Я начала писать эти заметки,  когда результаты греческого референдума ещё не были объявлены. Но, странным образом, это и не так важно. Результаты всё равно будут плохими. Который хуже? «Оба хуже», как, по преданию, ответил тов. Сталин на вопрос, какой уклонизм хуже – правый или левый. Ничего хорошего ни в Греции, ни в ЕЭС не будет.

В Греции потерпела поражение глобализация. Вернее, не так: глобализация не потерпела никакого поражения, т.к. на неё никто не нападал. Она просто показала свои последствия.  Раскрыла свои свойства, которые в ней объективно заложены.

Сегодня снятие всех ограничений, объединение всех со всеми, всеобщая открытость, образование единого рынка превратилось в род религиозного верования. Сомнение в благах всеобщей открытости – это ересь  похуже  сомнения в существование Пресвятой Троицы.  Открытость  и всеобщий рынок – это высшая ценность, его велено считать  прекрасным не потому, что это приносит какие-то жизненные блага, а потому, что это прекрасно само по себе и обсуждению не подлежит.

Когда-то философия была служанкой богословия, а сегодня наука экономика обслуживает эту новую религию. И дообслуживалась уже до того, что объявила от имени науки: снятие всех барьеров и глобализация  приводит к выравниванию цен на все факторы производства, в т.ч. и заработной платы, что  и ведёт в перспективе  ко всеобщему равному процветанию. В это тоже приказано веровать.

На самом деле, в житейском обиходе известно: объединяться должны более-менее равные. Мезальянс романтичен, но не практичен. Бабушкина мудрость: выходить замуж надо за ровню, - основана на вековом опыте. Да что там замуж: даже на отдых ехать лучше с человеком сходного с твоим материальным положением. Иначе один из курортников всегда будет на содержании другого.

А в Евросоюзе в противоположность бабушкиной мудрости объединились все со всеми: богатая Германия и бедная Болгария. Или Греция. Но подозревать глобальный капитализм в романтизме или благотворительности – не стоит. Ни в том, ни в другом он на протяжении веков своего существования ни разу замечен не был. Богатым странам, Германии в первую очередь,  критически важны рынки. Для этой цели и приняли в ЕЭС бедных родственников, вроде Греции, Кипра, Болгарии или бывших республик Советской Прибалтики.

Зачем требовалось объединяться: ведь рынок вроде был и так? Был, но  в значительной мере занятый, заполненный. Своими товарами, например. А его надо было освободить. Как? Открывшись, согласно современной доктрине, навстречу друг другу.  Потому что при соединении более развитой страны или территории с менее развитой и начале между ними свободной торговли, как выражались в прежние времена, происходит всегда одно и то же. А именно:  сильная сторона захватывает рынок, а слабая прекращает своё производство вообще. И рынок освобождается.

Так происходит всегда и везде; исключений не бывает. Более того, в «слабой» стране самыми первыми загибаются более высокотехнологические производства. Это явление ярко проявилось, например, при объединении Италии в XIX веке. Оно даже название имеет – «эффект Ванека-Райнерта». Но это экономика иного канона – не та, которую нынче «учат в школе», её как бы и нет. А она есть – и верно описывает происходящее.

Объединение – это  полная расчистка рынка для хозяев жизни.

«Тебе и не надо ничего производить, - успокаивают старшие товарищи младшего брата. Специализируйся на том, что тебе удаётся делать лучше всего, а остальное – купишь».  На что купишь? Для этого дают обильные кредиты – на покупку товаров и услуг того же старшего брата. Кредит потребуется выплачивать или хотя бы обслуживать? Конечно, потребуется, но это в будущем, а сегодня колёса капитализма крутятся, осваиваются новые-старые рынки. Кредит – это вообще страшная вещь, это всегда соблазн малых сих и заимствование из будущего. Это перенос проблем в будущее, это разрушение будущего.

Не случайно христианская церковь многие века осуждала ростовщичество, потом, правда, сдалась под напором растущего капитализма. Но капитализм без кредита не может: вся деятельность ведётся на заимствованные деньги. А поскольку кредит надо отдавать,  капитализму требуются всё новые и новые рынки сбыта.  Капитализм не может без экспансии, а развиваться – некуда. Потому и производится экономическая зачистка  тех территорий, которые ещё вчера были среднеразвитыми промышленными странами и вполне жили своими средствами. Сегодня же ЕЭС пугает Грецию: у вас не будет евро, чтобы купить продукты, и начнётся голод. Вот как славно зачистили! До полной стерильности.

Говорят: греки не хотят работать.  А как им прикажете работать, когда их рынок заполнен чужим товаром? Такая же история, например, в Литве, где нет места их не то, что электронике, которую выпускали, например, в Шауляе, а даже и местной «молочке» - молоко и творог везут из Польши. Всё это – последствия глобализации.

Любопытно, что ещё в начале XIX  века обо всём этом было известно. Немецкий экономист Фридрих Лист в книге «Национальная система политической экономии» подробно и на обширном фактическом материале разобрал, когда и как страны могут и должны открываться друг другу, чтобы объединение было не разрушительным, а созидательным.  Если в двух словах, то благотворно объединение равных по уровню развития. Значит, сначала надо  индустриализироваться, достичь передового уровня, а уж потом – объединяться.

Если это правило не выполняется, то открытость приводит к отсталости и бедствиям. Каким именно – мы знаем на примере нашей страны.

- Уничтожение промышленности – и не отдельных предприятий, а всей промышленной инфраструктуры, и в первую очередь наукоёмких производств.

- Уничтожение науки, поскольку она нужна только для производства.

- Деградация образование – по той же причине.

- Высасывание самых квалифицированных и ценных кадров, которые не находят себе места в свой стране.

Попросту говоря, глобализация – это новый колониализм. Ведь колониальная страна – это страна в первую очередь экономически зависимая от метрополии. Её не полагается развития, ей не разрешается иметь свою промышленность, а полагается специализироваться на том, что укажет метрополия. В реальности она специализируется на бедности.

Давайте задумаемся: а почему Советский Союз был закрытой страной? Интеллигентский ответ:  проклятые коммуняки хотели скрыть от трудящихся рай, существующий по соседству. На самом деле, это был правильный инструмент развития. Благодаря закрытости (которая, разумеется, не была полной) и автаркии страна развилась во вторую супердержаву мира. При открытости Россия была бы обречена на роль сырьевого придатка развитых капиталистических стран, что мы и получили сегодня.

Вы что же за железный занавес? За самоизоляцию? За застой и автаркию?  Нет, я за развитие.  И против того, что ему мешает. Я за то, чтобы страны жили своей жизнью и сами решали, что им делать в соответствии со стоящими перед ними задачами. Эти задачи меняются – меняется и градус открытости-закрытости. И ещё за то, чтобы страны (как и люди) жили по средствам, не мечтая о незаработанном.

В этом и состоит главное поучение греческих событий.

http://zavtra.ru/content/view/gretsiya-raspad-kolonialnoj-sistemyi-/