Эволюция кризиса итальянской банковской системы, на каком-то этапе и не в столь отдаленном будущем приведет к столкновению между Италией, Германией и Европейским Союзом. Фундамент для этой конфронтации был заложен в прошлом году.

Проблема итальянских банков – просроченная кредитная задолженность (non-performing loans (NPLs) – по данным европейского Центробанка, 17% всех банковских кредитов относятся к NPL. Перспективы роста для Италии, в ближне и среднесрочной перспективе плохи. Наиболее проблемным итальянским банком на сегодняшний день является Banca Monte dei Paschi di Siena, на котором висит 45 миллиардов евро невозвращенных кредитов.

Основная причина европейской политики 20 века
в статье

Леваки и марксисты побеждают в Европе
Так же в статье
Франкфуртская школа, марксизм и толерантность

Теоретически, у европейского Центробанка достаточно экономической мощи для того, чтобы выкупить долги итальянских банков – речь идет о сумме в несколько сот миллиардов евро. Практически и политически это представляется невозможным. Такая акция будет означать, что вся остальная Европа платит за итальянские ошибки. Греция, загнанная в угол мерами экономии” того же Центробанка, будет возражать в связи с подобным особым подходом. Германские налогоплательщики выступят против. ЕС – не страна, ЕС – союз, и трансфер суверенитета в Брюссель осуществлен лишь формально. Каждый член союза – независимое государство с независимыми и не обязательно совпадающими с другими интересами.

В декабре 2016 года два итальянских члена Европарламента от популистской Europe of Nations and Freedom отправили письмо в европейский Центробанк и попросили объяснить пичины “нарастающую дивергенцию балансов отдельных государств-членов, начиная с кризиса 2008 года”.

Они также спрашивали, “каким образом балансы будут урегулированы, в особенности, в случаях стран – чистых должников, в случае, если государство-член примет решение выйти из зоны единой валюты”.

Почему Европа перестала быть военной силой
в статье

Причина военной слабости Европы

Речь идет о первом в истории случае, когда депутаты Европарламента спрашивают о том, как будет выглядеть выход из зоны единой валюты. Они получили следующий ответ от директора Центробанка Марио Драги: “Если страна решит покинуть систему евро, обязательства европейского Центробанка перед нее и ее обязательства перед европейским Центробанком должны быть полностью урегулированы”.

В Италии пройдут всеобщие выборы – в этом или в следующем году Центральной проблемой будет вопрос о членстве в ЕС. Мы не знаем, как повернутся эти дискуссии, но наличие (или отсутствие) мощи – ключевой концепции в геополитике влияет на то, на каких условиях государство способно заключать договор или расторгнуть уже заключенный.

Сделки, в форме договоров, зачастую подписываются после войн. Их практически невозможно расторгнуть – потому что дорога к ним была так трудна, и повлекла за собой потери и разрушения. Но есть другой вид сделок – политический, от которых, на первый взгляд, легче отказаться.

Европейский Союз, по своей сути, является сделкой между национальными государствами, целью которого является мир и процветание. Страх возобновления войны привел к основанию Европейского Объединения Угля и Стали в Париже в 1951 году. Надежды на экономический рост привели к подписанию Маастрихтского договора в 1992 году. Этот договор привел к основанию ЕС и созданию евро.

Настоящий отец Евросоюза
в статье

Евросоюз придуман при Гитлере

Оба соглашения имели своей целью создать такой уровень стабильности и благосостояния, которого государства-члены не могли достигнуть собственными силами.

Сегодня, ни мир, ни благосостояние не гарантируется членством в ЕС. Дни, когда европейские политики обещали благосостояние через интеграцию закончились с финансовым кризисом 2008 года. Мигрантский кризис и террористические атаки в Европе угрожают внутреннему миру и стабильности. ЕС не может эффективно бороться ни с тем, ни с другим – и граждане стран-членов начинают задавать себе вопрос о том, стоит ли членство издержек.

Ответ Драги – один из первых примеров того, что европейские власти начинают говорить о параметрах выхода из блока. В реальности, договор о членстве не предусматривает статьи об условиях выхода из еврозоны – и речь идет больше, чем о недосмотре.

Монетарный союз рассматривался в качестве безотменного и необратимого. Когда подписывался Маастрихтский договор, государства члены не могли себе вообразить, что кто-то пожелает покинуть еврозону.

Включение такой статьи в договор означало бы признание того, что членство может нести с собой негативные последствия в будущем. И это бы означало, что благосостояние – не нечто само-собой разумеющееся, что подрывает цель и обещание договора. После этого государства могли бы задуматься о целесообразности трансфера полномочий блоку.

Организованный НАТО и ЦРУ террор в Европе
в статье:

Террор НАТО в Европе и США

В то же время, государства не хотели отдавать свой контроль над фискальной политикой – и европейскому Центробанку был передан только монетарный контроль. Такова была суть сделки: они хотели сохранить полный политический контроль у себя дома, и передать контроль только над одной сферой – потому что предполагали, что это сократит издержки при финансовых трансакциях внутри блока.

Они оказались учитывать тот факт, что эти трансакции не были сбалансированы, потому что уровень торговли между различными государствами-членами не равен, и социально-экономическая обстановка разных стран сильно отличается. Но пока члены ЕС жили надеждой на то, что блок принесет рост и процветание, эта сделка работала.

Но она работать перестала – что ярко иллюстрирует обмен письмами между итальянскими евродепутатами и Драги. Проблемы стали видимы после удара, нанесенного кризисом 2008 года. Хотя Драги этого и не упомянул, высшие круги руководства ЕС обсуждали возможность выхода из союза одного из членов летом 2015 года – в разгар кризиса вокруг Греции.

http://voprosik.net/wp-content/uploads/2013/07/Доклад-падение-рождаемости-в-Европе.pdf

Италия далека от той ситуации, в которой тогда оказалась Греция. Но Европа за прошедший год повернулась к национализму и популизму, и радикальные позиции политиков более не являются исключением – но нормой.

Экономический кризис Европейского Союза оказался политическим. Сделка, заключенная в Маастрихте – и обновленная в Амстердаме, Ницце и Лиссабоне более не представляется релевантной. Нет идей о том, как улучшить или развернуть ее в обратном направлении. Но политические сделки могут быть изменены, и политическая воля к тому, чтобы это произошло нарастает. Государства начинают верить в то, что в их национальных интересах – вернуть себе контроль над монетарной политикой.

Сухой остаток: как выйти из ЕС