Как англичане создавали революционеров

Плох тот мессия, которому не предшествует предтеча. Как мессия южноамериканской революции, Симон Боливар был самим совершенством. И предтеча у него был великолепный. 20 августа 1785 года лондонская газета "Политикл геральд" писала:

"Нам доподлинно известно, что в Лондоне находится в данный момент важный испано-американец, пользующийся доверием своих сограждан, который намерен завоевать себе славу освободителя родной страны. Это человек возвышенных идей и глубоких знаний, владеющий древними и современными языками, начитанный и имеющий большой жизненный опыт (...) Этот джентльмен, после того как он объехал все провинции Северной Америки, прибыл в Англию, которую он считает родиной свободы и школой политических наук (...) Мы преклоняемся перед его талантами, уважаем его достоинства и дружески желаем ему успеха в самом благородном деле, которому только может посвятить себя человек, - облагодетельствовать миллионы своих соотечественников даром свободы."

Звали джентльмена, посвятившего себя облагодетельствованию миллионов соотечественников, Франсиско де Миранда.

Рождение предтечи.

Себастьян-Франсиско де Миранда-и-Родригес родился в Каракасе в 1750 году. Его отец, человек с очень смуглой кожей и не вполне ясного происхождения, был выходцем с Канарских островов, а мать - местной креолкой. Отец торговал какао, кофе и другими колониальными товарами. Он так разбогател, что сумел за деньги приобрести капитанский чин, дававший право на дворянство. Местная аристократия протестовала в Мадриде против включения в её ряды человека, которого она считала мулатом. Но деньги опять помогли Миранде-старшему, и в 1770 году король Карл III издал указ, запрещающий обсуждать происхождение или достоинства капитана Миранды.

Англия — наследник Венеции

На следующий год Миранда-младший закончил каракасский университет и направился в Испанию. Там он, в свою очередь, обзавёлся капитанским патентом (за 84 тысячи песо). И у него ещё остались средства на приобретение у королевского архивариуса генeалогии, свидетельствующей, что род де Миранда - древний и славный, давший королевству множество рыцарей, героев и святых. С этого момента Миранда стал пользоваться графским титулом и гербом с изображением  полуобнажённых  торсов христианских девственниц, спасённых из мавританского плена каким-то его предком .

Тут как раз подоспела война с Марокко, и наш герой в составе испанской армии уехал в Африку. Он два года провоевал с марокканцами, а на обратном пути посетил Гибралтар. Английский губернатор Гибралтара майoр Бойд оказал гостю тёплый приём. В его резиденции Миранда встретился с Джоном Тэрнбуллом, негоциантом и одним из крупнейших контрабандистов Карибского моря. Они вместе отпраздновали наступление нового, 1776 года. Тэрнбулл раскритиковал испанскую политику в колониях, подчернул, что англичане беспокоятся об их судьбе, пригласил Миранду в Лондон и заверил его, что там дышится свободнее, чем в Мадриде.

Такие встречи редко бывают случайными. Тэрнбулл был проверенным деловым партнёром Миранды-старшего.

Предтеча идёт в мир.

Между тем началась война за независимость английских колоний в Северной Америке. Предприятие было по преимуществу французским. В своё время я писал, в какие суммы обошлось Франции создание США

В известной книге "Граждане. Хроника французской революции" Симон Шама приводит следующие данные по расходам французского бюджета в XVIII веке :

1. Война за австрийское наследство (1740 - 1748гг.) - 1 миллиард ливров.

2. Семилетняя война (1756 - 1763) - 1,8 миллиардов ливров. В1764 г. дефидит бюджета достиг 2,324 млрд., а расходы на погашение долгов поглощали 60 % бюджета (в два раза больше, чем в предыдущее десятилетие).

3. Прямые и косвенные военные расходы на американскую революцию - 1,3 млрд. ливров, причём 91 % этих денег представляли собой кредитные средства. В одном только 1781 г. (год битвы у Йoрктауна) американская кампания обошлась французской казне в 227 млн., из них 147 млн. было потрачено на флот - сумма, в 5 раз превышющая расходы на его содержание в мирное время.

