«ЗАВТРА». Валентин Юрьевич, расскажите о так называемых «компенсационных сделках». Это - советская победа или капкан  Фининтерна?

Валентин КАТАСОНОВ. Очень серьезный и настойчивый характер имели санкции   Вашингтона  в связи с проектом строительства газопровода из СССР (район Уренгоя) в Западную Европу (Францию, Западную Германию и Италию). Безусловно, этот проект способствовал бы экономическому укреплению СССР и экономическому сближению СССР с Западной Европой.  По некоторым оценкам, газопровод должен приносить ежегодно Советскому Союзу от 15 до 20 млрд. долл. валютной выручки. Этот проект называли «сделкой века», также «сделкой газ - трубы».

Отсчет проекта идет от 1970 года, когда был заключен первый контракт между ФРГ и СССР. Между прочим, идея проекта витала в воздухе и начала прорабатываться еще при жизни Сталина. Однако накал «холодной войны» и «экономической войны» в то время был слишком велик. Еще в 1960-е годы заключались контракты на поставку труб с немецкими компаниями, но они аннулировались правительством Германии под давлением Вашингтона.  После «прорыва» в 1970 году последовали новые контракты (1972, 1974, 1979, 1981 гг.).

«Сделка века» была выгодна Западной Европе, поскольку договор предусматривал поставки газа по фиксированным ценам на 25 лет. Это были беспрецедентные условия в мировой практике. Запад обязывался поставлять трубы, компрессоры  и другое оборудование. Европейские банки согласились кредитовать эти поставки.

«ЗАВТРА». Но эта «сделка века» серьезно подрывала усилия Вашингтона в области «экономической войны».

Валентин КАТАСОНОВ. Да. Поэтому Вашингтон строго запретил поставки для проекта оборудования американского производства (а также европейского производства, осуществляемого по лицензиям американских фирм). Одновременно он стал оказывать давление на своих европейских союзников, угрожая введением санкций против европейских компаний и банков, которые будут задействованы в реализации проекта.

19 января 1982 г. на секретном заседании КОКОМ Вашингтон пытался навязать своим союзникам решение, согласно которому в запретительные списки КОКОМ должны включаться не только товары «двойного назначения» (например, мощные ЭВМ), но также оборудование для добычи и транспортировки нефти и природного газа.  Это  предложение встретило сопротивление со стороны европейских союзников. Даже Маргарет Тэтчер высказала свое возмущение   по поводу    попыток  Вашингтона  затормозить реализацию «сделки века».

В целом действия со стороны Вашингтона затруднили реализацию проекта строительства газопроводов из СССР в Западную Европу, повысили наши издержки, несколько сдвинули графики работ, но проект был реализован. По разным оценкам,  затраты на приобретение за границей  труб (преимущественно немецких), компрессоров и другого оборудования было затрачено от 11 до 15 млрд. долл. Вместе с тем эти затраты быстро окупились. Всего была создана система газопроводов протяженностью 4,5 тыс. км, через которые прокачивалось 32 млрд. куб. м природного газа.

Экономическая война против СССР стала приносить плоды с начала 1985 года. Кредиты, твердая валюта и технологии с Запада почти не поступали. Принципиально важное для получения твердой валюты строительство сибирского газопровода продолжалось, однако сроки окончания строительства были отодвинуты на два года.
«ЗАВТРА». Срыв сроков запуска газопровода стал серьезным ударом для нашей страны?

Валентин КАТАСОНОВ. Конечно. В 1980 г. предполагалось, что «Уренгой-6» может приносить от 8 до 10 млрд. долл. ежегодно, а начиная с 1985 г. – от 15 до 30 млрд. долл. (в зависимости от цен на нефть), когда будет введена в эксплуатацию вторая очередь. Однако из-за комплексной экономической войны против СССР, развернутой Соединёнными Штатами, вторая ветка трубопровода не была построена. К тому же Советский Союз уже потерял от 15 до 20 млрд. долл. из-за срыва сроков эксплуатации первой очереди. Надо особо подчеркнуть, что в ходе экономической войны США прибегали и к промышленному терроризму.

