Находясь в Нью-Йорке на сессии Генассамблеи ООН, президент ИРИ сделал сенсационное заявление по газу, которое можно вполне трактовать как недружественное России, причем в условиях, когда Москва находится в конфронтации с США и ЕС по украинскому вопросу.

Смысл его в следующем: в случае снятия санкций и инвестирования достаточных средств в создание современного газопровода Иран мог бы к началу 2020-х годов отправлять в Европу 10-20 миллиардов кубометров газа в год. В свете российско-украинского газового конфликта Иран предлагает Европе «надежный источник газа», — пишет DW. Об этом 24 сентября заявил своему австрийскому коллеге Хайнцу Фишеру президент Исламской Республики Иран Хасан Роухани в кулуарах Генеральной ассамблеи ООН в Нью-Йорке. Иран готов экспортировать свой газ через Австрию в Евросоюз, приводит слова иранского лидера австрийское агентство APA.

Иран - нефть и газ

Карта в полном размере: Иран - нефть и газ

И в ЕС не замедлили с положительной реакцией на это. «Иран входит в число наших главных приоритетов как одна из среднесрочных мер, которые помогут снизить зависимость от российских поставок газа. Иранский газ может легко поступать в Европу, и наметилось явное политическое сближение между Тегераном и Западом», — сообщил агентству источник в Еврокомиссии, участвующий в разработке энергетической политики ЕС.

Правда, нужно сделать одну очень важную оговорку — для того, чтобы Иран мог поставлять голубое топливо в Европу, необходимо решить две задачи — политическую и техническую. А именно – снять с ИРИ международные санкции и построить магистральный газопровод. По оценкам экспертов, на которых ссылается Reuters, в случае снятия санкций в ближайшее время и инвестирования достаточных средств в создание современного газопровода, Иран мог бы к началу 2020-х годов отправлять в Европу 10-20 миллиардов кубометров газа в год. А до 2020 года еще далеко. Да и проложить газопровод через Ирак и Сирию, где в разгаре военные действия, довольно сомнительно.

Возникает вопрос – зачем Х.Роухани делает подобные заявления, тем более почти сразу же после завершения в Тегеране очередного заседания Смешанной российско-иранской межправкомиссии по торгово-экономическому сотрудничеству, по итогам которого подписан протокол, где зафиксированы проекты на десятки миллиардов долларов? И зачем тогда Тегерану чуть ранее нужно было декларировать в Душанбе свое стремление войти в ШОС? И, помимо этого, говорить о желании вступить в БРИКС?

Нет ничего удивительного в том, что Евросоюз надеется снизить зависимость от российского газа с помощью иранского голубого топлива. Но получается так, что Тегеран, оказавшийся в одной санкционной лодке с Москвой, ведет двойную игру. С одной стороны, сближается с Россией, а с другой – надеется стать поставщиком газа для Европы в ущерб РФ.

Иран - главные нефтяные поля

Иран - главные нефтяные поля

Понятно и то, что между желаниями ЕС и Ирана и реальностью пролегает пропасть. Евросоюз негласно готовится начать импорт газа из Ирана по мере улучшения отношений с ним и ухудшения с Россией — основным поставщиком газа в Европу. Судя по всему, Иран ведет очень сложную игру, одновременно обсуждая с Россией сотрудничество для облегчения санкций, а с Европой – замену российского газа собственным.

Еще в прошлом году неофициально сообщалось, что Тегеран ведет переговоры с одной из стран Европы о поставке своего газа на сумму 25 млрд долларов. Если исходить из цен Газпрома в 372 доллара за тысячу кубометров, то речь может идти о более чем 62 млрд. кубометров газа. Это сопоставимо с мощностью «Южного потока», строить который сейчас так активно мешает Еврокомиссия.

