В политику нового президента Трампа вывел в конце 1990-х его учитель, миллиардер Росс Перо. В те годы Перо смог стать третьей силой, с которой были вынуждены считаться демократы и республиканцы — на выборах 1992 года он набрал 19%. Перо выступал за изоляционизм и реиндустриализацию, против «предательства элит» и бюрократии. Нынешняя программа Трампа почти полностью заимствована у его учителя.

Надо напомнить, с чего начиналась политическая карьера Трампа. А начиналась она с «третьего пути», куда привёл его миллиардер Росс Перо.

Перо заработал свой миллиард в 1980-е, точнее — $2,4 млрд., продав General Motors основанную им хай-тек компанию EDS. 1988 год — старт его политической карьеры; ему 58 лет — и это тоже роднит его с Трампом, поздно начавшим карьеру политику. Независимый кандидат, Росс Перо на выборах 1992 года набрал в целом по Америке 18,9% голосов избирателей, а в некоторых штатах даже занял второе место.

Экзит-поллы тогда показали, что отданные за него 19,7 млн. голосов состояли на 28% из тех, что иначе достались бы демократу Клинтону, на 28% из тех, что достались бы республиканцу Бушу. А 44% избирателей вовсе не пошли бы на участок для голосования, не будь в списках Перо (а это 9 млн. человек). Как писали «Тетради по консерватизму», за Перо голосовали и те, кто считали себя консерваторами, и те, кто называли себя либералами, и даже крайне левые. Но самый значительный вклад в его проценты дал нижний средний класс.

Спустя 24 года этот же метод применил его ученик Дональд Трамп, которому удалось привлечь на свою сторону так называемых «потерянных белых избирателей». Такое название им дал обозреватель сайта RealClearPolitics Шон Тренд: это был тот электорат, который в 2012 году не проголосовала за республиканца Митта Ромни. Хотя общепринятая точка зрения социологов и политологов тогда гласила, что Ромни недостаточно работал с латиноамериканскими, азиатскими и афроамериканскими избирателями (что якобы и обусловило его поражение), Шон Тренд выдвинул другую гипотезу. Он показал, что слабость Ромни была вызвана равнодушным отношением к нему малообеспеченных белых избирателей из нижнего среднего класса (годовой доход домохозяйств которых был $40-45 тыс.), тех самых «синих воротничков», голосовавших в 1992 году за независимого кандидата Росса Перо.

В 2012 году Тренд предполагал, что этих избирателей оттолкнуло поведение Ромни, свойственное представителю «высшего сословия», и что если бы Республиканская партия смогла бы каким-то образом мотивировать этих «потерянных белых избирателей», чтобы проголосовать за своего кандидата, это значительно сократило бы разрыв между ними и Демократической партией. Шон Тренд оценивал число «потерянных белых избирателей» в 6,5 млн. человек. В 2012 году Обама выиграл у Ромни с перевесом 5 млн.

Именно этих избирателей спустя 24 года после Перо и нашёл Дональд Трамп, что позволило ему победить.

Более того, Трамп не стал придумывать ничего нового и в составлении своей программы — он почти полностью заимствовал её у своего учителя Росса Перо.

Дмитрий Дробницкий с прекрасного политологического сайта Терра-Америка, ныне удалённого, описывал, в чём состоял «третий путь» Росса Перро.

«Америка впервые услышала о Перо, когда двое сотрудников его компании EDS попали в иранскую тюрьму прямо накануне исламской революции в 1979 году. Перо направил за своими людьми частную спасательную экспедицию, которая забрала их из тюрьмы и вывезла в Штаты через Турцию.

Вскоре бизнесмен стал выступать на общественно-политические темы, всерьез озаботился проблемой американских военных, без вести пропавших во Вьетнаме, включился в антинаркотическую деятельность, занялся помощью школам и даже предложил несколько законопроектов. По мере того, как Перо втягивался в политическую деятельность, его отношение к американской системе власти всё ухудшалось, он постоянно говорил о том, что Америка начинает всё больше сдавать свои позиции, хуже работает, качество жизни граждан ухудшается, а политики ничего не делают, чтобы исправить ситуацию.

Перо считал, что политическая элита США не только оторвалась от американского народа, от имени которого провозглашена была в свое время конституция, но и предала Америку, заботясь только о собственном благополучии. Система власти, настаивал миллиардер, непрозрачна и порочна, двухпартийная система вместе с механизмом президентских выборов блокирует всякую возможность реальной политической конкуренции. Перо писал: «Президент винит во всём Конгресс, Конгресс — президента. Республиканцы винят демократов, демократы винят республиканцев, а все вместе клеймят бюрократию. Бюрократия тоже не остается внакладе». Позже в одном из своих публичных выступлений Перо добавил: «А кто создал эту бюрократию? Я не видел, чтобы ее создавали марсиане». Политическая система США представлялась ему несовременной и «как будто созданной, чтобы избегать решения проблем».

Росс Перо последовательно выступал против североамериканского соглашения о свободной торговле (НАФТА), требовал протекционистских мер для американской индустрии и создания благоприятных условий для малого и среднего бизнеса. Это был ярко выраженный экономический национализм и – в какой-то степени – изоляционизм. Это была ещё не Чайная партия, но что-то уже близкое ей если не в плане экономических рецептов, то в плане общего протестного настроения против глобалистского расползания Америки. В частности, Перо требовал, чтобы усилия по защите свободы и демократии в мире оплачивали не только США, но и их союзники, поскольку Штаты не в состоянии делать это в одиночку и не обязаны расплачиваться за помощь союзникам упадком национальной экономики. В связи с этим Перо предлагал пересмотреть участие страны в международных организациях и, поскольку холодная война закончилась, в разы урезать военный бюджет.

