В Манагуа, столице Никарагуа, в городе, разрушен­ном землетрясением, еще дымились развалины, когда в нижней палате английского парламента министру ино­странных дел было задано несколько неприятных вопро­сов. Вопросы эти относились к одному мужчине, который в тот момент (в начале 1973 г.) занимал два полных этажа в новеньком отеле «Инн он зе Парк», построен­ном в лондонском «Парк Лейн». Звали этого человека Говард Хьюз, и те, кто в парламенте задавали вопросы министру иностранных дел, и тот, кто отвечал на эти вопросы, хорошо знали, что, по официальным данным, это второй — после нефтяного магната Пола Гетти — богатейший человек Америки.

А вопросы в британском парламенте относились в основном вот к чему: каким образом человек (Говард Хьюз), приехав­ший из разрушенного Манагуа, без паспорта или других документов, удостоверяющих личность, мог получить раз­решение на въезд в Великобританию? Задававший мини­стру вопрос представитель лейбористской партии утверж­дал: в некоторых случаях оказывается достаточно, если въезжающий в Англию человек покажет на границе только свою чековую книжку, и тогда на паспортном контроле у него могут вообще не потребовать обязатель­ного для других паспорта.

Позднее выяснилось, что компетентные власти Англии действительно закрыли глаза на такую «деталь», как отсутствие паспорта, и разрешили въехать в страну мил­лиардеру и сопровождавшим его лицам без всяких документов, поскольку об этом их попросил лондонский банк Ротшильдов, сообщив при этом английскому прави­тельству, что господин Хьюз собирается инвестировать в Англии по меньшей мере 130 млн. долл.

Не менее загадочной была и пересадка Хьюза на другой самолет на международном аэродроме в Майами. Миллиардер прилетел в Майами на небольшом частном реактивном самолетике из Никарагуа, которая в то время еще была сферой деятельности американских монополий и семейства диктатора Сомосы. Для того чтобы пере­правиться через океан, нужно было, разумеется, пере­сесть на более прочный авиалайнер. Ну, конечно же, — не на обычный рейсовый самолет, а на флагман соб­ственного воздушного флота Хьюза, оснащенный всем необходимым госпитальным оборудованием.

А в это время всемогущие финансовые органы США, располагающие даже собственной агентурной сетью, уже в течение многих лет гонялись за Хьюзом, поскольку имели серьезные подозрения, что он «задолжал» казне США по налогам миллионные суммы. Потому-то мил­лиардер с 1970 года и не ступал ногой на территорию США. Сначала он купил себе фешенебельную гостиницу на Багамских островах, потом перебрался в Никарагуа. И теперь только землетрясение «выкурило» его из госте­приимных покоев семейства Сомосы. Так что на короткое время Говард Хьюз все же вынужден был вступить на американ­скую землю, на аэродроме Майами, — в черной широко­полой шляпе, надвинутой на глаза, закутав в плащ свое измученное болезнью бренное тело. Один из чиновников таможни опознал Хьюза и тут же известил об этом след­ственный отдел вашингтонского центра налогового управления министерства финансов. Работники центра связались с министерством юстиции. Но там они получи­ли неожиданный для них ответ, который, кстати, исходил от самого министра: вам было сказано охотиться на всех, кто связан с Хьюзом по делам фирмы, но самого миллиардера не трогать. И загадочный человек беспре­пятственно перешел в Майами из салона небольшого самолета на огромный «Боинг», с тем чтобы продолжать курс на Лондон, где его уже с радостью ждали Рот­шильды.

Это был только один из тех, то загадочных, то возму­тительных эпизодов, которыми так богата биография Говарда Хьюза. И не удивительно, что из всех крупных «хищников»- сверхбогачей ни один не волновал так американское общественное мнение. Люди чувствовали: речь идет не просто о человеке с 3 млрд. долл. в кармане, но о миллиардере, биографию которого за последние 10 лет скорее можно назвать «историей болезни».

Говард Хьюз вырос в Техасе. Его отцу там принадле­жал инструментальный завод под названием «Хьюз тул компани». После смерти родителя Хьюз в 19 лет унаследовал это предприятие, оценивавшееся в 500 тыс. долл. Главной продукцией завода было специальное снаряжение для нефтебурения. В течение многих лет оно приносило ему хороший доход. В годы накануне второй мировой войны и затем на вершине экономической конъюнктуры, последовавшей за нею, «Хьюз тул компа­ни» пережила еще больший расцвет. Она-то и явилась основой богатства Говарда Хьюза в последующем. Дочерние предприятия этой компании вскоре можно было обнаружить во всех концах света. Сама компания и дальше продолжала заниматься производством оборудо­вания для добывания нефти, но были у нее и заводы, производящие вертолеты.

