Невероятно успешно действующее против сразу двух регулярных армий ближневосточных стран группировка Исламское государство, не «дотягиваясь» впрямую, уже оказывает значительное идеологическое влияние на целый ряд регионов мира. Одним из этих регионов является Средняя Азия, и без того в постсоветские годы являвшая собой одну из мировых «пороховых бочек». Нищета населения и радикальный ислам, авторитаризм политических режимов и «большая игра» мировых держав, равно как и близость наркотического и террористического центра «улья» земли Афганистана не могли не дестабилизировать обстановку в этом в прошлом «спальном районе» Советского Союза, причем делать это перманентно – на протяжении всех последних 20 лет.

Учитывая специфику среднеазиатской действительности, влияние на регион «Исламского государства» способно всерьез дестабилизировать обстановку в нем, а открытое вмешательство боевиков ИГ в дела государств вполне может изменить региональные геополитические расклады.

Каким образом проникает идеология «Исламского государства» в Среднюю Азию? Во-первых, - через рекрутированных там добровольцев. В рядах террористической группировки сражаются не менее четырех сотен казахов, около 300 киргизов и таджиков, а также сотни туркмен и узбеков. Все эти боевики, после окончания своей «миссии» на Ближнем Востоке, скорее всего вернутся домой. Буквально «накачанные» радикальными идеями, получившие боевой опыт и профессиональные навыки. При этом социализации в уже отринувших их ранее обществах им ждать не следует. Вряд ли оборвутся и связи этих людей с прежними «командирами». Вряд ли что-то удержит таких переселенцев от вербовки в ряды ИГ новых членов уже на родине и попыток расширить Исламское государство за счет территории собственных стран.

При этом надо понимать, что уже на данный момент уроженцы Средней Азии в ИГ – далеко не только пехота. Так, с конца августа эмиром центра «Исламского государства» в Сирии, города Ракка, является гражданин Таджикистана. Именно под его командованием боевикам удалось захватить базу правительственных войск Табка. В Ираке на весь мир гремят победы узбекских «воинов ислама», командует которыми также уроженец Узбекистана Абу Зубайр аль-Узбеки. Именно узбекские боевики уничтожили 30 октября почти сто солдат иракской армии. До сих пор СНБ Узбекистана не признало, как участие своих граждан в данной операции, так и активность их в Ираке вообще, однако ошибочность данной точки зрения очевидно. Эти факты вырисовывают еще более нехорошие перспективы. Высшие офицеры ИГ среднеазиатского происхождения не только, скорее всего, не оставят без внимания места своего рождения, но и вполне могут привлечь для экспорта исламизма в Среднюю Азию вверенные им силы.

Впрочем, ситуация не просто может выйти из-под контроля – она постепенно выходит уже сейчас. Пожалуй, самая мощная исламистская структура Средней Азии - Исламское движение Узбекистана во главе с Усманом Гази уже заявило о присоединении к «Исламскому государству». В результате, в Узбекистане халифу Абу Бакру аль-Багдади и его командирам даже не требуется экспортировать исламскую революцию, не нужно создавать какие-либо структуры и объединения – они уже давно существуют на базе ИДУ. Более того, о своей верности «халифу» заявили и талибы Афганистана, так что, в случае каких-либо неудач в Средней Азии, местным салафитам уже готовы возможности к отступлению и, главное, подкрепление.

При этом с сожалением придется признать, что благоприятная почва для расширения «халифата» за счет среднеазиатских стран есть. Частично об этом мы говорили выше - речь идет об исламском вероисповедании большинства населения, его неграмотности и элементарной бедности, авторитарности и неэффективности большинства политических режимов региона. Кроме того, имеет место недостаточно внимательное отношение к проблеме терроризма в Средней Азии внерегиональных государств, позиционирующих себя как «союзники» и «партнеры». Если вспомнить историю, точно такая же ситуация имела место в 1979 году в шахском Иране, что-то подобное установилось в государствах арабского Магриба, Египте и частично – Сирии перед «Арабской весной».

Государства Средней Азии, кроме достаточно успешного в экономическом и политическом отношении Казахстана и, хотя и авторитарного, но богатого ресурсами Туркменистана, бедны. Миллионы их граждан постоянно проживают в России, откуда и получают деньги на содержание себя и своих семей.

Среднюю Азию в большей степени, чем другие части бывшего СССР, затронула деградация советской системы образования. На данный момент уровень образования населения данного региона все-таки выше, чем на Ближнем Востоке, однако, спустя несколько лет, он может с ним сравняться.

Соответствуют условиям для социального взрыва и политические реалии в государствах Средней Азии – ни один из их лидеров, исключая президентов нестабильного Кыргызстана, не переизбирался с начала своего правления, а такие политики, как Эмомали Рахмон, Нурсултан Назарбаев и Ислам Каримов, находятся на своих постах с начала 90-х гг. прошлого столетия.

