Гонка вооружений в современном мире

Очень интересный и серьезный доклад был на днях заслушан в нижней палате парламента США одним из оборонных подкомитетов. Доклад озаглавлен «Китай в погоне за новыми и экспоненциальными технологиями», и посвящен он будущему войны. Будущему, которое будет определять потенциал двух сверхдержав — США и Китая.

Но начнем с истории и с предыдущих гонок вооружений. Автор доклада, эксперт CSIS Уильям Картер, считает, что во время противостояния с СССР Америке дважды удавалось вырваться вперед. Первый раз — в начале 1950-ых, за счет создания большого перевеса в ядерных силах. Ядерный арсенал США тогда компенсировал более слабые по сравнению с Союзом традиционные вооруженные силы.

Оружие

Второй «рывок» случился в 1970-ые, и связан он был с созданием высокоточных боеприпасов, технологии «стелс» и нового поколения космических спутников разведки и связи. Картер полагает, что эти два эпизода были успешны, поскольку Америка сама ставила цель в этих гонках вооружений. Соперник даже не осознавал, к чему нужно стремиться, и тратил ресурсы на те направления, которые проигрывали новому поколению американского оружия.

Время идёт, и новый век требует создания следующего поколения средств военного доминирования. В 2014 Министерство обороны США официально объявило это своей целью, назвав такие направления, как искуственный интеллект, робототехника, миниатюризация, всеобщая связанность и квантовые вычисления.

Но мало объявить о планах — их реализация в консервативной, неповоротливой бюрократической машине Минобороны может занять неопределенно долгий срок. А новый соперник в гонке вооружений действует быстро и решительно. В итоге, по мнению Картера, ситуация с «рывком» меняется на противоположную: инициативу берет на себя Китай, а США рискует оказаться в положении догоняющего.

Дальше будет много цитат. Выделение везде моё. «Китай видит наступательное кибер-оружие, антиспутниковое, электронное и гиперзвуковое оружие, искуственный интеллект и квантовые вычисления как ключ к достижению НОАК побед в будущих высокотехнологичных условиях...»

Лазерное оружие в США — обман

«НОАК верно считает армию США очень уязвимой к первому удару в «информационной области»... У нас может быть больше авианосцев, танков и ракет, и сами они лучше, чем у НОАК, но без доступа к данным и связи многие из этих систем неэффективны или даже небоеспособны. Китайские военные стратеги описывают ахиллесову пяту армии США просто: «Нет спутников — нет боя».

«Китай продемонстрировал возможность существенно помешать, повредить и даже уничтожить информационно-коммуникационную инфраструктуру, от которой зависит наша армия. НОАК испытала ряд антиспутниковых вооружений, включая наземные кинетические установки, оружие направленной энергии, устройства подавления и ложных сигналов и «спутники-убийцы», спроектированные для вывода из строя или уничтожения других спутников на орбите...»

«В особенности, Китай считает искуственный интеллект и квантовые <ЭВМ> основой и для экономической, и для военной конкурентоспособности в долгосрочной перспективе...»

«Конкуренция в сфере ИИ между США и Китаем уже идет «ноздря в ноздрю».

Если преимущество в области ИИ эксперт пока оставляет за Штатами, то в квантовых вычислениях может лидировать уже Китай. Хотя Картер предупреждает, что КНР склонна преувеличивать свои достижения. А в самой Америке большая часть исследований засекречена, и оценить состояние дел непросто.

Военная промышленность в мире

Тем не менее, ряд практиков предупреждают о том, что Китай прилагает гораздо больше усилий в этом направлении, что выливается в конкретные достижения. Как метко выразился физик М. Лафорест, «это не обязательно значит, что их ученые лучше. Просто, когда они говорят: «чтобы сделать это, нам нужен миллиард», - бац, и деньги поступают».

Если Лафорест и ошибается, то в меньшую сторону. В прошлом году Китай объявил о строительстве крупнейшего в мире центра квантовых вычислений в городе Хефей. Стоимость строительства — 12 млрд. долларов, оно займет 2,5 года.

Вернемся к военной стратегии. Уильям Картер считает, что преимущество первого удара в кибервойне очень велико. И первоочередной целью Штатов должно стать укрепление информационно-коммуникационной инфраструктуры с тем, чтобы первый удар противника не дал бы ему превосходство уже в ядерной и конвенциональной сфере противостояния.

«...Не столь важно, являются ли их технологии «такими же хорошими, как и наши». Важно, что их хватает для того, чтобы сделать нашие <военные> средства неэффективными».

«...<Цель - > разработать и продемонстрировать наши возможности действовать в «затруднительной» обстановке. Мы должны переобучить наших военных действовать в «аналоговом режиме», без доступа к данным и технологиям. Мы должны убедиться, что каждая новая система или платформа, покупаемая Минобороны, имеет хотя бы базовый уровень функциональности без доступа к космической инфраструктуре. Вместо покупки систем, предельно эффективных при наличии связи, но вовсе не работающих в «затруднительной» обстановке».

Волновое оружие США

В области космоса эксперт предлагает продвигать возможности военного использования коммерческих спутников, а также переориентироваться на «созвездия» многочисленных, более дешевых аппаратов. Кроме того, важно «разработать наземные дублирующие и резервные каналы так, чтобы мы не полностью зависели от космоса».

«<Китайские > государственные стратегии ориентируются на переход от сегодняшней “информатизированной войны“ к «интеллектуализированной войне», и их стратегия доминирования в интеллектуализированной войне — это доминирование в ключевых коммерческих отраслях ИИ, квантовых технологий, дополненной и виртуальной реальности и робототехники».

