Начало здесь. В прошлом посте я затронул важную тему – роль внешнего фактора в генезисе нынешней элиты РФ. Збигнев Бжезинский очень изящно протроллил русских: «...поскольку 500 миллиардов долларов российской элиты лежат в наших банках, вы ещё разберитесь: это ваша элита или уже наша?». Давайте разберемся.

Наша элита – не наша в смысле принадлежности, национальной идентичности. Но она и не их элита в субъектном смысле. Все предельно просто: наша элита – их слуги. Шестерки Запада – наша элита. И шестерки никогда не будут интегрированы в мировую элиту, как бы истово не веровали в это. Они могут отдать своим хозяевам в залог свои (эти ребята искренне считают своим то, что украли) капиталы (о, это давно уже не 500 миллиардов, о которых Бжезинский писал в 1997 г.); они могут отдать в заложники своих детей (личинки большей частью уже там); они могут сдать последний атрибут великодержавности, что остался у РФ – ядерное оружие; они могут даже уничтожить саму РФ. Но они не имеют ни единого шанса быть вознаграждены за это приемом в мировую элиту.

В мире большой политики нет места благодарности. Там есть лишь целесообразность. После того, как наша илитка уничтожит РФ, она станет ненужной хозяевам, ее ограбят и выбросят на помойку. Шах Ирана Реза Пехлеви, истовый проводник вестернизации Ирана, после того, как потерял власть в своей стране, тут же лишился капиталов, вывезенных в США, а в Великобританию его не пустили даже в качестве частного лица, дабы он смог тихо дожить свой век в принадлежащем ему замке. И это не смотря на то, что у него были почти дружеские личные отношения с Маргарет Тетчер.

Мавр, сделавший свое дело, становится не нужен. И ведь Пехлеви искренне верил, что если он фанатично проводит в жизнь интересы Запада, то Запад его за это отблагодарит. Ага, «отблагодарил». Много ли вы назовете диктаторов, которые, потеряв власть, не потеряли наворованное и вывезенное на Запад, смогли спокойно дожить свой век на роскошных виллах? Но одно дело – отдельный диктатор или его семья, и совсем другое – тысячи представителей элиты разгромленной страны, которые нафиг никому не нужны. С какой радости Запад позволит воспользоваться сворованными деньгами всем этим ротенбергам- тимченкам- дерипаскам- сечиным- миллерам- чайкам?

Когда в РФ полыхнет, их тупо не пустят к их европейским поместьям и банковским ячейкам. Западу не нужны отработанные одноразовые служки. Живыми – точно. А так, если взбунтовавшаяся чернь порвет в клочья Путина и его зятька Шеломова, то их миллиарды останутся в распоряжении люксембургских, франкфуртских и цюрихских банкиров. Для Запада очень желательно, чтобы эти ребята не дожили до первого допроса в ЧК, а то могут сболтнуть что-нибудь лишнее, попалят контору.

Понимают ли наши «кремлевские башни», что их дни сочтены? Умом понимают, но душой фанатично верят в то, что им фартанет, что их не бросят «партнеры». Пехлеви думал так же. Такова человеческая природа – рассудок до последнего отказывается принимать неизбежность конца, вера в чудо перевешивает все рациональные доводы.

Но пятой точкой кремле чуют приближающегося на мягких лапах северного пушного зверька. Чуют все – и «фараоны», и «крезы», и «стражи» и «жрецы». Они осознают, что не в силах удержать нынешний порядок, законсервировать его, а при новом порядке им грозит тотальное уничтожение.

Наивные люди полагают, что путинисты должны быть заинтересованы в сохранении РФ хотя бы из чувства самосохранения: ведь пока у них в руках есть ресурс в виде страны, одиннадцатой по величине экономики мира (пару лет назад это была пятая экономика), пока, в конце концов, у них есть ядерный чемоданчик, они хоть что-то собой представляют. Если они похерят страну – они никто, как Остап Бендер на румынской границе. Поэтому, дескать, у элиты должен проснуться инстинкт самосохранения, и ради спасения себя они должны позаботиться о спасении страны. Хотя бы затем, чтоб было, что доить их детям. Логично?