Правозащитные организации, в том числе и крупнейшие – HRW и AI, регулярно фиксируют массовые нарушения прав человека в Средней Азии – ни в одном из ее государств в полной мере не действуют оппозиционные политические силы, а инакомыслящие граждане зачастую подвергаются жесточайшим репрессиям.

Более того, в плачевном состоянии находятся и вооруженные силы большинства государств региона (здесь, опять же, следует исключить Казахстан) – они не имеют ни достаточного финансирования, ни необходимого уровня организации и морального духа. Кроме того, местные силовики практически не имеют опыта крупномасштабных военных действий – он ограничивается гражданской войной в начале 90-х гг. в Таджикистане и поимкой нескольких десятков исламистов в Узбекистане.

Все упомянутые факторы складывались в республиках Средней Азии не одно десятилетие, и решить их в краткосрочной перспективе местным политическим элитам, скорее всего, невозможно. Таким образом, очевидна «благоприятность» региона для любого рода действий боевиков «Исламского государства».

Остается еще внешний фактор. Готова ли будет смотреть спокойно на усиление исламистов на своих границах уже испытавшая с ними проблемы Россия? Останутся ли в стороне от попытки захвата радикалами стратегически важного для них региона Соединенные Штаты? Позиция вторых вызывает серьезные вопросы – именно они финансировали и прикрывали на международной арене сирийскую оппозицию, лидерство в среде которой уже вскоре после ее оформления захватили радикальные исламисты - «Джаббат аль-Нусра» и ИГ.

Впрочем, уже вскоре «Исламское государство», поддержанное также и монархиями Персидского залива, вышло из-под контроля США, что и толкнуло их на активные действия - в том числе и авиабомбардировки позиций исламистов. Тем не менее, политика Соединенных Штатов и в антитеррористических действиях является сугубо прагматичной и сильно кренится в сторону собственных интересов Вашингтона, которые не всегда отвечают безопасности Ближнего Востока. К примеру, Соединенные Штаты не взаимодействуют в борьбе против ИГ с администрацией Башара Асада, а также не включили в антитеррористическую коалицию Иран.

Что касается Средней Азии, то, несмотря на стратегическую привлекательность ее для Вашингтона, ему будет достаточно сложно чисто технически оказать поддержку региональным государствам – афганский путь крайне нестабилен, и опасен, да и войск в Афганистане США держат уже не так много, чтобы поддерживать какие-то военные мероприятия вне страны.

В этой связи, особое значение для безопасности среднеазиатских государств имеет позиция России. Москва также имеет серьезные проблемы с «Исламским государством». Один из лидеров последнего, Абу Умар аль-Шишани уже заявил о готовности «освободить» из-под «кяфирской» власти Чечню и другие регионы РФ. Тысячи граждан России сражаются в рядах ИГ, что тоже создает риск возвращения радикализированных и агрессивных «ландскнехтов» на родину.

Очевидно, что для Российской Федерации усиление исламистов в Средней Азии, прямо у ее границ и в зоне стратегических интересов, крайне не выгодно. При этом Москва имеет все возможности для помощи бывшим советским республикам - совместное отражение террористической угрозы предусмотрено соответствующими документами ОДКБ и ШОС. Кроме того, российская армия уже проводила совместные учения с вооруженными силами государств Средней Азии, что дает ее войскам, в случае реального конфликта, ощутимые преимущества.

Однако усиление российского влияния в регионе – не в интересах стремящихся к большей политической самостоятельности среднеазиатских стран. Допустить к решению проблемы национальной безопасности Москву для любого из региональных государств означает расписаться в собственной неспособности обеспечить эту самую безопасность, отстоять свою территорию. Между тем, именно способность к самостоятельному обеспечению безопасности и самозащите – один из критериев самостоятельности и независимости того или иного государственного образования. Очевидно, что усиление и без того ведущей роли РФ в регионе означает фактический вассалитет по отношению к ней региональных игроков.

К сожалению, вероятность попыток перенесения «Исламским государством» военных действий в среднеазиатский регион весьма велика, однако противостоять этим устремлениям можно. Здесь ключевую роль может сыграть политическое маневрирование каждого из региональных государств, равное и конструктивное взаимоотношение с великими державами, параллельно с решением внутренних проблем и укреплением вооруженных сил и правоохранительных органов. Следует признать, что процесс это – не легкий, а некоторые государства СА к нему попросту не готовы. Однако на данный момент только грамотный и умеренный политический курс как внутри, так и вне каждой из стран, и региона в целом может остановить рвущихся к мировому господству исламистов.

http://www.caspiania.org/2014/12/30/ig-v-srednej-azii-kto-spaset-region/