Лидеры еврозоны на саммите 12 июля продиктовали условия капитуляции греческому премьер-министру Алексису Ципрасу, который, испугавшись возможных альтернатив, с ними полностью согласился. Одно из этих условий касается продажи остающихся в госсобственности Греции активов.

Руководители еврозоны потребовали, чтобы государственные активы Греции были переданы специальному фонду, схожему с немецким «Тройхандом». Эта организация была создана после падения Берлинской стены специально для быстрой приватизации всего госимущества исчезавшей ГДР, что привело к большим финансовым убыткам и оказало деструктивное влияние на показатели занятости.

Предполагалось, что греческий «Тройханд» разместится — на минуточку! — в Люксембурге, а управлять им будет команда под надзором министра финансов Германии Вольфганга Шойбле, автора данной схемы. Фонд должен был завершить распродажу активов в течение трех лет. Однако, если работа немецкого «Тройханда» сопровождалась масштабными инвестициями Западной Германии в инфраструктуру Восточной Германии и крупными социальными трансфертами ее населению, то народу Греции не предлагалось никаких аналогичных благ ни в каком виде.

Евклид Цакалотос, сменивший меня на посту министра финансов Греции две недели назад, сделал всё возможное для смягчения наиболее негативных аспектов плана греческого «Тройханда». Он добился, чтобы фонд был зарегистрирован в Афинах, а также выжал из кредиторов Греции (так называемой «тройки» в составе Европейской комиссии, Европейского центрального банка и Международного валютного фонда) важную уступку: срок продажи активов увеличился до 30 лет с ничтожных трех. Это очень важно, поскольку позволяет греческому государству придержать недооцененные активы до тех пор, пока их цена не восстановится с нынешних низких уровней, обусловленных экономической рецессией.

Тем не менее, греческий «Тройханд» остается гадостью. Это пятно на совести Европы. Но что еще хуже, это упущенный шанс.

Данный план является политически токсичным, поскольку, даже размещаясь в Греции, фонд фактически будет находиться под управлением «тройки». Он также губителен с финансовой точки зрения, потому что выручка от приватизации пойдет на обслуживание долга, который в принципе не может быть погашен, и это признает теперь даже МВФ. Наконец, он является провальным с экономической точки зрения, потому что упускает замечательную возможность обеспечить внутренние инвестиции, что могло бы смягчить отрицательное влияние на экономику жесткой фискальной консолидации, также ставшей частью «условий» саммита 12 июля.

Так не должно было случиться. 19 июня я направил немецкому правительству и «тройке» альтернативное предложение в документе под названием «Как завершить греческий кризис»:

«Греческое правительство предлагает объединить государственные активы (за исключением тех, которые имеют отношение к государственной безопасности, общественным услугам и культурному наследию) в центральную холдинговую компанию. Она будет отделена от правительства и будет управляться как частная компания под эгидой парламента Греции с целью максимизации стоимости принадлежащих ей активов и обеспечения потока внутренних инвестиций. Греческое государство будет ее единственным акционером, но не будет гарантом по ее обязательствам или долгам».

Данная холдинговая компания могла бы сыграть активную роль в подготовке активов к приватизации. Она могла бы «разместить полностью обеспеченные облигации на международных рынках капитала» и собрать 30-40 млрд евро ($32-43 млрд), которые, «учитывая текущую стоимость активов», были бы «инвестированы в модернизацию и реструктуризацию активов, находящихся под ее управлением».

Данный план предусматривал инвестиционную программу сроком 3-4 года, которая привела бы к «дополнительным расходам в размере 5% ВВП ежегодно», что в нынешних макроэкономических условиях соответствует «позитивному мультипликатору экономического роста выше 1,5», а это позволило бы «вывести темпы роста номинального ВВП на уровень выше 5% в течение нескольких лет». Всё это, в свою очередь, помогло бы «пропорционально увеличить налоговые доходы», а значит, «способствовало бы фискальной стабильности, одновременно позволив греческому правительству соблюдать дисциплину в расходах, избегая при этом дальнейшего сужения экономики третьего сектора (социального)».

В данном сценарии первичный профицит (не включающий выплаты процентов) мог бы «со временем достичь величин „второй космической скорости“ как в абсолютных, так и в процентных показателях». Холдинговая компания «получила бы банковскую лицензию» в течение года-двух, и, тем самым, превратилась бы в полноценный Банк Развития, способный привлекать частные инвестиции в Грецию и участвовать в совместных проектах с Европейским инвестиционным банком«.

Банк Развития, который мы предложили создать, позволил бы «правительству выбирать, какие активы приватизировать, а какие нет, гарантируя при этом более существенное снижение долга благодаря отобранным приватизационным сделкам». В конечном итоге, «стоимость этих активов должна вырасти больше, чем объем средств, потраченных на их модернизацию и реструктуризацию, с учетом поддержки программ частно-государственного партнерства, чья ценность будет возрастать в зависимости от вероятности будущей приватизации».

Наше предложение было встречено оглушительной тишиной. Точнее говоря, Еврогруппа, состоящая из министров финансов стран еврозоны, вместе с «тройкой» продолжали намекать мировой прессе, что греческие власти не выдвинули новых, заслуживающих внимания предложений, — это их обычная песенка. Несколько дней спустя, когда власть предержащие поняли, что греческое правительство готово полностью капитулировать перед требованиями «тройки», они посчитали уместным принудить Грецию к унизительной, прозаичной и вредной модели «Тройханда».

В поворотный момент европейской истории наша инновационная альтернатива была выброшена на помойку. Она будет лежать там, пока ее не подберут другие.

http://inosmi.ru/world/20150721/229198701.html