О, насколько это глупые рассуждения! Игорь Стрелков как-то метко сравнил РФ с тонущим «Титаником», в спасении которого не заинтересован капитан, штурман и первый помощник, вскрывшие судовую кассу и перегрузившие ее на спасательную шлюпку. Если корабль будет спасен, факт кражи утаить не удастся. Им очень хочется спрятать концы в воду. На дно. Кто скажет, что это нелогично?

Поставьте себя на место элиты. Происходит революция. Она сбегает к своим миллиардам в милый сердцу фатерлянд. Допустим, ее даже приняли там. Заинтересованы ли они в том, чтобы Россия сохранилась? Нет, каждый будет молиться о том, чтобы она издохла в корчах гражданской войны, развалилась на 50 бантустанов, была поделена между мировыми державами. Тогда с него никто не спросит за нажитое рабским трудом на галере. Сдох Советский Союз – некому стало спросить с меченой твари за предательство. Сдохнет Россия – безнаказанным останется беглая кремлевская элита. Согласитесь, такая логика куда более жизненна.

Но, повторюсь, у Запада нет ни единого мотива быть добрым к своему холую Вольдемару. Отработанный агент должен быть утилизирован, чтобы не создавать проблем. Поэтому сегодня на российском Олимпе снова, как и 30 лет назад, формируются два лагеря – консерваторы - «имперцы» и космополиты - «транснационалы». Деление, разумеется, условно. Оба лагеря едины в одном: нельзя допустить в РФ революции. Но в том, каким способом ее предотвратить, у них есть радикальные расхождения.

«Имперцы» полагают, что власть надо сохранить любой ценой, для чего следует наращивать военный потенциал, как гарантию от посягательств извне и аппарат репрессивный, для того, чтобы выжигать напалмом любые попытки оспорить гегемонию со стороны «внутреннего врага». Власть (господство) для них является высшей ценностью, источником благосостояния, гарантии собственной неприкосновенности. Поэтому они готовы превратить РФ даже в Северную Корею, лишь бы сохранить свое доминирующее положение. Со своими хозяевами они всегда надеются замириться, восстановить «партнерские» отношения. Однако с позиции силы это, на их взгляд, можно будет сделать более эффективно. Если и не примут в мировую элиту, так хоть будем «первыми гопниками на деревне».

«Транснационалы» же изначально стоят на пораженческих позициях. Они готовы сдать все с потрохами, интегрировать ее в качестве периферийного придатка в мировую капиталистическую миросистему. Они даже не претендуют на членство в глобальном совете директоров. Условие одно: они желают сохранить за собой посты супервайзеров (надсмотрщиков) над территорией бывшей России. Аргумент наивен, но, как им кажется, убедителен: население не примет иностранную администрацию, биомассса не должна воспринимать эту капитуляцию, как начало оккупационного режима. И еще эти ребята искренне считают себя незаменимыми. Мол, никто не знает специфику РФ, чтобы осуществлять ее дойку столь же эффективно.

Если «имперцы» намерены и дальше воровать для себя и платить дань Западу за продление ярлыка на «великое княжение», то «транснационалы» готовы удовольствоваться меньшим: доить Россию для Запада, довольствуясь строго оговоренной долей с надоев. Угадайте, на какие силы делает ставку «вашингтонский обком»? Так же, как в эпоху Перестройки Запад поддержал «реформистов» в борьбе с «имперцами», так и сейчас он благоволит «транснационалам», противостоящим «имперцам».

Теперь замените мысленно слово «транснационалы» на «системные либералы», а «имперцы» на «питерские чекисты». Картина стала более ясной? Да, противоречия внутри правящего класса нарастают, и есть вероятность прямой конфронтации. Я не буду моделировать конкретные сценарии. Но не надо обладать очень богатым воображением, чтобы представить уличное противостояние между карательными батальонами нацгвардии (пушечное мясо «имперцев») и белоленточными майдаунами (пушечное мясо системных либералов-«транснационалов»).

