Затронув роль Ю.Андропова и элитных групп внутри КГБ СССР, создавших уникальный двухкомпонентный антисоветский субъект (внешний и внутренний интерфейс), и рассмотрев пример деятельности этого субъекта по слому сознания советского общества, нельзя обойти вниманием генезис фигуры Ю.В.Андропова.

Общеизвестным является тот факт, что восхождение по карьерной лестнице Андропов начал «под крылом» крупнейшего партийного функционера и идеолога ВКП(б) Отто Куусинена.

Куусинен в 1921—1939 годах занимает должность секретаря Исполкома Коминтерна. В 1922—1939 годах Куусинен - член Президиума Исполкома Коминтерна.

Куусинен в 1940 году занимает должность Председателя Президиума Верховного Совета Карело-Финской ССР, и в этом же году из Ярославля ему присылают молодого комсомольца Ю.Андропова на должность первого секретаря ЦК ЛКСМ Карело-Финской ССР. Андропов быстро растет, и последовательно становится в 1944г. вторым секретарём Петрозаводского горкома ВКП(б), а в 1947г. — вторым секретарём ЦК ВКП(б) КФССР.

В 1951г. при содействии Куусинена по решению ЦК ВКП(б) переводится в Москву в аппарат ЦК ВКП(б).

С 1954 г. по 1957г. — Андропов работает послом СССР в Венгрии (финно-угорская группа языков, возможно, сыграло роль знание Андроповым финского языка). В 1957 году Куусинен становится Секретарем ЦК КПСС, и Андропов в том же году возвращается в Москву, на ключевой пост в ЦК – пост руководителя отдела социалистических стран ЦК КПСС, отдела, отвечающего за связи с «братскими» партийными организациями за рубежом.

Являлся ли этот отдел, в некотором смысле, «слепком» с Коминтерна, также работавшего с зарубежными компартиями – это вопрос, но следование Андропова «шаг в шаг» в фарватере политической судьбы О.Куусинена очевидно.

Если мы хотим разобраться в том, КТО такой Андропов, мы должны ответить на вопрос, КТО был его политический «отец» - Куусинен.

Роль фигуры Куусинена в истории становления всемирного коммунистического движения переоценить сложно.

Соратник Ленина и Сталина, одна из ключевых фигур Коминтерна, несгибаемый борец и идеологический титан, если чуточку копнуть, являет собой довольно неоднозначную личность.

В мемуарах его второй жены, Айно Куусинен, можно прочесть странные вещи, специфическим образом характеризующие этого большевика, много лет находящегося в ключевых советских центрах принятия решений.

Такие, к примеру, моменты, А.Куусинен описывает, говоря об их с мужем жизни в Москве:

1. Отношение к бытовым условиям послереволюционной России.

«…Затем мы жили в Кремле, в отдельной квартире. Дом был старый, простоял две сотни лет, и, несмотря на реконструкции, в нём было сыро. Кроме того, все наши гости вынуждены были проходить контроль у ворот Кремля, это было неприятно…»

Жительница захолустья, коим была до революции Финляндия, плюется, попав в святая святых коммунистического миростроительства – в Кремль. Почему неприятна пропускная система в главном сооружении страны? Это непонимание сути, или некое внутреннее отчуждение? Отметим это.

2. Далее фрагмент, поразительно много говорящий о социальном высокомерии тех, кто, собственно, и сам не является «голубой кровью и белой костью»:

«У нас был шофёр по фамилии Рациевский. Во время езды он без умолку говорил. Заставить его замолчать было невозможно. Он вертел головой, на дорогу не смотрел и к тому же ездил с сумасшедшей скоростью. Отто сидел в машине, не дыша. Говорил: «Этот нас угробит», но жаловаться не хотел.

Как-то раз я ехала с шофёром одна. Он обернулся ко мне и очень серьёзно спросил, не могу ли я ему помочь. Я поинтересовалась, в чём дело.

— Да вот, товарищ Куусинен, написал я пьесу для театра. Может, прочтёте и скажете своё мнение? И ещё я попросил бы вас рекомендовать пьесу комиссии по драматургии.

