и усилия сейчас, чтобы получить выигрыш через час, через неделю или через три года. Лентяй хочет получить награду немедленно. Выполнять действия, которые приносят немедленного и гарантированного вознаграждения в виде дырки в стене или, допустим, зарплаты, лентяй по разным причинам не хочет — в том числе и по той причине, что журавль в небе может улететь до того, как лентяй до него доберётся. Лентяй уверен, что лучше сделать дырку медленно безо всякого риска, чем искать перфоратор с риском так его и не найти и потратить напрасно время на поиски.

Кстати, заметьте, что аренда перфоратора на сутки стоит 300 рублей, а если брать перфоратор в долг у знакомых, придётся потом оказывать этим знакомым какие-то ответные услуги. Лентяй, с одной стороны, навряд ли согласится сверлить весь день дырки всего лишь за 300 рублей. Но, с другой стороны, и тратить деньги ради экономии своего времени он тоже будет навряд ли — а вдруг это вложение не окупится?

На днях один комментатор заявил мне, что между людьми, как бы тяжело они ни работали, не может быть разницы в 100 раз по производительности труда. Что же, вот вам реальный пример такой разницы.

Девяностые годы, бухгалтерия завода. Нужно сложить в таблице Excel несколько тысяч чисел и сообщить директору получившуюся сумму. Вариантов выполнения задачи два.

1. Считаем всё на калькуляторе, потом вбиваем в нужную ячейку результат. Работы, учитывая промежуточные вычисления, на пару дней.
2. Зовём программиста, чтобы он научил пользоваться формулами. За час осваиваем формулы и вбиваем их в таблицу. Нужная сумма считается автоматически и моментально.

Многие бухгалтеры тогда работать с компьютерами не любили, действовали по варианту 1. Сидели с калькулятором, выполняли монотонную работу, уставали. Те же, кто владел формулами, считали всё моментально, выполняя за пару часов работу, на которую у других уходил целый месяц.

Подведу итог

Предприниматель не ленится напрячься или вложиться сейчас, чтобы получить результат потом. Обычный же человек ленится, избегая сворачивать с проторенного пути в густые и непредсказуемые заросли.

Комментарий:

Вчера на верхних местах топа ЖЖ весь день висел пост Олега Макаренко – Фритцморгена, посвященный проблеме производительности. Он так и назывался: «Как может один человек быть в 100 раз производительнее другого»- и касался животрепещущего вопроса. А именно – того, чем – ударной дрелью или перфоратором – лучше сверлить отверстия в стене. Таким, довольно специфическим, вопросом топ блогер решил проиллюстрировать тему разной эффективности работы людей. (А точнее – разной эффективности людей, как таковых.) Общий смысл сказанного состоял в том, что вместо того, чтобы дырявить «несколько отверстий» дрелью в течение целого дня гораздо, выгоднее было потратить какое-то время на поиск перфоратора – и уже им за 15 минут выполнить всю работу.

На самом деле данная постановка вопроса выглядит довольно странно – поскольку, например, четко указано время поиска перфоратора – 1 час. И время для того, чтобы взять его и вернуть обратно – 30 минут. (Кстати, последнее, в самом лучшем случае, занижено раза в два – если только речь не идет о том, чтобы попросить инструмент у соседа.) Но абсолютно не указано количество отверстий, которые необходимо просверлить: понятие «несколько вряд ли можно назвать точным. А ведь именно оно оказывается критичным в данном случае, поскольку если вести речь, скажем, о десятке «сверлежек» – то за указанный час-два их можно сделать и ударной дрелью. Даже в бетоне. Ну, а при полусотне – надо говорить уже о серьезном ремонте, для которого наличие специального инструмента полагается по умолчанию. (Впрочем, в любом случае, разница производительности труда в 100 раз в данном примере вряд ли будет достигнута.)

То есть – при единичном использовании указанная Макаренко стратегия оказывается избыточной, а при массовом (производственном) вызывает сомнение сама постановка вопроса. (Может быть, еще коловоротом бетон попробовать сверлить? Чтобы жизнь медом не казалась…) Впрочем, в указанной ситуации может быть еще десятки и сотни сопутствующих обстоятельств, которые способны «утащить» оптимум и в ту, и в другую сторону. (Например, как уже было сказано, перфоратор можно занять у соседа, потратив минут десять – а можно оказаться, что знакомых нет, а все магазины и пункты проката закрыты в связи с национальным праздником.) В любом случае, ни о каком однозначно выигрышном – в поставленных Макаренко граничных условиях – говорить тут невозможно.

