После I Мировой войны на Балканах на время установилось хрупкое затишье. В 1918 году, после падения Австро-Венгрии, была создана Югославия (Королевство сербов, хорватов и словенцев), которая включала земли нынешних Словении, Хорватии, Сербии, Черногории, Боснии с Герцеговиной и Македонии. Причем хорваты сами и добровольно вошли в 1918 году в состав новой конфедерации.

Однако постепенно центр власти смещался в сторону Сербии, что привело к  напряженности между сербами и хорватами. В итоге всё более популярными стали идеи независимости Хорватии, что пресекалось Белградом. Одной из таких структур стала организация, названная «Усташи» («Восставшие»), которую в 1931 году основал Анте Павелич. Уже в те годы главным идеологической доминантой становится противопоставление хорватов сербам вплоть до того, что хорваты самоназывались арийцами, а не славянами.

Наиболее известной из довенных акций усташей стало убийство в Марселе короля Югославии и министра иностранных дел Франции. До 1941 года усташи не пользовались широкой поддержкой в Хорватии. Предпочтение отдавалось более умеренным силам. В эти годы усташи жили и тренировались в лагерях, разбросанных по Италии, Венгрии и Австрии. Однако ближе к 1941 году ситуация изменилась. Павелич смог заручиться поддержкой Муссолини и Гитлера, возглавив созданное на обломках Югославии Независимое Хорватское государство (НХГ).

НХГ представляло собой смесь корпоративного (фашистского) государства с высокой степенью религиозного начала. Истинной религией признавалось только католичество, хотя право на существование получали также ислам и протестантизм, в то время как «сектантскому» православию объявлялась война. За основу государства была взята структура партии усташей со строгой иерархией и безусловным подчинением вождю («поглавнику») в лице Павелича.

Начало геноцида

Сразу после прихода к власти в Хорватии партии усташей, весной 1941 года, был принят целый ряд расовых законов – прежде всего в отношении сербов и евреев.

- Согласно указу «О хорватской национальности», право на гражданство получали только арийцы. К ним отнесли даже боснийских мусульман, а сербы с евреями попали в группу «принадлежащих государству». Помимо православных сербов, преследовались и те, кто переходил в католичество, исходя из усташеского принципа «вы спасли душу, но ваше тело принадлежит нам».

- По  указу о «защите арийской расы и чести хорватского народа» сербам предписывалось носить на одежде синюю повязку с буквой П («православный»), евреям - звезду Давида на желтом фоне.

- Сербы и евреи могли передвигаться по городам только с 6 утра до 21 вечера, им запрещалось ходить по тротуарам, появляться в общественных местах, а также посещать «арийские» магазины и рынки.

- Все сербы и евреи, «известные как коммунисты, даже на основании одних только подозрений», подлежали аресту.

- Вводился запрет на использование кириллицы.

- Был установлен контроль за всеми предприятиями, принадлежащим сербам и евреям (через так называемых госкомиссаров). Спустя некоторое время они были национализированы.

Однако ущемлением гражданских прав сербов и евреев дело не закончилось. Это была, скорее, подготовка к «окончательному решению» национального вопроса в Хорватии (которая включала в себя территории современной Боснии и Словении). Уже весной 1941 года создаются первые концлагеря, куда перемещалось «неарийское» население – либо для пересылки в Сербию (сербов) и Германию (евреев), либо для непосредственного уничтожения на местах. Министр образования и культа Будак обрисовал, какая судьба уготована сербам: «Одну часть сербов мы убьем, другую сошлем, а тех кто останется, окрестим в католическую веру, преобразив их таким образом в хорватов».

Предвестником широкой сети лагерей смерти, созданных на территории НХГ, стала расправа над десятками тысяч сербов за преступления прошлого - во имя «коллективной ответственности». Для этого были учреждены 34 чрезвычайных народных суда (аналог печально известных «троек» в СССР). Всего за 4 года было создано около 40 концлагерей, большинство из которых действовали не постоянно, а закрывались, выполнив свою «норму» по ликвидации «неправильного» населения. Наиболее известным стал лагерь Ясеновац, расположенный в 60 км от Загреба. За годы войны там было уничтожено около 100 тысяч сербов и евреев.

Причем именно в Ясеноваце эти казни приобретали чудовищный характер. В лагере происходили соревнования по скорости убийства «сербосеком» - специальный клинок, который использовался для казней усташами, изготовленный в массовом количестве по заказу правительства в Германии. Одним из победителей такого «соревнования» стал некто Петар Брзица, член католической организации «Крижари», который за ночь зарезал 1360 сербов. За это он удостоился щедрой награды от капеллана (!) лагеря, получив запеченого поросенка и вина.

Политика геноцида велась открыто и постоянно получала публичное одобрение от высшего руководства государства. Вот что говорил будущий глава МИД Лоркович: «Мы должны уничтожить всех сербов в Хорватии! Это наш долг, и мы это выполним...Элементы, которые следует уничтожить, это наши сербы и наши евреи». А вождь усташей Анте Павелич так подбадривал своих подчиненных: «Хороший усташ - тот, кто умеет использовать кинжал, чтобы вырвать ребенка из чрева матери». При этом надо понимать, что если уничтожение евреев хорватскими властями было отчасти обусловлено «просьбами» союзника в лице нацистской Германии, то геноцид сербов был инициативой лишь самих усташей – никакого принуждения со стороны Германии в этом вопросе не было.