— С удовольствием, — ответила я.

Он вынул из-под сиденья рукопись и протянул мне через плечо. Около двухсот скрученных в поросячье ухо страниц карандашного текста. Дома я сразу принялась читать. Вскоре пришёл Отто. Я как раз хохотала над очередным бездарным восхвалением Сталина. Отто спросил, что я читаю. Я рассказала.

— Но это страшная дрянь, невозможно читать без смеха, — сказала я.

— И что ты собираешься делать? — спросил Отто.

— Напишу в комиссию, что не стоит утруждать себя чтением этой дряни.

— Да что ты! — возмутился Отто. — Напиши, что талантливейшая пьеса, предложи напечатать десять тысяч экземпляров. Тогда её опубликуют хоть небольшим тиражом. Ну а что значит для такой страны одна бездарная книга! Зато Рациевский перейдёт из шофёров в ряды драматургов. И мы от него избавимся!

Я, правда, не смогла сделать, как предлагал Отто, но всё же передала пьесу Рациевского в комиссию. И предсказание Отто сбылось: мы лишились плохого шофёра, а Советский Союз приобрёл нового драматурга.»

Представляете уровень социального высокомерия четы Куусинен? Даже если жена в данном случае оговаривает своего мужа, то О СЕБЕ-ТО она говорит вполне открыто. Можно ли считать подобные моменты чем-то иным, кроме как внутренним отчуждением семьи Куусинен от советского общества? Наверное, подобные примеры – есть лучшее тому доказательство.

«Возможно, успех Отто объясняется и тем, что его как иностранца многие вещи в России не трогали, и он давал это понять. Он безразлично относился к строительству коммунизма в России, к вопросам экономики и политики: трагедия коллективизации, террор, аресты невиновных — всё прошло мимо него. Он немного очнулся, лишь когда чистки затронули Коминтерн.

Во время страшного наводнения в 1925 году в Ленинграде Куусинену позвонил с Кавказа Зиновьев, секретарь Ленинградского обкома, сообщил, что прерывает отпуск из-за этого страшного бедствия.

Отто ответил:

— Да, это ужасно.

Закончив разговор, спросил у меня:

— Что там стряслось в Ленинграде, почему Зиновьев прервал отпуск?

— Каждый школьник в Москве знает о наводнении, только Отто Куусинен ничего о нём не слышал! Хоть бы заглянул в газету! — ответила я.

Отто спокойно сказал:

— Ну, ты всё же никому не рассказывай, что я не знал о наводнении…»

Очень красноречивое свидетельство отчуждения от бед государства, руководящие посты в котором Куусинен впоследствии занимал.

«…Однажды Куусинен хвалился мне, что за свою жизнь «менял шкуру, как змея, семь раз». Семь раз менялись его взгляды. В школьные годы он был набожен, много молился, часто ходил в церковь. В Хельсинкском университете он сбросил «шкуру верующего», стал патриотом и националистом. Но потом запил. Затем всерьёз заинтересовался судьбой рабочих, стал политиком, членом социал-демократической партии. Его избрали в парламент. Когда в 1918 году в Финляндии вспыхнула революция, он превратился в марксиста, в страстного сторонника мировой революции. Позднее, уже после нашего разрыва, он убедил Сталина в том, что мировую революцию можно совершить только вооружённым путём.»

Примем к сведению факт высказывания. Возможно, это оговор, но тогда этот оговор многое говорит о самой Айно - как она могла жить со столь лицемерным человеком? И если могла - значит, это ее устраивало? А почему, собственно?

«Лишь немногие знали, как тяжело болен Ленин, и для них весть о его смерти в январе 1924 года не была неожиданностью. Считалось, что у него было слабое сердце, и это — вместе с кровоизлияниями — и было причиной смерти. Но мне приходилось слышать и другую версию. Спустя три недели после похорон Ленина Отто мне под большим секретом рассказал: вскрытие обнаружило, что причиной кровоизлияний был запущенный сифилис.»