То же самое относится к другим примерам эффективности, которые в реальности оказываются очень сильно зависящими от явлений «высшего порядка». К примеру, если бы Фритцморген не стремился к крайнему упрощению ситуации, то он мог бы привести на порядки более впечатляющий пример разницы в производительности труда. Например, разобрал бы вопрос о том, как производить деталь: на старом токарно-винтарезном станке – или на современном обрабатывающем центре. Тут разница в том, какую работу сможет выполнить человек будет различаться уже на несколько порядков – с учетом того, что центр способен осуществлять десятки технологических операций, практически не требуя присутствия оператора. Более того, если его работу сравнивать с ручной обработкой детали посредством напильника – а что, вполне во «фрицморгеновском духе» - то можно получить еще более фантастический разрыв.

Правда, в подобном случае неизбежно возникает вопрос о том, сколько же стоит данное оборудование. И при назывании цены, превышающей стоимость средней квартиры (это еще в самом простом случае), восхищение указанной производительностью обрабатывающего центра несколько пропадает. Правда, на серьезном производстве указанная стоимость отбивается за определенный срок. Или не отбивается… В общем, надо, опять же, смотреть на системные особенности: на то, какая продукция выпускается предприятием, какие перспективы для расширения количества/ассортимента имеются, какое общий уровень технологичности производства, есть ли технические условия для использования станка и т.д., и т.п. Наконец, есть ли возможность выделения средств – поскольку вполне вероятно, что «тупая гонка» за технологичностью может ввергнуть предприятие в такие долги, из которых ему уже не выйти. (Тем более, что замена только одного станка зачастую невозможна –для получения результата надо менять всю сопутствующую систему производства.)

То есть, следует понять, что проблема производительности труда является комплексной – и связывается с совершенно иными вещами, нежели указанное Фритцморгеном/Макаренко и прочими правыми «нежеланием поднять жопу». В результате чего утверждение об «производительности личности» оказывается лишенным смысла: производительным может быть исключительно производство, а не человек. Даже если это производство и имеет только одного работника. (Как в приведенном Макаренко примере со сверлением отверстий.) Поскольку, одна и та же модель поведения в одних производственных условиях ведет к выбору оптимального пути реализации поставленной цели – а в других – к совершенно обратному.

Кстати, тут стоит указать и еще на одну ошибку, а точнее – следствие очень глобального заблуждения Фритцморгена и правых. А именно – на то, что указанная модель поведения вовсе не имманентна личности, как таковой. То есть – один и тот же человек, поставленный в разные условия, способен вести себя по разному. (Скажем, в примере с теми же отверстиями «дома» он действительно будет сверлить дрелью, а на производстве – потребует/добудет перфоратор.) Более того, вероятность применения указанных моделей зависит от довольно фундаментальных процессов. К примеру, в своем недавнем прошлом – в процессе перехода от советской к капиталистической системе производства – мы наблюдали очень много подобных трансформаций. (Когда одна и та же личность вполне могла «скакнуть» от МНС до олигарха – ну, или с несколько меньшими, но все равно, колоссальными изменениями.) В результате чего эти самые личности менялись кардинальным образом. (Впрочем, чтобы не создать иллюзий, будет личности могут меняться только в одну сторону, стоит отметить, что существовали времена, когда шли обратные процессы. Скажем, после Гражданской войны было немало случаев, когда человек «трансформировался» из бандитов в рабочего или крестьянина.)

Исходя из всего этого можно понять, что сама постановка вопроса о «производительности личности» или «эффективности личности» бессмысленна. Поскольку следует вести речь о производительности или эффективности исключительно производственного процесса – явления крайне сложного и охватывающего множество людей. Впрочем, при этом не только познаваемого, но и достаточно хорошо планируемого – в том плане, что достижение необходимой технологической производительности есть рядовая инженерная и управленческая задача. Не требующая привлечения столь туманной и сомнительной области, как индивидуальная психология. Была бы потребность в данном действии.

