Греция — изгой Европы

Представление о Греции как об отсталой стране с ленивым населением плохо вяжется с её весьма приличным положением в мировых рейтингах ВВП. Так, по оценкам МВФ, по производству конечного продукта на душу населения Греция занимала 29-е место в мире. Каждый грек в 2010 году произвёл ценностей на 28 тысяч 833 доллара США — почти в полтора раза больше, чем чех или португалец; почти в два раза больше, чем венгр, латыш или эстонец; и всего на 14% меньше, чем японец.

Вот уже второй год любой разговор о перспективах Еврозоны вращается вокруг экономического положения Греции. Хотя это и не единственный финансовый аутсайдер ЕС (есть ещё Португалия, Ирландия, Испания, объединённые вместе с греками под презрительной аббревиатурой PIGS, да и в Италии размеры государственного долга зашкаливают за все маастрихтские нормативы), но ни у кого не вызывает сомнений, что именно Греция — слабое звено в системе евро, первый кандидат на вылет из валютного союза. Даже количество сообщений о греческом кризисе в СМИ неизменно превышает совокупный массив сообщений, связанных с судьбами всех прочих «ненадёжных европейцев»?.

Греция

Тот факт, что Греция оказалась крайней в готовой дрогнуть цепочке европейского «домино», находит своё скоропалительное и несложное объяснение. Медиа-пространство переполнено высказываниями о том, что греки «ленивы», «не хотят работать», имеют «иждивенческое сознание», «предпочитают митинговать, а не трудиться». Характерна шутка наших российских комедиантов в «Прожекторперисхилтон»: общегреческая забастовка выражается в том, что на пляжах перестают выдавать лежаки! Это значит, что в сознание медиа-элиты, генерирующей подобные репризы для массового потребления, глубоко проник образ греческого лодыря, вся работа которого сводилась к выдаче лежаков отдыхающим; но и этот, с позволения сказать, труд греки больше выполнять не хотят, предпочитая влезать в новые и новые долги.

Однако представление о Греции как об отсталой стране с ленивым населением плохо вяжется с её весьма приличным положением в мировых рейтингах ВВП. Так, по оценкам МВФ?, по производству конечного продукта на душу населения Греция занимала 29-е место в мире. Каждый грек в 2010 году произвёл ценностей на 28 тысяч 833 доллара США — почти в полтора раза больше, чем чех или португалец; почти в два раза больше, чем венгр, латыш или эстонец; и всего на 14% меньше, чем японец. Оценки эффективности греческой экономики со стороны Всемирного банка ещё более уважительны: Греции отводится 20-е место в мире, сразу после Германии, и несколько выше Южной Кореи!

Такая производительная экономика никак не сочетается с образом «народа-бездельника, скандалиста и попрошайки». Если же учесть темпы роста греческого душевого ВВП в последние 30 лет, — темпы, позволявшие стабильно сокращать разрыв с самыми развитыми европейскими странами (от почти тройного до минимального, в 10-20%), — то об уничижительных характеристиках греков следует попросту забыть.

Греция

По большому счёту, разговоры о катастрофическом положении греческих финансов тоже сильно преувеличены. Суммарный внешний долг Греции (примерно 0,4 триллиона евро)? впятеро меньше внешнего долга Италии или Испании, не говоря уже о долговом бремени Великобритании, не входящей в зону евро, но тесно связанной с её экономикой. (Британские долговые обязательства превышают греческие в 18 раз!) Можно предположить, что греческая экономика значительно меньше британской, итальянской и испанской, поэтому под тяжестью даже относительно скромного долга Греция должна рухнуть скорее. Что же, соотнесём размер внешнего долга этих стран с масштабом национальных ВВП.

Да, долговые обязательства Греции угрожающе превышают размер греческого ВВП — в два с половиной раза, составляя 252% от внутреннего валового продукта. Но это меньшая кредитная нагрузка, чем в Испании (внешний долг — 284% от ВВП); значительно меньшая, чем в Великобритании (436% от ВВП), и несравненно меньшая, чем в Ирландии (1093% от ВВП). Получается, что ни общий размер греческого долга, ни удельная долговая нагрузка на экономику Греции не позволяют считать Элладу самым слабым звеном Европы. Тогда почему же именно Греция попала в фокус европейских предкризисных тревог? Уместно вспомнить, что на протяжении всего минувшего века Греция неизменно оказывалась падчерицей Западной Европы, плохо вписывающейся в политическую, дипломатическую и экономическую архитектуру континента.