В частности, Том Рид, бывший главком ВВС США, в книге «Над бездной. История холодной войны» пишет о плане ЦРУ, одобренном Рейганом, по организации диверсий против советской экономики. В этот план, в частности, входила компьютерная программа, которая впоследствии спровоцировала взрыв сибирского газопровода в 1982 году. В частности, Рид пишет, что взрыв газопровода был лишь одним примером «хладнокровной экономической войны» против СССР, которую вело ЦРУ под руководством Уильяма Кейси.

На примере сделки «газ – трубы» была отработана схема, на основе которой были реализованы другие компенсационные сделки. Например, сделка американской компании «Оксидентал Петролеум» (Арманд Хаммер) по поставке оборудования для заводов по производству аммиака на территории СССР.  Поставки оборудования погашались поставками аммиака. Впрочем, такие компенсационные сделки были медалью, имевшей две стороны.

С одной стороны, они давали нам валютную выручку, достаточно быстро окупались. С другой стороны, они усиливали сырьевую ориентацию нашего экспорта. В стратегическом плане это вело к ослаблению экономической безопасности страны. Некоторые аналитики полагаю, что именно из этого исходили власти США, когда они на удивление легко дали «зеленый свет» сделке с участием американской компании по строительству аммиачных заводов в СССР.

«ЗАВТРА». А что же иностранный капитал в нашей стране?.. 

Валентин КАТАСОНОВ. В рамках экономической политики Запада по ориентации нашей страны на сырьевую специализацию происходит эволюция от так называемых компенсационных сделок к созданию совместных предприятий, в которых главную роль играл иностранный капитал. Как заявлял в конце 1980-х гг. директор монополии «Бизнес интернешнл» Джордж Скиннер: «Западные фирмы, заинтересованные в создании крупных совместных предприятий, преследуют в основном две цели: проникновение на советский рынок и переработку имеющихся там природных ресурсов с последующим экспортом».

Из 100 предприятий «компенсационного типа», построенных в СССР с 1976-го по 1986 год, 31 предназначалось для выпуска минеральных удобрений, 49 – для производства другой химической и нефтехимической продукции (крупнотоннажная химия), остальные были сооружены в газовой, угольной, лесоперерабатывающей отраслях. В XI пятилетке на «компенсационные сделки» приходилось 100% советского экспорта газа на Запад, 67% аммиака, 40% деловой древесины, 75% метанола, 35% каменного угля и т.д.

Экспортные поставки шли по нарастающей: в 1976 году они составляли лишь 0,2 млрд. руб., в 1985 – уже 4,0 млрд. Всего за это десятилетие (1976-1985 гг.) в счет «компенсации» на Запад было отправлено топлива, сырья, химических товаров на 22,5 млрд. руб.  Ресурсы за границу  шли за бесценок, так как большинство из них вообще не подвергались обработке: 84% экспортных поставок приходилось на природный газ, уголь и деловую древесину.

«ЗАВТРА». Наметились и опасные тенденции во внешнеэкономической сфере СССР.

Валентин КАТАСОНОВ. Экономическая война на поздних стадиях существования СССР сводилась не только к  торговым санкциям и эмбарго, но также к комплексу таких мер, которые усиливали сырьевую ориентацию советской экономики.

В довоенном экспорте основное место занимало сырье, энергоносители, металлы, продовольствие, слабо обработанная или необработанная  древесина. В этом не было ничего удивительного. Монополия на производство и экспорт машин, оборудование и транспортных средств оставалась у Запада. Свои потребности в инвестиционных товарах Запад покрывал за счет собственного производства.

А вот после второй мировой войны образовался социалистический лагерь. Потребности стран, вставших на путь строительства  социализма, в машинотехнической продукции в первую очередь стал покрывать СССР. С конца 1950-х и до первых лет 1970-х гг. доля машин, оборудования и транспортных средств в советском экспорте держалась на  уровне примерно 20%. А далее стала наблюдаться тенденция к снижению указанного показателя.