Молодой Хьюз вскоре после того, как он вступил в наследство, отправился в Голливуд и начиная с 1930 го­да, ко всеобщему удивлению, сделался преуспевающим кинопродюсером, финансировавшим несколько нашу­мевших фильмов. («Ангелы ада», «Человек со шрамом на лице», «Отверженный»).

Деятельность Хьюза как финансиста и мецената распро­странялась не только на фильмы, но и на кинозвезд. Он помог начать карьеру киноактерам Джин Гарлоу и Джейн Расси. Среди его любимцев и любимиц числились такие звезды, как Лана Турнер, Линда Дарнел, Джингер Роджерс и Эва Гарднер. (Эву Гарднер он однажды во время ссоры отхлестал по щекам, а та в ответ запусти­ла Хьюзу в голову тяжелой бронзовой пепельницей, после чего миллионера пришлось две недели лечить в больнице.)

Биографы миллиардера рассказывают о патологиче­ски-гипертрофированном, почти болезненном требовании «чистоты». Один раз он во время свидания с известной киноактрисой нашел ее недостаточно чистоплотной. Пос­ле ухода актрисы он приказал лакею сжечь всю одежду, в которой он в этот день ходил,— от шляпы до ботинок. Всех людей он разделял по степени «чистоты» на четыре группы: грязные, замарашки, умеренно грязные, умерен­но чистые. О Катрин Хепберн, великолепной актрисе, с которой его связывали узы дружбы, он однажды сказал: «Я очень ее любил. Она была очень чистой женщиной: на дню по четыре раза принимала ванну».

В середине 30-х годов внимание Говарда Хьюза переключилось на авиацию, что поразило специалистов по аэронавтике так же, как в свое время в Голливуде — знатоков киноискусства. Хьюз, не имея специального образования, оказался великолепным, с богатой фанта­зией, проектировщиком самолетов. Именно тогда он осно­вал авиастроительный концерн «Хьюз эйркрафт компа­ни». Этот с большим размахом задуманный авиаконцерн стал впоследствии вторым источником его богатства.

Вскоре после того, как Хьюз построил этот новый бастион своей «империи» (1936 г.), президент Рузвельт за заслуги в области проектирования самолетов и само­летостроения наградил Хьюза высоким американским орденом. (Хьюз был первым, кто применил «утопленные» заклепки, чем значительно снизил сопротивление воздуха и достиг большой скорости полета.) В 1937 году на его самолетах многократно устанавливались рекорды скоро­сти и дальности перелетов (например, через Атланти­ческий океан), а затем его самолет за 3 суток и 19 часов облетел вокруг Земли, что по тем временам означало мировой рекорд скорости и дальности перелета.

За годы второй мировой войны Хьюз, разумеется, многократно увеличил свои богатства, но в области констру­ирования самолетов миллиардер уже не достиг каких-то особенных успехов. Часто его излишне увлекала фанта­зия. Так, не принимая во внимание возможности техно­логии того времени, он создал восьмимоторный самолет, способный поднимать груз в 200 г или 700 человек. Машина была названа «Красивый гусь». Но изящная птица поднялась в воздух только один раз. Когда в американском конгрессе Хьюза стали обвинять в том, что на постройку этой модели попусту было истрачено более 18 млн. долл., Хьюз сам сел за штурвал «Красивого гуся». Однако и на этот раз машина смогла пролететь над аэродромом Лос-Анджелеса лишь 2 км, набрав высоту всего в 35 м. (С этого времени самолет Хьюза под стро­жайшей охраной находился в специальном ангаре, где за одну только аренду ангара приходилось платить 46 тыс. долл. в год.) По мнению отдельных биографов Хьюза, эта машина была примером «отрыва упрямого конструктора от действительности».

