Документы по Катыни — фальшивка?

Россия не несёт ответственности за массовый расстрел польских офицеров в Катыни – такое решение принял недавно Европейский суд по правам человека. Решение сенсационное: выходит, что последние 20 лет руководство нашей страны неустанно каялось в преступлении, которое в 40-е годы совершил кто-то другой. Выходит, что документы о катынском расстреле, которые появились в конце 80-х из рукава члена Политбюро ЦК КПСС Александра Яковлева, не более чем фальшивка – суд даже не принял их к рассмотрению.

Кому-то в окружении президента СССР Михаила Горбачёва нужно было скомпрометировать отечественную историю и лично Иосифа Сталина накануне распада СССР. Может быть, именно по этой причине решение суда, сформулированное совершенно однозначно, в России пытаются трактовать двояко – мол, убийц-то в итоге так и не установили, а вдруг это всё-таки Сталин?..

Вначале несколько слов о том, кто и из-за чего, собственно, судился. В 2007 и 2009 году в Страсбург обратились с жалобами родственники польских офицеров, расстрелянных в Катыни якобы по приказу Сталина. Жаловались они на то, что наша страна в 2004 году прекратила расследование обстоятельств катынского расстрела на основании пункта 4 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса РФ (за смертью виновных).

Считалось, что массовые казни польских граждан, большинство из которых были пленными офицерами польской армии, совершали с санкции высшего руководства СССР сотрудники НКВД. Если верить архивам, всего в лесах под Смоленском расстались с жизнью 21 857 пленных поляков.

Естественно, ЕСПЧ принял жалобы к рассмотрению: появилось на свет дело «Яновец и другие против России». И вот тут-то и начались нестыковки. Дело в том, что европейские судьи привыкли верить не столько громким публичным обвинениям, сколько документам. И расхожий тезис о том, что-де Сталин – палач, санкционировавший массовые казни, требовал документального подтверждения. А подтверждения не находилось: представленные польской стороной свидетельства не несли прямых доказательств того, что поляков расстреливали русские. А со свидетельствами российской стороны и того хуже – наши архивные документы после недолгих проверок судьи стали попросту игнорировать. Громких заключений на сей счёт они себе не позволяли – реноме как-никак, – но и к делу такие документы подшивать не спешили. Уж не потому ли, что фальшивки, всплывшие из небытия в конце 80-х, в состоянии убедить только нас с вами, но никак не европейских судей?

К чему же в итоге пришёл Европейский суд? Малая палата ЕСПЧ в составе семи судей в резолютивной части постановления по делу «Яновец и другие против России» четырьмя голосами против трёх решили, что в отношении двенадцати заявителей – родственников расстрелянных польских офицеров – представителями СССР не нарушалось право на жизнь. Основной вывод такой: наша страна не несёт ответственности за массовые расстрелы в Катыни. Для России этот вывод означает следующее: материальные компенсации, о которых тайно мечтали потомки расстрелянных и которые, если верить их адвокатам, могли составить астрономическую сумму – 2 млрд долларов, платить полякам будем точно не мы с вами. Кстати, вчинить иск собиралась и Польша – на сумму 100 миллиардов!

Из основного вывода следуют и другие: архивные документы, касающиеся катынского расстрела, требуют немедленной ревизии на предмет их возможной фальсификации, отечественная история 40-х, написанная в начале 90-х годов, должна быть переписана начисто. Ещё неплохо бы в судебном порядке установить виновных в фальсификации, хотя на самом деле это давно уже секрет Полишинеля. Также суд установил, что расстрел поляков – военное преступление. Но с этим уже давно никто не спорит: военным преступлением расстрел под Смоленском в разное время признавали не только американские конгрессмены и беглые поляки в Лондоне, но также Сталин и Гитлер. Трупы-то налицо. Вопрос лишь в том, кто убивал?

Однозначно определиться не смог и Европейский суд – судьям не хватило документальных подтверждений, хотя на изучение всяческих исторических бумаг и архивных свидетельств они потратили не один год. Можно сказать следующее: примерно до 1990 года весь мир был убеждён в том, что поляков расстреляли немцы. После 1990-го – с подачи Михаила Горбачёва и Александра Яковлева – что расстреливали русские. Теперь, после суда, ясности нет вообще, и знаем мы лишь то, что погибли действительно поляки. Вот только от чьих рук?