Ньютон — создатель английской финансовой системы

Тем не менее, Шама показывает, что расхожее мнение о чрезмерности французских расходов, как причине финансового кризиса и последовавшей революции при сравнении состояния финансов Франции и её соперников не выдерживает критики. Цитирую :

  " Пруссия, которую мы обычно представляем, как успешный продукт бюрократического милитаризма, в конце Семилетней войны оказалась в тяжелейшей ситуации, и её спасали только британские дотации. Свои проблемы она решила превзятием французской системы налогообложения... Голандская республика, которая охотно кредитовала всех желающих, в 1763-1764 годах оказалась в серьёзной депрессии . А Великобритания, выдаваемая за второй пример бюджетной компетентности, погрязла в долгах также глубоко, как её главный неприятель.

Сегодня мы знаем, что британское налоговое бремя на одного жителя было в три раза больше, чем французское, и что в 1782 г. доля государственных доходов, съедаемых погашением долгов, коле**лась около 70 %, опять-таки существенно выше, чем во Франции. С точки зрения абсолютных цифр даже после бюджетного хаоса, вызванного войной в Америке, мы не находим причин, по которым бы французский дефицит неизбежно должен был вести к катастрофе. Причины того, что французские правительства постепенно переходили от опасений к серьёзному беспокойству и, наконец, к нескрываемой панике, заключались не в реальнзх финансовых трудностях, а в том, как их воспринимали. Определяющие факторы денежного кризиса французского государства были политического и психологического характера, а отнюдь не институционального или фискального."

Далее Шама убедительно опровергает до сих пор встречающееся представление об "отсталой аграрной Франции" . В Англии на долю промышленности приходилось 25 % ВВП, во Франции - 20 %. Хотя в целом английская промышленность превосходила французскую, в некоторых областях темпы роста у французов были выше. Особенно хорошо это видно в металлургии, где рост производства в 1720 - 1790 годах составил 500 % во Франции и 100 % в Англии.

Есть в этой книге и интересные наблюдения по поводу модернизации коммуникаций (заведение дилижансов), приоритета Франции в воздухоплавании, гуманистических педагогических новаций (успешная разработка первых в мире программ обучения слепых и глухих детей). А также справедливое утверждение, что перевес французской сухопутной армии, демонстрировавшийся на протяжении четверти столетия почти непрерывных войн, был обеспечен системами вооружений и тактическими новинками, появившимися при ancien r?gime. Рост французского ВВП составлял в годы перед революцией 1,9 %. Превзойти этот показатель удалось только при империи.

Природа британских военных операций

Вывод из всего вышесказанного, на мой взгляд, достаточно очевиден . Социально-экономические проблемы, конечно же, существовали. Но не они были причиной революции. Скорее наоборот, революция прервала нормальное экономическое развитие и привела к массе проблем. Её долговременные геополитические последствия известны - потеря Францией ведущей роли в мировой политике и установление гегемонии англо-саксонских держав. Экономические тоже недвусмысленны : в 1815 г. объём французской торговли достигал 60 % от уровня 1789 года.

Испания, бывшая в то время союзницей Франции, тоже послала на помощь повстанцам экспедиционный корпус (около 8 тысяч человек). В составе этого корпуса был и Франсиско де Миранда. Он стал секретарём генерала Кахигаля, губернатора Кубы и своего покровителя.

Корреспонденция с Испанией, включая секретные донесения вице-королей и губернаторов о положении дел в колониях, шла через Кубу. Должность секретаря кубинского губернатора была для Миранды информационным кладом.

В 1781 г. десант под предводительством Кахигаля участвовал в штурме английской крепости Пенсакола во Флориде. После этой операции Миранда получил от Кахигаля чин подполковника и был направлен на Ямайку для организации обмена пленных. Обменял он их так, что против него было начато расследование. Появились и обвинения в контрабанде и передаче планов гаванской крепости англичанам.

В конце 1783 г. за шпионаж в пользу Великобритании Миранда был заочно приговорён к десяти годам каторги.

Сам он к тому времени покинул Кубу и на шлюпе американских контрабандистов добрался до Соединённых Штатов. Там героя взятия Пенсаколы приняли прекрасно. Миранда встречался с Вашингтоном, Джефферсоном, Адамсом, словом со всеми, с кем имело смысл встречаться в этой стране. Несколько лет спустя Миранда написал:

"В 1784 году в Нью-Йoрке родился современный план добиться независимости и свободы всего испано-американского континента с помощью Англии, которая тем более заинтересована в этом, ибо Испания первой подала пример, оказав поддержку английским колониям в их борьбе за независимость".