Это снижение происходило на фоне повышения удельного веса ряда других товарных групп. Прежде всего, топлива и электроэнергии.  Так к середине 1980-х гг. доля топлива и электроэнергии в советском экспорте превысила ½. За товарной группой «топливо и электроэнергия» скрывался вывоз из страны двух основных товаров – нефти и природного газа. Экспорт СССР в период так называемого «застоя» приобрел ярко выраженную топливно-сырьевую ориентацию.

Если к экспорту нефти и природного газа прибавить вывоз руды (железной, марганцевой, других металлов), черных и цветных металлов, минеральных удобрений, нерудных полезных ископаемых, леса и продукции лесотехнической промышленности со слабой степенью обработки, сельскохозяйственного сырья, то окажется, что к середине 1980-х гг. на долю энергоносителей, сырья и продукции со слабой степенью обработки в экспорте СССР приходилось 4/5.

Другая тенденция в сфере внешнеэкономических отношений СССР заключалась в том, что во внешнеторговом обороте нашей страны увеличивался удельный вес экономически развитых стран, а доля социалистических стран снижалась. Когда создавался СЭВ, то предполагалось, что в ходе социалистической экономической интеграции ускоренными темпами будет расти взаимный торговый оборот стран социализма. Увеличение доли капиталистических стран, не только во внешнеторговом обороте СССР, но и других социалистических стран, приводило к определенному размыванию социалистической интеграции. Для некоторых социалистических стран (Югославии, Румынии) торговые отношения со странами Запада имели даже большее значение, чем торговля со странами из социалистического лагеря.

«ЗАВТРА». И чем были вызваны такие изменения?

Валентин КАТАСОНОВ. Они явились как следствием внутренних процессов в экономической и политической жизни нашей страны, так и результатом действия внешних факторов. Некоторые эксперты под «внешними факторами» понимают некоторые «объективные» (не зависящие от воли людей) процессы, которые происходили в сфере мировой экономики и международных финансов. Другие считают, что основным «внешним фактором» для СССР стали целенаправленные действия со стороны Запада по разрушению нашей страны. Т.е. речь идет все о той же «экономической войне». Я придерживаюсь второй точки зрения.

«ЗАВТРА». А затем - нефтедолларовый удар по СССР.

Валентин КАТАСОНОВ. Период с середины 1980-х гг. до момента развала СССР можно назвать финальной стадией «экономической войны» Запада против СССР. В этот период продолжали действовать запущенные ранее инструменты такой войны: торговые эмбарго, гонка вооружений и «экономическое изматывание», технологическая дезинформация, диверсии во внутренней экономике.

Кроме  мер запретительного характера Запад стал все чаще прибегать к более тонким методам. Внешне они выглядели как развитие «международного экономического сотрудничества», а фактически преследовали цель завлечения СССР и других социалистических стран в различные «ловушки».  Скажем, Запад настоятельно заманивал социалистические страны в международные организации МВФ, МБРР, ГАТТ. Предлагал отдельным социалистическим странам крупные кредиты. Одной из целей такой политики было внесение раскола в группе стран, входивших в СЭВ.

В 1972 году Западу удалось завлечь в МВФ Румынию, она получала от Фонда займы, к началу 1980-х гг. эта страна имела внешний долг перед Фондом и другими западными кредиторами на сумму свыше 10 млрд. долл. Кончилось все это для Румынии плачевно. Ее экономика быстро пришла в полный упадок. Произошло охлаждение отношений Румынии с Западом, однако при этом Румыния не вернулась к полноценному участию в работе СЭВ. А другие страны-члены СЭВ не извлекли должных уроков из «экспериментов» установления Румынией «взаимовыгодного сотрудничества» с международными финансовыми организациями и западными кредиторами.