А начиналось всё следующим образом: в феврале 1990 года Михаил Горбачёв получил докладную записку от заведующего международным отделом ЦК КПСС Валентина Фалина, в которой шла речь о том, что в архивах якобы были найдены документы, подтверждающие связь между отправкой поляков из лагерей весной 1940 года и их расстрелом. Фалин высказал Горбачёву свои сомнения в происхождении этих документов. Но Горбачёв был иного мнения, и весть об «истинных виновниках» катынского расстрела разлетелась по миру.

На чём базировались доказательства причастности немцев к катынскому расстрелу до 1990 года? Поляков убили из оружия немецкого производства – это легко установить и по пулям, и по гильзам. Расстрельные команды НКВД убивали своих жертв из револьверов, а польских офицеров расстреливали в том числе и из крупнокалиберных пулемётов, чего энкавэдэшники никогда не практиковали. Немцы, составившие в 1943 году первые документы о казнённых поляках, указывали в них, что убитых они идентифицировали по знакам различия польской армии.

Советское «Положение о военнопленных» образца 1931 года, которым в нашей стране руководствовались до лета 1941 года, устанавливает, что пленные не могут носить знаков различия. Но на убитых эти знаки различия имелись. Значит, если это были военнопленные, то содержались они в плену у страны, соблюдавшей Женевскую конвенцию. А СССР на тот момент её не соблюдал. Ещё одна деталь, весьма существенная. Массовые расстрелы в СССР не практиковались с тех пор, как наркома внутренних дел Николая Ежова сменил Лаврентий Берия, – с осени 1938 года. А к 1940 году от них отказались вообще. Вопреки расхожему мнению Берия был противником «высшей меры социальной защиты».

Наши эксперты-историки признавали, что полной ясности с катынским расстрелом после публикации якобы открывшихся в 1990 году новых данных у них нет: с одной стороны, имелись бумаги, свидетельствующие о том, что польским военнопленным было вынесено 14 542 смертных приговора. Называлась и другая цифра – 21 857 убитых. С другой стороны, удалось достоверно установить гибель лишь 1803 человек. Куда подевались остальные – если они вообще были? Есть и другие занятные факты: среди пленных поляков были молодые офицеры Армии крайовой Войцех Ярузельский и Менахем Бегин – спустя десятилетия они станут соответственно польским лидером и израильским премьером. Ни тот ни другой ни разу и словом не обмолвились о причастности советских руководителей к организации расстрела. Даже ярый антисоветчик Бегин утверждал, что поляков казнили не представители советского НКВД, а германского гестапо. Не слишком ли много нестыковок?

В 2010 году депутату Госдумы Виктору Илюхину и экспертам-историкам Сергею Стрыгину и Владиславу Шведу стало известно, как готовилась фальсификация «письма Берии № 794/Б» в Политбюро ВКП (б) от марта 1940 года, в котором предлагалось расстрелять более 20 тыс. польских военнопленных. Илюхин обнародовал информацию о том, что в начале 90-х годов одним из высокопоставленных членов Политбюро ЦК КПСС была создана группа специалистов высокого ранга по подделке архивных документов. Фамилию этого высокопоставленного партийца Илюхин назвал позже, летом того же года – Александр Яковлев, «архитектор перестройки».

«Группа Яковлева» работала в структуре службы безопасности российского президента Бориса Ельцина, территориально размещаясь в поселке Нагорное Московской области (до 1996 года), а потом была перебазирована в другой населённый пункт – Заречье. Оттуда в российские архивы были вброшены сотни фальшивых исторических документов, и ещё столько же было сфальсифицировано путём внесения в них искажённых сведений, а также путём подделки подписей. Илюхин потребовал начать масштабную работу по проверке архивных документов и выявлению фактов дискредитации советского периода отечественной истории.