20 кило человеческих глаз

Только за апрель-май 1941 года насчитывалось несколько десятков тысяч жертв по всей территории Хорватии, взрывались православные храмы (всего за 4 года будет уничтожено почти 300 церквей), разграблялись синагоги. Убийства сербов и евреев в большинстве случаев совершались с необъяснимой и невиданной жестокостью. У мужчин перед смертью вырывали носы и отрезали уши, после чего сажали на кол; женщин насиловали и лишали грудей и т.д.  Не щадили и детей. За 4 года геноцида было убито не менее 63 тысяч сербских детей в возрасте до 12 лет.

Еще одно выдумкой усташей для не взрослого сербского населения стали т.н. «лагеря усташеских воспитанников», в которые попадали сербские мальчики 8-13 лет. Они представляли собой что-то типа «гитлер югенда» на постоянной основе – перекрещенные сербы за несколько лет «перековки» превращались в послушную, абсолютно прохорватски настроенную массу, которая ближе к концу войны бросалась на борьбу с сербскими партизанами. Сохранились воспоминания очевидцев югославского сопротивления о том, что эти «новые хорваты» отличались неистовой жестокостью и беспощадностью, которые не при каких обстоятельствах не сдавались в плен («коммунисты сжигают пленных!»).

Сохранилось достаточно документальных данных, которые проливают свет на творимые усташами зверства. Свидетельствует известный итальянский писатель Курцио Малапарте: «Это устрицы?» - спросил я у поглавника? Анте Павелич поднял крышку хлебницы, показав мне эти моллюски, эту скользкую желатинообразную массу устриц, и сказал, улыбаясь своей доброй и усталой улыбкой: «Это подарок моих преданных усташей: здесь двадцать килограмм человеческих глаз».

Зверства усташей в какой-то момент напрягли даже нацистов. В конце 1942 года генерал Глайзе фон Хорстенау пригрозил предложить Гитлеру заменить Павелича в качестве главы государства, отмечая, что «в последнее время видел много ужасов», но «ничто не может сравниться со зверствами, совершаемыми хорватами». От слова немцам приходилось переходить к делу. Так, в немецких документах зафиксирован факт расстрела нескольких хорватских карателей из полка «Франчетич» (в том числе одного католического священника) за издевательства над сербским населением.

Еще чаще за сербов и евреев заступались итальянские военные, оккупировавшие Далмацию. Они сделали многое для того, чтобы «неарийцы» попали в зону их ответственности, фактически спасая у себя от расправы сербов и евреев. Это вызывало закономерную злобу у властей НХГ – и не только светских. Архиепископ Загреба и фактический глава католической церкви Хорватии Степинац обвинил Италию в "постоянном упадке религиозной жизни", имея ввиду концентрацию большого числа православных сербов в Далмации, которые пользовались покровительством итальянцев. А Павелич в конце концов, используя свои связи в Рейхе, надавил на Муссолини через Риббентропа в вопросе отправки евреев в Германию из зоны, контролировавшейся Италией.

Точных данных о жертвах геноцида, устроенного усташами, до сих пор нет – называются цифры и в 700 тысяч, и в 1 миллион 200 тысяч человек. Как писал атташе Гитлера на Балканах, «предводители усташей заявляли, что уничтожили миллион сербов, включая новорожденных».

Роль католической церкви

Отдельно стоит остановиться на роли католической церкви. Усташи как организация в период своего рассеяния в 30-х гг., во многом сформировалась и осталась на плаву благодаря поддержке католического духовенства – как Хорватии, так и Италии. Обещания создать национальное государство и предоставить свободу католической церкви не могли не оказать влияния на клир. В итоге уже после прихода усташей к власти католическая церковь воспринимала новое государство как свое детище, поддерживая все начинания светских властей (в церковной изданиях об этом говорилось открыто: «так же сильно как мы верим Богу, мы верим и поглавнику…»).

Павелич не забыл, что во многом именно сильной католической церкви был обязан своим восхождением во власти. В результате католическое священство получило привилегированный статус в новом государстве и право отстаивать свои интересы в стране, четверть населения которой составляли православные «сектанты».

В июле 1941 было создано специальное ведомство для обращений сербов в католичество под руководством священника Диониса Юричевича, который в одной из своих речей перед очередным массовым обращением сербов заявил: «Мы все прекрасно знаем, куда будут высланы те, кто откажется от крещения. Эти южные регионы я уже очистил от всех, от младенцев до стариков. И, если будет необходимо, я сделаю это и здесь, потому что сегодня не грех убить даже семилетнего ребенка, если он мешает нашему усташскому режиму». Зачастую сербов перекрещивали целыми селами, а общее число «перешедших» в католичество сербов составило около 300 тысяч. Обращенные в католичество сербы должны были завести дневник, в котором бы отмечались их присутствия на мессах. Несложно предположить, что грозило сербам за «прогулы».