Советский Союз Запад не пытался втягивать в МВФ, МБРР, ГАТТ, понимая бесперспективность этих попыток. Он применил против него другое оружие.  Его можно назвать «нефтяным оружием». Чтобы понять, как оно было использовано Западом, следует кратко объяснить некоторые мировые события 1970-х гг.  В 1973 году возник так называемый энергетический кризис. В ходе арабо-израильской войны осенью 1973 года цены на «черное золото» на мировом рынке в течение короткого отрезка времени подскочили в четыре раза.

Такой взлет цен произошел в результате того, что страны ОПЕК резко ограничили поставки нефти США и Голландии, которые наиболее активно поддержали Израиль. Сегодня уже известно, что война была спровоцирована Западом. Более конкретно: инициатором войны был Финансовый интернационал, который создавал на развалинах Бреттон-Вудской золотодолларовой валютной системы новую систему, которую можно назвать нефтедолларовой системой.  Одним из активных помощников Запада в деле выстраивания нового мирового валютного порядка была Саудовская Аравия. Она активно участвовала в нефтяном «бойкоте» своего главного покровителя – США, а затем первая продиктовала покупателям своей нефти условие: все контракты оплачиваются долларами.

Как бы то ни было, но Советский Союз в тот момент оказался в выигрыше. В его экспорте нефть занимала всегда заметное место. В условиях «революции цен» на рынке «черного золота» у руководства СССР появился соблазн наращивать экспорт нефти и с помощью нефтедолларов без особого напряжения решать все свои проблемы.

«ЗАВТРА». То есть СССР клюнул на нефтяную «приманку».

Валентин КАТАСОНОВ. Да! Валютные поступления СССР с середины 1970-х гг. резко  подскочили вверх, поставки нефти, а позднее и природного газа на Запад стали быстро расти. Эйфория экономических «успехов» усиливалась в связи с тем, что в 1970-е гг. начался период «разрядки». У советского руководства появились иллюзии построения нового мирового экономического и политического порядка на основе сотрудничества с Западом. Эйфория продолжалась примерно одно десятилетие и закончилась в  середине 1980-х гг.

На мировом рынке «черного золота» произошел обвал цен. Некоторые эксперты до сих пор утверждают, что это, мол, «результат игры рыночных сил».  По нашему мнению, это результат целенаправленных усилий Запада, причем усилий, направленных на экономический подрыв СССР. Все два срока президентства Рейгана Белый дом работал с королевской семьей саудитов с целью снижения мировых цен на нефть. И вот в августе 1985 г., как писали западные журналисты, «в сердце советской экономики был загнан нож – Саудовская Аравия открыла шлюзы и залила мировой рынок нефтью». До середины 80-х годов ежедневная добыча саудовской нефти в среднем составляла  2 млн. баррелей.

Летом 1985 г. она выросла почти до шести млн., к осени - до 9 млн. баррелей, а в начале 1986 г. саудовцы добывали 10 млн. баррелей ежедневно. При экстенсивной системе организации советского хозяйственного комплекса это была катастрофа. Мировые цены на нефть начали стремительно падать. В ноябре 1985 г. цена нефти-сырца составляла 30 долларов за баррель, а через пять месяцев – всего 12 долларов. Это означало, что СССР терял ежегодно 10 млрд. долларов, т.е. почти половину всех валютных поступлений от экспорта.

Низкие цены на нефть и другие энергоносители сохранялись до конца существования СССР. Но низкими были цены и на некоторые другие товары. Особенно те, в производстве которых использовалась нефть и энергия.

На фоне падения цен на нефть, другие энергоносители, энергоемкую продукцию наблюдался рост цен на товары с высокой степенью обработки (добавленной стоимости). Так,  уровень   цен на машины и оборудование в экспорте СССР в 1990 г. был 114,3% по отношению к уровню цен 1985 г. Но выигрыш для СССР от этого роста цен был невелик, поскольку доля машин и оборудования в советском экспорте была  невысокой.

