Завершившийся в Брюсселе очередной саммит Европейского союза прошел под знаком громкого программного заявления, с которым выступил комиссар ЕС по энергетике Гюнтер Эттингер. В интервью парижской газете деловых кругов Les Échos он призвал страны-члены Евросоюза не блокировать программы разработки месторождений сланцевого газа в Европе. «Мы должны быть открыты к таким проектам и позволить заинтересованным странам – например, Великобритании или Польше – развивать экспериментальные программы в этой области, на основе которых можно было бы провести общеевропейскую экспертизу», - заявил Эттингер. [1]

Помимо Великобритании и Польши курс на развитие технологий добычи сланцевого газа взяли в Европе Румыния, Венгрия и Испания. В то же время во Франции и Болгарии этот метод добычи официально запрещен. [2]

Цены на газ 2012 Европа

Цены на газ 2012 Европа

Ситуация со сланцевым газом и в целом положение с энергобезопасностью Европы - проблема сложная и многоплановая. Практически одновременно с интервью Гюнтера Эттингера газете Les Échos  достоянием французских СМИ стало открытое письмо ведущих энергетических компаний ЕС. Среди них - французская GDF Suez, немецкие E.On и RWE, итальянская ENI, а также испанские Iberdrola и GasNatural Fenosa. Представители этих компаний фактически обвинили Еврокомиссию в проведении несостоятельной политики в энергетической области в целом.

Позицию европейских энергетических гигантов пояснил в интервью парижской газете Le Monde генеральный директор GDF Suez Жерар Местралле. Он подчеркнул, что компании не «просят дотаций», но требуют «ясности, наличия стабильных и однородных правил в Европе и определения задач вплоть до 2030 года». Европейские лидеры «должны понять, что нынешняя энергетическая политика ведет к краху», - говорит Ж.Местралле. «Все это закончится тем, что Европа разрушит часть своей энергетической промышленности. Необходимо срочно переосмыслить эту политическую линию, ее ресурсы и цели». По мнению генерального директора GDF Suez, Старый Свет не сумел добиться конкретных результатов ни по одному из трех пунктов своей энергетической повестки: борьбе с изменением климата, повышению конкурентоспособности, обеспечению безопасности поставок энергоносителей. Более того, именно в настоящее время наблюдается тенденция «к раздроблению Европы по энергетическому принципу». [3]

Ведущие европейские компании подходят к проблеме добычи сланцевого газа критически, усматривая  здесь опосредованную экологическую угрозу для всего континента. Разработка месторождений сланцевого газа в Северной Америке привела к кардинальной ломке энергетической системы в Европе: США сделали ставку на сланцевый газ, это обвалило цены в угольной отрасли, европейцы кинулись закупать дешевый уголь – и Европа в буквальном смысле «задымила».

Основные пути поставки газа в Европу

Основные пути поставки газа в Европу

Да и сами американцы, попытавшиеся стать пионерами в добыче сланцевого газа, пока осторожны в оценке перспектив. Пробное бурение вызвало массовые протесты в США, поскольку применяемый в этих случаях метод гидроразрыва пластов (фрекинг) опасен для резервуаров  воды и атмосферы. К тому же ведущие компании и аналитические институты в своих оценках перспектив добычи сланцевого газа в США серьезно расходятся, что также не дает оснований говорить о «сланцевой революции» в утвердительном смысле. Так, если компания East European Gas Analysis прогнозирует к 2015 году годовую добычу в объемах свыше 180 млрд. кубометров в год, то Международное энергетическое агентство называет 150 млрд. кубометров в год – да и то не к 2015-му, а только к 2030 году.

Тем не менее сторонники сланцевого газа в Европе торопятся двинуться по американскому пути. Даже Гюнтер Эттингер в интервью Die Welt счёл за благо предостеречь от излишней спешки в этой области. Он пообещал от имени Еврокомиссии выработать единые правила по добыче сланцевого газа и проработать «вопросы охраны окружающей среды». Правда, он по-прежнему убежден, что Германия не должна «упускать шанс» добычи сланцевого газа. [4]

Как бы то ни было, на родине Эттингера, в Германии, решение вопроса о сланцевом газе откладывается на период после намеченных на 22 сентября 2013 года выборов в бундестаг. Экология – слишком больная тема для немецких избирателей.