1 февраля 1785 года Миранда прибыл в Лондон. Старый знакомый Тэрнбулл свёл его со множеством влиятельных людей. Прогостив на острове несколько месяцев, Миранда отправился в четырёхлетнее путешествие по Европе. В Пруссии он наблюдал за военными меневрами, в Италии выдавал себя за американского полковника и искал встреч с иезуитами, в Турции купил новый паспорт у австрийского дипломата.

Мягкая сила по британски

В России Миранда провёл почти год. Он не только ездил в одной карете с князем Потёмкиным, но и удостоился нескольких приёмов у Екатерины Великой. В России благородный дон носил форму испанского полковника. Испанский посол завалил русское правительство нотами протеста, подчёркивая, что Миранда - не полковник и не граф, а разжалованный капитан и беглый каторжник. Екатерина разрешила коллизию с царственным величием, пожаловав Миранде чин полковника Екатеринославского кирасирского полка.

Потом были Швеция (где за Мирандой следили, как за русским шпионом), Дания, Голландия, Швейцария. Своё турне наш герой завершил во Франции, куда прибыл с паспортом на имя ливонского дворянина Мерова, выданный ему графом Разумовским. В Париже у него закончились деньги, и раздобыть их в городе, где начиналась революция, не представлялось возможным.

В 1789 г. Миранда вернулся в Лондон.

Предтеча на острове.

Первая встреча Миранды с премьер-министром Великобритании Уильямом Питтом состоялась 14 февраля 1790 года и длилась около трёх часов. Впоследствии таких встреч было ещё много.

Миранда передал Питту проект конституции государства, которое он планировал создать в Южной Америке. Оно должно было называться Великой Колумбией и занимать территорию от Мексики до Аргентины. Главой государства должен был стать монарх с титулом инка. Законодательную власть осуществлял бы двухпалатный парламент. В верхней палате заседали бы лорды кацики, пожизненно назначаемые инкой, а нижнюю избирало бы население.

Миранда представил Питту и проект союзного договора Великой Колумбии с Великобританией. А также подробные записки об антииспанских мятежах в колониях, об этническом составе населения, о состоянии испанских колониальных войск и экономическом положении региона. Миранда составил даже список иезуитов, изгнанных из испанских колоний и готовых принять участие в борьбе с Испанией.

Необходимую помощь англичан он оценивал в 15 линейных кораблей и 12-15 тысяч солдат.

Британские корни германского нацизма

Ho на этом этапе карьеры он получил лишь пособие от британского правительства в сумме 300 фунтов в год. Видимо, это была стандартная сумма, тратившаяся британцами на южноамериканских революционеров. Например, в Лондоне в глубоком подполье жил бывший иезуит Хуан-Пабло Вискардо. Он тоже получал 300 фунтов. Этот Вискардо написал в Лондоне "Письма к американским испанцам", материал огромной пропагандистской силы. Но время, когда повстанцы будут вывешивать "Письма" Вискардо на двeрях костёлов, тогда  ещё не пришло.

Миранда несколько заскучал в Лондоне. Тут очень вовремя подоспел Талейран, дипломат революционной Франции. У французов были свои планы относительно испанских колоний, и Миранда мог им пригодиться. Талейран пригласил его во Францию. 23 марта 1792 года Миранда приехал в Париж.

Предтеча в узилище.

Французы строили относительно испанских владений смелые планы, которым не суждено было осуществиться. Миранда сдружился во Франции с жирондистами, вошедшими в очередное революционное правительство. Ему с ходу дали генеральский чин, но из замысла послать его в Санто-Доминго ничего не вышло. Вместо Карибика Миранда очутился во главе французской армии на бельгийской границе. Он воевал не самым удачным образом. Сначала взял Антверпен, потом не смог взять Маастрихт, наконец, был разбит австрийцами при Неервиндене.

Его вызвали в Париж для дачи объяснений и арестовали. Трибунал, перед которым предстал Миранда, полностью оправдал его. 16 мая 1793 г. судебное заседание закончилось тем, что обвиняемому водрузили на голову лавровый венок и, скандирyя  "Да здравствует Миранда, да здравствует республика!" вынесли его на руках из зала суда. Но это было время , когда у власти находились его друзья-жирондисты.

Однако 31 мая с жирондистами произошла известная неприятность - их свергли якобинцы. Мэр Парижа Петион, друг Миранды, пытался скрыться в лесу, где его загрызли волки. Остальных жирондистских вождей якобинцы казнили. Потом они принялись казнить друг друга. Наконец, их тоже свергли.