«ЗАВТРА». Падение цены на нефть создавало также косвенные ущербы для СССР?

Валентин КАТАСОНОВ. Безусловно. Дело в том, что многие торговые партнеры Советского Союза  относились к разряду экспортеров нефти, и они также понесли убытки от падения цен на «черное золото». Некоторые из стран-экспортеров нефти Ближнего и Среднего Востока традиционно покупали оружие у Советского Союза, Продажа советского оружия странам этого региона во время нефтяного бума 70-х годов возросла в пять раз. С середины 1980-х гг. они вынуждены были сократить закупки оружия.  Доходы от продажи нефти в таких странах, как Иран, Ирак и Ливия снизились в первой половине 1986 г. почти вполовину. Как следствие, в том же году снизилась и продажа оружия указанным странам на 20 %, или 2 млрд. долларов.

Есть смысл вспомнить еще одно событие середины 1980-х гг. – так называемое соглашение «Плаза». Речь идет о соглашении руководителей казначейств и центральных банков стран Запада, которое было подписано ими 22 сентября 1985 года в отеле «Плаза» (Нью-Йорк). Под давлением США другие страны Запада пошли на то, чтобы повысить курсы своих валют по отношению к доллару. Такое скоординированное на высочайшем уровне понижение курса американской валюты привело к серьезным потерям СССР, который получал выручку от экспорта нефти исключительно в долларах. По некоторым оценкам, обусловленные соглашением «Плаза» потери Советского Союза составили 2 млрд. долл. в годовом исчислении. Конечно, соглашение «Плаза» нельзя квалифицировать как акцию в рамках «экономической войны» против СССР. Скорее это была акция, направленная против всех конкурентов США, но оно (соглашение) весьма усугубило валютное положение нашей страны.

«ЗАВТРА». И, наконец, финальная стадия «экономической войны» против СССР

Валентин КАТАСОНОВ. На протяжении почти всего послевоенного периода баланс внешней торговли СССР сводился с положительным сальдо. Это позволяло Советскому Союзу накапливать золотовалютные резервы, а также оказывать помощь и предоставлять кредиты многим странам мира – как социалистическим, так и развивающимся. Но вот в результате падения экспортных доходов в последние годы существования СССР ему было все сложнее поддерживать активный торговый баланс. Согласно официальной статистике, в 1989 году торговый баланс СССР был сведен с дефицитом в размере 3,3 млрд. долл., на следующий год этот дефицит почти достиг планки в 10 млрд. долл.

На самом деле дефициты торгового баланса, вероятно, возникли еще раньше. Но они маскировались тем, что СССР стал продавать активно золото из официальных резервов, накопленных в «тучные» года. 1980-е годы – время, когда золотой стандарт в мире уже не действовал, золото рассматривалось не как деньги, а как обычный биржевой товар. Поэтому   продажи «желтого металла» фиксировались в торговом балансе.

Как известно, на момент смерти Сталина золотой запас СССР составлял 2050 т. Еще некоторое время он продолжал наращиваться. По некоторым оценкам, к 1956 году он достиг 2500 т. А затем началось его медленное «таяние». Накануне нефтедолларового бума, в 1972 году золотой запас был равен без малого 1500 т. А затем, несмотря на обильное поступление валюты в «тучные» годы, он продолжал сокращаться. Что касается периода горбачевской «перестройки», то, по нашим оценкам, из страны было вывезено около 1,5 тыс. т «желтого металла». При этом 790 т было вывезено в последние два года существования СССР. Накануне развала СССР золотые запасы страны составляли всего 240 т.

Золота уже не хватало для покрытия валютных расходов по импорту, поэтому СССР стал использовать также западные кредиты.  Впрочем, жить в долг СССР научился еще в «тучные» 1970-е годы. Наше руководство полагало, что имеет надежный источник поступления валюты в виде нефтяного экспорта для того, чтобы покрывать обязательства по кредитам и займам. А кредиторы с удовольствием давали, воспринимая СССР как самого надежного в мире клиента (ведь это не частная компания, а государство, которое, к тому же установило свою монополию в области внешней торговли и валюты). С 1970 г. по 1980 г. внешняя задолженность страны выросла в 16 раз (с 1,6 до 25,2 млрд. долл.), по сравнению с рядом стран объем долга был умерен­ным.