Помимо насильственного перекрещивания, католические священники (в основном францисканцы) участвовали и в непосредственном уничтожении сербов. Некоторые из них работали в концлагерях (отнюдь не исповедуя приговоренных к смерти), другие «прочесывали» территории. Особой жестокостью отличался монах-францисканец Векослав Симич, о чем свидетельствуют многие итальянские источники. В частности, он открыто просил итальянцев предоставить ему необходимые полномочия в зоне их ответственности, мотивируя это тем, что «хочет убить всех сербов в кратчайшее время». Своего он все-таки добился, есть данные, что именно под его руководством было убито более 300 человек (включая детей и беременных женщин). Такие случаи были нормой, а не редкостью.

Какова была реакция Ватикана? Ее не было. Официально Ватикан не мог признать Независимое Хорватское государство - как и все страны, кроме нацистской Оси, курия признавала Югославское королевство, находившееся в изгнании. Тем не менее с 1941 года в Ватикан наладил тесные связи с лидерами усташей, устраивая неофициальные визиты как для светских властей, так и для представителей церкви. Посол НХГ в Ватикане Русинович писал в Загреб о том, что «Ватикан радуется» проводимым обращениям, но из-за давления английской и американской прессы призывал «действовать осторожно и последовательно, во избежание упреков и клеветы, а также неприятностей для Ватикана». А папа Пий XII, формально поддерживавшей смещенного короля Югославии Петра II, на его письмо о творимых зверствах в отношении сербов на территории НХГ ответил, что он думает о сербском народе и делает всё возможное, чтобы облегчить его страдания.

В то же время папский легат в Загребе открыто поддерживал режим Павелича, появляясь в том числе и на военных смотрах, а просачивавшиеся в западную прессу данные о сербском геноциде в 1943 году назвал «недоразумениями иностранной пропаганды».

Конец усташей и отсутствие справедливого наказания

Наступление советских войск и усилившееся давление со стороны югославских партизанов вынудило Павелича изменить внутриполитический курс. В мае 1945 года в надежде выторговать у союзников СССР благополучное будущее, поглавник издал декрет, в котором отменялась «любая расовая дискриминация между всеми принадлежащими к Хорватскому независимому государству». Однако Павеличу, как и остальному руководству усташей, уже через несколько дней после этого пришлось бежать из страны. На несколько месяцев он был арестован британцами, но был вскоре освобожден, после чего почти год прожил в Риме, а затем перебрался в Аргентину. С 1947 по 1958 бывший хорватский диктатор жил в особняке в центре Буэно-Айреса, пользуясь покровительством аргентинского диктатора Перена (пережив покушение со стороны сербских националистов). В 1959 году Павелич перебрался во франкистскую Испанию, где и умер в том же году. За несколько часов до смерти его благословил папа Иоанн XXIII.

Фильм Time «Ясеновац, балканский Освенцим»

В странном исчезновении сотен и тысяч преступников, которые должны были предстать в качестве обвиняемых на судебном процессе в 1946 году, также прослеживается след Ватикана. Благодаря т.н. «крысиной тропе» (шпионской сети, использовавшейся американской разведкой) многим лидерам НХГ удалось проникнуть в Италию, где они через Ватикан получали поддельные документы (или официальные – как работники Красного Креста), и переправлялись в страны Латинской Америки, испытывающим традиционно сильное влияние Святого престола. Все эти перемещения были сделаны при помощи бывшего министра НХГ Драгановича, отвечавшего за принудительное перекрещивание сербов и конфискацию их имущества - незадолго до ареста Павелича он получил официальную должность в Ватикане.  Благодаря его усилиям возможность выехать в нейтральные страны получили первый комендант концлагеря Ясеновац и бывший начальник всех лагерей Хорватии.

Уже в конце 90-х годов, в докладе замминистра финансов США Айзенштата, утверждалось, что обо всех перемещениях Павелича Counter Intelligence Corps – структуре американской армии, которая занималась эвакуацией работавших агентов в Восточной Европе. Тем не менее, уже начинавшееся противостояние между СССР и Западом сделало невыгодным сдачу хорватских фашистов социалистической Югославии. Таким образом, благодаря большой политической игре тысячи виновных в преступлениях против человечности в балканских странах смогли избежать наказания, а некоторые из них в начале 90-х смогли свободно вернуться в получившую независимость Хорватию.

Одним из немногих осужденных стал архиепископ Загреба Степинац, который отказался покидать Югославию по предложению властей и фактически добровольно получил тюремный срок, позже замененный на домашний арест. Его имя Ватикан использовал в пропагандистских целях – в 1998 году он был причислен к лику блаженных, несмотря на то что авторитетный Центр Симона Визенталя заявил о наличии многочисленных документов, свидетельствующих о «поддержке, предоставленной кардиналом Степинацем усташскому правительству». Сейчас Степинац – национальный герой Хорватии.

http://ruposters.ru/news/02-07-2015/genocid_po_blagosloveniyu_kak_ustashi