Петербургские власти упорно пытаются подорвать саму основу «путинской социальной стабильности». Не столь важно, подкуплены ли они Госдепом США или втайне ностальгируют по Октябрю 1917 года и «славному Ленинскому имени», отнятому у их города перестройщиками. Важно, что им наконец-то удалось щелкнуть «мышиным хвостиком» по самому дорогому путинскому «золотому яичку». И сколько таких щелчков оно выдержит, большой вопрос.

Внешне все выглядит «консервативно-благопристойно», в стиле «возрождения добрых советских традиций» - «борьба с тунеядством» и т.п.: ««Уклонение от трудоустройства (занятости) свыше шести месяцев при наличии подходящей работы наказывается исправительными работами на срок до одного года либо принудительными работами на срок до одного года», - такой поправкой предлагают дополнить УК РФ депутаты Заксобрания Санкт-Петербурга».

На деле же этот закон направлен не против абстрактных «люмпенов», «тунеядцев» и «отщепенцев», а против трех весьма многочисленных категорий граждан, в совокупности охватывающих 90% населения России:

1) Первая - те, кто явно встает на биржу труда, регистрируется как безработный и тем самым «портит статистику». Поскольку понятие «подходящей работы» можно трактовать довольно широко, после принятия этого закона постановка на учет в качестве безработного - это все равно что самому себе срок готовить. Полиции не надо будет суетиться, искать информацию о «тунеядстве» - достаточно официальной справки из службы занятости. Так они реально и будут делать.

Если безработный врач или школьный учитель (а школы и больницы сейчас сокращаются) законопослушно простоит на бирже труда полгода и получит предложение стать говночистом, то за отказ его отправят «чистить говно» уже принудительно. Можно ожидать, что формально регистрируемый «уровень безработицы» после этого резко понизится, и власти смогут рапортовать об успехах. Скорее всего, этот закон - часть мероприятий в рамках предлагаемого Минфином сокращения бюджетных организаций, прежде всего образовательных и медицинских, дабы уволенные врачи и учителя не торопились регистрироваться в качестве безработных, не претендовали на пособие и «не портили статистику».

2) Вторая, более широкая группа жертв этого закона - это примерно 38 миллионов работоспособного населения РФ, которое не оформляет свою занятость «по бумагам». Это, главным образом, крайне бедные люди в депрессивной и безработной глубинке, где зарплаты ниже плинтуса, промышляющие кустарничеством, мелкой торговлей, услугами по ремонту и строительству, продажей овощей со своих огородиков и т.п.

Ленинградские депутаты здесь снова исполняют заказ финансового блока правительства: вспомним нашумевшее выступление вице-премьера Ольги Голодец год назад (я об этом писал). Последняя удивлялась, что 38 миллионов человек в России «работают в непрозрачных условиях», т.е. неофициально и не платя налогов. Но они, по крайней мере, кормят своих детей, оплачивают коммуналку и даже некоторые «незарплатные» налоги, подпитывают своим спросом розничную торговлю и малый бизнес в глубинке (а с этого идут, в том числе, и налоги в казну).

Кстати, после роста налогов на ИП к этой категории присоединились сотни тысяч мелких предпринимателей-кустарей, которые были вынуждены «уйти в тень». Теперь у полиции появится дополнительная возможность «прикопаться» к этой категории граждан, кого-то из них - посадить, кого-то - обложить неформальными поборами.

3) Самая многочисленная группа, которая пострадает от «закона о тунеядстве», если он будет проводиться жестко и непримиримо, - это законопослушное работающее население. Если все 38 миллионов «тунеядцев» пойдут устраиваться на «белую» работу, это просто уронит зарплаты. В глубинке и сейчас доминируют копеечные зарплаты в районе $200-400, «оплатить коммуналку и жить на хлебе», а будут еще ниже («или экономить на хлебе, или на коммуналке - и лишиться жилища»). Снижение зарплат - это еще один заказ финансового лобби, которое пытаются выполнить Ленинградские депутаты своим законом.

На первый взгляд, здесь повторяется репрессивная практика ранних советских времен, которая вынуждала людей устраиваться на советские заводы и фабрики, лишая иных законных средств существования. Но в те времена вакантные рабочие места по крайней мере наличествовали, их число возрастало, так что «принуждение к работе на производстве» можно было оправдывать необходимостью ускоренной модернизации и т.п.

В нашу же эпоху идет сокращение рабочих мест, и в первую очередь - как раз в тех сферах, от которых зависит прогресс страны в индустриальном или постиндустриальном формате (наука, образование, культура, медицина). Такой закон лишь увеличит конкуренцию в нижних по зарплате сегментах рынка труда. Увеличится «давка» и на входе в социальный лифт, ведущий в средний сегмент зарплат, что неизбежно и здесь уронит доходы граждан. Снижение потребления, вызванное падением доходов населения, ударит по торговле и малому бизнесу.

Словом, если как следует посчитать, «закон о тунеядстве» понизит уровень жизни 90% населения России. Но самым фатальным образом он скажется на социальной стабильности, окончательно разрушив неформальный «общественный договор» ельцино-путинской эпохи: «Вы, наверху, получаете все, но не мешаете нам выживать своими силами». Та мера «влезания» в личные дела граждан, которую предусматривает этот закон, никого не оставит равнодушным. При этом «крайними», непосредственно ответственными за применение этих репрессивных мер, окажутся местные чиновники и силовики (что тоже важно для успеха «Майдана»). Не случайно выступить с этим законом заставили депутатов-регионалов.

http://kornev.livejournal.com/459357.html