«Количественное смягчение» проводится в Штатах по тайной договорённости с Китаем. Дефицит долларов в 2008 г. был искусственным"

В США приступили к печати 100-долларовых купюр нового образца, которые будут пущены в оборот 8 октября. От подделок новые деньги защищены высокотехнологичными элементами, видными невооружённым глазом. Это, например, трёхмерное изображение синей ленты на лицевой части купюры. Под разными углами наклона изображение колокольчиков на ленте меняется на число 100. Еще один колокольчик можно увидеть в чернильнице. При повороте он меняет цвет с медного на зеленый и, кажется, то появляется, то исчезает. На банкноте изображены американские символы свободы: цитата из Декларации независимости и перо, которым она была подписана. Ещё одно нововведение – водяной знак в виде портрета Бенджамина Франклина.

Новый дизайн стодолларовых купюр был представлен ещё в 2010 г., но их введение в оборот затянулось из-за технологических проблем с производством. В этом году планируется выпустить два с половиной миллиарда 100-долларовых банкнот нового образца.

Могущественная организация

Дефицит долларов на пике кризиса в 2008 г. был искусственно организован Казначейством США, вернее, его подразделением Exchange Stabilization Fund, рассказывает канадский финансовый аналитик из Торонто Роберт Кирби (www.kirbyanalytics.com):

«С III кв. 2007 г. по I кв. 2008 г. своп-деривативный портфель банка JP Morgan увеличился в размере примерно на 7,5 триллионов долларов. Большую долю этой суммы образовали трёхмесячные контракты FRA (Forward Rate Agreement), что должно беспокоить всех, кто разбирается в финансовых деривативах. Потому что эти деривативы требуют получения соответствующего кредита от контрагентов. Ни один банк не может законным путём получить или выдать триллионные кредиты на межбанковском рынке. И даже всё глобальное банковское сообщество, объединившись, не могло предоставить банку JP Morgan такие деньги.

Контрагентом для JP Morgan была небанковская организация. Другого варианта быть не может. Напомню, что ставки в это время снижались. Средства массовой информации объясняли это тем, что во время финансового шторма инвесторы устремились в спасительную гавань американского долга. Это совершенно ошибочное утверждение. Незадолго до того американский доллар грозил пробить уровни поддержки. Фигурально говоря, он стоял на коленях. И провал процентных ставок был чисто искусственным явлением. Его организовало Казначейство США.

В составе Казначейства есть подразделение под названием Валютный стабилизационный фонд (Exchange Stabilization Fund), организованное ещё в 1934 г. для того, чтобы банковский крах более никогда не повторился. У этого фонда буквально неограниченные ресурсы, он ни перед кем не отчитывается и действует вне правового поля. Это самое могущественная финансовая организация на земле. У Валютного стабилизационного фонда есть возможность делать на финансовых рынках всё, что он захочет».

«Валютный стабилизационный фонд проводит операции на рынке через торговые подразделения Федерального банка Нью-Йорка. Именно таким путём банк JP Morgan в срок менее полгода наторговал деривативов на 7,5 трлн долл., а тремя месяцами позже закрыл эти контракты. При этом никакие краткосрочные казначейские бумаги фонд банку JP Morgan не предоставлял, и тот был вынужден покупать их на рынке. Вот откуда возник ажиотажный спрос на американский доллар», – рассказывает Роберт Кирби.

Манипулируя триллионными потоками денег, проходящими через финансовые инструменты, монетарные власти США контролируют процентные ставки по всей кривой доходностей, объясняет Р. Кирби. Для этого используются различные деривативные инструменты.

Передача наследства

Китай, как образцовый будущий наследник статуса крупнейшей мировой сверхдержавы, трепетно заботится о судьбе Соединённых Штатов Америки. Вот что рассказывает основатель, вице-президент и старший управляющий группы компаний Pacific Alliance (Гонконг) Уильям Кей:

«В интервью Криса Пауэлла на Интернет-радиостанции Kingworldnews.com прошла информация о том, что между Соединёнными Штатами и Китаем заключено секретное соглашение. Мои информаторы подтверждают, что это вполне правдоподобно. И, на мой взгляд, это вполне вероятно. Штатам имеет смысл договориться с Китаем о взаимной поддержке в финансовой области. Потому что такая поддержка служит интересам обеих наций.