Миф о сифилитическом поражении головного мозга, как о причине смерти В.И.Ленина пришел из-за границы, из белоэмигрантских кругов, и был полностью развенчан. Очень загадочно выглядит распространение порочащих Ленина слухов из ненадежных источников одним из лидеров мирового коммунистического движения.

Конечно, не нужно сбрасывать со счетов возможную обиду Айно на мужа. Ведь он никак не захотел ей помочь в годы опалы и тюрьмы. Но ведь остается еще и личность самой Айно. Она ведь сама работала на Коминтерн, значит, судя по мемуарам, она была скрытой антисоветчицей внутри этой структуры, и тогда ее правильно определили в места, не столь отдаленные.

С другой стороны, не мог Куусинен, опытный и умнейший человек, не различить, что рядом с ним живет идейный враг коммунистического строительства. Значит – молчал. Почему? Только ли из-за страха за себя? Или потому что сам разделял, в целом, убеждения жены? Темна вода…

Что же за структура была такая – Коминтерн? Какова ее суть, изнанка, содержание? Каким образом в ее структуру проникали люди, подобные чете Куусинен? Ведь и Отто, и Айно работали в Коминтерне долго и напряженно, сама же Айно еще до ареста была в Японии, где работала с Р.Зорге.

Кроме того, были и другие видные сотрудники Коминтерна, работавшие вместе с ними. Как пример можно привести видного революционера Карла Радека.

Чем интересна эта фигура в свете разбираемого вопроса?

Карл Радек в 1920—1924 член (в 1920 секретарь) Исполкома Коминтерна. Дважды исключался из ВКП(б) за троцкизм.

Если верить мемуарам А.Куусинен, именно О.Куусинен был инициатором отправки в Германию для руководства восстанием 1923 года К.Радека:

«В полночь 22 октября 1923 года в Германии должен был произойти переворот. Время было определено за несколько месяцев. На рассвете 23 октября Берлин, Гамбург и другие крупные города должны были перейти в руки коммунистов… …Вся подготовительная работа велась в строжайшей тайне. Даже в штабе Коминтерна мало кто знал о происходящем. С руководителями германской компартии план восстания обсуждали ночью. Внезапности нападения придавали решающее значение.

На одном из заседаний высокопоставленных чиновников Коминтерна обсуждалась кандидатура полномочного представителя, который был бы готов руководить революцией в Берлине. Ленин намекнул, что хотел бы видеть на этом месте О. Куусинена. Отто чувствовал, что здесь легко можно обжечься, но сначала делал лишь осторожные замечания, впрямую не отказываясь. Наконец он вынужден был сказать Ленину, что польщён выбором, но вряд ли его кандидатура подходит, он ведь участник неудавшейся революции 1918 года в Финляндии. В Германию лучше послать одного из руководителей Октябрьской революции, которая закончилась успешно! Отто предложил кандидатуру Карла Радека. Именно Радек и был откомандирован в Германию, чтобы подготовить восстание и потом его возглавить…

…Прекрасно помню вечер 22 октября в нашей квартире в гостинице «Люкс». Отто, Пятницкий и Мануильский ждали условленной телеграммы из Берлина — сообщения о начале революции. Они втроём сидели в кабинете Отто, беспрерывно курили и пили кофе. С Горками, где лежал больной Ленин, поддерживалась телефонная связь всю ночь. Ленин был в тяжёлом состоянии, произносить он мог лишь отдельные слоги, но голова у него была ясная, и он с большим интересом следил за событиями. Германская революция должна была подтвердить на практике его теорию. Я думаю, у Ленина в Горках находились в ту ночь и другие советские руководители.

Полночь миновала — телеграммы всё не было! Час ночи — молчание. Два, три часа ночи — опять ничего. Под утро Пятницкий с Мануильским наконец ушли домой, послав Радеку короткую телеграмму: «Что произошло?» Через несколько часов пришёл ответ, подписанный Радеком: «Ничего».

Позже, днём, было получено сообщение, что ночью в Гамбурге велись сильные бои. Рабочие во главе с Эрнстом Тельманом начали восстание. Много рабочих погибло. Но на этом всё и кончилось!