Газотранспортная система Европы

Газотранспортная система Европы

А вот в соседней Польше разработке сланцевого газа придают без преувеличения геополитическое значение, рассчитывая обрести таким образом освобождение от пресловутой «газовой зависимости от России». Эксперт Польского института общественных наук и по совместительству сотрудник брюссельского Центра по изучению европейской политики Петр Мачей Качинский, настаивая на том, что «"Газпром" - это орудие внешней политики Кремля», активно призывает, например, правительство Польши «сделать всё», чтобы предотвратить строительство газопровода «Северный поток» - как раз и служащего интересам энергетической безопасности Европы. В этом вопросе определенные польские круги действуют в тесной «смычке» с американцами. [5]

Так, Збигнев Бжезинский подчеркивает, что «крайне важным» компонентом евразийской стратегии Вашингтона являются усилия, направленные «на открытие Средней Азии (несмотря на помехи, создаваемые Россией) для мировой экономики». Средняя Азия здесь имеется в виду как источник поставок энергоресурсов, альтернативных российским. Эта стратегия призвана не допустить превращения в самостоятельный полюс влияния в мировой энергетике не только России, но и Евросоюза, учитывая, что, согласно оценкам Министерства энергетики США, мировой спрос на энергоресурсы возрастет к 2015 году более чем на 50% в сравнении с серединой 1990-х годов. [6] Еще более откровенно роль энергоресурсов во внешней политике США обрисовал известный американский эксперт Роберт Герберт: «Нефть и финансовые средства – вот две основные темы, которые никогда открыто и публично в США не обсуждались. Эти важные вопросы были отданы на откуп различным мастерам закулисной политической борьбы, и теперь многие из них уже подсчитывают свои барыши». [7]

Однако и в США апология «сланцевой революции» сталкивается с серьезными проблемами. Французская Total в начале текущего года заявила о приостановке разработок месторождений сланцевого газа в США из-за низкой рентабельности. В частности, концерн понес «крупные финансовые потери в Техасе». Поэтому руководство Total приняло решение отказаться от разработки соответствующих месторождений в США и сконцентрировать усилия на добыче традиционного природного газа. [8]

Аналогичная ситуация складывается и в других районах «мировой сланцевой революции». От разработки польских месторождений уже отказались местная государственная компания Lotos, американская Exxon Mobil и канадская Talisman Energy. Последняя, в частности, откровенно заявила о том, что рентабельных залежей сланцевого газа попросту не обнаружено. А на состоявшемся в марте в Мапуту первом Мозамбикском газовом саммите с красноречивым заявлением выступил президент португальского нефтегазового холдинга Grupo Galp Energia Мануэл Феррейра де Оливейра, призвавший не преувеличивать угрозу со стороны сланцевого газа для традиционных источников энергии. Он признал, что «сланцевый газ уже, безусловно, превратился в источник энергии для мира», но подчеркнул, что «по самым оптимистическим прогнозам», запасов сланцевого газа хватит в основном лишь на то, чтобы конкурировать с углем в тех  странах, где он добывается. [9]

Характерно, что, несмотря на горячие призывы еврокомиссара Эттингера, в Совете ЕС пока настроены осторожно, что также подтверждает спекулятивный характер многих заявлений о стоящей у ворот Европы «мировой сланцевой революции». Дипломатические источники в Брюсселе дают понять, что говорить о выработке общего подхода к использованию сланцевого газа преждевременно. «У ЕС нет такого потенциала. Для повышения конкурентоспособности нам нужна иная стратегия, состоящая из нескольких компонентов… Сланцевый газ в ЕС есть. Но вопрос состава источников получения энергии находится в компетенции национальных властей. Те, кто хочет попытаться, могут это делать. Для некоторых стран ЕС это может стать частью списка источников энергии», - свидетельствуют в Брюсселе на условиях анонимности. [10] К тому же, согласно прогнозам  Международного энергетического агентства, добыча нетрадиционного газа в Европе к 2030 году составит не более 15 млрд. кубометров.

Председатель Совета ЕС Херман ван Ромпей публично признает, что к 2035 году зависимость Евросоюза от импорта нефти и газа достигнет 80% от его потребностей. Эксперты Международного энергетического агентства подтверждают, что спрос на газ в Европе будет увеличиваться до 2030 года на 1,5% в год. Однако вряд ли это обстоятельство должно оправдывать непродуманные и поспешные шаги. Главным является вопрос стабильности и надежности существующих маршрутов энергопоставок. А он должен решаться с участием всех заинтересованных сторон, в том числе и России.