Между тем на фоне санкций Запада против России Иран стал ближе к РФ. В начале августа с.г. Россия и Иран подписали межправительственный меморандум о торгово-экономическом сотрудничестве на пять лет вперед. Речь идет о так называемой сделке «нефть в обмен на товары», которую обе стороны начали неофициально обсуждать еще год назад. Россия собирается покупать иранскую нефть в объеме 2,5–3 млн тонн в год. По оценкам, объем годового контракта может составить 2,35 млрд долларов. Россия будет платить живые деньги за иранскую нефть, однако Иран в свою очередь обязуется потратить эти деньги на покупку российских товаров. В итоге, кроме политического превосходства (США не смогли сорвать эту сделку, хотя очень старались), Москва получает двойной заработок: от перепродажи иранской нефти и от сбыта российских товаров на новый рынок. А тут вдруг Тегеран не скрывает желания продавать газ Европе. Да еще устами президента. «Иран может быть безопасным энергетическим центром для Европы», – заявил Роухани руководителю Австрии.

Иран – вторая в мире страна по доказанным запасам газа после России: 33,7 трлн кубометров. Так, запасы крупного месторождения Южный Парс в Персидском заливе оцениваются в 2,7 млрд тонн нефти и 14,2 трлн кубометров газа, что составляет 8% мировых запасов газа и 50% суммарных запасов газа Ирана. В прошлом французская Total и итальянская Eni проявляли интерес к разработке Южного Парса, которое способно обеспечить потребности Европы в газе на десятки лет. Кроме того, оно находится на небольшой глубине и недалеко от берега, поэтому себестоимость добычи ниже, чем в России, и сам газ должен быть дешевле российского. Поэтому Брюссель так хотел бы дружить с Тегераном.

Газопровод ИПИ и ТАПИ

Газопровод ИПИ и ТАПИ

Однако на пути желания ЕС заместить российский газ иранским стоит много проблем. Быстро это сделать точно никак не получится. Во-первых, против Ирана по-прежнему сохраняются санкции Запада. Уже несколько лет со стороны США и ЕС действует эмбарго на поставки нефти и газа из Ирана и запрет на инвестиции в иранскую газовую промышленность, в том числе в проекты по транспортировке газа и развитию технологий по производству сжиженного газа (СПГ). Стать альтернативным поставщиком для ЕС Иран может только в случае успешных переговоров по его ядерной программе. Дело в этом направлении движется, однако закончится еще явно нескоро. На окончательное решение этого вопроса к крайнему сроку – 24 ноября – надежды призрачны. Пока же Иран экспортирует всего лишь 4% от своей среднесуточной добычи.

Однако, даже сняв санкции с Ирана, Евросоюз не сможет сразу начать закупать газ в Исламской республике. Для этого еще надо построить газопроводную инфраструктуру, вложить колоссальные средства и договориться с потенциальными транзитерами. Поставки трубопроводного газа из Ирана в ЕС напрямую возможны, но вряд ли интересны европейцам. СПГ из Ирана везти не слишком выгодно из-за его высокой цены, по крайней мере, в больших объемах, а трубопроводный газ можно прокачать только через страны-посредники, включая уже упомянутые Ирак и Сирию. Кратчайший путь иранского газа в Европу пролегает через Турцию, уже покупающую иранское топливо. Причем в прошлом году Анкара уже давала согласие на транзит 2 млрд. кубометров иранского газа. Однако пропускная способность действующего газопровода Тебриз – Анкара недостаточна для прокачки больших объемов в ЕС. Существующий участок газопровода позволяет прокачивать до 40 млн. кубометров топлива в сутки. Поэтому нужно строить новые трубопроводы.

Долгое время Иран продвигает идею Персидского газопровода, который связал бы крупное месторождение Южный Парс с Европой. Это чрезвычайно амбициозный проект. Однако Персидский газопровод остается под вопросом, потому что проходит через неспокойные страны. В частности, маршрут должен проходить через Ирак, Сирию, Средиземное море (далее в Грецию и Италию). Посему этот проект может уйти в небытие, как некогда проект «Набукко».

Еще один вариант для поставки иранского газа в Европу может предоставить Оман. Тегеран планирует поставлять туда 10 млрд. кубометров газа в год: часть Оман оставит для собственных нужд, а часть сможет прокачивать дальше. Но для этого также надо построить газопровод длиной 260 км и стоимостью около 1 млрд. долларов.