И вот тут мы подходим к самому главному…

Как уже было сказано в прошлой части, ничего мистического или просто непонятного в производительности труда нет. Производительность – это просто характеристика, показывающая, насколько один работник в имеющихся производственных условиях способен выполнить некую работу в количестве, отличающейся от того, что выполняет другой работник в своих производственных условиях. Скажем, насколько оператор станков с ЧПУ может выточить больше деталей, нежели «обычный» токарь на «обычном» токарном станке. Уже отсюда можно догадаться, что основной способ повышения данного параметра состоит в применении более совершенного оборудования. Потенциально до полной автоматизации, при которой производительность вырастает до бесконечности: людей нет, а детали производятся. Ну, и разумеется, можно легко понять, почему повышение производительности труда есть первейшая задача для любого общества – ведь это позволит не просто увеличить обеспеченность его членов производимой продукцией, но и может способствовать снижению трудовой нагрузки на них.

Собственно, именно поэтому усовершенствование средств производства всегда выступало базисным процессом для человеческого существования. Разумеется, в определенной мере повысить производительность можно и без смены оборудования – особенно, если речь идет о достаточно простом ручном труде. (Скажем, токарь пятого разряда в общем случае будет точить детали быстрее, нежели токарь второго разряда.) Особенно сильно подобный эффект проявляется в условиях, когда речь идет не просто о ручном, но о достаточно слабо организованном ручном труде, определяемом, в основном, традициями. Тут действительно банальная оптимизация процесса способна привести к серьезному увеличению производительности. Но чем сложнее становится труд – тем более точным и «выверенным» (в том числе, и научно) он оказывается. А значит, тем сложнее становится увеличение его эффективности без замены оборудования.

* * *

Именно поэтому и возникает довольно парадоксальное восприятие производительности труда: человек, мало связанному со сложным производством, вполне может посчитать, что повысить указанное качество можно исключительно «организационным» методом. То есть - заставив рабочих работать эффективнее. (Путем «живительных пиздюлей» - они же потогонная система.) О подобном способе увеличить производство очень любили говорить в конце советского времени, да и современные правые по прежнему обожают данный метод. Тогда, как реально технологические процессы на сложных производствах определяются, исходя из совершенно иных критериев. В подобном случае даже трудовые возможности работников рассматриваются не случайно, а исходя из их квалификации. (А значит, имеющие так же довольно четкую и заранее известную связь с производительностью.) Именно поэтому указанный параметр «проектируется» практически инженерным способом, во время разработки технологического процесса – и никакие «пиздюли» не приведут к значительному его увеличению.

Точнее сказать, в современном производстве упор на «методы стимулирования» способен увеличить выпуск продукции – но исключительно за счет снижения ее качества. К примеру, именно так достигалась высокая «окупаемость» в 1990 годы: работы было мало, зарплаты не выплачивались – а значит, хозяева имели полную власть надо работниками. Итогом стал тот момент, что продукция, выпущенная в указанный период, по качеству находилась где-то на уровне плинтуса. (Забавное наблюдение: сейчас на улицах иногда встречаются «24» Волги, порой даже «21» - выпускаемые в советское время. А вот ГАЗ-31029, производимые в 1990 годы, еще надо поискать – поскольку они давно уже развалились и сгнили из-за отвратительного качества изготовления. То же самое касается и продукции АВТОВАЗА: теперь чаще можно увидеть ВАЗ-2101 выпуска конца 1970-начала 1980 годов, нежели ВАЗ- 21099 выпуска, например, 1995 года. По тем же причинам.)

В общем, стоит понять, что «привычное» для обычного человека представление о производительности, как параметре, устанавливаемом, в общем-то, произвольно – посредством волевого решения «больше работать» - к реальному производству имеет весьма отдаленное отношение. (Что, в общем-то, является частным случаем малого отношения к реальности того явления, которое принято именовать «индивидуальной психологией».) Поскольку на самом деле производительность сложного производства определяется почти исключительно вложениями в него: закупкой современной техники, наймом более квалифицированного персонала и т.д. То есть, можно понять, что процесс повышения ее является достаточно сложным, ресурсоемким – а главное, связанным с объективными условиями. С тем, какие средства, материалы, станки и работники имеются в наличии и какие возможности есть для их увеличения.