Ситуация стала угрожающей после 1985 г. Если в  начале 1986 г. СССР занимал 12-е место по размеру внешнего долга (после Польши, Аргентины, Египта, Ин­дии, Мексики, Бразилии, Китая, Венесуэлы, Индонезии, Южной Кореи и Тур­ции), то  к моменту развала Союза  - второе (после Бразилии).  Выплаты задолженности ослож­нились весной 1990 г., когда впервые несколько всесоюзных внешнеторговых объединений допустили просрочку платежей и в результате иностранные фирмы потребовали перехода на аккредитивную форму расчетов с советскими внешнеторговыми организациями.

Внешэкономбанк СССР, обслуживавший внешнеторговые операции в СССР, 19 ноября 1991 г. объявил о своей непла­тежеспособности, а иностранные коммерческие банки практически прекра­тили предоставлять кредиты без гарантий правительства. В 1990 - первой половине1991 гг. было получено внешних займов на 7,5 млрд. долл. уже под его гарантии. Отношение внешнего долга к ВВП  поднялось с 8 % в 1987   до 25% к моменту развала страны. По некоторым оценкам, на момент распада СССР его международные финансовые обязательства составили 93,7 млрд. долл.

«ЗАВТРА». Давайте же подведем плачевные итоги  «экономической войны».

Валентин КАТАСОНОВ. Конечными для Запада результатами завершившейся   «экономической войны», которая велась против СССР на протяжении более семи десятков лет (с некоторыми перерывами) стали следующие.

Во-первых, развал СССР.

Во-вторых, развал социалистического лагеря и Совета экономической взаимопомощи (СЭВ).

В-третьих,  исчезновение военного геополитического противника в лице СССР и резкое военное ослабление тех государств, которые образовались на обломках Союза.  Превращение США в единственный значимый центр военной силы в мире.

В-четвертых, использование экономических ресурсов бывшего СССР для укрепления военных и политических позиций Запада, расчистка почвы для создания нового мирового порядка.

Конечно, перечисленные выше результаты нельзя приписывать только «экономической войне». Это результаты победы Запада в «холодной войне», которая включала в себя не только «экономическую войну», но также психологическую и информационную войну, операции спецслужб, военные акции с использованием обычного (неядерного) оружия и т.д.

Между победой Запада в «экономической войне» против СССР и развалом Советского Союза имеется тесная связь. Ни для кого не секрет, что одной из главных причин развала СССР было экономическое ослабление нашей страны. Сегодня становится очевидным, что многие союзные республики давали в «общий котел» Союза меньше, чем из него брали. Единственной республикой, которая всегда  выступала в роли крупного донора, была РСФСР. Когда возможности подкармливать союзные республики из «общего котла» стали сокращаться, некоторые из них посчитали, что нет смысла себя больше связывать с Союзом.

Ряд политических и общественных деятелей 1980-х гг. в союзных республиках полагали, что они смогут пуститься в самостоятельное плавание. Другие деятели полагали, что им следует искать других, более сильных покровителей, которые смогут их также кормить из «общего котла», как некогда их кормил Советский Союз. Так, в  Молдавии некоторые общественные активисты того времени ратовали за отделение от СССР и присоединение к Румынии. Прибалтийские республики хотели войти в состав Европейского союза (тогда еще Европейского экономического сообщества). Конечно, подобного рода экономические соображения нередко камуфлировались мотивами национального, культурного, исторического и геополитического характера.