…Выяснилось, что Радек и его подруга, не посоветовавшись с Москвой, в последний момент решили изменить план. Они отдали приказ отложить революцию на три месяца. Посоветовавшись с коммунистами — сторонниками председателя компартии Германии Брандлера , они пришли к выводу, что в стране ещё не созрела революционная ситуация и не все районы готовы к революции. В ходе обсуждения выяснилось, что была допущена грубейшая ошибка: Тельману ничего не сообщили об этом внезапном решении, поэтому он, придерживаясь первоначального плана, пытался в Гамбурге захватить полицейский участок и другие объекты. Он был уверен, что такие же вооружённые захваты идут в Берлине и других крупных городах.»

Таким образом, главным виновником провала революции был назван Радек. Куусинен, рекомендовавший его для выполнения этой миссии, вышел сухим из воды. Вопрос - почему все же рекомендовал именно Радека? Был уверен в нем?

Что можно сказать про Радека, как соратника Куусинена?

С 1923 Радек — активный сторонник Л. Д. Троцкого. В 1927 году исключён из ВКП(б) и Особым совещанием при ОГПУ приговорён к 4 годам ссылки и выслан в Красноярск. В 1930 году Радек направил в ЦК партии письмо, где заявил об «идейном и организационном разрыве с троцкизмом.

Густав Хильгер, переводчик Гитлера, был свидетелем того, как в августе 1934 года Карл Радек, сидя с Бухариным (в 1919—1920 годах являлся членом Исполкома Коминтерна) на подмосковной даче пресс-атташе германского посольства Баума, восклицал: «На лицах немецких студентов, облаченных в коричневые рубашки, мы замечаем ту же преданность и такое же вдохновение, которые озаряли когда-то лица молодых командиров Красной Армии… Есть замечательные парни среди штурмовиков…» В 1936 году вновь исключён из ВКП(б) и 16 сентября того же года арестован. Убит в тюрьме в 1939 году заключенным-троцкистом.

Радек был известен своим остроумием; ему приписывали авторство многих так называемых «антисоветских» острот, каламбуров и анекдотов.

«Он представлял собой необыкновенную смесь безнравственности, цинизма и стихийной оценки идей, книг, музыки, людей. Точно так же, как есть люди не различающие цвета, Радек не воспринимал моральные ценности. В политике он менял свою точку зрения очень быстро, присваивая себе самые противоречивые лозунги. Это его качество при его быстром уме, едком юморе, разносторонности и широком круге чтения и было, вероятно, ключом к его успеху как журналиста…» — Балабанова А. И. Моя жизнь — борьба. Мемуары русской социалистки 1897—1938. — С. 258-259.)

Выходит, что

1. Карл Радек, соратник Куусинена по Коминтерну. по сути своей антисоветчик, ответственен за провал восстания 1923 года в Германии.

2. Радек - троцкист, приравнивающий штурмовиков Рейха и молодых командиров РККА. Кроме того, Радек перевёл на русский язык «Mein Kampf» Адольфа Гитлера, этот перевод был издан ограниченным тиражом для изучения партийными работниками.

3. Радек сочиняет антисоветские анекдоты, остроты и каламбуры.

Куусинен этого не видит? Не может не видеть. Но - молчит.

Избранные перлы, авторство которых приписывают Радеку:

"...Однажды в разгар очередной реформы ВСНХ Радек предложил слить все наркоматы в три, которые следовало назвать Наркомтяп, Наркомляп и Наркомдуб.

...Во второй половине двадцатых годов Ворошилов обвинил Радека в том, что он плетется в хвосте у Льва Троцкого. Радек ответил такой эпиграммой:

Ах, Клим, пустая голова,

Навозом доверху завалена!

Не лучше ль быть хвостом у Льва,

Чем задницей у Сталина?

...Карл Радек говорил: «Моисей вывел евреев из Египта, а Сталин — из Политбюро».

...В тюрьме в 30-е годы Радеку пришлось заполнять анкету. Когда дошла очередь до графы «Чем вы занимались до революции», он вписал: «Сидел и ждал».