Но это была только часть его экономической программы. В другой её части был модернизм. Он требовал разработать государственную программу развития «производств будущего», восстановления индустриальных предприятий, говорил о важности образования для развития страны, и, в связи с этим, настаивал на его доступности и современности. Он призывал превратить отношения между государством и бизнесом в «интеллектуальные» и предлагал направить совместные усилия на поддержку всего того, что способствует промышленному развитию и увеличению числа рабочих мест в стране.

Когда миллиардер говорил об улучшении дел в городских хозяйствах, медицине, образовании, он стремился к тому, чтобы, по его словам, «меньшими средствами сделать большее», то есть настаивал на повышении эффективности работы госслужащих и всего госаппарата в целом. Каждую из инфраструктурных или социальных отраслей он рассматривал как корпорацию, которой требуется кризисный менеджмент.

Росс Перо не переставал повторять, что такие города как Рим или Токио живут и процветают, американские же всё больше приходят в упадок. Этому обстоятельству Перо находил два основных объяснения: неверная экономическая политика, приводящая к уменьшению рабочих мест в этих городах, и деградировавшая культура сообществ. Он вообще очень много говорил о низовой самоорганизации, о том, что народ на местах всё решит лучше чиновников. Поэтому Перо призывал вернуть народу чувство, что это он «владеет государством», а власти и чиновники только «работают на людей».

Весьма специфическую позицию Перо занял в отношении абортов и расового вопроса. Он предложил «национальный компромисс в отношении абортов», а также «национальное обязательство в отношении расового вопроса». Перо считал, что оба этих вопроса раскололи нацию. В этом расколе он винил функционеров двухпартийной системы, которые в охоте за своим электоратом «играют на страхе и подозрительности» и таким образом никак не способствуют единству нации».

В 1995 году миллиардер Росс Перо основал «Партию реформ». Как представитель этой партии он участвовал в президентских выборах І996 года и сумел набрать 8,4% голосов (этого было достаточно для того, чтобы получить для новой партии федеральное финансирование — оно полагается всякой партии, которая получит на президентских выборах более 5% голосов). К 2000 году он пообещал, что эта сила станет второй в США и как минимум на равных сможет бороться с республиканцами и демократами, как максимум — победить их.

Для этого Перо собрал в партию совсем разную публику, главное, что их объединяло — ненависть к истеблишменту, связанному с двумя главными американскими партиями.

«Партия реформ» в 2000 году приняла в свои ряды марксистов (Л.Фулани), либертарианцев (губернатор Миннесоты Д.Вентура), консерваторов (Д.Трамп — именно этот год стал стартом его политической карьеры), ультраконсерваторов (П.Бьюкенен) и националистов (Д.Дюк). Стремление фракций обеспечить выдвижение собственного представителя привело к настоящей схватке между Бьюкененом (его поддержали Фулани и Дюк) и Трампом (был поддержан Вентурой и — внимание !- марксистом Фулани). В результате, несмотря на успех в первых праймериз, Трамп и Вентура со скандалом покинули партию. Они объяснили это тем, что партия выбрала путь борьбы с демократами и республиканцами, тогда как бороться надо не против кого-то, а — за кого-то, в данном случае — за рядового избирателя.

Победа над Трампом оказалась для Бьюкенена «пирровой»: по итогам президентских выборов 2000 года он набрал всего 449 тыс. голосов (0,43%). Впрочем, Бьюкенен тогда ещё повторял политические лозунги Перо: он видел главную проблему современной Америки в подрыве нравственной основы общества, в котором школы готовят «маленьких трутней глобальной экономики, а крупнейшие корпорации масс-медиа успешно разрушают моральные ценности великой страны».

После случившегося Бьюкенен и его сторонники решили покинуть Партию реформ. В 2001 году он вернулся в ряды республиканцев, а партия превратилась в аморфную политическую организацию. Так, в 2004 году они поддержали независимого кандидата Ральфа Нейдера, который и вовсе набрал 0,38% голосов. Но позор продолжился: в 2008 году «Партия реформ» выдвинула в президенты США Тэда Вайля, который получил… 481 голос.

Знамя «третьей силы» после заката «Партии реформ» подхватила «Чайная партия» Рона Пола. В 2010 году политологи Расмуссен и Шон верно предугадали, что вскоре монополизму демократов и республиканцев придёт конец, и кандидат от «третьего пути» станет президентом самое позднее в 2020 году. Правда, они видели в этом кандидате Рона Пола, а не Дональда Трампа.

Они прогнозировали, что старые право-левые противоречия со временем отойдут на второй план, то есть на новом историческом этапе произойдет «сброс» до беспартийной политики в духе XVIII века. К примеру, экономика, образование и здравоохранение в XX веке ещё могли централизованно управляться государством, но в XXI веке снова требуют распределённого управления. Больше значения в поддержании правопорядка должна играть и народная милиция.

Но представители «Чайной партии» не смогли выйти за рамки своей либертарианской повестки. А Дональд Трамп вспомнил старт своей карьеры в 2000 году, когда он оказался в компании таких разных людей — от марксистов до палеоконсерваторов — и смог объединить их лучшие идеи, верно угадав запрос того самого «потерянных белых избирателей»: социальный консерватизм и гордость за Америку.

Дональд Трамп — ученик Росса Перо, и их третий путь