Что касается развала СЭВа, то формально он произошел еще за  полгода до того, как развалился СССР.  Уже в конце 1980-х гг. началась смена режимов в странах-членах СЭВ. Это были режимы, которые себя уже не связывали с социализмом, по крайне мере, с той моделью социализма, которую имели в виду отцы-основатели СЭВ в конце 1940-х гг. Они начали решительные преобразования по построению «рыночной экономики» и интеграции своих экономик в мировое хозяйство (и особенно в европейское экономическое пространство). Одновременно началась открытая и беспрецедентно острая критика СЭВ. Стали раздаваться призывы радикальным образом реформировать или даже упразднить СЭВ.

В 1990 году в Софии проходила  сессия СЭВ. Вот как ее описывает болгарский экономист Валерий Найденов: «Я помню последнюю историческую сессию СЭВ в 1990 году в Софии. Советскую делегацию возглавлял Николай Рыжков. Он спокойно заявил, что торговля за переводные рубли между странами СЭВ прекращается. Валютой должен служить доллар, а цена за любой товар должна быть не ниже мировой. Люди в зале были растеряны. Ошеломленная чешская делегация заявила: «Но в таком случае нам придется выйти из СЭВ?!» А Рыжков ответил: «Ну и выходите. Да пожалуйста!» Словом, скатертью дорога! Через несколько лет после распада восточноевропейского блока Болгария лежала в руинах».

5 января 1991 года  на заседании исполнительного комитета Совета экономической взаимопомощи, которое проходило в Москве, было принято решение о преобразовании СЭВ в Организацию международного экономического сотрудничества. 28 июня 1991 года  в Будапеште страны-члены СЭВ: Болгария, Венгрия, Вьетнам, Куба, Монголия, Польша, Румыния, СССР и Чехословакия на 46-м заседании сессии Совета подписали Протокол о расформировании организации. Вместе с этим завершилась и история социалистической экономической интеграции.

О военных результатах долго говорить не буду. Очевидно, что экономическое ослабление России как правопреемника СССР изменило  соотношение  двух основных центров военной силы в мире в пользу США.

Наконец, победа Запада в «экономической войне» против СССР  привела к  превращению    экономики Российской Федерации в «трофей» Запада.  Впрочем, точно такими же «трофеями» Запада стали   экономики других «суверенных» государств, возникших на обломках СССР.  В качестве «трофея» Запад рассматривает активы российской экономики, которые переходят под контроль иностранного капитала.

Многие предприятия, физически функционирующие на территории Российской Федерации, де-юре оказываются оффшорными фирмами. А это означает, что они выходят даже из-под формального контроля российских властей, оказываются в иностранных юрисдикциях, могут приобретаться нерезидентами без каких-либо уведомлений российских властей.  Кроме того, «трофеем» Запада оказываются золотовалютные резервы России, которые накапливают наши денежные власти. Формально они принадлежат Российской Федерации, а де-факто они используются для подпитки бюджетов и экономик других стран (в качестве почти беспроцентных кредитов).

Наконец, «трофеем» оказывается внутренний рынок России, который был открыт для западных монополий еще в начале 1990-х гг.  Окончательно этот процесс «открытия» рынка был закреплен подписанием Россией в 2012 году протокола о присоединении к ВТО. И еще об одном «трофее». Речь идет об экспорте частного капитала за рубеж (даже не обязательно в оффшорные юрисдикции) в форме размещения средств на банковских депозитах, приобретения недвижимости, покупки паев, акций и других ценных бумаг. Сегодня уже нет никакого сомнения, что все это подлежит конфискации в пользу Финансового интернационала (конфискации депозитов в банках Кипра – лишь первая «ласточка»).

Формально все цели «холодной войны» и «экономической войны» против СССР и других социалистических стран были выполнены еще в конце прошлого века. Уже прошло более двух десятилетий с того времени, когда Запад выиграл войну. Если охарактеризовать максимально кратко последствия проигрыша Советским Союзом «экономической войны» Западу, то они сводятся к потере экономического суверенитета страны.

http://www.zavtra.ru/content/view/eta-goryachaya-holodnaya-vojna/