Кто основал британскую разведку?

А Миранда? Он был повторно арестован и провёл в тюрьме 19 месяцев. После чего его выпустили, и он попеременно то появлялся в лучших парижских салонах, например у мадам де Сталь, то переходил на нелегальное положение, в зависимости от того, кто оказывался во Франции у власти. И так несколько лет

В октябре 1797 г. на свет появился странный документ, которым некая "Хунта депутатов городов и провинций Южной Америки" назначила Франсиско де Миранду своим полномочным представителем с правом заключать военные союзы, руководить операциями, получать займы и закупать оружие.

О людях, образовавших хунту, неизвестно практически ничего. Вплоть до того, что невозможно определить, существовали ли они на самом деле. Ряд современников и многие историки считают, что Миранда сам сочинил этот документ. Через неделю после его появления Миранда, под очередным вымышленным именем, в очередной раз уехал в Лондон.

Друзья предтечи.

В Англии Миранду радушно встретили старые друзья - Тэрнбулл, Питт и другие. Появились и новые. Лондон был полон революционно настроенных южноамериканцев. Некоторым из них предстояло в скором будущем стать апостолами независимости. Особенно частым гостем в доме Миранды был Бернардо О'Хиггинс (впоследствии - национальный герой Чили и президент сразу нескольких новых государств).

Миранда развил бурную деятельность. Он основал Великую американскую ложу. Его эмиссары инсталлировали дочерние ложи, где занимались агитацией в пользу независимости Южной Америки.

После прихода к власти Наполеона Миранда намеревался опять что-то предпринять во Франции . Но через несколько месяцев после приезда он был арестован как английский шпион и депортирован обратно на остров.

В 1802 году Франсиско де Миранда познакомился с Сарой Эндрюс, бывшей на 25 лет моложе его. Известно, что она была красавицей и еврейкой. Миранда никогда так и не женился на Саре, но двое их сыновей были единственными детьми, которых он официально признал своими. Сара Эндрюс стала домоправительницей в доме Миранды на Графтон-стрит.

Что такое Черная Аристократия?

В 1806 г. Миранда приехал в США, оказавшиеся на грани войны с Испанией, и, заручившись поддержкой своих старых друзей, начал вербовку добровольцев для освободительного похода в Южную Америку. Навербовав около 200 человек, в основном англичан и американцев, он на трёх кораблях приблизился к берегам Венесуэлы, но высадиться не смог - испанцы отогнали его.

Вторая попытка была более успешной. На этот раз Миранду сопровождал английский флот. Миранда высадился в одном небольшом городке, оставленном жителями при появлении английских кораблей, и вывесил там флаги, которые придумал для этого случая (ныне это национальный флаг Венесуэлы). Миранда двинулся вглубь материка и занял ещё один городок. Снова пустой - жители бежали и на этот раз.

Никто не изъявил готовности восставать против испанцев. Отряд волонтёров погрузился на свои корабли и ушёл в море. Миранда вернулся в Англию.

Эти события считаются началом войны за независимость Южной Америки. После них английское правительство увеличило денежное седержание Миранды до 700 фунтов в год.

Предтеча и мессия.

В апреле 1810 года власть в Каракасе взяла в свои руки Великая хунта, отстранившая испанского губернатора. Формально хунта боролась за права законного короля Фердинанда VII, попранные Жозефом Бонапартом, которого Наполеон сделал королём Испании. Нo английские газеты расценили эти события, как провозглашение Венесуэлой независимости.

В июле того же года в Великобританию прибыли представители хунты во главе с Симоном Боливаром, преклонявшимся перед Мирандой. Они пробыли на острове около ста дней. Миранда поселил земляков в своём доме и ввёл их в лондонский свет (сам он к тому времени был знаком в высшем обществе со всеми от лорда Веллингтона до принца Глочестера, брата короля).

В Венесуэлу они возвращались на разных кораблях. Сначала Боливар, потом Миранда.

11 декабря 1810 года Миранда вернулся в страну, которую он покинул сорок лет назад. В Каракас он въехал на белом коне, в мундире французского революционного генерала. Миранда с ходу включился в местную политику, возглавив тех, кто требовал полной независимости.