Прошедшая 29-30 мая в Брюсселе двухдневная, уже восьмая по счету, международная конференция «Энергетический диалог: Россия-ЕС. Газовый аспект» вновь не смогла преодолеть тупик, образовавшийся в отношениях Москвы и Брюсселя в энергетической области. Руководство Евросоюза по-прежнему настаивает на присоединении России к так называемому «Третьему энергетическому пакету», предусматривающему фактический отказ российской стороны от участия в проектах по доставке и распределению российского газа в странах ЕС. По сути, речь идет о требовании к Москве согласиться на передачу части своих финансово-экономических полномочий в сфере энергетики Брюсселю - при невозможности для России влиять на принятие решений Евросоюзом... Аналогичный механизм применяется Европейским союзом в отношении отдельных государств еврозоны под предлогом реализации антикризисных программ. Однако Россия не входит в ЕС и не может брать на себя подобные обязательства в дополнение к уже прописанным в соответствующих соглашениях обязательствам по организации бесперебойной поставки энергоресурсов в страны Евросоюза. [1]

То, что потребности Европейского союза в источниках энергии возрастают и будут возрастать – ни для кого не секрет. И даже финансовый кризис ничего здесь не изменил. Сокращение инвестиций и режим жесткой экономики ударили в первую очередь по разработкам «на будущее», касающимся возобновляемых источников энергии и сланцевого газа, добыча которого в Европе в необходимых масштабах еще не началась. Основные споры экспертов ведутся лишь вокруг темпов роста зависимости ЕС от внешних источников энергоресурсов. Согласно оценкам, в настоящее время страны-члены Евросоюза импортируют до половины необходимых им энергоресурсов, причем доля нефти в закупках превышает 70%. В перспективе зависимость ЕС от внешних источников энергосырья к 2030 году может достичь по нефти – 92%, по газу – 81 %. [2]

Возникает вопрос: откуда брать ресурсы? Еще пару лет назад в Брюсселе не сомневались, что они поступят по газопроводу Nabucco. Первоначально данный проект предусматривал поставки газа с месторождений Азербайджана и Ближнего Востока через Турцию, с перспективой подключения к нему центральноазиатских поставщиков. Протяженность трубы должна была составить около 3300 километров, а потенциальные объемы перекачиваемого газа – 25–30 млрд. кубометров в год.

Звучит внушительно. Однако даже в лучшем случае эти поставки смогли бы удовлетворить не более 5% потребностей ЕС в газе, рассчитанных применительно к 2020 году. Иными словам, Nabucco не способен решить проблему энергетической безопасности Евросоюза, заменив поставки из России, особенно если учесть, что после ввода в действие газопровода «Южный поток» общий объем российских поставок в Европу составит 110–118 млрд. кубометров газа в год. Это позволит не менее чем наполовину обеспечить растущие запросы Евросоюза. Еще в 2009 году The New York Times констатировала, что поставки по Nabucco смогут покрывать лишь 12% объемов, предусмотренных для проекта, притом что поставки из России даже без «Южного потока» покрывают потребности Евросоюза в газе на треть. [3]

Но и это еще не всё. В реализации проекта Nabucco сложности возникли с самого начала. По состоянию на сегодняшний день последним участком этого газопровода, реально введенным в действие, остается 47-километровая нитка на маршруте Арад - Сегед, соединяющая венгерскую и румынскую газораспределительные системы.

А уже в начале 2012 года официальный представитель Министерства энергетики Турции заявил, что Анкара более не будет оказывать «полную поддержку» проекту Nabucco, поскольку альтернативные проекты «гораздо дешевле и проще в реализации». По его словам, приоритетным для Анкары (а также для ключевого участника Nabucco - Баку) отныне станут Трансанатолийский газопровод (TAP, использующий азербайджанский газ и уже существующую в Турции трубопроводную систему), а также поставки газа из России. Это обстоятельство дало основания лондонской газете The Financial Times предположить наличие энергетического альянса «Россия – Азербайджан - Турция» и сделать вывод о том, что «перспективы для проекта Nabucco, похоже, ухудшаются изо дня в день». [4]