В рамках договорённости была организована атака на цену золота (которая в последние два года только снижалась, вопреки беспрестанной печати денег Федеральной резервной системой США и другими ЦБ. – Прим. ред.). Пониженная до уровня 1300 долл. за тройскую унцию цена золота служит американским интересам – краткосрочным. Ясно, что операция по подавлению цены золота требует участия Народного банка Китая, Резервного банка Индии (власти страны лезут из кожи вон, чтобы снизить объёмы закупок золота рядовыми индусами. – Прим. ред.), ЦБ России и других стран. И когда вы имеете такую поддержку, вы должны со своей стороны предоставить что-то необходимое перечисленным государствам.

В случае с Китаем это совершенно очевидно и было подтверждено такими организациями, как GATA (www.gata.org): китайцы хотят гарантированно получить золото, причём как можно дешевле. Китаю лучше приобретать золото по 1300 или 1200 долл. за тройскую унцию, чем по 1900 долл. за тройскую унцию, как оно стоило два года назад.

Вторая задача для Китая. Они хотят обменять на физическое золото как можно большую часть своих валютных резервов, которые тянут на 3,5 триллиона долларов, из них более 60% в виде американских долговых обязательств. А для этого необходимо иметь гарантированного покупателя для американских долговых бумаг (Напомним, что в 2013 г. ФРС США в ходе «количественного смягчения» скупила больше казначейских бумаг, чем выпустило Казначейство. – Прим. ред.).

Для Соединённых Штатов «количественное смягчение» – это политика монетарной поддержки своей экономики. Им нужно восстановить утерянные рабочие места, подстегнуть экономический рост. И мы знаем, что эти цели в реальности достичь не очень-то получается. Процент занятых в экономике США сегодня практически такой же, как в 2008 году. Так что официальные задачи денежной эмиссии американцы с треском провалили. Зато они преуспели в решении таких неофициальных задач, как повышение фондовых индексов, улучшение настроения финансовых компаний с Уолл-Стрит и, конечно же, удовлетворение потребностей китайцев. Китайцы с радостью продают имеющиеся у них долгосрочные казначейские бумаги Федеральной резервной системе.

Независимый обозреватель охарактеризует всё это как заранее подготовленный маневр, который позволяет Китаю продать казначейские бумаги со сроками погашения 5–10 лет Федеральной резервной системе США в рамках официальной программы «количественного смягчения». При этом китайцы обменивают полученные средства на физическое золото по ценам на чрезвычайно привлекательных для них, стратегических, уровнях», – рассказал Уильям Кей.

«Я думаю, что эпизод с подавлением биржевых цен на золото не закончился. Бумажный рынок ведёт за собой рынок физический, поскольку соотношение продаваемых бумажных и реальных драгметаллов равно 93:1 – это подсчёты Резервного банка Индии. Такое вот получается финансовое плечо. И банки используют это плечо для того, чтобы диктовать рынку цены. А они сейчас весьма привлекательны для покупателей. Это, определённо, Резервный банк Индии, китайцы и ЦБ России, а также наш фонд сейчас покупают золото. Мы рассматриваем текущие цены на золото как чрезвычайно привлекательные и продолжаем его покупать. При этом спрос на физическое золото крайне силён. – добавляет Уильям Кей. – Важно понимать, что никакого медвежьего рынка для физического золота нет. Для него продолжается бычий рынок».

Уильям Кей также отмечает, что манипуляции выходят их организаторам боком: «аммуниция» в виде физического золота уже на исходе. И на начало октября он прогнозирует большой объём сделок со снижением цен. И октябрьский провал цен, по его мнению, скорей всего будет финальным. Далее последует взлёт котировок жёлтого драгметалла до равновесной цены много выше отметки 2000 долл. за тройскую унцию, возможно, до 3000 долл. за унцию. «И тогда, я уверен, игра будет закончена, – убеждён Уильям Кей. – Наступят хорошие времена для тех инвесторов в драгметаллы, которые смогли пережить крайне неприятный двухлетний период». В крайнем случае, предполагает Уильям Кей, манипуляция может затянуться до конца года. Тогда цены драгметаллов взлетят с января 2014 г.