В годы второй мировой войны и непосредственно после нее Хьюз некоторое время еще занимался одновременно и авиацией, и кинопроизводством. Отрыв упрямца от действительности, впрочем, не мешал ему и дальше увеличивать свои сказочные богатства. Даже самые авантюрные начинания каждый раз приносили ему большие прибыли. Одно время ему при­надлежала знаменитая кинофабрика РКО, и, хотя каж­дый год она приносила убытки, Хьюз смог в конце кон­цов выгодно продать ее, получив барыш в 10 млн. долл. прибыли.

Аналогичным было положение с авиакомпанией «Транс уорлд эйрлайнз» (ТВА), принадлежавшей с 1948 по 1966 год «империи Хьюза». В 1966 году, после долгих судебных тяжб и нескольких судебных пригово­ров, Хьюз продал акции ТВА за 546 млн. долл. — редкий случай, когда один человек получал такие деньги, выплаченные наличными и сразу.

Продав ТВА за огромную сумму, половину выручен­ных от реализации фирмы денег Хьюз очень мудро «перекачал» в два основных, принадлежащих его клану предприятия, а вторую половину (приблизительно 250 млн. долл.) обратил на расширение и финансирова­ние Лас-Вегаса — «американского рая» для желающих поразвлечься и поиграть в азартные игры. С точки при­былей это был тоже удачный ход: расцвет Лас-Вегаса, строительство отелей, увеселительных мест и игорных домов и казино и не в последнюю очередь связанная с этим строительством спекуляция земельными участками принесли Хьюзу новые несчетные миллионы. К середине 60-х годов и сложилась «империя Хьюза» в том виде, как мы ее знаем, когда к инструментальному заводу и авиационному концерну присоединился комплекс Лас-Вегас с его авантюристами и гангстерами как «третий столп» богатства Хьюза.

До 1966 года Хьюз, кажется, не переступал общепри­нятых и отнюдь не косных норм жизни сверхбогачей. После же этого «критического рубежа» таинственность и «атмосфера фантастики» так плотно окутали жизнь Хьюза, что многие стали уже подумывать: не сошел ли этот странный миллиардер с ума?

Началась эпоха полной отрешенности и замкнутости Хьюза, продолжавшаяся до самой его кончины. В эти годы его практически нельзя было увидеть где-то на публике. За десять лет он едва ли принял и поговорил лично с десятком человек. Да и то не более пяти минут с каждым. Финансовые дела «империи» он теперь обычно решал по телефону. (Некоторые из его телефон­ных разговоров длились иногда по нескольку часов.)

В местах, где теперь попеременно укрывался Хьюз, время, казалось, остановилось. Он видеть не мог кален­дарей и часов, а окна в комнатах были плотно занаве­шены от дневного света. Его приближенные работали круглосуточно в три восьмичасовые смены. Это давало возможность миллиардеру независимо от смены дня и ночи общаться с миром (по телефону) и есть, и спать, когда ему заблагорассудится.

Прелюдией к таинственной эре в жизни Хьюза был эпизод, происшедший 27 ноября 1966 г., когда перед отелем «Дезерт Инн» («Пустыня») остановился грузовик для перевозки мебели. Внутри кузова на матрасе, бро­шенном прямо на дно кузова, лежал миллиардер. Под­нявшись со своего матраса, он вошел в собственный специальный лифт, который вознес его в апартаменты из 12 комнат, оборудованных под настоящую крепость.

В этот вечер Говард Хьюз и исчез с глаз всего мира. Апартаменты охраняла гвардия из так называемой «мафии мормонов», вооруженных и специально отобран­ных членов мормонской секты. Странные типы были эти мормонские лейб-гвардейцы: наполовину — бизнесмены, наполовину — медицинские братья, и все — немножко гангстеры. Буквально каждый час они мерили Хьюзу давление, купали его и переодевали, разогревали ему, как правило, приготовленный из мясных консервов очень простой суп. Проходили годы, здоровье когда-то очень крепкого физически Хьюза становилось все хуже, и мор­монам, ухаживавшим за истощенным до скелета мил­лиардером, приходилось выполнять все самые неприят­ные обязанности. Они пичкали понемногу впадавшего в сумасшествие Хьюза наркотиками. (Позднее он уже и сам стал делать себе инъекции, потому что им вдруг овладел страх, что члены мафии мормонов могут исполь­зовать плохо простерилизованную иглу.) Его мания чистоплотности, которая раньше казалась только стран­ной, переросла в болезненность. Он постоянно все сте­рилизовал, вокруг валялись бумажные носовые платки из закрытых стерильных банок. Ни дверной скобки, ни стакана или даже ложки с ножом, а тем более — доку­ментов он больше не касался голыми руками. Кондицио­неры в комнатах он велел выключить, потому что считал, что через них в комнату может проникнуть тлетворный, опасный для жизни воздух, зараженный смертоносными бациллами. Одежду он тоже считал гнездом бациллоноси­тельства и постепенно привык лежать в комнате обна­женным на тщательно продезинфицированной простыне. Одежду надевал, только когда менял свои убежища.