«В 1943 году Геббельс, пытаясь разрушить антигитлеровскую коалицию и поссорить СССР с США, распространил ложь о том, что Сталин и Берия приказали расстрелять 10 тыс. польских офицеров, – писал Виктор Илюхин. – Эту ложь поддержало польское правительство в эмиграции, которое больше всего руководствовалось чувством злобы на Советский Союз за разгром польской армии в западной Белоруссии и на Украине и присоединение этих территорий к СССР.

Небезызвестный Александр Яковлев фактически ратовал за такую компрометацию СССР, чтобы от нашей страны отвернулся весь мир. После этого состоялась величайшая подтасовка и фальсификация архивных документов ЦК КПСС». До самой смерти Илюхин считал, что фальшивки были изготовлены с целью дискредитировать Сталина «в русле той оголтелой пропагандистской кампании охаивания советского руководства, которая особо цинично и откровенно велась в начале 90-х годов прошлого столетия».

Другое мнение:

Странно, что оживление началось только сейчас, хотя решение мягко говоря не новое, а еще от 16 апреля.

Но не в этом суть.

Вот официальный пресс-релиз ЕСПЧ, где нет никакого "снятия ответственности"

http://cmiskp.echr.coe.int////tkp197/viewhbkm.asp?action=open&table=F69A27FD8FB86142BF01C1166DEA398649&key=97842&sessionId=100011209&skin=hudoc-pr-en&attachment=true.

Вот выдержки оттуда:

Заявителями по жалобам были пятнадцать польских граждан, двенадцать родственников которых погибли в «Катынском расстреле», массовой казни польских военнопленных и интернированных, осуществленной весной 1940 года без судебного процесса сотрудниками НКВД СССР по решению Политбюро ЦК ВКП(б) СССР. Родственники заявителей были захоронены, среди 21,000 прочих расстрелянных, в массовых могилах в Катынском лесу близ Смоленска, а также около деревень Пятихатки и Медное.

Начатое в 1990 году расследование массовых захоронений было прекращено в 2004 году. Постановление о прекращении расследования было засекречено и не доступно до сегодняшнего дня; заявители не получили доступ ни к тексту постановления, ни к материалам расследования. Российские суды отклоняли их жалобы на том основании, что они не были признаны потерпевшими по делу.

Кроме того, Главная военная прокуратура и суды отказались удовлетворить ходатайства о реабилитации их родственников.

В ноябре 2010 года российская Дума приняла заявление «О Катынской трагедии и её жертвах», в котором признала, что массовый расстрел польских граждан в Катыни был произведен по прямому указанию Сталина и других советских руководителей, и призвала «дальше изучать архивы, выверять списки погибших, восстанавливать честные имена тех, кто погиб в Катыни и других местах, выяснять все обстоятельства трагедии».

Заявители утверждали, что российские власти нарушили статьи 2 и 3 Европейской Конвенции в связи с тем, что не было проведено эффективное расследование обстоятельств смерти их родственников, а отношение российских властей к их попыткам получить информацию было негуманным и бесчеловечным.

Решение Суда

Решение было принято Палатой в составе:
Дин Шпильман (Люксембург), Председатель,
Карел Юнгвирт (Чехия),
Боштьян М. Зупанчич (Словения),
Анатолий Ковлер (Россия),
Марк Виллигер (Лихтенштейн),
Ганна Юдкивска (Украина),
Ангелика Нусбергер (Германия), судьи,
при участии Стивена Филипса, заместителя секретаря секции.

Обязательство создать условия для рассмотрения дела (статья 38)

Суд отметил, что российское правительство неоднократно отказывалось представить по запросу Суда копию постановления о прекращении уголовного дела, принятого в 2004 году, ссылаясь на его секретный характер. Суд подчеркнул, что обязательство создать условия для рассмотрения дела должно соблюдаться вне зависимости от исхода дела и выводов Суда по итогам его рассмотрения.

Суд отклонил возражение российского правительства о якобы несущественной роли этого постановления, указав, что только сам Суд может решить, какие документы являются необходимыми для рассмотрения дела. Что же касается утверждения российского правительства о том, что представление этого документа в Суд было невозможно в силу отсутствия в национальном законодательстве процедуры для передачи секретных документов международным организациям, то этот аргумент, по мнению Суда, противоречит Венской конвенции о праве международных договоров, согласно которой участник не может ссылаться на положения своего внутреннего права в качестве оправдания для невыполнения им договора (статья 27).

