Дональд Трамп прямо или косвенно продолжает поставлять материал американским журналистам. В прошлую пятницу предвыборный митинг в Чикаго был отменен по соображениям безопасности, т.к. могли возникнуть столкновения между противниками и сторонниками Трампа. Разумеется, леваки тут же обвинили Трампа в агрессивной риторике. При том, что насилие исходило не от сторонников, а от противников Трампа, как на это верно указали в правом издании.

Я же задумался, как это все связано со свободой слова и что именно ей угрожает, а что нет.

Свобода слова означает право людей высказывать любую точку зрения, включая неприятную остальным. Но моё право высказываться не означает, что сосед обязан слушать мои доводы. У меня нет права навязывать соседу свою точку зрения или заставлять слушать меня. Как я не могу зайти без приглашения к соседу на праздничный ужин и начать проповедывать отказ от поедания мяса, так я не могу прийти на мероприятие, оплаченное моими идеологическими противниками, и заставить пришедших слушать меня. Оба варианта являются нарушениями права частной собственности и свободы слова, т.к. люди пришли послушать не меня, а моих противников, я же не даю тем, ради кого пришла публика, говорить.

Ко всему прочему у тех, кто собирался помешать выступлению Трампа не было никаких идей, они хотели помешать реализации свободы слова теми, с кем они не согласны. То, чего хотели противники Трампа – устроить скандал и выплеснуть негативные эмоции. Им это удалось. В этой статье есть и видео.

Разумеется, нельзя говорить, что у левых монополия на политическое насилие, что только они и устраивают погромы. Но вспомнить какие-то беспорядки, устроенные сторонниками свободного рынка и свободы слова против стоящих за усиление роли правительства в экономике и государственной пропаганды, я не смог. Зато бандитские ухватки леваков из “оккупай уолл-стрит” или “только жизни негров имеют значение” (“Black lives matter”) достаточно хорошо известны. Подчеркну: не сторонники Трампа пришли мешать встрече Сандерса или Клинтон с избирателями, а сторонники Клинтон и Сандерса – мешали Трампу встречаться со своими сторонниками.

В предыдущем абзаце говорилось не о политическом терроризме, но исключительно о погромах и драках во имя политики. Безусловно, как левые, так и правые группы включают отдельных сумасшедших, идущих дальше всех и совершающих жуткие преступления. Если посмотреть на подробный анализ как левого, так и правого терроризма, то в списке преступлений правых обнаружим людей, явно не являющихся сторонниками свободного рынка и свободы слова. Принято записывать террористов, мотивированных христианской верой или расовой ненавистью, в число правых, но ни то, ни другое не является правой идеологией.

Тимоти МакВей, являвшийся сторонником низких налогов и меньшего вмешательства правительства в жизнь граждан, был правым терроризмом, тогда как Андерс Брейвик или лондонский взрыватель-неонацист не имели отношения к правым, норвежец был сторонником религиозно-цивилизационной войны, а англичанин – сумасшедшим, состоявшим в неонацистской партии, выступавшей против свободного рынка.

Никто из мотивированных расизмом или нацизмом – с уточнением “известных” (!) – террористов не выражал правых взглядов: и свободный рынок, и капитализм, и свобода слова им глубоко претят.

Тут трудно удержаться и не сделать шаг вперед: а как относиться к анти-коммунистическим группам в Латинской Америке, можно ли считать их правыми? Априорно числить их правыми нельзя, т.к. меньшее, чем при коммунизме, вмешательство государства в экономику и личную жизнь граждан, может быть заметно большим, чем полагают сторонники правых взглядов. Какие-то из этих групп могут быть правыми, а какие-то – скорее левыми, но не красного, а кориченевого извода.

Ведь немецкий нацизм оставил какую-то частную собственность и некоторые рыночные правила, но в целом диктат правительства по поводу того, как жить и что делать, стал заметно сильнее и громче, чем был до нацистов, т.е. произошел сдвиг влево (к слову сказать, немецкие коммунисты перед 1933 годом озвучивали лишь немногим менее антисемитские лозунги, чем нацисты, да и в СССР антисемитизма хватало).

Однако вернемся к ситуации в американской предвыборной гонке. Трамп – провокатор, он нагнетает страсти и играет на низких чувствах. Один из его приближенных грубо схватил и оттолкнул журналистку (кстати, из дружественного Трампу издания, которая подает на схватившего ее в суд), потом он оправдывался, что, мол, это из-за беспокойства за безопасность. Ни малейших симпатий ни к Трампу, ни к его людям у меня нет, но свобода слова распространяется и на них. Не согласны? Укажите на ошибки в логике или подтасовку фактов, продемонстрируйте печальные последствия от следования такой политике, но не мешайте Трампу говорить.

Хотите устраивать выступления против какого-то политика? Никаких проблем: арендуйте место или получите его у муниципалитета и митингуйте сколько угодно. Или, если получите разрешение на контр-демонстрацию, стойте на другой стороне улицы и высказывайтесь. Но нападать на политических противников или угрожать им нельзя.

Пока в этом уличили только левых противников Трампа (вроде бы из числа сторонников социалиста Сандерса). И что еще больше пугает – левые СМИ напрочь отказываются от профессиональных стандартов качества, когда освещают ситуацию.

Ладно бы отдельные журналисты, коим эмоции застилают рассудок, но это касается целых редакций, которые не замечают предвзятый подход своих авторов, которые намеренно искажают факты, не желая замечать очевидного.

Могут ли сторонники Трампа или других правых кандидатов перейти черту и начать мешать демократам? Да. От таких действий пострадают и свобода слова, и демократия, и страна в целом. Как они уже страдают от действий леваков.

О политическом насилии и свободе слова