Во все известные времена внедрить своих агентов в управляющие органы враждебной страны всегда было нелёгкой задачей.

Сколько за всю историю было шпионских скандалов - не перечесть!

Но сегодня они сходят на нет. Да и зачем внедрять кого-то нелегально, если можно в слабых странанх организовывать целые шпионские гнёзда: НКО/НГО.

Причём здесь именно игра в одни ворота: в России такие гадючьи гнёзда либеральной мрази есть, а в Штатах о российских НГО что-то не слыхать. Оно и понятно: кто же захочет добровольно содержать на своей территории шпионов иностранных государств??!

К сожалению, все эти 4 с лишним тысячи грантоедских НГО/НКО, орудующих на территории РФ, не занимаются исключительно лишь шпионской деятельностью. Эти организации на несколько порядков опаснее, нежели просто 4 тысячи шпионов. Потому что предатели России, работающие на интересы Запада, помимо сбора разведданных осуществляют прямое воздействие на управление нашей страной. И порой это воздействие решающее.

За примерами далеко ходить не надо. Откуда у нас появился ЕГЭ, Болонский процесс, переход на платное образование, катастрофическое снижение его уровня? Это - результат работы НГО/НКО. Мы уже писали, какие методы применяют эти организации для достижения своих разрушительных для России целей. Надо отметить, что методы эти работают отлично: образование разрушается прямо на глазах, тикой сапой вводится ювенальная юстиция, искажается и фальсифицируется родная история, гробится наука, переходит в частные руки социалка и т.д.

Мы бахвалимся нашими ракетами. Подобные хвастливые статьи всегда вызывали недоумение. Ракеты надо иметь, но они безсильны против более действенного оружия порабощения России: НКО/НГО.

Действительно, разве можно даже самыми распрекрасными ракетами предотвратить распад образования, здравоохранения, науки, социалки, остановить падение уровня нравственности? Так чего же бахвалиться-то??!

Обратите внимание в помещаемой ниже статье на статистику наращивания Западом помощи некоторым российским НГО/НКО. Такая ситуация, ей-богу, удручает. Единственный положительный момент, который можно вывести из этой ситуации - это уверенность в том, что Путин действительно не устраивает Запад.

Почему? Дело в том, что „за последние 2 года финансирование третьего сектора подозрительно увеличилось более чем в 10 раз”. Т.е. за 2013 и 2014 годы. После переизбрания Путина Президентом. Когда западным кукловодам стало ясно, что серьёзный российский майдан им устроить не удалось, и все усилия Болотной по недопущению возвращения Путина на высший пост пошли прахом.

Но это, увы, единственный положительный момент, который можно извлечь из статистики финансирования либеральных гадючих гнёзд в России.

Что же делать? Терпеть, ждать, когда страна сама потихоньку развалится? Когда заботливо взращиваемый ядовитый плод внедрения либеральных методов во все сферы общественной жизни созреет, и Россия сама упадёт к ногам победителей, расчленителей страны?

Нам, на уровне обычных граждан, видится лишь один выход. И заключается он именно в гражданской активности всех и каждого. В тех условиях, в которых оказалась страна, врага можно и нужно бить его же оружием: общественной активностью.

Необходимо создавать в массовом порядке общественные комитеты, которые смогли бы досконально отслеживать деятельность упомянутых 4108-ми НГО. Подавать общественные иски в суды против вражеской деятельности. И разъяснять окружающим, в чём опасность этой деятельности.

На уровен родительских комитетов в школе, профсоюзов, самого разного рода ассоциаций. Везде, куда проникли либеральные предатели, должна быть курирующая их деятельность общественная организация граждан.

Стреножить деятельность предателей исками, жалобами в полицию, статьями, публикациями в Интернете, жалобами в администрацию всех уровней, персональной работой с активными грантоедами, если вообще не с каждым.

И ведь здесь не надо особых капиталовложений, их вообще практически не надо. Среди родителей, например, всегда можно найти несколько юристов, чтобы составить несложный иск, проталкивать его в судах. И в каждом районе обязательно есть предприниматель, которому те же предатели как кость в горле. Так что и на организационную деятельность найти сколько-то тысяч рублей в год не проблема.

Проблема в выходе из той спячки, в которой мы пребываем после 1993 года. Пора, однако, просыпаться, граждане!