Весной того же 2012 года с аналогичным заявлением выступил премьер-министр Венгрии Виктор Орбан, сообщивший, что венгерская компания MOL решила отказаться от участия в проекте Nabucco. Тогда же представитель MOL подтвердил, что в проекте много неясностей, которые «сложно не замечать», в частности, касающиеся финансирования строительства и поиска ресурсов для заполнения трубы газом. [5]

Как результат, в уже утвержденные планы пришлось вносить новые изменения, и в настоящее время консорциум по строительству трубопровода рассматривает вопрос о пропуске трубы протяженностью 1300 км от турецко-болгарской границы до Австрии. Обновленный проект уже получил название Nabucco-West. Ну и как апофеоз растущего неверия экспертов и инвесторов в данный проект, в марте текущего года немецкий энергетический концерн RWE продал свою долю в проекте австрийской группе OMV.

Таким образом, первоначальный проект трубопровода Nabucco за последние годы претерпел вынужденные изменения, еще больше снизившие его экономическую целесообразность. Сохраняются серьезные проблемы и с наполнением трубы. Как справедливо отмечает финансовый аналитик компании Deloitte Грэхем Садлер, «трудно запустить и финансировать инфраструктурный мегапроект на газовом рынке, уже имеющем доступ к источникам поставок газа по конкурентоспособным ценам». В связи с этим он оценивает экономическую основу проекта Nabucco как «неустойчивую». [6]

Последний гвоздь в крышку гроба Nabucco может вбить Азербайджан. Национальный консорциум «Шах-Дениз» в настоящее время выбирает маршрут экспорта азербайджанского газа в Европу между проектами TAP и Nabucco-West. Решение должно быть принято до конца июня 2013 года. Тем не менее вице-президент Государственной нефтяной компании Азербайджана (ГНКАР) по маркетингу и инвестициям Эльшад Насиров уже, похоже, предвосхитил отказ от Nabucco-West, назвав Трансанатолийский газопровод единственной возможностью для Европы получать альтернативный газ. [7]

Однако какие-то соображения все еще не позволяют Еврокомиссии отказаться от антироссийских энергетических фобий. Вот и лозунг диверсификации по-прежнему имеет для Брюсселя только одно содержание – как воспрепятствовать росту российских поставок. Действия Еврокомиссии могут вполне вписываться в какие-то геополитические проекты, но при этом они наносят реальный вред европейским потребителям.

Неудивительно, что в странах Евросоюза растет понимание желательности и даже необходимости сотрудничества в энергетической области с Россией. Для стран Южной и Юго-Восточной Европы ключевую роль играет проект «Южный поток», против которого Еврокомиссия с самого начала развернула масштабную кампанию. Первым документом в рамках реализации проекта «Южный поток» стал российско-итальянский меморандум о взаимопонимании, подписанный в июне 2007 года между «Газпромом» и компанией ENI. В ноябре того же года Газпром и ENI подписали в Москве соглашение о создании совместной компании по подготовке технико-экономического обоснования проекта. Компания с соотношением долей 50% на 50%, призванная разработать и реализовать проект сооружения газопровода с начальной пропускной способностью в 30 млрд. кубометров газа в год, была зарегистрирована в Швейцарии в январе 2008 года. Тогда же было подписано (а в июле 2008 года ратифицировано) предварительное российско-болгарское соглашение об участии Болгарии в проекте и создании в этих целях совместного предприятия, отвечающего за сооружение болгарского участка газопровода. Что касается другого ключевого участника «Южного потока», Сербии, то предварительные соглашения с ней были подписаны еще до официального объявления о проекте, а именно в декабре 2006 года.

На случай возможных политических осложнений российская сторона подготовила запасной вариант транспортировки газа в северную часть Италии – через территории Хорватии и Словении и далее на австрийскую газораспределительную станцию в Арнольдштадте. В ноябре 2009 года по итогам российско-словенских переговоров в Москве было подписано соглашение, предусматривавшее сооружение ответвления от основной магистральной трубы газопровода, идущего через Словению в Северную Италию. А в марте 2010 года аналогичные договоренности был достигнуты с хорватской стороной. Кроме того, концерн MOL при согласовании с «Газпромом» заранее подготовил возможную замену: если австрийская сторона окончательно откажется от участия в проекте, роль газораспределительной станции в Баумгартене возьмет на себя аналогичный объект в венгерском городке Варошфельд.