Конфликт интересов внутри элиты возможен и даже неизбежен. Это совершенно естественный процесс внутривидовой конкуренции в условиях резко сузившейся кормовой базы. Денег-то на раздербан стало меньше, а затягивать пояса никто не желает. Если нельзя нарастить или сохранить кормовую базу, приходится сокращать число едоков. Чем острее будет недостаток ресурсов, тем выше накал противостояния, тем больше трещин внутри монолитной, как сегодня представляется, элиты появляется. Противостояние может обозначиться не только  между консерваторами-«имперцами» и «транснационалами»-пораженцами, но и, например, между центральной властью и региональным «боярством».

Соперничать между собой могут начать и участники господствующего квадриумвирата бюрократия-олигархия-силовики-системная интеллигенция. Ресурсная база правящего режима, напомню, продолжает сокращаться. Кто должен получить больше в миску – «стражи»-каратели или «жрецы»-пропагандисты? Да, когда начнутся уличные голодные бунты, именно каратели должны быть сытыми и преданными до фанатизма царю, дабы без всяких сомнений утопить в крови любой протест. Но именно пропагандистская машина в современном социуме, удерживает массы в покорности. Господство базируется на манипуляции, а не на насилии.

Так что посадить системную интеллигенцию на голодный паек (денег нет, но вы держитесь) не получится. К тому же именно у «жрецов» наибольшие шансы быть востребованными при новом режиме, кто бы ни пришел к власти. Даже оккупационная власть всегда нуждается в местных «мальчишах-плохишах», которые будут объяснять с экрана зомбоящика туземцам, что, грубо говоря, НАТО вас не оккупировало, а освободило от тяжкого гнета путинизма. Эта «моральная эластичность» определяет склонность «жрецов» к измене, коллаборационизму. Следовательно, кормить системную интеллигенцию, готовую взять сахорок с любой, в том числе и чужой руки, нужно будет не меньше, чем силовиков-карателей, а, может и лучше. А если ресурсов нет… Вот тут и возникают серьезные проблемы.

Да и часть силовиков вполне может решить, что рано им отправляться в Валгаллу вслед за своим слетевшим с катушек фюрером. Уж на что у Гитлера были преданные стражи, но и они, когда запахло жареным, пошли на прямое предательство (события 20 июля 1944 г). Каким бы фантастичным это не казалось сегодня, но исключать из числа базовых сценариев системного кризиса режима преторианский переворот, мы не будем. Напоминаю, о чем я писал ранее – значительная числом и наиболее интеллектуально развитая часть «стражей» царского режима выступила в качестве главной силовой опоры большевиков.

Подобного рода конфликты всегда являются многомерными, что затрудняет их прогнозирование. Вспомним эпоху развала СССР, когда в драке за ресурсы сцепились между собой центральная бюрократия и региональные сепаратисты (хватит кормить Москву, русские оккупанты, убирайтесь домой!), различные ведомства, отраслевые лобби. Советская экономика была излишне милитаризованной, и ВПК привык получать финансирование в приоритетном порядке. А тут вдруг выяснилось, что пустые полки в магазинах представляют для режима большую угрозу, чем 6-й флот США. Аграрное лобби стало требовать больше ресурсов, мотивируя тем, что без космоса мы проживем, а без картошки – нет.

Но есть и предпосылки для более масштабного конфликта между элитой и обществом в целом. И здесь помимо чисто материального аспекта появляется аспект принципиальный – мировоззренческий. Но начнем с желудка, ибо бытие определяет сознание. Мир между обществом и элитой до сего дня держится на базе шаткого консенсуса: вы там наверху воруйте, но делитесь.  Сделав массы соучастником разграбления (утилизации) страны, правящая верхушка заручилась пассивной лояльностью общества.

Элита разворовывала страну, но она грабила не ныне живущих ротожоп, а прошлые поколения, утилизируя советский экономический потенциал и будущие поколения, оставляя их без значительной части сырьевой ренты. Поэтому мы наблюдали такой удивительный парадокс: чем наглее шел грабеж, тем выше росло благосостояние, уровень потрбеления «ограбляемых». Но этот молчаливый консенсус рушится на глазах.