А иначе нам не то что удачи, страны нашей не видать. Станет она НЕ нашей. И будущего у наших детей не будет никакого. Даже плохого: вообще никакого.

***

Более 4 тыс. российских НКО финансируются из-за рубежа

На сегодня иностранными агентами в России признаны 52 некоммерческие организации, при этом зарубежные гранты получают тысячи.

Секретарь Общественной палаты РФ, сопредседатель «Общероссийского народного фронта» Александр Бречалов отметил, что на самом деле иностранных агентов может быть в разы больше.

По данным Минюста и ОП, за 2014 год зарубежное финансирование получили 4108 НКО на общую сумму более 70 млрд руб­лей. Список всех некоммерческих организаций, осуществляющих свою деятельность за иностранный счет, будет представлен президенту.

Как заявили «Извес­тиям» в Минюсте, за последние 2 года финансирование третьего сектора подозрительно увеличилось более чем в 10 раз.

Эксперты сходятся во мнении, что такие денежные вливания извне весьма полезны, если направлены на решение социальных проблем, но в то же время представляют угрозу для страны, поскольку могут оказывать давление на внутреннюю политику.

В 2012 году был принят «Закон об иностранных агентах», согласно которому финансируемые из-за рубежа политические НКО должны самостоятельно регистрироваться в Минюсте в качестве иностранных агентов, а с 2014 года Минюсту разрешено самому включать организации в реестр иностранных агентов.

Первой НКО, которую признали иностранным агентом, стала ассоциация «Голос». Среди известных НКО, получивших этот статус, — правозащитный центр «Мемориал», «Солдатские матери Санкт-Петербурга», Комитет против пыток (Нижний Новгород), ассоциация «Агора» (Казань).

Несмотря на то что статус иностранного агента не запрещает деятельность таких организаций на территории России, в последние годы наблюдается смещение вектора господдержки в сторону социально ориентированных НКО, которые не были замешаны в какой-либо политической деятельности.

Александр Бречалов отметил, что, по данным Минюста, в 2014 году финансирование из-за рубежа получили 4108 российских НКО на сумму более 70 млрд руб­лей.

Для сравнения: в 2012 году поддержка из-за рубежа была оказана 458 некоммерческим организациям на сумму более 4 млрд руб­лей, а в 2013-м ее получили 2705 организаций на сумму 37 млрд руб­лей.

Что касается поддержки НКО из федерального бюджета, то в нынешнем году общая сумма президентских грантов составит 4,2 млрд руб­лей. Это почти вдвое больше, чем в 2014 году, когда было выделено 2,7 млрд руб­лей.

— Мы ни в коем случае не можем считать 4108 организаций, получающих зарубежную поддержку, иностранными агентами. Мало того, мы уверены в том, что значительная часть этих денег действительно идет на общественно полезные проекты — как российские, так и международные. Но при этом наивно полагать, что у нас только 52 иностранных агента и что наши «западные партнеры», с одной стороны, вводят против нас различные экономические санкции, а с другой — безвозмездно помогают деньгами нашим социально ориентированным НКО, — отметил Александр Бречалов.

В пример глава ОП привел «социальную работу» США на Украине.

— На Украине на протяжении последних 20 лет в каждом муниципалитете работала НКО. Теперь мы видим результат этого воздействия — они «переобули» против России почти целую страну. К этому привели, во-первых, финансирование, во-вторых, технологии манипулирования сознанием общества, — заметил Бречалов. По его словам, чтобы выдерживать эту конкуренцию с «западными партнерами», одной из приоритетных задач государства должна стать серьезная работа с содержательной повесткой проектов.

— Необходимо находить, оценивать и поддерживать те инициативы наших НКО, которые будут конкурировать с проектами, финансируемыми из-за рубежа. Наглядный тому пример — проект активистов из Томска «Бессмертный полк». Его содержательная повестка представляет ценность для каждого жителя России и стран бывшего СНГ. Я уверен в том, что нам нужно бороться за повестку, конкурировать, а не только действовать запретительными методами, — добавил секретарь ОП.

Список НКО, получающих финансирование из-за рубежа, будет представлен президенту в докладе Общественной палаты РФ «О состоянии гражданского общества». Предполагается, что эти данные помогут скорректировать структуру финансирования третьего сектора, в том числе сориентировать грантооператоров.