Например, по итогам Первой Мировой войны Греция (наряду с Россией) оказалась проигравшей страной, несмотря на формальную принадлежность к стану победителей. Хотя Версальская система провела новые государственные границы по линиям этнических ареалов, на греков этот принцип распространён не был. Антанта не удовлетворила национальные чаяния панэллинистов, мечтавших объединить все населённые греками территории в одном государстве. Мало того, что крупные державы-победительницы не намеревались уступать стране-сателлиту собственную добычу (Англия — Кипр, Италия — острова Додеканес). Но и при дележе Османской империи грекам было отказано в правах на Понт и восточную Фракию. Даже передачу Смирны, первоначально предложенной грекам по Лозаннскому мирному договору, Антанта не смогла или не захотела гарантировать. В итоге полтора миллиона «победителей»-греков были вынуждены бежать через Эгейское море, спасаясь от «побеждённых»-турок.

Греция

В конце Второй Мировой войны Греция оказалась единственной страной в зоне западного влияния, которую пришлось силой удерживать от сближения с коммунистическим блоком. Если европейские страны с католической и протестантской традицией (Польша, Венгрия, Чехия и т. д.) были втянуты в социализм исключительно благодаря советским штыкам, то в Греции, наоборот, исключительно благодаря британским штыкам была предотвращена социалистическая революция. Европейцы любят с гневом вспоминать губительную бездеятельность Сталина в отношении прозападного Варшавского восстания, но Советская армия, по крайней мере, не участвовала в его подавлении и даже помогала недружественным польским повстанцам материально. Гораздо реже упоминается, что в том же 1944 году британские коммандос утопили в крови прокоммунистическое Афинское восстание, для чего им пришлось перебрасывать подкрепления с Итальянского фронта, ослабляя давление на Гитлера ради расправы с «красными греками».

Ещё двумя десятилетиями позже лидеры НАТО, провозглашающие защиту демократии глобальной миссией своего военно-политического альянса, весьма равнодушно отнеслись к перевороту 1967 года, который привёл к власти в Греции «чёрных полковников». Судя по реакции ведущих политиков Запада, они не сочли Грецию страной, достойной соблюдения демократических идеалов. Широкую известность получил диалог американского посла в Греции Филипса Тэлбота с главой афинской миссии ЦРУ Джэком Мори. Когда раздражённый Тэлбот назвал действия «чёрных полковников» «изнасилованием демократии», Мори успокоил коллегу: «Как можно изнасиловать шлюху?» Этот выразительный обмен мнениями демонстрирует отношение к Греции как к стране низшего сорта, которая, даже будучи формальным союзником западных держав, не может рассматриваться в качестве полноценного партнёра, и на неё не могут распространяться правила принятой на Западе деловой и политической этики.

Греция

Поэтому то, что сегодня на Грецию снова надет карнавальный колпак европейской «козы отпущения», вполне укладывается в предыдущую историческую логику. Вот уже два века, начиная с восстания против турецкого ига, ради успеха которого отдал своё имущество и свою жизнь пылкий лорд Байрон, Греция находится в орбите Западного Европейского мира, но — так и не стала его органичной частью! Она всё время выбивается (или её выбивают) из общеевропейской колеи. Наверное, нет смысла судить, кто больше виноват в обозначенной несовместимости: Греция или Западная Европа? «Подобное растворяется в подобном» — этот постулат физхимии вполне приложим и к социальным процессам. Полноценному слиянию Греции и Западной Европы мешает взаимная чужеродность обоих частей.

Да, Греция, несмотря на прошедшие века османского ига и на мощнейшее влияние Западной Европы, продолжает оставаться осколком древнего Византийского мира, чьи пути разошлись с путями Запада ещё в 395 году, при разделе Римской империи, и окончательно — в 1054 году, при расколе вселенской Христианской церкви. Конечно, сегодня трудно утверждать, что Греция остаётся оплотом Православной цивилизации, полностью обособленным от Западного, Римо-католического мира. Нет, в отличие от России, слишком мал был этот островок византизма и слишком сильно пропитался он влиянием могучих внешних стихий. Но окончательно своей особости, своей инаковости при сравнении с Западом Греция не утратила.

Соединение несходного рождает культурный диссонанс. Здесь скрываются как причины проблемной для греков евроинтеграции, так и причины перманентного европейского недовольства греками.

Греция вступила в ЕС 1 января 1981 года, став десятым государством-членом Европейского Сообщества. Серьёзных противников у этого решения тогда не было: большинство населения ожидало поднятия уровня жизни, роста экономики и снижения уровня преступности. Особо притягательна для греков была принадлежность к «европейской семье».

Террор НАТО в Европе и США

Что дало Греции членство в Евросоюзе? Сегодня на этот вопрос можно ответить однозначно. Ничего хорошего. Даже сторонники «европейского пути» признают, что страна за последние годы практически полностью утратила национальный суверенитет, отказалась от самостоятельной внешней политики и попала в финансовую кабалу. Наиболее ёмко ситуацию в Греции охарактеризовал видный иерарх Элладской Православной Церкви митрополит Месогейский и Лавреотикийский Николай: «У нас забрали нашу национальную идентичность, чувство собственного достоинства, а после этого ещё и уничтожили нашу экономику»[1].