«Китай понимает, что военные технологии не существуют в вакууме. Это часть экосистемы, которая включает частный и государственный секторы... В цифровую эпоху практически все технологические прорывы в своей основе имеют «двойное назначение».

Картер высоко оценивает плановую систему в китайской промышленности с оборонной точки зрения. В качестве примера он приводит микроэлектронику. В 2014 Китай опубликовал план развития этой отрасли и создал соответствующий фонд. За 3 года было инвестировано более 20 млрд. долларов, и результатом стал ощутимый рост конкурентоспособности китайских производителей интегральных микросхем.

Оружие

Как эта сумма соотносится с американскими расходами? Оборонный заказ в области электроники и коммуникаций в 2013-2016 составлял 40-45 млрд. долларов в год. На НИОКР из них приходилось ок. 6 млрд. долл.

Между прочим, у России тоже есть свой план развития радиоэлектроники, и принят он был еще в 2012 году. Вот только блестящих успехов в отечественной отрасли не наблюдается. Почему? Возможно, потому, что государство за 3 крайних года выделило на это развитие в общей сложности 39 млрд. рублей. В твёрдой валюте - всего 650 млн. долларов.

Если вы по мере чтения задавались вопросом: «а где в этой новой гонке вооружений место России?» - то вот оно, это место, приведенные цифры его неплохо иллюстрируют. Дело в том, что гонка вооружений — очень дорогое удовольствие, и позволить его себе могут только самые крупные и мощные экономики.

Однако мы немного отвлеклись от темы. При всех достоинствах госплана в промышленности, Уильям Картер не считает его идеальным и не видит необходимости в копировании китайских практик. Поскольку они могут сильно искажать распределение ресурсов и вести к неэффективным расходам. Возьмём тот же хефейский квантовый центр. Некоторые ученые в самом Китае жалуются, что из-за него многие направления теряют финансирование. И получить грант, если в названии проекта отсутствует слово «квантовый», стало очень сложно. Надо всё-таки понимать, что миллиарды в китайском бюджете — не бесконечны, и руководству приходится расставлять приоритеты.

Оружие

Мировая торговля оружием

Докладчик предупреждает о стратегическом значении государственных инвестиций в НИОКР. Коммерческие разработки фокусируются на проектах с быстрой и гарантированной отдачей. Фундаментальные же исследования могут окупаться 20, 30 лет и больше, но в то же время иметь революционный характер.

В Китае развитие технологий ИИ поддерживается даже на муниципальном уровне: власти городов Сянтань и Тяньцзинь в совокупности готовы выделить 7 млрд. долл. на это направление. Для сравнения, в США на R&D по ИИ правительство в 2015 г. потратило 1,1 млрд. долл. И Трамп хочет урезать научный бюджет по теме ИИ на 10%. Картер убежден, что государственные ассигнования здесь надо увеличивать, а не сокращать.

Еще одной проблемой стратегической важности является сама организация работы Министерства обороны. Наверное, вам уже надоели звучащие из каждого утюга заявления о «стремительности изменений в информационную эпоху». Да, действительно, изменения стремительны. И они уже настолько стремительны, что старые схемы работы Минобороны, с составлением бюджетов на год вперед, тендерами, допусками к секретной информации и бумажной кипой сопутствующей бюрократии представляют большой риск для национальной безопасности.

В Китае альтернативой становится «военно-гражданский синтез», в рамках которого ученые из оборонных институтов разрабатывают новые продукты совместно с ведущими коммерческими компаниями. В США тоже действуют подобные механизмы: DIUx, In-Q-Tel. Но масштаб этих программ очень невелик по сравнению с тем, что делается по бюрократической старинке. Эксперт требует добиваться максимальной гибкости и скорости реагирования Министерства, чтобы оно ни в чем не уступало современным хайтек-компаниям.

атом

В полном размере: Ядерное оружие в мире

Вооруженные силы должны уделять внимание и упомянутым технологиям «двойного назначения», вроде квадрокоптеров или Google Maps. “У большей части сегодняшних популярных технологий есть хотя бы теоретическое военное применение...»

«Возможно, не только мы будем иметь доступ к самым передовым технологиям будущего, но мы можем попробовать приспосабливаться быстрее и использовать новые технологии лучше, чем наши противники».

В связи с тем, что передовые технологии скорее будут появляться не в военных лабораториях, а в “Гугл“ и “Фейсбук“, Картер рекомендует выбирать не ограничительные, а поощрительные меры в области разработки. Введение барьеров скорее повредит национальной безопасности через негативный эффект на сложившуюся экосистему инноваций.

Кроме того, стратегический подход требует инициатив в образовательной сфере. Эксперт отмечает, что в Китае расширение образовательных программ, связанных с ИИ, является ключевым пунктом успеха. И Штатам требуется увеличивать финансирование своих институтов. Оборонная доктрина должна опираться на стратегию образования.

Очень важным мне показалось то, как Уильям Картер относится к «большим данным», к массиву персональной информации пользователей соцсетей, мессенджеров и т. п. Для него это — критический ресурс на пути разработки ИИ, и, шире, критический ресурс обеспечения обороноспособности. Эксперт на полном серьезе рассматривает количественные и качественные характеристики пользовательской базы американских и китайских компаний.

С большой вероятностью я могу быть уверен в том, что «оборонный потенциал» пользовательских данных сейчас слабо заботит руководство «Гугл» и «Амазон». Но еще с большей вероятностью я вижу, что точка зрения Картера будет постепенно проникать в программные документы военных, в пилотные проекты и в практику работы силовых ведомств.

Это гонка вооружений, и в ней надо изо всех сил стремиться опередить соперника.

https://giovanni1313.livejournal.com/75559.html

Опубликовано 07 Фев 2018 в 17:00. Рубрика: Оружие. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.