Следующим шел вопрос: «Чем занимались после революции»,

— «Дождался и сел», — написал Радек.

...Сидят в тюрьме трое. Начали выяснять кто за что сидит:

1-й — Я за то, что в 1918 году назвал Радека контрреволюционером

2-й — Я за то, что в 1938 году назвал Радека революционером.

3-й — А я — Радек.

...Карл Радек сказал однажды:

— Конечно, у нас могут быть две партии... одна у власти, другая в тюрьме."

Довелось почитать в свое время стенограмму программы «Алфавит инакомыслия» на радио Свобода, посвященный политическому анекдоту, как средству развала коммунистической идеологии. И удивительным образом я увидел в наших диссидентах-острословах буквальное продолжение дела Радека. Привожу некоторые фрагменты этой программы с комментариями:

«…С моей точки зрения, анекдоты интересны, особенно советские анекдоты, тем, что что бы ни делала советская власть, что бы ни делало КГБ, что бы ни делали все, кто должен был по закону или по своим должностным обязанностям что-то делать, тем не менее, погубить анекдот они не могли.»

Или не хотели? Поскольку количество создаваемых вновь политических анекдотов должно было перейти в качество, анекдоты должны были стать тонким антикультурным оружием, направленным на слом вертикальной системы красных смыслов. Вот он, след Андропова, воспитанного Куусиненым, Андропова, взаимодействующего с продолжателями дела Радека!

«…это был анекдот, который я услышал в разговоре взрослых, в анекдоте был главным героем человек с непонятной, неизвестной и потому запомнившийся мне фамилией - Карл Радек. Много позже я узнал, что Карлу Радеку приписывается очень много анекдотов, острот, … которые потом разошлись в народ и стали народными.

Анекдот, о котором я сейчас говорю, звучал очень просто. Карл Радек восклицает: ''Не могу я спорить со Сталиным: я ему - цитату, а он мне - ссылку!''.»

И следом еще анекдотик:

"- Что будет, если построить социализм в пустыне Сахара?

- Первые 40 лет ничего, а потом начнутся перебои с песком."

Ведь очевидно же родство этих диссидентских острот и каламбуров члена Исполкома Коминтерна? Язык тот же самый, те же ужимки и примитивизация.

"Надо ли после таких анекдотов объяснять, что такое советская власть? Вообще, анекдот как самый бесцензурный художественный жанр, был доступен и взрослым, и детям, и партийным бонзам, и работягам – и всех на несколько мгновений делал инакомыслящими."

Вот это очень важный момент. Упрощенчество (ну что тут нужно объяснять, одна строчка анекдота все-все рассказала о сути советской системы, ага), и искусственно прививаемое инакомыслие сначала «на несколько мгновений», затем и постоянное – именно эти два фактора сломали советское общество.

Упрощенчество анекдота – выхолащивает понимание сути устройства советского общества.

Упрощенчество марксизма – искажает суть говоримого Марксом, выхолащивает гуманизм Маркса, сводя все к теории интересов и к диалектическому материализму.

То, что диссиденты называют "инакомыслием" – есть прививание обществу сознания того, что двоемыслие (лицемерие и т.п) – это нормально, смешно и позитивно. Человек на работе – партийный работник, а в бане вечером травит антисоветские анекдоты. И никто его не одергивает.

На мой взгляд, очевидное двоемыслие Куусинена, Радека, как элиты Коминтерна, перетекло, в свою очередь, в специфическое двоемыслие Андропова, создавшего Пятое управление КГБ СССР во главе с Ф.Д.Бобковым, что привело, в свою очередь, к созданию (с помощью западных спецслужб) сложного антисоветского субъекта, ударившего по сознанию граждан позднего СССР. Именно на почве антисоветского политического анекдота, постоянной "фиги в кармане" и появилась ядовитая поросль внутреннего антисоветизма советского общества. Это и привело к тому, что защитить в 90-х советский строй уже никто не захотел.

http://antiseptic.livejournal.com/575285.html