Более того, Суд не нашел никаких легитимных причин для засекречивания этого постановления. Суд отметил, что публичное и прозрачное расследование преступлений предшествующего тоталитарного режима не могло повредить национальной безопасности современной демократической России, особенно с учетом того, что ответственность советских властей за катынское преступление была признана на самом высшем уровне.

Соответственно, Суд признал, что Россия нарушила свои обязательства по статье 38 Конвенции в связи с отказом предоставить по запросу Суда копию постановления о прекращении расследования 2004 года.

Расследование убийства (статья 2)

Прежде всего, Суд отметил, что вопрос ответственности за убийство польских военнопленных в 1940 году выходит за рамки данного дела. Однако, в силу Конвенции и правовых позиций Суда, государства несут обязательство провести эффективное расследование случаев незаконного или подозрительного лишения жизни.

Такое обязательство является независимым и автономным и существует даже в той ситуации, когда смерть произошла до вступления Конвенции в силу.

В данном деле российские власти провели значительную часть расследования до даты ратификации Конвенции Россией (5 мая 1998 года). После этой даты никаких значимых процессуальных действий не проводилось. Более того, Россия ратифицировала Конвенцию через пятьдесят восемь лет после убийства родственников заявителей. Этот период времени не только в несколько раз превышает периоды времени в сходных делах, но его длительность также чрезмерна в абсолютном измерении. Таким образом, Суд не смог установить реальную связь между смертью родственников заявителей и вступлением Конвенции в силу. 

Далее Суд перешел к исследованию вопроса о том, могло ли обязательство расследовать убийства быть основано на необходимости соблюдения основополагающих ценностей Конвенции. Суд пришел к выводу, что массовый расстрел польских военнопленных являлся военным преступлением, поскольку обязательство гуманного обращения с военнопленными и запрет на убийство были частью обычного международного права, которое советские власти были обязаны соблюдать.

Однако, даже с учетом того, что военные преступления не имеют срока давности, в период после ратификации Конвенции не было обнаружено каких-либо новых свидетельств или доказательств, которые могли бы возложить обязанность на российские власти возобновить расследование.

Таким образом, Суд установил, что рассмотрение жалобы о нарушении статьи 2 Конвенции выходит за пределы его компетенции.

Запрет на на бесчеловечное обращение (статья 3)

Суд указал на различия между требованиями статьи 2 и статьи 3 Конвенции: в то время как статья 2 требует, чтобы власти предприняли определенные процессуальные действия, направленные на установление виновных в убийстве и привлечении их к ответственности, статья 3 заключает в себе гарантию гуманного и сострадательного отношения властей к родственникам погибшего. Даже в случаях, когда Суд не компетентен рассматривать сам факт смерти, потому что она произошла до вступления Конвенции в силу, он может исследовать соблюдение властями требований статьи 3 Конвенции.

Суд признал, что лишь вдова польского офицера и те девять заявителей, которые родились до 1940 года, могут считаться жертвами нарушения статьи 3, потому что у них была устойчивая эмоциональная связь с мужем или отцом. Остальные пять заявителей, связанные более дальним родством или родившиеся после пленения родственников, страдали от их отсутствия в меньшей степени, и статья 3 в отношении этой группы заявителей не была нарушена.

В отношении первой группы из десяти заявителей Суд установил, что они пережили двойную травму: они не только потеряли своих родных и близких на войне, но не могли узнать правду об их смерти в течение более пятидесяти лет, пока ее утаивали и искажали власти СССР и коммунистической Польши. В период после ратификации Конвенции Россией они были полностью исключены из процесса расследования, просьбы о наделении их статусом потерпевших были отклонены, а доступ к постановлению о прекращении дела был закрыт под предлогом их иностранного гражданства.

Суд был поражен очевидным нежеланием российских властей признать реальность Катынского расстрела. Так, российские военные суды продолжали утверждать, вопреки установленным историческим фактам, что родственники заявителей «пропали» в советских лагерях. Такой подход, по мнению Суда, был примером черствого пренебрежения интересами заявителей и попыткой намеренного затуманивания обстоятельств Катынского расстрела.

