По весне пускается в рост вечнозелёный вопрос "кем быть?". Вузы организуют дни открытых дверей, непростые школы проводят свои непростые приёмные испытания,  платные образовательные самоделки на все лады заманивают дефицитных абитуриентов. И то сказать: количество мест в вузах примерно равно количеству выпускников школ.

Какие же сегодня профессии, по общему мнению, сулят успех, какие занятия сладки и желанны? Что угнездилось в коллективном бессознательном на тему "кем быть?" Едва я об этом задумалась, как тут же подвернулся ответ. В метро расклеили рекламу проекта “Kidzania” —  парка, где дети играют в профессии. Проект, понятно, коммерческий: сегодня даже "в школу" или "в магазин" надо играть за деньги, даже удивительно, как мы в наше детство сами-то обходились.

А поскольку проект  коммерческий, он  обязан потрафлять стереотипам общественного сознания. Коммерсант ведь не учит и не воспитывает обывателя — он собирает с него денежки, а чтобы собрать денежки, нужно дать ему то, что уже есть в его голове, хотя бы и в смутном виде. Что бы человек ни покупал,  кроме хлеба и картошки, — он всегда покупает прирост самооценки и престижа. Так что же престижно и желанно?

А вот что. На стенах вагонов висят портретики детишек, наряженных, как большие, с соответствующими надписями: кто есть кто.  Вот надувает щёки (в самом прямом, физическом смысле) директор по маркетингу. А вот шеф-повар, директор магазина, арт-директор, заведующая отделением (судя по фонендоскопу на шее — в больнице). А вот топ-менеджер — широкого профиля. Идея лапидарна: работать надо — начальником. Кем-то командовать, какими-то условными "таджиками". Работать самому? Не на таковских напали!  Теперь я, кажется, понимаю, почему в моей компании любой, кого назначают микроскопическим начальником, ещё не начав руководить, немедленно прекращает работать. Так что девочка Ася — которая "заведующая отделением"  — ни за что не пойдёт в каникулы в больницу санитаркой, как делали в прошлых поколениях многие мечтавшие о медицине. Ася — уже руководитель, начальник. То есть не работник.

Но это лишь поверхностный слой. Есть тут и идея более глубокого залегания: начальник — это особая профессия, в которой знать дело — в общем-то, лишнее. Сегодня руководят топ-менеджеры, то есть профессиональные начальники — по образованию юристы-финансисты. Они начальники, они разруливают финансовые потоки, остальное — для "таджиков", которые копошатся где-то внизу, в ничтожестве. По этому принципу сегодня управляются корпорации, да и целые отрасли. Результат? Ну, сами знаете…

Так что же — все хотят быть начальниками? Не все. Есть место, где переносимо неруководящее положение. Это — "креатифф", который необсуждаемо прекрасен сам по себе. А потому годятся любые профессии. Ну, там, режиссёр, гримёр и, естественно, телеведущая — ключевая профессия современности.  Очевидно: девочка с нездешним именем Даяна не может быть оператором машинного доения или учительницей географии в седьмом классе. Только телеведущая!

Я отнюдь не оцениваю этот проект: он меня интересует только как маленькое окошко в коллективное бессознательное. Надо сказать, что стереотипы общественного сознания схвачены очень верно и коммерчески точно.

К чему сегодня стремятся реальные Денисы, Максимы и Аси? Вот этого примерно и хотят. А кто им объяснит, чего им хотеть, когда и взрослые этого не понимают? Лев Толстой когда-то говорил, что счастье — это не делать, что хочешь, а хотеть того, что надо. Это очень верно. Но кто бы сказал: а что надо? Какие профессии нужны обществу, стране? Что потребуется через десять лет? От молодого поколения отделываются пошлостями, вроде "займись любимым делом, и успех сам найдёт тебя". В результате молодёжь идёт в те заведения, которые есть, — а как по-другому-то? Большинство заведений учит на всё тех же юристов-экономистов, как десять лет назад. В результате через пять лет получаем фрустрированного неудачника, пригодного разве что для отсидки в конторе. А конторы и так полны.

Мы грезим об индустриальных прорывах, а подавляющее большинство молодёжи учится у нас по гуманитарным специальностям. С кем в прорыв-то идти: с культурологами и политологами?  Почему они идут на гуманитарные специальности, ведь есть же технические заведения? Идут потому, что так — легче. Учиться легче. Если мы хотим, чтобы молодёжь подлинно переориентировалась на естественные науки и технологии — надо попросту закрыть 9/10 гуманитарных "точек". И открыть много техникумов. Социальным стандартом должно стать среднее техническое образование. Стань сначала техником, а там можно и на инженера выучиться.

Пора понять: подлинное высшее образование, то есть освоение знаний на самом передовом уровне и — главное — способность производить новые знания, доступно процентам десяти населения. То, что имеется сейчас, — это по большей части симулякр. Все эти "финансово-лингвистические академии" — просто отстойник для передержки молодняка, ничего больше. Делать вид, что "всё идёт по плану", больше нельзя. Мы стоим у опасной черты.

http://zavtra.ru/content/view/belyij-kot-na-voevodstve-19/