В пользу энергетического партнерства с Россией высказываются и страны Центральной Европы. В частности, премьер-министр Чехии Петр Нечас в ходе состоявшейся 27 мая текущего года встречи с российским коллегой Дмитрием Медведевым подчеркнул, что считает «ключевой сферой» двустороннего сотрудничества энергетику. [8] Речь идет не только о максимальном использовании мощностей нефтепровода «Дружба» (как крупнейшей в мире системы магистральных нефтепроводов, проходящих по территории в том числе Чехии, Словакии, Венгрии, Польши и Германии), но и о сооружении подземного хранилища газа. Начало его строительства в Дамборжице (Южная Моравия) запланировано на 2014 год. Его мощность составит 448 млн. кубометров. Если же учесть, что с января 2013 года Чехия уже подключена к газопроводу «Северный поток», то ясно, что она может стать энергетическим мостом в отношениях ЕС и России. [9]

Более того, прослеживаются реальные перспективы создания в Центральной Европе крупной региональной сети, ориентированной на получение и распределение российского газа. Эти вопросы, в частности, будут обсуждаться 16 июня в Варшаве на заседании Вишеградской группы (Польша, Венгрия, Чехия, Словакия). Речь пойдет о подписании «дорожной карты» по созданию общего газового рынка этих государств. В ходе состоявшихся на днях в Варшаве переговоров президентов Польши и Чехии Бронислава Коморовского и Милоша Земана польский лидер подчеркнул важность реализации многосторонних проектов «по соединению на границе как газовых, так и электроэнергетических коридоров». [10]

Тем временем официальное статистическое агентство ЕС Eurostat обнародовало новые данные по ценам на газ. Из них следует, что во второй половине 2012 года эти цены в странах ЕС выросли на 10,3% по сравнению со второй половиной 2011 года. Самый большой рост был отмечен в Латвии (21%), Эстонии (19%) и Болгарии (18%). [11] В Болгарии это обстоятельство стало главной причиной массовых антиправительственных выступлений, приведших к падению кабинета Бойко Борисова.

Задача удовлетворения растущих потребностей Евросоюза в энергосырье приобретает всё большее значение. И без России в решении данной проблемы не обойтись. Однако для этого необходимо устранить главный раздражитель в отношениях Москвы и Брюсселя в энергетической области – навязывание российской стороне «Третьего энергетического пакета». Это в очередной раз подчеркнул постоянный представитель России при Европейских сообществах Владимир Чижов, выступая 29 мая в Европарламенте на втором заседании Межпарламентской рабочей группы по энергетике. Он призвал Евросоюз вывести из-под действия данного пакета трансграничные энергопроекты. «Фактически гарантиями инвестиций в крупные энергопроекты сегодня в Европе является не действие «третьего энергопакета», а именно предоставление отдельным проектам изъятий из него», - подчеркнул российский дипломат. В качестве примера он привел решение Еврокомиссии вывести на 25 лет из-под действия «третьего энергопакета» Трансадриатический газопровод (Азербайджан – Греция – Албания - Италия). [12]

Наверняка Евросоюз пошёл бы на уступки России в столь важной для обеих сторон области, как энергопоставки, если бы не позиция США. Для Вашингтона максимальная изоляция России от энергорынков - вопрос стратегический, поскольку «зависимость от производителей энергоресурсов несовместима с однополярным миром и несет реальную угрозу статусу США как единственной сверхдержавы». [13] Не случайно столь пристальное внимание в концепции Pax Americana уделяется так называемому «Большому Ближнему Востоку», на долю которого приходится 62% доказанных мировых запасов нефти и более 40% газа. [14] Как пишет профессор Массачусетского технологического института Ноам Хомский, во внешнеполитическом курсе США «основные задачи глобального доминирования, сформулированные в послевоенный период, сохранили свою актуальность и по сей день». К этим задачам Ноам Хомский относит «сохранение контроля над основными источниками энергии в мире». [15] Стоит напомнить, что еще в 1945 году Госдепартамент США объявил энергоресурсы «одним из наиболее привлекательных трофеев в мировой истории». [16]

Так что, выдвигая заведомо неприемлемые требования к российским партнерам, Евросоюз играет по американским, а отнюдь не по своим, не по европейским правилам.

http://www.fondsk.ru/news/2013/06/05/mirovaja-energetika-ot-slancevoj-revoljucii-k-zdorovomu-pragmatizmu-ii-20883.html