Никто не знает точно, когда Говард Хьюз шагнул за грань сумасшествия, а с точки зрения бизнеса — вообще переступал ли ее когда-либо. Одни биографы считают, что потеря сознания и временное улучшение состояния перемежались, и эти улучшения сопровождались бук­вально вспышками гения и рождением новых блестящих деловых идей. Другие полагают, что до самой смерти, то есть до 1976 года, он вообще самолично руководил делами своей «империи».

В первом месте, где он скрывался от мира, на девятом этаже гостиницы «Пустыня», организм его был в относительно хорошем состоянии. Здесь, в апартаментах на девятом этаже, было сосредоточено на много сотен тысяч долларов электронного оборудования, которое позволяло ему немедленно вступать в радио - телефонную связь с любым из его предприятий. Специальное электронное оснащение исключало подслушивание его телефонных разговоров. По ночам 11 балконов его апартаментов освещались прожекторами. Снаружи на стенах были установлены телевизионные камеры, так чтобы из комна­ты, где находилась охрана, можно было заметить любое подозрительное движение вокруг гостиницы.

Но с той поры, когда появились сыщики из налогового управления министерства финансов, он решил, что проще и дешевле будет управлять своей «империей» из-за рубежа. Электронное оборудование сопровождает его теперь во все места, которые он избирал для своих укрытий: от Багамских островов до Никарагуа. В Ника­рагуа впервые Хьюз сам заговорил о своем необычном образе жизни во время трехминутной беседы с диктато­ром Сомосой. Взгляд его при этом был слегка мутным, и вел он себя странно. А слова его были такие: «Я работаю над изобретениями, но мне постоянно мешают. Вот я и ска­зал своим людям, что не хочу никого видеть. Может быть, немного переборщил?»

В 1973 году, когда он укрылся в Лондоне (который он потом сменил на Багамские острова и Мексику), в занимаемой им гостинице уже не было ни прожекторов, ни телевизионных камер, укрепленных снаружи на сте­нах. Но все же и в Лондон он вызвал специалистов по оборудованию гостиниц, чтобы задрапировать стены и окна черными гардинами и обеспечить покой для своей ослабленной нервной системы. Телохранители из мормон­ской мафии (Хьюз выбирал свою прислугу из круга именно этой религиозной секты, потому что все считают мормонов абсолютно неподкупными) сидели теперь уже и в его передней. Обслуживающий же персонал отеля не имел права входить в апартаменты, за исключением одной горничной, которая меняла белье, причем при этом обязательно присутствовали два вооруженных тело­хранителя. На дверях, разумеется, были установлены специальные замки с секретом, прежние замочные сква­жины были наглухо забиты.

Крупнейшие английские газеты напрасно нанимали на долгие недели дорогие апартаменты в соседней гостинице «Лондондерри» и направляли телеобъективы своих фото­аппаратов на окна покоев миллиардера: никому из них не удалось сделать ни одного фотоснимка Хьюза. В по­следние десять лет его жизни крупные американские и английские газеты предлагали 50—70 тыс. долл. за одно-единственное фото Хьюза, но не нашлось никого, кому бы удалось выполнить этот заказ. Когда после смерти мил­лиардера вышла книга о его жизни, главы о периоде после 1966 года не содержали ни одной фотографии, их иллюстрировали только рисунки, сделанные на осно­вании рассказов era бывших телохранителей.

А «империя Хьюза» продолжала расширяться даже и в годы, когда он прятался от людей, страдая от страш­ных болей и оглушая себя наркотиками.

Хьюз прежде всего следил за тем, чтобы связь с поли­тиками, находившимися на вершине власти в стране, была обеспечена в финансовом отношении и была бы исправна машина, осуществлявшая его темные маневры даже тогда, когда он голый валялся на продезинфици­рованных простынях в занавешенных от света комнатах.

