Я уже неоднократно писал о том, что экономикс, как наука, построена по принципиально иной схеме, чем политэкономия (см. http://worldcrisis.ru/crisis/1622262 ). При этом одно из главных отличий состоит в том, что первая выстроена по принципу «от микро к макро», а вторая - наоборот. Объяснял и то, почему современная наука не дает возможности по микро данным выстроить макропоказатели - причем даже без учета, скажем, политики государств, которые могут по своей инициативе менять макропараметры экономической системы.

Собственно, тут есть одна тонкость - дело в том, что логика современного экономического «мэйнстрима» предполагает, что у любой экономической системы есть некоторое «равновесное» состояние, куда она и стремится. И если не менять макропараметры, то, рано или поздно, система туда придет, Соответственно, по мнению современной экономической науки  (точнее, ее большей части) можно рассматривать систему с точки зрения этого равновесия - и тогда,например, можно изучать, как оно меняется, в зависимости от политики государства.

Этот подход имеет один очень серьезный недостаток. Дело в том, что если система принципиально неравновесна (то есть находится достаточно далеко от точки равновесия, причем эта «дальность» определяется спецификой тех параметров, которые необходимо исследовать), то ее поведение может быть никак не связано со спецификой самой точки равновесия. Более того, самих таких точек может быть несколько - и в этом случае, то, к какой из них будет стремиться система, априори совершенно не ясно.

Более того, время достижения этой равновесной точки может быть достаточно большое, и тогда изменения в экономической системе, которые могут носить как субъективный, так и объективный характер, будут существенно менять точку равновесия еще до того, как она будет достигнута. Грубо говоря, траектория системы во времени может вообще не заканчиваться в окрестности равновесной точки, а будет состоять в постоянном колебании между различными вариациями точки (точек) равновесия. Для примера можно привести маятник, изучение поведения которого с точки зрения равновесия, ведет к серьезным искажениям реальности. Еще один такой пример - это уравнения Вольтерра типа «хищник-жертва». И это еще простые варианты, поскольку тут есть равновесная периодическая траектория, на которую «сваливается» система, если нет слишком больших отклонений. А вот в реальной экономике есть и более сложные проблемы.

Возьмем для примера попытки написать более или менее оптимальную стратегию для конкретной компании в более или менее фиксированных условиях. Отвлечемся даже от понимания того, что «некоторые животные более равные, чем другие», из-за чего совершенная конкуренция невозможна. Но пусть она есть. Так вот, даже в таких условиях есть принципиально различные сценарии для разных макроэкономических условий.

Попробуем, для описания сложности задачи, только один пример.  Рассмотрим закупку программного обеспечения для некоторого вида компаний. С точки зрения абстрактной теории, затраты на такую закупку увеличивают конкурентное преимущество компании и она начинает выигрывать за счет увеличения количества клиентов. Тут, разумеется, есть тонкости - насколько увеличиваются затраты за счет необходимости обслуживать кредит, на который была сделана покупка, или насколько уменьшаются внутренние инвестиции из-за того, что часть резервов ушла на покупку и обслуживание программы. Но главное совсем в другом.

Сам расчет, на основании которого сделана оценка, предполагает, что экономическая система находится в более или менее стабильном состоянии, что будущий год поход на предыдущий. То есть - что имеет место рост рынка или его более или менее стабильный спад. А если рост сменяется спадом?

Фактически, речь идет о том, что потребители готовы потратить на товары или услуги некоторую фиксированную сумму, которая делится между всеми компаниями, которые находятся в рынке. Закупка программы делается с одной единственной целью - увеличить эту долю, что может осуществляться или за счет повышения цены, или за счет увеличения количества потребителей. Первый вариант не совсем корректен с точки зрения «чистоты» примера, поскольку повышение цены возможно только за счет изменения состав услуги (товара) и, скорее всего, мы выходим за пределы рынка (ну, например, продажа автомобиля со встроенным навигатором, на самом деле, сокращает рынок навигаторов, который изначально к рынку автомобилей отношения не имел), а вот второй как раз и требует анализа.

Предположим, он был осуществлен и было установлено, что трата в размере Х рублей на программное обеспечения позволяет увеличить количество клиентов настолько, что прибыль от них (затраты-то все равно будут!) и экономия на масштабе составит больше Х. Тогда овчинка стоит выделки.

Однако есть и другой вариант. За то время, что фирма потратила на закупку, отладку и рекламу нового продукта (с учетом новых возможностей), рынок сократился. Тут есть разные варианты, может сократиться и количество клиентов, и сумма, которую они готовы потратить на покупку (например, они не могут отказаться от покупки обуви, но могут резко сократить номенклатуру и качество покупок), и то, и другое вместе. Но факт остается фактом - общий объем денег, которые готовы потратить клиенты резко сокращается.

В этом случае, увеличение доли рынка может быть и нерентабельно - поскольку сам рынок сократился. При этом предсказать насколько он сократится совершенно невозможно не только в рамках отдельной отрасли но и, зачастую, и в рамках глобального анализа, поскольку любой кризис серьезно меняет структуру спроса. Грубо говоря, одни люди отказываются от одних покупок, а другие - от других и, как показывает опыт, предсказать эти изменения удается далеко не всегда.

Так вот, если в рамках макроэкономики можно хотя бы попытаться оценить общие объемы рынка в рамках спада, то микроэкономика тут совершенно бессильна. Иными словами, если рынок находится в состоянии более или менее очевидного для потребителя спада, то в рамках процесса оценки оптимального поведения компании появляются факторы, которые для самого этого процесса носят экзогенный характер. Отметим, что аналогичная проблема имеет место и при экономическом росте, но поскольку при нем, обычно, свой кусок получают практически все работающие на рынке компании, острота и актуальность проблемы много меньше. Да и проблемы роста - это не то, что нужно предпринимателю сегодня.

Все «внутренние» механизмы работы компании (улучшение менеджмента, оптимизация бизнес-процессов и так далее) направлены, в общем, на перераспределение того объема ресурса, который готов выделить потребитель, но крайне мало влияет на сам этот объем. Теоретически, существенное снижение цены продукта может увеличить общий объем, направляемый на покупку потребителями (например, если резко снизить пошлины на автомобили, то многие совершат покупки, которые сегодня представляются слишком дорогими), однако такое решение все равно не увеличит совокупный спрос - а значит, речь все равно идет о конкуренции, пусть и не внутри-, а межотраслевой.

Оценить эффект такой конкуренции в рамках микроэкономики невозможно в принципе. А именно эти эффекты будут определять развитие рынков в процессе кризиса. Причем локальных точек равновесия между отраслями (то есть временных стабилизций структуры экономики) будет достаточно много: после каждого спада экономика будет адаптироваться, искать новые резервы - и затем будет следовать новый спад.  И по этой причине пришло время макроэкономики - микроэкономика в текущей ситуации не работает.

http://worldcrisis.ru/crisis/1904332