Газопровод Nabucco

В полном размере: Газопровод Nabucco

В любом случае, согласно независимым расчетам, если бы санкции были сняты в ближайшее время и в Иран потекли инвестиции, он смог бы отправлять в Турцию и Европу 10–20 млрд кубометров в год к началу 2020-х годов. И это самый оптимистичный прогноз. По сравнению с 161,5 млрд кубометров газа, которые Газпром поставил в Европу в 2013 году, это очень мало. Поэтому Иран даже в среднесрочной перспективе не сможет составить серьезную конкуренцию российскому газу на его традиционном европейском рынке.

Тогда все-таки зачем Роухани сделал вышеупомянутое заявление? Блеф? Желание заручиться поддержкой ЕС перед 24 ноября?

Возможно и блеф, если бы не один факт. 11 августа с.г. замглавы Министерства нефти Ирана Али Маджеди тоже заявил, что Иран готов обеспечить поставку в страны ЕС своего газа по газопроводу Nabucco. Проходящий через Турцию маршрут проектировавшегося, но так и не построенного газопровода Али Маджеди назвал лучшим из возможных вариантов, однако отметил, что выбран может и другой путь — через Сирию или Черное море. Возможные варианты маршрута обсуждались с делегациями двух стран ЕС, побывавших недавно в Тегеране, сообщило тогда иранское государственное информагентство IRNA. Али Маджеди отметил, что после снятия наложенных на Иран санкций власти Евросоюза могли бы совместно с иранскими специалистами определить наиболее подходящий обеим сторонам вариант. Замминистра подчеркнул, что без привлечения Ирана проект Nabucco реализовать не удастся, так как топлива, добываемого на азербайджанском месторождении «Шах Дениз», которое ранее рассматривалось в качестве основного источника газа для магистрального трубопровода, для заполнения Nabucco не хватит.

В качестве еще одного возможного варианта налаживания поставок газа в Европу Али Маджеди назвал поставки сжиженного природного газа (СПГ) на танкерах.

( Справочно: Nabucco — проект магистрального газопровода, по которому газ из Центральной Азии планировалось поставлять в Европу в обход России. В качестве основных поставщиков изначально рассматривались Азербайджан, Ирак и Туркмения. Изначально строительство Nabucco планировалось начать в 2011 году, а закончить в 2014 году. Из-за проблем с финансированием проекта и отсутствием гарантий по поставке газа начало строительства неоднократно откладывалось и, в итоге, так и не было начато. 26 июня 2013 года компания OMV, возглавляющая консорциум по строительству Nabucco, официально объявила об аннулировании проекта).

В любом случае, вряд ли заявление президента Роухани своему австрийскому коллеге сослужило Тегерану добрую службу. Ведь, еще не добившись снятия санкций, тем самым Иран напряг Россию, которая до сих пор является наиболее надежным партнером ИРИ, и могла бы стать ее стратегическим партнером в газовой сфере. А теперь в Москве возникли подозрения в искренности намерений Тегерана. Конечно, Роухани, хоть он и президент, но все-таки не главное лицо в ИРИ. Лидером страны является аятолла Али Хаменаи, который не слишком разделяет прозападные настроения главы государства и его либеральной команды. Не надо забывать и о командовании КСИР – ведущей силовой структуры Ирана, которое также не склонно доверять Западу. Для него важнее то, что только Россия может поставить ИРИ самые современные виды вооружения, способные обеспечить безопасность страны перед лицом внешней угрозы. И в Тегеране немало других влиятельных сил, которые прекрасно понимают – потерять Россию в качестве партнера легко, но тогда Тегеран окажется один на один перед лицом США, Израиля и Саудовской Аравии, НАТО и ССАГПЗ. А без Москвы они будут разговаривать с Ираном уже совсем другим языком.

Так что, прежде чем что-то произносить, нужно хорошенько подумать. «Семь раз отмерь, а один раз отрежь»,- гласит русская народная мудрость. А иначе можно старых друзей потерять, а со старыми врагами остаться.

http://ru.journal-neo.org/2014/09/30/rus-prezident-irana-delaet-stranny-e-zayavleniya-po-gazu/