Более того, российская прокуратура и суды постоянно отклоняли ходатайства заявителей о реабилитации их родственников, утверждая, что не представляется возможным установить конкретные правовые нормы, на основании которых были репрессированы жертвы катынского преступления, поскольку их уголовные дела не сохранились. Суд не смог не согласиться с утверждением заявителей о том, что отрицание реальности массовых убийств и предположение, что их родственники могли быть уголовными преступниками, приговоренными надлежащим образом к смертной казни, продемонстрировали отсутствие гуманизма в подходе российских властей.

Наконец, Суд отметил, что обязательство гуманного отношения по статье 3 не сводится к подтверждению факта смерти. Государство обязано приложить усилия для прояснения обстоятельств смерти и местоположения могил. Однако, в данном деле заявителям пришлось самим нести бремя выяснения обстоятельств смерти их родственников, в то время как российские власти не предоставили им никакой официальной информации и не предприняли никаких существенных попыток для обнаружения мест захоронения их родственников.

Отметив, что заявители были полностью исключены из процесса расследования, что они постоянно получали краткие и неинформативные ответы от российских государственных органов, что российские суды приходили к выводам, которые были не только взаимоисключающими, но и противоречили известным историческим фактами, Суд установил нарушение статьи 3 в отношении десяти заявителей.

Справедливая компенсация (статья 41)

Суд решил, что в исключительных обстоятельствах этого дела установление факта нарушения статьи 3 будет достаточной компенсацией. Вместе с тем, Россия должна будет выплатить заявителям 6500 евро в счет возмещения судебных издержек.

PS. Таким образом:

1. Данный "суд", не только не оправдал СССР и не разоблачал геббельсовскую стряпню, о чем поспешили заявить некоторые, кто не удосужился прочесть выводы суда, но говорит о вине СССР как о само-собой разумеющемся, ссылаясь внимание - на признания высших государственных лиц и Государственной Думы, что наглядно свидетельствует о том, какую роль сыграла та же "Единая Россия" в деле защиты геббельсовской версии.

2. Данный суд так же указал на то, что "не найдено никаких новых свидетельств или доказательств", что очевидно не так, так как требования провести наконец независимое расследование Катынского дела, которые уже не первый год звучат в самой России, опираются как раз на целый комплекс фактов и свидетельств, которые мягко говоря подрывают немецко-польскую версию, начиная с экспертизы установившей, что письмо Берия было напечатано на двух машинках и заканчивая различными показаниями, вроде полковника Кривого, где указываются факты, что поляки вполне себе были живы летом 1941 года, когда их уже якобы всех расстреляли.

3. Позиция же властей вполне понятна - свалить приписанные Геббельсом преступления совершенные нацистами на проклятое прошлое и не платить за них компенсации. Так что с точки зрения поклонников версии доктора Геббельса, суд прошел на ура - виновность СССР даже не оспаривалась.

С какого перепою, тут увидели реабилитацию СССР, сказать затруднительно. Внимательнее надо быть, что-ли.

Обычно человек верит в то, во что ему хочется во имя личного комфорта. Поэтому ткнуть ему в морду правду-матку часто занятие неблагодарное, если не хочешь заодно в морду дать, но и то эффект будет сомнительный. Выше программа Караулова Момент истины. Её ценность хороша только тем, что программу можно сунуть под нос троллю или придурку. Караулов документы собрал, кинохроники включил, даже через суд не опровергнешь. Ну и что? Жить можно проще. Я, например, на подземной, тайной системе линий метро не увидел линию, про которую я знаю, зато не знал про подземный город под Воробьевыми горами. Не всю правду нам говорят.