По данным авторитетной афинской газеты «То Вима», в конце первого полугодия 2013 года государственные долговые обязательства Греции достигли 321 млрд. евро. Таким образом, только за 2013 год внешний долг страны увеличился на 16 миллиардов евро. Ещё на 18 миллиардов он вырос в период с июня по декабрь 2013 года.

Даже официальная статистика свидетельствует об обнищании населения, колоссальном росте безработицы, многократном увеличении преступности. За годы участия в ЕС уничтожена греческая промышленность. Колоссальный удар нанесён и по греческому сельскому хозяйству.

До вступления в ЕС греки экспортировали сельскохозяйственные продукты, а теперь импортируют. Раньше Греция имела несколько заводов по производству сахара и несколько крупных трикотажных фабрик. Теперь не имеет ни одной. Раньше в стране были развиты судоверфи, а теперь они практически исчезли. Директивы ЕС привели к сужению рыбной ловли, хлопководства, виноградарства и многих других форм сельского хозяйства.

Греция

После вступления в Европейский союз для греков установили квоты, введённые, чтобы не было перепроизводства товаров: производить столько-то мяса (и не больше!), столько-то молока, персиков, апельсинов, оливкового масла, иначе — штраф. В итоге наиболее серьёзно пострадала винная отрасль страны. Плодовые деревья и виноградники, которые не попали в квоты, были вырублены.

Вступив в единую Европу, греки отказались от самообеспечения страны и начали вписываться в общеевропейское разделение труда. Они строили постиндустриальную экономику с доминирующей сферой услуг, за что их хвалили европейские чиновники и ставили на третье место в ЕС по темпам экономического роста после Ирландии и Люксембурга.

В результате подобной политики доля сферы услуг в ВВП страны выросла с 62 (1996 год) до 75 (2009 год) процентов, а доля промышленности значительно сократилась. Однако тогда на это внимания никто не обращал, поскольку кредиты обеспечивали достаточно высокий уровень доходов основной массы населения.

Принимая Грецию в ЕС, ей поставили условие изменить отношение к собственности и ее управлению, а также приватизировать стратегические предприятия, контролируемые греческим государством.

Почему Европа перестала быть военной силой
в статье

Причина военной слабости Европы
Так же в статье
Будущее НАТО в свете демографии

В 1992 г. в Греции приняли закон о приватизации, которой подлежало около 700 предприятий. К 2000-му было приватизировано 27 крупных предприятий, среди них и 5 главных банков страны. Доля государства в Нацбанке снизилась тогда до 50%, а к 2010 г. — до 33%. Вслед за банками продали телекоммуникационную компанию, заводы стройматериалов и пищевую промышленность. Даже производство знаменитого коньяка Metaxa досталось британской Grand Metropolitan. Государство ушло из прибыльных морских перевозок и начало распродавать морские порты.

Сегодня кредиторы требуют от Греции не только экономических, но и политических уступок: сократить армию, отделить Церковь от государства, обеспечить права иммигрантов-иноверцев.

Согласно принятой по настоянию европейских чиновников программе приватизации, Греция должна избавиться от 80.000 объектов, которые находятся в собственности государства. В число активов, которые должны уйти с молотка или «сменить профиль деятельности», попали православные храмы, больницы, тюрьмы и сельскохозяйственные угодья[2].

Случаи открытого вмешательства во внутренние дела Греции со стороны кредиторов весьма многочисленны. Например, представители германских правящих кругов неоднократно рекомендовали Греции «задуматься о продаже нескольких принадлежащих ей островов». За годы участия в ЕС принят целый ряд антихристианских законов: легализованы аборты, отменён выходной воскресный день, узаконено «свободное сожительство» и однополые браки.

Основная причина европейской политики 20 века
в статье

Леваки и марксисты побеждают в Европе
Так же в статье
Франкфуртская школа, марксизм и толерантность

Экономический кризис стал суровым испытанием для Православной Церкви. Из-за нехватки священнослужителей закрываются храмы (особенно в малонаселённых районах страны).

В скором времени под давлением Брюсселя будет принят новый «антирасистский закон». Законопроект касается «защиты» чувств тех, кто может быть оскорблён проявлением «излишнего» патриотизма со стороны греков. За оскорбление иноверцев, отрицание Холокоста и другие проявления ксенофобии грозит уголовное преследование и реальные сроки заключения. По словам митрополита Фтиотидского Николая, теперь грекам «будет страшно выразить свою любовь к Родине», нельзя будет предлагать примеры национальных героев «из-за того, что будут задеты чувства детей мусульман или албанцев».

Проект нового «антирасистского закона» предусматривает также цензуру текстов богослужений Страстной Седмицы, в том числе и Евангелия[3].

http://bit.ly/2k53Gl3

http://win.ru/ekonomicheskie-interesy/1327038742

Опубликовано 17 Дек 2017 в 09:00. Рубрика: Заграница. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.