По итогам своего заседания 17-18 сентября Федеральная резервная система США приняла решение не сокращать программу количественного смягчения QE3. Долгие недели инвесторы во всем мире ждали решения Федрезерва о дальнейшей судьбе монетарной политики. И вот, наконец, дождались. Сам по себе факт принятия такого решения не является чем-то исторически или коммерчески важным.

Во-первых, начало сокращению объема выкупа в ближайшей перспективе всё равно будет положено, и ФРС дала это чётко понять. Согласно последнему отчету о состоянии баланса, ФРС уже снизила свою активность по выкупу ценных бумаг до 32 миллиардов долларов (за последние 4 недели). А во-вторых, принятие новой инициативы Федрезерва может состояться не далее как на следующем, и одновременно первом в новом финансовом году заседании 30-31 октября. Эта дата представляется наиболее вероятной, поскольку предыдущие знаковые решения ФРС принимала именно в начале года. Так было в случае QE2 и QE3.

О том, что в сентябре решение об ограничении работы печатного станка не будет принято, можно было судить по четырем тесно переплетающимся между собой моментам, которые представляются гораздо более важными, чем его отсрочка. Первый заключается в противоречивости сигналов посылаемых американской экономикой. О конкретных таких сигналах я писал не раз, в частности в колонке «Без точки». Отсутствие, несмотря на длящийся уже несколько лет денежный дождь, стабильного и устойчивого выздоровления американской экономики, тем более в условиях неурегулированности проблемы потолка госдолга вызывает активизацию сторонников различных лоббистско-аппаратных группировок.

Нежелание ФРС ограничить свободу своих действий до того, как будет урегулирована проблема повышения потолка госдолга, а также обострение внутриистеблишментских страстей, - являются вторым и третьим важными моментами, повлиявшими на решение Федрезерва. Одним из ярких проявлений подобного рода страстей является отказ Ларри Саммерса от борьбы за пост главы ФРС. Данного господина не совсем верно представляют эдаким закоренелым ястребом, - сторонником жесткой монетарной политики, высоких ставок и дорогих денег.

При этом почему-то не вспоминают о том, что Саммерс был одним из тех, кто способствовал отмене 4 ноября 1999 года закона Гласса-Стиголла, на протяжении шестидесяти шести лет закреплявшего отделение кредитных операций банков от инвестиционных. Разрушение механизмов контроля и регулирования, основу которых во многом обеспечивал данный закон, привело к безудержным спекуляциям банков Уолл-стрит, возникновению деривативно-долговых пирамид, надуванию «пузырей» на финансовых рынках и рынке недвижимости.

Именно с того момента деньги, а потом всё в большей степени основанные на них виртуально-производные финансовые инструменты начали побеждать реальную экономику и увеличивать риски. Разразившийся кризис и в особенности неоднозначная эффективность монетарно-либеральных мер по его преодолению способствовали тому, что целый ряд влиятельных представителей американский политико-экономической элиты стали публично менять окраску. В частности выступать за восстановления закона Гласса-Стиголла.

Одним из таких «ястребов» и сторонников жесткого курса позиционирует себя теперь и Ларри Саммерс. Именно по этой причине его якобы «прокатили», дав рынкам сигнал о том, что следующим главой ФРС будет сторонник мягкой стимулирующей монетарной политики, низких ставок, медленного и мягкого сворачивания стимулирующих программ. При ближайшем же рассмотрении все это удивительным образом напоминает игру в злого и доброго следователя, всегда готовых и способных, если понадобится поменяться ролями.

О том, что публичное позиционирование и последующая политика могут, мягко говоря, достаточно сильно отличаться, красноречиво свидетельствует миру ни кто иной, как сам хозяин Белого дома. Ведь он позиционировал себе перед нацией и всем миром, прежде всего, как миротворец. Но стала ли при нем Америка более миролюбивым государством, чем при Буше, на антитезе которому строил свою избирательную программу Обама? Сирийские события и высказывания американского президента о безоговорочной исключительности его страны, посылают миру сигнал, что совсем нет.