Другой сюжет это формальная сенсация. Европа официально признала фальсификацию документов по Катыни, не расстреливали работники НКВД там польских офицеров, как было заявлено. Каганович был прав, когда сказал, что расстреляли не 40 000, а 3 тысячи и несколько сот. Причем, среди причин расстрела - грабежи и изнасилования. То есть, держали их не как русских в ГУЛАГе за решеткой, а многое позволяли, поляки наглели, грабили, насиловали местное население, пришлось поступить адекватно. Но ведь это понятно по реальным условиям содержания польских офицеров армии Андерса, которые потом выехали в Иран. Это ясно по мемуарам. Жили в условиях поселения, могла съездить в магазин, заехать в соседнее село, райцентр, купить что-то на зарплату наравне с обычными гражданами. А евреям из Польши ещё легче жилось. Вон, отец Жириновского устроился на работу в КГБ в южном Казахстане и всю войну получал спецпаек. За право вступить в армию Андерса между евреями из Польши и поляками шла свара - в армии Андерса были хорошие пайки и денежное довольствие, все знали, что под Сталинград не погонят. Страшно иное.

Лех Качиньский, президент Польши, погибший под Смоленском, весь цвет польского высшего военного командования, погибший с президентом, все уцелевшие поляки, летевшие иным рейсом, великолепно знали, что под Катынью именно поляков расстреливали немцы. Как задумаешься, так невольно скажешь - жалко, сука Сталин поляков кормил, а наш народ в голоде держал. Конечно, Горбачев тоже знал правду. Не один он, вся группа перестройщиков считала полезным воспитывать наш народ в комплексе неполноценности и обеспечить окружающие народы дополнительными поводами требовать с нашего народа дань, которой, честно говоря, будь эти фальшивки реальностью, всё равно вместо дани заслужили только пинок под зад. Истина-то более жестокая. Качиньский настолько погряз в своей русофобии, что сам позволил подловить себя вместе с генералитетом, забыв принцип - не клади все яйца в одну корзину. Погиб-то он по вине тех, кто ему подыгрывал в деле с Катынью.

Умный человек не обязан ждать, когда ему все доказательства документально засвидетельствуют, судом и экспертами удостоверят и под нос сунут. Мир-то наш живет во лжи. Причем СССР был образцовой по обилию лжи державой. Уничтожали архивы, фальсифицировали документы просто с наслаждением. А Россия это правопреемник СССР со всеми вытекающими последствиями. Но есть позитив. Позитив это тот же Караулов, который иногда говорит правду, причем правду необходимую. Всю правду он не говорит и не может сказать. Европейским экспертам дали признать документы по Катыни фальшивыми по очень простой причине - поляки достали и достали наши кремлевцы. Поляки достали своими требованиями признать их чуть ли не главной державой Евросоюза, а кремлевцы достали непониманием, что разрушение России и уничтожение русского народа уже давно ведет не совсем туда. То есть, кремлевцы обещали, что на месте России они создадут нечто приличное по западным понятиям о колонии, а ничего приличного не создали. Создали только площадку для будущего политического вакуума, при котором Иран выглядит чуть ли не агнцем божьим для борьбы с последствиями надвигающегося хаоса.

Однако, Караулов обязан искать позитив, а позитив-то смешон. Ну, проложили газопровод по Сибири. Это же ерунда. Ещё при СССР с Ямала по тундре тянули газопроводы. Дело в длине, а не в принципиальной сложности. В 70-е годы американцы построили нефтепровод черз Аляску, горы круче, тайга, тундра, да вечная мерзлота. Хорошо, что построили, но жизнь-то осталась прежней, бежит народ с Дальнего Востока. И не в газопроводах дело. Или гигантский пролет моста через пролив до острова Русский. Плюс-минус сто метров единого пролета моста это как небоскреб в Дубае - да, выше там небоскреб американских или китайских, но всё равно Дубай это Верхняя Вольта с нефтяными вышками. Вроде, хорошая страна, но не США и даже не КНР. Ходят жители, гордятся небоскребом, но истинная гордость для них это высокие зарплаты, хорошие дома, кондиционеры, машины, спокойная жизнь, право на оружие и уверенность, защита от преступности среди иммигрантов и уверенность, что никогда они не смогут ни сравняться по положению с коренным населением, ни сесть коренному населению на шею.

http://kosarex.livejournal.com/1006692.html

http://versia.ru/articles/2012/may/14/ne_mytiem_tak_katyniu

http://colonelcassad.livejournal.com/767534.html

Опубликовано 01 Фев 2018 в 08:00. Рубрика: Внешняя политика. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить свой отзыв, пинг пока закрыт.