В этой системе связи были две решающие линии: связь Хьюза с семьей Никсона и сотрудничество с ЦРУ США. Относительно президента нужно отметить, что Хьюз был первым, кто в 1956 году, то есть еще до своего «ухо­да» от общества, обратил внимание на Никсона, зани­мавшего тогда пост вицепрезидента. Обратил внимание и «одолжил без отдачи» ни больше ни меньше, как 200 тыс. долл. Деньги были переданы брату будущего вице-президента Дональду Никсону, который в то время попал в весьма грязную историю, в результате чего и испыты­вал финансовые затруднения.

Но настоящую глубину его связей с домом Никсонов руководители американского законодательного органа разглядели только, когда стало известно о скандале в связи с памятным «делом Уотергейт». Полная правда об этом деле неизвестна никому и до наших дней. Ясно только одно (и таково мнение очень многих специалис­тов), что «дело Уотергейт», потрясшее самую основу аме­риканской политики и общества и повлекшее за собой беспримерное в истории США низвержение президента Никсона, началось как раз из-за того, что была вскрыта связь между Хьюзом и Никсоном!

Во время избирательной кампании 1972 года в «Уотергейте» — люкс - отеле неподалеку от Вашингтона, ко­торый и дал название этому делу, находился штаб демок­ратической партии, противостоящей на выборах респу­бликанской партии Никсона. Штаб Белого дома с ведо­ма президента Никсона подкупил нескольких сотрудни­ков ЦРУ, чтобы те добыли документы, изобличающие противника Никсона, и какие-либо другие секреты демо­кратической партии. Агенты ЦРУ тайно проникли в гос­тиницу «Уотергейт», но одна из групп взломщиков попа­ла в руки охраны отеля. Факт этот привел в движение лавину возмущения, которая поначалу обрушилась на мелких сотрудников аппарата Никсона, а затем, продви­гаясь вверх, к центру власти, уничтожила политически и самого президента.

Расследования, производящиеся комиссией конгресса в связи с «делом Уотергейт», впервые обнаружили и мно­жество убийств, совершенных агентами ЦРУ. Все это в конце концов повлияло и на мировую политику. В ходе расследований, проводившихся комиссией кон­гресса по «делу Уотергейт», стало известно, что деньги от Хьюза получал не только брат Никсона Дональд, но и сам президент, Ричард Никсон. Речь шла о 100 тыс. долл., которые по поручению находившегося тогда уже «в бегах» Хьюза в бумажках по 100 долл. один из членов «мормонской мафии» передал близкому приятелю Никсона, бизнесмену по имени Чарльз Ребозо. Не уста­новлено только, на что конкретно эти деньги были истра­чены. Надо сказать, по «доброжелательным» предполо­жениям, их использовали во время предвыборной кампа­нии 1972 года. Но существуют и такие мнения, что частич­но Никсон на эти «добровольно пожертвованные деньги» купил себе роскошное имение на берегу Тихого океана в Калифорнии.

Но судьбе было угодно скорчить странную гримасу. Оказалось, что во главе национального комитета демок­ратической партии стоял Лоуренс О'Брайен, тоже чело­век Хьюза. Председатель комитета, лицо с большим авто­ритетом, был в это время руководителем бюро пропаган­ды предприятий Хьюза в Вашингтоне. Именно в его бюро в гостинице «Уотергейт» и была совершена кража со взломом с помощью агентов ЦРУ, нанятых Никсоном и его предвыборным штабом в Белом доме. На основании показаний, которые прозвучали затем перед комиссией конгресса по расследованию «дела Уотергейт», сделано это было потому, что Никсон боялся, что работавший на демократическую партию О'Брайен и служивший у Хьюза мог знать о 100 тыс. долл., переданных в виде взяток президенту, и 200 тыс. долл. — его брату. Поэ­тому Никсон и решил поручить одному агенту ЦРУ найти и изъять документы О'Брайена и разместить в его каби­нете подслушивающую аппаратуру.

Дело это до конца так и не расследовали. Во всяком случае это предположение было единственным разумным объяснением причин кражи со взломом, прозвучавшим перед комиссией конгресса в ходе расследования потряс­шего всю мировую политику «дела Уотергейт». До нас­тоящего времени скандал этот остается наиболее ярким примером тех финансовых связен, которые всегда су­ществовали и существуют между главными действую­щими лицами американского делового и политического мира. И только во время больших политических потрясе­ний и скандалов удается (да и то не в полном объеме) разглядеть их в тумане «добрых услуг и доверительных отношений».