Сегодня уже нельзя воровать у прошлого (почти все разворовали) и у будущего (баррель упал, конъюнктура на сырьевых рынках плохая). Но элита органически не способна даже временно эволюционировать из паразитическуой в созидающую. Она не может перестать грабить. И она начинает агрессивно перераспределять ресурсы в свою пользу, обделяя массы. Пока речь идет о том, что поток благ, направляемых на пропитание биомассы, радикально сократился, в то время как уровень потребления элиты остался неизменным (это ж – святое). И очень недалек тот день (а, может, этот момент уже наступил), когда элитка начнет высасывать из общества тот небольшой жирок, который оно накопило  в годы путинской «стабильности».

Что происходит с человеком, когда он перестает получать пищу в нужном количестве? Организм начинает поедать как бы сам себя, черпая энергетические ресурсы изнутри – сначала расходуется жиры, потом «съедается» мышечная масса, а после наступает смерть от истощения.

Но в нашем случае  общество не может позволить себе быть утилизированным ради сохранения элиты. Дело в том, что элита функционально является для социального организма ПАРАЗИТОМ, встроенным в систему обмена веществ. Вспомним Бжезинского с его знаменитым «Вы разберитесь…». Мы давно разобрались. Но у масс нет коллективного разума, а есть лишь коллективное бессознательное, тесно связанное с желудком. И как только на бессознательном уровне массы воспримут сигнал о том, что элита есть паразит, произойдет активация социальных, то есть надбиологических инстинктов самохранения, начнется необратимый процесс отторжения паразитических элит (других-то  и нет).

Этот момент еще не наступил. Образно выражаясь, телевизор все еще побеждает холодильник. Массы шкурой чувствуют наступление «черной полосы». Но первая реакция социального организма кажется стороннему наблюдателю противоестественной: вместо борьбы борьбы с паразитами происходит трогательное коленопреклоненное единение с ними. Барин, мы с тобой! – словно вопиют массы, привычно готовые сплотиться вокруг власти в момент кризиса государственности. Взметнувшийся ввысь рейтинг Путина – тому подтверждение. На этих выборах Партия Жуликов и Воров получит не менее 70% мест в ГосДуре – и это тоже будет проявлением бессознательного этатизма, стихийного,глубинного русского патернализма.

У масс, как бы глубоко они не деградировали морально, интеллектуально, сохраняется инстинкт самосохранения, уже напрочь утраченный илиткой. Массы готовы жертвовать ради сохранения социума, государства. Готова ли к этому элита? Вопрос риторический.

Но очень быстро маятник качнется в противоположную сторону. Произойдет озарение: мы затягиваем пояса не ради спасения страны, а всего лишь для того, чтобы верхушка продлила себе банкет на верхних палубах тонущего «Титаника». Барин, ослабони! – примерно таков будет следующий глас народа. Услышит ли барин? Вопрос риторический.

Произойдет стремительная десакрализация власти, утрата ею легитимности. Чем хуже будет экономическая ситуация, тем более взрывообразно будет происходить этот процесс формирования революционной ситуации. Сразу вспоминается из нетленного:

Кум докушал огурец
И закончил с мукою :
"Оказался наш Отец
Не отцом, а сукою..."

Прям в точку про нынешнюю элиту.

И вот тогда начинается русский бунт, бессмысленный и беспощадный. Пугачевщина. Свирепый многоголосый рык «Барина на вилы!». Может ли стать бунт, если не гуманным, то хотя бы осмысленным? НИКОГДА! Осмысленной может быть только революция. И только КОНТР-элита, альтернативная элита, стремительно развивающаяся в период революционной ситуации, способна придать разрушительному бунту осмысленный, социально-созидательный характер. Только в этом случае разрушение старого мира станет составляющей творческого акта строения мира нового.

Если контрэлита не сформируется, не станет дееспособной в тот, очень мимолетный исторический момент, системный кризис в России вновь примет не революционный, как в 1917 г. а инволюционный, как в 1991 г. характер. Напомню, что в ходе Перестройки не произошло формирование альтернативной элиты, имело место мутация элиты коммунистической. Произошла смена строя, смена экономической парадигмы, смена социальной структуры общества без смены власти. Назревающий системный кризис не оставляет россианской илитке ни единого шанса на выживание. Дважды не фартанет, это из области фантастики.

http://kungurov.livejournal.com/165250.html