В отношении внутренней политики Обама говорил о серьезной корректировке прежнего экономического курса, исправлении наиболее грубых неолиберальных ошибок, возвращении и создании новых рабочих мест, и многом другом ласкающем слух своей правильностью. А вот как характеризует реальную ситуацию американский ежедневный электронный журнал American Thinker: «Доля работающих (63,2%) является самой низкой за последние 35 лет. Все больше американцев зависят от правительства, и все это выглядит, скорее, как статистика именно тех государств, которые раньше стремились стать похожими на Соединенные Штаты.

Рекордное количество американцев получают продовольственные талоны. На самом деле, на каждое рабочее место, созданное во время президентства Обамы, приходятся два американца, включенных в федеральную Программу льготной покупки продуктов (Supplemental Nutritional Assistance Program)». Выходит не все «ястребы» и «голуби» американского Олимпа являются таковыми на самом деле, и подобно герою старой сказки, одинаково хорошо могут, как страдать заиканием, так и нет, в зависимости от ситуации. Об этом не следует забывать и, оценивая нового главу ФРС, кандидатуру которого вскорости обещают обнародовать.

Наконец, четвертым моментом, остановившим руку ФРС, тянувшуюся зачехлить печатно-денежный станок, стала неудачная попытка побомбить Сирию. И ведь шансы были хорошие, да еще и за чужой счет. Но пока не сложилось. Таким образом, положительный результат женевских переговоров, решение Саммерса, макроэкономическая статистика и ситуация с потолком госдолга, вещи хоть на первый взгляд несвязанные между собой и совпавшие по времени случайным образом, очевидно, на самом деле таковыми не являются. Разрешение интриги всего этого клубка «случайных» совпадений, возможно, последует уже в следующие два месяца.

Как повлияет разрешение данной интриги на Россию, ее политику и экономику, что придется корректировать, сказать пока сложно. Отечественные официальные лица говорят, что мы готовы практически к любому развитию ситуации, и серьезных опасений ничто, даже стремительно сползающая в рецессию российская экономика, не вызывает. А вот у Банка международных расчетов вызывает. БМР в частности констатирует увеличение диспропорций, перекосов, и проблем с пузырями, повышающих глобальные макроэкономические риски различного характера. Но, пожалуй, самую главную проблему обозначил бывший главный экономист банка, а ныне председатель Наблюдательного комитета по экономическому развитию ОЭСР, Уильям Уайт. По его мнению, мир стал слишком зависим от легких денег.

Заметим, не США, а именно мир. Отсюда и столь мучительное и нетерпеливое ожидание инвесторов во всех уголках планеты решений ФРС. Никакие урожаи, никакие научные открытия, никакие ураганы не способны так стимулировать или удручить мировые рыки, как то или иное решение ФРС США. Национальные политики, в большинстве своем, не решаются поднимать данную тему отрыто и остро. И это, безусловно, представляет большую опасность. Почему? Потому что Уайт говорит, что пять лет после краха Lehman были потрачены впустую, и оставили глобальную систему еще более несбалансированной, и, возможно, исчерпывающей жизненные силы.

Именно этот последний тезис об исчерпании жизненных сил системы, построенной главным образом усилиями США и ее финансово-экономической верхушки должен заставить задуматься о будущем политиков и экономистов во всем мире. Включая нас. Ведь речь идет не о затруднении роста и влиянии временных факторов неблагоприятной внешней конъюнктуры, а фундаментальных, стратегических рисках.

http://interaffairs.ru/read.php?item=10082

http://interaffairs.ru/read.php?item=10046

Комментарий админа сайта: Вот тут и зарыта собака, почему Обама хочет дружить с Ираном. Иран - китайский клиент, и важный поставщик. Взаимозависимость. А Сирия, как предмет торга и давления, ведь все делается не прямым текстом и честным разговором.