Другая нить связывала Хьюза с руководством ЦРУ. Родилась эта связь на базе фирмы «Хьюз эйркрафт ком-пани», производившей ЭВМ для осуществления элек­тронного шпионажа и детали к устройствам наиболее изощренной техники, которая устанавливалась на спут­никах-шпионах. На основании заключенных в 1968 и 1975 годах 32 договоров между ЦРУ и заводами Хьюза ЦРУ заказало всевозможных инструментов и устройств для осуществления электронного шпионажа на сумму более 6 млн. долл. Затем за 50 млн.долл. «Хьюз эйркрафт компани» по заказу ЦРУ построила гигантскую подводную лодку для глубоководных погружений под названием «Гломар эксплорер». Корабль был сконструирован таким образом, что он мог вонзать в дно моря огромные сталь­ные челюсти для подъема затонувших кораблей и подводных лодок, в частности, советской субмарины "К-129", которая была протаранена и затонула в Тихом океане на глубине 5 км в 1968 г.. Также есть версия, что другим предназначением «Гломар эксплорер» было размещение на повер­хности морского дна инструментов и сигнальных приспо­соблений для разведки против атомных подводных ло­док, которую осуществлял ЦРУ.

Как бы то ни было, ясно одно: «Гломар эксплорер» является наглядным примером и доказательством связей, существовавших между разведкой США и «Хьюз эйр­крафт компани». Однако в эти «канаты связи» вплелись и другие нити. Возле Хьюза объявился некий таинственный бизнесмен по имени Роберт Мае. (В деле Онассиса мы уже встре­чались с этим именем.) Изначально Мае был сотрудни­ком ЦРУ, и в ходе расследования, проводившегося ко­миссией конгресса уже после «дела Уотергейт», выясни­лось, что еще в 60-х годах он служил в качестве агента в ЦРУ и был участником многих попыток покушений, в ходе которых работники ЦРУ, не без ведома Белого дома, собирались убить Фиделя Кастро. В результате работы следственной комиссии был пролит свет на девять таких попыток, предпринимавшихся в период между 1962 и 1970 годами.

Позднее Мае и Хьюз поссорились — в первую оче­редь потому, что Мае хотел использовать физическую немощь Хьюза в своих целях. Но до ссоры он был прямо-таки «полномочным послом в миру» жившего по-мона­шески миллиардера. После ссоры Мае с помощью различ­ных трюков попытался завладеть частью богатства Хьюза. Но миллиардер, хотя и был тяжело болен и пред­положительно уже близок к сумасшествию, смог нанести сильнейший ответный удар. Мае «уволили без выходного пособия», из-за чего тот подал на своего шефа в суд. В ходе судебного процесса на поверхность всплыли новые подробности связи между Хьюзом и ЦРУ. Так, Мае предъявил суду документы, которые свидетельствовали о том, что Хьюз поддерживал связь со шпионской служ­бой страны прежде всего из деловых соображений. Как видно из документов, замысел Хьюза состоял в том, что­бы с помощью связей с ЦРУ шантажировать американ­ское правительство и, используя находившуюся у него в руках секретную информацию, помешать присмотреться к его собственным манипуляциям и деловым трюкам.

В результате этой судебной тяжбы сделался извест­ным еще один элемент связи Хьюза с ЦРУ. Когда ва­шингтонский представитель фирм Хьюза О'Брайен сде­лался председателем национального комитета демокра­тической партии, на его место назначили человека по имени Роберт Беннет. Белый дом вскоре направил к Хьюзу своего эмиссара, и тот по домашнему телефону переговорил с ведшим в то время уже замкнутый образ жизни миллиардером. В результате этих телефонных пе­реговоров Беннет, разумеется на деньги Хьюза, купил занимавшуюся рекламой вашингтонскую фирму под наз­ванием «Маллен и компани». На самом деле «Маллен» с 1962 года была фирмой-прикрытием ЦРУ. Эта фирма имела своих представителей в десятке других городов по всему свету — от Стокгольма до Сингапура. Местные представительства рекламной фирмы на деле были ре-зидентурами американской секретной службы. (Между прочим, президент фирмы «Маллен» Беннет и по сей день является одним из генеральных директоров предприятий Хьюза.)