Член совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека, директор НКО «Агентство социальной информации» Елена Тополева-Солдунова отметила, что российским некоммерческим организациям не хватает саморегулирования, которое могло бы помочь в том числе усилить контроль в части расходования зарубежных и иных целевых грантов.

— Во всех развитых странах существуют ассоциации, объединяющие НКО по типу саморегулируемых организаций. Они создают некие внутренние требования, например, по дополнительной прозрачности и подотчетности, — отметила она.

По ее мнению, организации, получающие иностранное финансирование, с пониманием восприняли бы введение более подробной формы отчетности, если по поводу таких НКО есть какие-то подозрения.

— Но, с другой стороны, дополнительные требования должны предъявляться и к организациям, которые получают финансирование из бюджета, ведь это наши налоги, которые в виде неких субсидий или грантов раздают НКО и не всегда делают это прозрачно и эффективно. За их деятельностью тоже должен быть усиленный контроль — такие организации тоже должны быть более подотчетны обществу, чем те, которые существуют за счет членских взносов или продажи услуг.

Глава Фонда развития гражданского общества (ФоРГО) Константин Костин отметил, что многие наши «зарубежные партнеры» пытаются использовать третий сектор в качестве инструмента давления на Россию и влияния на политическую ситуацию внутри страны.

— В США был принят закон «О противодействии российской агрессии», который подразумевает выделение грантов на организации третьего сектора. Названы конкретные суммы, средства на эту работу предоставлены госсекретарю. В этом смысле принятие закона «Об иностранных агентах» оказалось обоснованным и очень своевременным — это не наша паранойя, а отражение современных реалий. Но в то же время, если брать в целом структуру третьего сектора, таких организаций абсолютное меньшинство, — отметил Костин.

По мнению эксперта, к организациям, получающим зарубежное финансирование, во-первых, должен быть внимательнее Минюст, во-вторых, можно создать эффективные механизмы общественного контроля.

— Считаю, что целесообразно было бы создать некие экспертные советы либо при Минюсте, либо в рамках Общественной палаты, поскольку это очень тонкая грань — где заканчивается общественно полезная деятельность и начинается политическая. Это достаточно трудно описать в законе, но тем не менее в жизни всё очень просто и понятно.

Финансирование общественных организаций с целью давления на Россию — это реальная угроза, и, безусловно, на нее должен быть адекватный ответ внутри страны. Но он не должен быть избыточным, чтобы не сдерживать собственное развитие, поэтому, говоря о гос­поддержке НКО, в первую очередь должна оцениваться социальная значимость предлагаемых проектов, а не источники финансирования. Именно она должна быть основным аргументом для конкурсных комиссий, — добавил глава ФоРГО.

Подробнее в статье:
Фонд МакАртура в России

По мнению председателя Российского союза молодежи (один из основных грантооператоров) Павла Красноруцкого, некоммерческим организациям надо сейчас больше включаться в реализацию социальных задач государства, активнее участвовать в конкурсах и тендерах, сосредоточиться на системных проектах, которые направлены на усиление социальной активности населения.

— Президент в начале этого года говорил, что государству нужно передать часть своих социальных функций третьему сектору. Мы поддерживаем эту идею и считаем, что это очень своевременно. Что касается иностранного финансирования, то, если оно направлено на созидание, решение реальных проб­лем людей, почему нет? Мы смотрим на конкретные проекты и поддерживаем самые значимые.

Но, как показывает практика, зачастую иностранные деньги выделяются на разовые политические акции, которые в основном направлены исключительно на медиаактивность, чтобы в определенном смысле «раскачать лодку». А вот этого уже допускать нельзя, потому что не одно государство не должно оказывать воздействие на внутреннюю политику другого, — отметил Павел Красноруцкий.

На 17 февраля 2015 года Мин­юстом зарегистрированы 225 724 некоммерческих организации. Из них больше всего — в Москве (34 тыс. — 15,2% от общего числа), Московской области (14 тыс. — 6,4%), Санкт-Петербурге (12 тыс. — 5,4%) и Краснодарском крае (6,8 тыс. — 3%).

Среди зарегистрированных НКО 28 тыс. профсоюзов, 27,5 тыс. религиозных организаций, 22 тыс. некоммерческих и общественных фондов, 19,5 тыс. автономных некоммерческих организаций, 17,5 тыс. учреждений.

http://ss69100.livejournal.com/2155769.html

http://izvestia.ru/news/585291