В июне 1811 один американский агент в донесении госсекретарю Соединённых Штатов обрисовал ситуацию в Каракасе словами, которые могли бы проиллюстрировать почти каждую революцию:

"Здесь неразумно расходуются государственные фонды, отсутствуют государственные таланты, процветает интрига,  глупость следует за глупостью, страна быстро катится к нищете и анархии. Всё это, по всей вероятности, кончится тем, что власть окажется в руках Миранды"

Власть оказалась в руках Миранды 18 мая следующего года. Между тем революционеры успели принять Декларацию независимости и конституцию, а в стране произошло разрушительное землетресение и началась гражданская война. Местные роялисты контролировали север страны, а республиканцы - её центр. В это время на Антильских островах случайно находился капитан фрегата Доминго Монтеверде, верный сторонник короля. Узнав о событиях в Венесуэле, он решил придти роялистам на помощь. Высадившись на берег и получив от местных властей лишь минимальную помощь, Монтеверде двинулся на юг, занимая один город за другим. Его отряд, насчитывавший изначально всего триста добровольцев, быстро разрастался за счёт местных жителей и достиг 2000 человек.

Вот тогда Миранда и был назначен генералиссимусом и диктатором Венесуэлы.

Миранда располагал куда более значительными силами и в прямых столкновениях раз за разом отбрасывал Монтеверде,  предпринимавшего отчаянные атаки на его позиции. Наконец, у Монтеверде осталось лишь 500 боеспособных солдат, и его ситуация выглядела безнадёжной. Но тут произошло неожиданное.

В крепости Сан-Фелипе, господствовавшей над городом Пуэрто-Кабельо, республиканцы содержали несколько сотен пленных испанских солдат. Комендантом этой крепости был Симон Боливар. 30 июня пленные испанцы восстали, разоружили охрану и овладели крепостью с её богатым арсеналом. Отбить у них крепость Боливар не сумел. Это моментально изменило расклад сил в пользу Монтеверде. Взять Пуэрто-Кабельо Миранда не мог. Он понимал это. Более того, это понимали даже рядовые, и в его армии началось дезертирство.

Миранда начал переговоры о капитуляции. Они продлились до 25 июля. Монтеверде обещал республиканским вождям амнистию и свободу выезда из страны. Это было единственное, чего Миранде удалось добиться. Потом он сложил с себя полномочия и 30 июля прибыл в порт Ла-Гуайра, где погрузил свой архив на британский корабль "Сапфир".

Однако самому ему сесть на корабль не удалось. В порту появился Боливар с группой офицеров и арестовал Миранду, обвинив его в предательстве. В тот же день Ла-Гуайру взяли солдаты Монтеверде. Миранду они заковали в кандалы.

Несколько дней спустя в Каракасе Монтеверде, лично вручая Боливару паспорт, выразил ему благодарность "за оказанную королю услугу в поимке Миранды".

Возвращение предтечи.

Боливар впоследствии создал Вторую Венесуэльскую республику, тоже разгромленную испанцами, а потом ещё одну, на этот раз более жизнеспособную.

Миранду увезли в Испанию, где он пребывал в тюрьме Ла-Каррака. Питер Тэрнбулл, сын Джона Тэрнбулла, установил с ним связь и наладил канал по передаче ему денег для подкупа стражи. Миранда готовил побег, но 25 марта 1816 года у него произошло кровоизлияние в мозг, и план пришлось отменить. 14 июля Франсиско де Миранда умер.

Сара Эндрюс пережила его на сорок лет. Всё это время она оставалась домоправительницей в доме Mиранды на Графтон-стрит, 27, где разместилась венесуэльская дипломатическая миссия.

Оба их сына перебрались в Венесуэлу. Старший, Леандр, занимал пост директора Английского банка в Каракасе и умер в 1883 году в благословенном возрасте 80 лет. Младший, Франциско, стал венесуэльским офицером и был расстрелян в 1831 году за участие в попытке государственного переворота.

В 1922 г. в поместье лорда Баторста был обнаружен архив Миранды, насчитывающий 63 тома.

В 2007 году созданная венесуэльским министерством культуры кинокомпания сняла фильм "Возвращение Миранды" (оригинальное название "Miranda regresa") с бюджетом в 5 миллиардов боливаров. Из звёзд международного масштаба в проекте участвовал Денни Гловер. Съёмки проходили в Венесуэле, на Кубе и в Чехии.

http://bohemicus.livejournal.com/34077.html

http://mir-economica.livejournal.com/1638.html

Опубликовано 25 Авг 2017 в 11:00. Рубрика: История. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.