На Крите завершился так называемый Всеправославный собор, в котором под патронатом Константинопольского патриарха Варфоломея приняли участие 10 из 14 поместных церквей. Собор рассмотрел шесть документов. В самый спорный из них — об отношении Православной церкви к инославным — были внесены минимальные поправки, не меняющие его еретической концепции. Собор настаивает на обязательности принятых решений для всех церквей, в том числе для отсутствующих. Два итоговых послания Собора подтверждают все то, чего опасались его противники. Провозглашается курс на экуменизм и сближение с инославными, а кроме того, идет речь о создании постоянного надцерковного органа, решения которого будут выше синодальных решений каждой отдельной Церкви.

Два соборных послания, составленные по итогам критского совещания, на первый взгляд, говорят об очень хороших вещах. Они говорят о единстве Православной церкви как о приоритете, о необходимости нести «свидетельство веры ближним и дальним». Они осуждают процесс секуляризации, называя его целью отчуждение человека от Христа, а вместе с ним порицают и современное отношение к браку, настаивая, что брак — это нерушимый союз «мужчины и женщины в любви», а не переплетение самоопределяющихся гендеров, как сейчас в значительной части мира принято думать.

Но под завесой «правильных» слов скрывается двойное дно. Именно этого и опасались противники Собора, от афонских монахов, называющих «лукавыми» и «еретическими» его документы, до епископов ряда поместных церквей и мирян. Последние дошли до того, что в один из соборных дней встали пикетом перед зданием заседаний и назвали Варфоломея «предателем веры». Итоговое послание провозглашает экуменический курс на сближение с католиками и протестантами. При этом само слово «экуменизм» в тексте лукаво отсутствует, его заменили более нейтральной формулировкой «межрелигиозный диалог». Но в пункте, касающемся этого «диалога», первой строкой говорится открыто: «Наша Церковь… придает большое значение диалогу, главным образом с инославными христианами». А несогласие с «диалогом» есть фундаментализм, или «выражение болезненной религиозности».

Послание гласит: Всеправославный собор должен стать постоянно действующим органом и собираться раз в несколько лет. Причем Константинополь продолжает утверждать, что решения такого органа будут выше местных решений поместных церквей и будут обязательны к исполнению для всех. Именно появления такой надцерковной структуры и опасались ревнители, полагая, что этот орган будет знаком наступающей глобализации Православной церкви, предвестником ее «сдачи» Ватикану.

Незначительные поправки, чья цель — отвлечь внимание ревнителей, но не исправить суть, внесены и в наиболее спорный документ — «Отношения Православной церкви с остальным христианским миром». В 6-м параграфе документа в первоначальном виде говорилось о признании исторического существования других христианских Церквей и конфессий. Этот пункт вызвал целый шквал критики со стороны иерархов — против высказались в Элладской, Болгарской, Кипрской, Русской церквях. Грузинская церковь отвергла документ решением своего Синода, а Афон решением Священного кинота (то есть представителей всех 20 обителей) призвал исправить эту формулировку. Поднимать статус еретических сообществ, называя их Церквями, значит фактически признавать их Церковью и вводить в заблуждение православные умы, заключили отцы Афона.

В результате параграф изменили. Теперь в конечном его виде Православная церковь признает не «историческое существование других христианских Церквей», а «историческое наименование… инославных христианских церквей и конфессий». То есть раз они сами назвали себя Церквями, то мы это их самоназвание принимаем, хотя сами можем с ним не соглашаться — такова логика документа.

Зато формулировку о «поиске утраченного единства христиан» решили не менять. Хотя критики документа не раз подчеркивали: в текст нужно добавить слова о том, что единство, как писали Святые Отцы, возможно лишь через покаяние еретиков. Остались без изменений и ключевые параграфы об участии во Всемирном совете церквей. Он по-прежнему называется «одним из главных органов экуменического движения», а не сомнительной организацией, где над православным епископатом доминируют протестантские епископы-геи.

Экуменизм — движение за единство христианских церквей. Экуменисты полагают, что единая некогда церковь разделилась на ветви и теперь нуждается в объединении. По их версии, каждая христианская конфессия несет в себе свет истины. Косвенно ересь экуменизма, не имея в обиходе такого слова, осудили еще апостолы. Так, апостол Павел в Послании к Титу наставлял: «Еретика, после первого и второго вразумления, отвращайся». А 45-е правило святых апостолов говорит об отлучении епископа, если он будет совместно молиться с еретиками, и об извержении из сана, если он позволит еретикам действовать, как служителям Церкви. «Мы отторгли от себя латинян не по какой иной причине, кроме той, что они еретики. Поэтому совершенно неправильно объединяться с ними», — писал в XV веке святитель Марк Эфесский. А современные Святые Отцы, в чьем лексиконе уже присутствовал термин «экуменизм», говорят о нем так. «Экуменизм — это общее название всех видов псевдохристианства и всех псевдоцерквей Западной Европы. В нем сущность всех родов гуманизма с папизмом во главе. А всему этому есть общее евангельское название: ересь, ибо в течение всей истории разные ереси не считали важными или искажали отдельные особенности Христа», — отмечал Иустин (Попович), сербский святой XX века.

Каков итог? Решения Собора противоречат Преданию и традиции Церкви и декларируют ту ересь экуменизма, против которой боролись Святые отцы. Председатель Собора константинопольский патриарх Варфоломей сам по канонам уже не является патриархом. На это перед началом Собора указал святогорский старец Гавриил Карейский, один из самых авторитетных афонитов нашего времени. «Наш патриарх, согласно правилам святых апостолов, уже отлучен и извержен из сана, поскольку он дважды приглашал папу на престольный праздник, вводил его в храм, позволял ему произносить молитву "Отче наш..." и благословлять народ… Потенциально он уже отлучен и извергнут, а созываемый им Собор нелегитимен», — писал Гавриил в открытом обращении. При этом сам Собор, на котором отсутствовали четыре поместные церкви (в том числе самая многочисленная по количеству паствы — РПЦ), продолжает именовать себя Всеправославным и навязывает свои решения несогласным.

Священный синод Русской православной церкви уже на ближайшем заседании выразит свое отношение к решениям критского совещания. Об этом РИА Новости сказал протоиерей Николай Балашов, заместитель председателя отдела внешних церковных связей. Однако православному миру не нужно заседания Синода, чтобы понять: решения совещания на Крите не имеют силы и не могут быть приняты, несмотря на все лукавства константинопольских экуменистов.

http://rusplt.ru/society/itogi-vsepravoslavnogo-sobora-26808.html