И, как можно легко догадаться, никакой «великий предприниматель» со своей «уникальной личностью» никаким волевым решением изменить данные условия не способен. Собственно, единственное, что он может сделать – так это «стянуть» все имеющееся в некоторой зоне досягаемости в свой проект. Если ему позволят это сделать, конечно, иные предприниматели. На уроне отдельного предприятия это может выглядеть, как благо – но на уровне всего общества… Впрочем, тут еще следует сказать, что «стянуть» ресурсы можно только в том случае, если они есть в указанной «зоне», если же их нет, то тут вообще говорить нечего. (Скажем, именно такая ситуация существует на Украине, где нет ни денег, ни нормального оборудования – а значит, говорить о росте производительности тут невозможно ни при каких условиях.)

* * *

Однако даже в том случае, если указанный процесс осуществить удастся, возникает еще большая проблема. А точнее – сверхпроблема, мегапроблема, затмевающая все остальное. А именно – проблема с рынками сбыта. Поскольку «наш» предприниматель занимается своей деятельностью отнюдь не ради собственного удовольствия – а ради того, чтобы получить законную прибыль. И заниматься повышение производительности – даже за счет всех остальных – он будет только тогда, когда этот процесс позволить ему приобрести дополнительных покупателей. То есть – повышать производительность труда имеет смысл исключительно в тех случаях, когда есть куда продавать произведенный товар. Именно тогда – при прочих равных условиях – имеет смысл приобретать более совершенное оборудование, нанимать более квалифицированный персонал и т.д. и т.п. Во всех остальных случаях для предпринимателя это будет бессмысленное действо – даже если лишние ресурсы и имеются. (Опять же, см. по АВТОВАЗУ 1990 годов.)

Собственно, указанный аспект и является главным ключом к пониманию вопроса, поскольку очевидно, что в условиях со свободными – в смысле, не заполненными – рынками совершенствование техпроцесса оказывается крайне вероятным. А вот в случае, когда указанной возможности не существует, не существует и необходимости по повышению эффективности. На этом указанный вопрос можно и закрывать, поскольку становится понятным, что главным при обращении к экономическим и производственным проблемам общества является именно проблема наличия/отсутствия свободных рынков. Впрочем, данная истина является «секретом Полишинеля» - в том смысле, что все государственные и негосударственные структуры в основном, только и занимаются, что «выгрызают» для себя приоритетное право продавать «свои» товары.

Тем не менее, среди постсоветских граждан – причем, даже довольно высокопоставленных – еще недавно господствовали совершенно иные представления. В том смысле, что они приветствовали «открытие границ» и приход на местные рынки иностранных производителей – дескать, они дадут «более качественные» товары и заставят «местных» усовершенствовать производство. Результат, как нетрудно догадаться, был совершенно предсказуем. Поэтому, сейчас, по крайней мередо некоторых представителей власти начинает доходить, что выбранный путь оказался ошибочным. (В том смысле, что уничтожение местных производителей вместо их развития при открытом рынке не есть однозначное благо.) Вследствие этого меняется и отношение к указанной проблеме – хотя еще не до такой степени, до которой хотелось. Однако еще более важным тут является то, что даже подобное понимание вряд ли окажется особо эффективным, поскольку открывает возможности получения только локального, не сказать, чтобы особо богатого, рынка. Что поделаешь – у нас тут не Китая с полутора миллиардами населения. Поэтому даже при полностью протекционистской политике особо «разгуляться» у отечественного бизнеса не получится. То есть, особой надежды на резкий рост производительности труда нет.

* * *

Значит ли это, что никакого иного способа улучшить российское производство нет? Разумеется, нисколько не значит. Поскольку, как можно понять из вышесказанного, все это касается исключительно варианта со "свободным предпринимательством". Но ведь возможны и иные варианты, задающие рамки для нашей «инженерной задачи».

Впрочем, о них, понятное дело, надо говорить отдельно…

https://fritzmorgen.livejournal.com/1231083.html

https://anlazz.livejournal.com/253347.html

https://anlazz.livejournal.com/253689.html

Опубликовано 27 Фев 2018 в 14:00. Рубрика: Жизненные. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.