Так что, наверное, правы авторы появившейся уже после смерти миллиардера книги «Документы Хьюза» Давенпорт и Эдди, когда утверждают: «Хьюз в своей коммерческой деятельности играл роль прикрытия для ЦРУ. Остается без ответа вопрос: что еще делал Хьюз по заданиям ЦРУ, о чем мы попросту не знаем?» Под конец жизни Хьюз предпринял крупную реорга­низацию своих предприятий. Это случилось уже после то­го, как он уволил Мае и хотел укрепить свою личную власть. Суть этой реорганизации состояла в том, что все свои предприятия, имевшие капитал на сумму около 3 млрд. долл., он свел в единую гигантскую акционерную компанию с единственным акционером. Полным хозяином стала фирма «Сумма корпорейшн», названная так в знак того, что эта фирма объединяет («суммирует») все пред­приятия Хьюза.

В числе наиболее важных предприятий, входивших в «Сумма корпорейшн», были следующие: 1. Авиационная компания «Хьюз эйрвест»; 2. КЛАС-ТВ— телевизионная сеть; 3. Сеть отелей и игорных домов в Лас-Вегасе; 4. Гостиницы и землевладения на Багам­ских островах, а также в штатах Невада, Аризона и Ка­лифорния; 5. Золотые и серебряные рудники; 6. Завод «Хьюз геликоптер». Кроме того, к «империи» миллиардера относилась упомянутая ранее «Хьюз эйркрафт компани». Из стремлений укрыть имущество от обложения налогами и для лучшей маскировки связей миллиардера с ЦРУ все перечисленные предприятия «империи Хьюза» к тому же являлись собственностью фиктивного «Меди­цинского института». А институтом руководил исполни­тельный комитет во главе с Хьюзом в ранге верховного комиссара.

После серии приключений и загадок наступил конец, который настиг эту самую странную фигуру в «клубе сверхбогачей» на фешенебельном курорте Мексики в Акапулько. В ходе странствий Хьюз, пребывавший уже в очень болезненном состоянии, с Багамских островов переселился в Мексику, где на курорте в Акапулько арен­довал для себя верхний этаж отеля «Герцогиня Акапуль­ко». Хронический нефрит постепенно брал над ним верх. Он уже почти не принимал пищи и отказывался пить даже дистиллированную воду. 4 апреля 1976 г. главный представитель фирмы «Сумма корпорейшн» неожиданно вызвал самолет скорой медицинской помощи.

Пилот и врач получили указание срочно лететь в Акапулько. В то же время в техасском городе Хьюстон центр управ­ления «империей Хьюза», занимавший два этажа не­боскреба фирмы «Стандард ойл», поднял на ноги весь персонал лучшей больницы города. Главному врачу больницы было сказано, что скоро к ним прибудет тя­жело больной Джон Конновер, нуждающийся в интенсив­ной терапии. 5 апреля в отеле «Герцогиня Акапулько» были перекрыты все выходы, а жители гостиницы, нес­мотря на протесты, были отправлены по комнатам. Вско­ре после этого в холле гостиницы появилось шесть чело­век с носилками на колесиках. На носилках лежал ху­дой, как скелет, весивший всего 40 кг старый человек. Лицо его закрывала кислородная маска.

Самолет взлетел из Акапулько, но живым Хьюз — «Конновер» на территорию США уже не прилетел. Он умер по дороге. Похоронили Хьюза в скромной могиле, рядом с его отцом. В похоронах приняли участие всего 16 человек.

На другой день газеты написали, что начальник контр­разведывательной службы ЦРУ грозный Джеймс Энглтон заплакал, когда узнал о смерти Хьюза. Говорят, что он якобы воскликнул: «Говард Хьюз! Если когда-то нужно было защищать интересы родины, этот человек знал, где его место в строю. Нам выпало большое счастье, что он был наш человек...»

http://www.mirperedel.ru/mirovaya-zakulisa/govard-khyuz-chast-1-chelovek-nevidimka-avtobiografiya-velikogo-magnata-i-inzhenera.html

http://www.mirperedel.ru/mirovaya-zakulisa/govard-khyuz-zatvornichestvo-ukreplenie-imperii-chast-2.html

http://www.mirperedel.ru/mirovaya-zakulisa/govard-khyuz-politika-delo-uotergejt-svyazi-s-tsru-chast-3.html